Случайный телохранитель

Тея стояла посреди коридора, давясь чувством подступающей тошноты. Проснушись, она собиралась на кухню, заварить кофе. На выходе из комнаты она босыми ногами наступила в холодную алую жидкость, разлитую по всему коридору. Тэ Ун практически сразу же выбежал на крик и замер в дверном проеме.

— Какого черта, — еле слышно прошептал он, переводя взгляд на Тею, — иди сюда, — он протянул к ней руку, чтобы вернуть в комнату.

— Кто-то смог пробраться внутрь квартиры и сделать это...кто-то дождался, когда мы пойдем спать...— Тея опустила взгляд на свои ступни, — это же н-не может б-быть настоящей кровью?

Она прошла дальше по коридору до входной двери, противно хлюпая босыми ногами по мокрому полу. Сорвав висевший лист бумаги с красными иероглифами, она повернулась к Тэ Уну.

— Знаешь китайский? – она передала ему записку, изредка бросая встревоженный взгляд на испачканные стены.

— Немного.

Он осторожно взял в руки бумагу и вчитался в написанную от руки фразу. Волна тошнотворных мурашек прошлась по всему телу. Он поднял взгляд на Тею, ждущую ответа, и почувствовал, как его ладони вспотели.

— Очередная угроза смерти, — соврал он, — снова от ненормального фаната.

Тэ Ун скомкал бумагу и бросил на пол, надеясь, что та пропитается кровью. Он осторожно переступил на чистый пол и направился на кухню, чтобы позвонить менеджеру. Тея же подняла брошенную записку, собираясь показать ее Ким Тану.

Через сорок минут приехали менеджер и начальник охраны, так и не вернувшийся ночью в квартиру.

— Ей богу, я уволюсь к чертовой матери и уеду из этой проклятой столицы, — ворчал Чхве Тан, стараясь не испачкаться, проходя в квартиру, — уеду и все, вернусь на бабушкину ферму, буду разводить курочек...

Ким Тан хмуро оглядел коридор, оценивая, насколько искусно должна была быть проделана работа. На камерах ничего не было, будто человек, который это совершил, отлично знал их расположение и слепые зоны. Все было исполнено без единой ошибки, словно тот, кто это совершил, в точности знал, что ему никто не помешает.

Тея, уже в костюме, сидела в дальнем углу кухни и доедала яблоко.

— Как ты можешь есть, — возмутился менеджер, — мне теперь весь день кусок в горло лезть не будет.

Тея пожала плечами.

— За последние несколько дней тут столько всего произошло, что приходится есть, несмотря на такие неприятные обстоятельства, — ответила она, предлагая остальным присоединиться к своеобразному завтраку, — мне кажется Тэ Уну не стоит оставаться в этой квартире.

Менеджер и тренер одновременно посмотрели на Тею так, будто услышали ее голос впервые.

— Ладно, я помолчу, — она демонстративно подняла руки вверх.

— Она права, — признал Ким Тан, — здесь произошло уже два инцидента. Нельзя, чтобы это продолжалось и дальше.

— И куда? В очередную квартиру? – спросил менеджер, облокачиваясь боком на стену.

— В кв...— начал было тренер, но Тея его перебила.

— В отель. Там будет больше охраны и там обращают внимание на посетителей, так к нему будет сложнее попасть.

Ким Тан бросил злой взгляд в сторону девушки, но она надеялась, что эта агрессия вызвана деятельностью антифаната, а не тем, что подставная телохранительница вдруг стала его раздражать.

— Ладно, я найду отель до вечера, вещи тоже перевезут. Надеюсь, обойдется без лишнего внимания со стороны журналистов, — ответил менеджер, уже ища нужный контакт в телефоне, — кстати, недавно поступило предложение от одной крупной сети. Они хотят, чтобы ты стал лицом...

Тэ Ун отрицательно помотал головой.

— Я позвоню Ён Джуну, — ответил айдол, доставая мобильник,— он как раз сейчас в Сеуле. И сможет все решить.

— Что сегодня по планам? – спросила Тея, выбрасывая огрызок в мусорку.

Она заметила в ведре пустую облатку от антидепрессантов, но вслух ничего не сказала. Менеджер заглянул в телефон, ища там расписание.

— Съемка в рекламе сети магазинов сладостей после полудня. Думаю, нам уже стоит выдвигаться на место.

Пока все осторожно обходили кровь в коридоре, Тея успела забежать в свою комнату, чтобы забрать листок и сунуть его в карман пиджака. Она надеялась подгадать удачный момент, чтобы поговорить с Ким Таном, когда он не будет в состоянии неиссякаемой злости. Ей хотелось быть полезной, но еще больше ей хотелось заслужить его одобрение.

Впервые за все утро Тея испытала неловкость рядом с Тэ Уном, сидя на заднем сидении машины. Воспоминания о вчерашнем вечере не давали ей успокоиться.

— Ты в порядке? – спросил он, чувствуя, как ее напряженность.

Тея лишь помотала головой.

— Все нормально, — соврала она, пряча за волосами краснеющие щеки.

Тэ Ун лишь вздохнул и полностью откинулся на сидение, повернув голову к окну. Хотя ему хотелось сидеть в совершенно другом положении, держа свою телохранительницу за руку.

— Тея, сегодня вечером будет тренировка у моих ребят, так что тебе тоже стоит быть там, — вдруг прервал тишину начальник охраны.

— Я же не настоящий телохранитель, мне-то зачем?

— Чтобы не повторилось того, что было позавчера около бара. Раз ошиваешься рядом с айдолом, умей защищаться в любой ситуации, — ответил Ким Тан, сжимая руль.

— Но я же не дала тому человеку уйти.

— И в итоге чуть не упустила потом, если бы я не подошел.

Тея лишь опустила голову и ничего не сказала в ответ.

— Кстати, где сейчас тот нападавший? — спросил Тэ Ун, чуть морщась из-за неприятной пульсации в заживающей руке.

— Полиция с ним разбирается.

— Нам вечером еще нужно будет вернуться в офис, — встрял в напряженный разговор менеджер, — так что оставишь нам одного из ребят, а сами потом приедете в отель. Тебе все равно придется там все проверить, — обращаясь к начальнику охрану, произнес Чхве Тан.

Тея закрыла глаза и постаралась не думать ни о чем, хотя эпизоды прошлого вечера продолжали назойливо лезть в голову. Но уже спустя пару минут приятные мысли разбились о сотню сообщений от Дон Мина. Он снова спрашивал, не нужна ли Тее его помощь, волновался из-за новостей о нападении и предлагал забрать ее обратно в Пусан. Тея лишь удаляла эти сообщения по мере их поступления, уничтожая для себя любую возможность ответить.

На съемках отвлечься было гораздо проще. Огромное пространство для фотосессии было сделано в теплых пастельных тонах. Пару раз Тея чуть не упала, поскользнувшись на конфетти, которыми был усыпан весь пол для украшения. Декорации в виде леденцов, шоколада и пирожных были повсюду. Тея даже не сразу смогла различить муляжи и реальный реквизит для съемки. Визажисты сразу же забрали айдола в гримерку, чтобы за час создать его образ для рекламы. Остальная часть команды продолжала доделывать пространство, устраняя проблемы в виде отвалившегося от стены муляжа конфеты, который чуть не упал на голову менеджера. Этот мир был Тее незнаком. Пару раз она видела, как проводили фотосессии в клубе Дон Мина, арендуя на несколько часов либо зал с танцполом, либо небольшую веранду с зимним садом. Но масштаб тех съемок не сравнится с тем, какой механизм работы разворачивался перед ней сейчас.

Когда айдол вышел на площадку, рабочая часть пространства тут же опустела, и все переместились за спину фотографа и его ассистентов. Тея не думала, что эта съемка станет для нее таким испытанием, пока не увидела Тэ Уна перед камерой. Светло розовый костюм с пиджаком на голое тело вписывались в декорации так гармонично, что казалось, будто айдол — персонаж параллельной вселенной розовых зефирок и конфет в виде сердечек.

— Боже...— прошептала она, когда на компьютере фотографа высветилась только что сделанная крупным планом фотография Тэ Уна, держащего во рту леденец, — мне конец.

Стилист, сидевший рядом с Теей, усмехнулся, услышав ее бормотание.

— Согласен, — ответил он, переводя взгляд на площадку, — досидишь до конца съемки и увидишь, как его еще и сиропом обольют.

— Это точно реклама для обычного магазина сладостей?

— Определенно. Меня зовут Чо Хосок, — парень чуть развернулся в сторону Теи, — а тебя я уже знаю, про тебя все новости жужжали вчера.

Тея перевела удивленный взгляд с экрана с фотографиями на стилиста.

— Ты серьезно не знаешь, что ты опять на первой полосе? – он достал телефон из заднего кармана светлых брюк и открыл новостную ленту, — вот же.

Хосок протянул мобильник Тее. Крупными буквами было написано, что новая телохранительница Тэ Уна не справляется со своими обязанностями и подвергает опасности жизнь айдола. Другой интернет-ресурс, наоборот, защищал ее, говоря о том, что она смогла предотвратить более тяжелые последствия и поймала нападавшего. Мнение поклонников тоже разделилось, кто-то хвалил Тею и говорил, что она нравится людям, а кто-то желал ей смерти. Она перелистывала сотни своих фотографий рядом с Тэ Уном, не понимая, как она могла не заметить, что кто-то ее фотографировал.

— Ты что-то побледнела, — заметил Хосок, предлагая Тее воды, — не воспринимай близко к сердцу, они обсуждают все подряд.

Тея же продолжала листать новости, пока не наткнулась на статью, которая чуть не заставила ее выронить телефон. С экрана на нее смотрела счастливая она год назад, обнимающая Дон Мина и не знающая, что скоро произойдет. Под фотографией журналист писал о том, что раньше телохранительница айдола была девушкой известного молодого предпринимателя, а после разрыва стала вышибалой в его клубе. Год назад эту фотографию тоже напечатали в небольшом издании, но слова там были гораздо более приятные, чем те, что видела Тея сейчас.

«Спустилась по карьерной лестнице и обронила свою корону», — она зацепилась взглядом за строчку. Тея глубоко вдохнула и медленно выдохнула, возвращая себе контроль над ситуацией и продолжая читать.

«Интересно, чем руководствовались бывшие возлюбленные, когда решили работать вместе? Или же Дэвис Тее нужно было выпустить пар и отыграться на посетительницах клуба?» — а дальше прикрепленная фотография с первой встречи айдола и его будущей телохранительницы.

— Спасибо, — тихо произнесла Тея, возвращая телефон Хосоку.

— Ты в порядке? — аккуратно спросил он, — ты правда бледная. Может, воды?

Она лишь помотала головой и улыбнулась, хотя эта улыбка выглядела лишь жалкой пародией. В кармане пиджака завибрировал телефон, отчего Тея дернулась и не сразу собралась с силами, чтобы ответить на звонок.

— Ты как будто чувствуешь, когда надо позвонить, — без приветствия начала она, выходя из помещения, чтобы не мешать работе айдола и его команды.

«Почему трубку берешь раз в два дня», – спросил Дон Мин.

Тея бессмысленно поднималась по лестнице, пока не вышла на смотровую площадку на крыше. Все это время Дон Мин просто слушал ее прерывистое дыхание в трубке, боясь того, что она вовсе сбросит звонок.

— Как работа? – сменила тему Тея, облокачиваясь на холодные железные перила.

Она не понимала, почему продолжала говорить. В голове вспыхнул недавний поцелуй с Тэ Уном.

«Нормально», — еле выдавив из себя, сказал Дон Мин, — «ты в порядке? Я видел те новости».

— Я в порядке, — прошептала она, чувствуя, как слезы скапливаются в уголках глаз.

«Хорошо»

Тее показалось, что прошло несколько минут прежде, чем она снова продолжила разговор.

— Зачем звонишь?

«Потому что я переживаю», — его голос, казалось, немного дрожал.

Тея закрыла глаза, и надавила пальцами на переносицу.

— У тебя скоро свадьба, Дон Мин, разве твоя невеста будет довольна твоим поведением?

«У нее есть имя, и ты его знаешь, Тея», — тяжело вздохнув, ответил он, — «прости, что разрушил вашу дружбу».

— Ничего страшного. Дружба между нами изначально была обречена на провал, просто в нашей ситуации я оказалась третьим лишним.

«Тея»

Ее имя повисло в тишине телефонного разговора. Она скучала по тому, что было между ними, но не по самому Дон Мину. Воспоминания их совместной жизни и дружбы проносились перед глазами, пока вдруг вчерашний поцелуй их не перекрыл. Тея думала о Тэ Уне и его близости, о его улыбке и поддержке, которую он подарил ей за несколько дней, и мысли о нем заставляли ее скучать по нему.

«Прости меня», — еле слышно прошептал Дон Мин.

Она лишь грустно усмехнулась, стирая ладонью слезы с лица. Ветер неприятно касался влажной кожи.

— Отпусти меня, — взмолилась Тея, — просто оставь. Не напоминай о себе. Оставь меня в покое, если не намерен оставаться в моей жизни, — голос срывался, — у тебя другая жизнь. У вас двоих. Без меня.

— Что случилось? — он взял ее за руку и повел за собой в комнату, не дожидаясь ответа.

— Нормально все... — начала было Тея, когда Тэ Ун убрал волосы с ее лица.

Не дослушав, он молча обнял ее, одной рукой держа за талию, а другой медленно проводя по волосам. Он не собирался еще раз спрашивать причину ее слез, не ждал и того, что она сама расскажет. Тее хотелось рыдать, некрасиво и громко, чувствуя, что в эту секунду ей разрешают быть слабой. Она обняла Тэ Уна в ответ, еще сильнее к нему прижимаясь. Ей казалось, что, если бы он не обнял ее в тот момент, она бы просто рухнула на пол. Тэ Ун осторожно поцеловал Тею в лоб, затем спустился ниже и поцеловал в щеку, мокрую от слез, и наконец коснулся искусанных губ. Боясь спугнуть Тею, он целовал ее медленно, будто забирая через этот поцелуй все то, что заставляло ее плакать. Его губы были сладкими после фотосессии, и это заставило Тею улыбнуться.

— Не оставляй меня, — одними губами прошептала она, почти не прерывая поцелуя, — а если решишь оставить, то выбери наименее болезненный способ.

Те же слова вертелись в голове Тэ Уна. Никто не позволит ему роман с телохранительницей. К тому же подставной. Вся эта история обречена на провал, под развалинами которого он себя и похоронит.

— Тэ Ун, — послышался голос Ким Тана, когда тот распахнул дверь в гримерку.

Начальник охраны уперся взглядом в Тею, резко отстранившуюся от айдола, и захлопнул за собой дверь, чтобы не привлечь ничьего внимания снаружи.

— Браво, — разочарованно произнес Ким Тан, скрестив руки на груди.