3
В отличие от Сьюзен Райт, взявшей свой личный автомобиль, сержант Барнс и шериф Нотс поехали на служебной машине марки «форд». Выехав на перекресток — соединяющий Вилсон стрит и Парк авеню — Доминик свернул налево, на дорогу, идущую к единственной ферме в городе, где проживала семья Картеров.
Небольшой городок Аскентаун не был широко известным местом даже коренным американцам. Мирный маленький населенный пункт славился в округе фермой братьев Картеров и деятельностью некоторых меценатов города. Однако, после смерти Джоэла Картера, общее дело братьев стало увядать. Джон в несколько раз уменьшил поголовье крупного и мелкого рогатого скота, овчарню сменил на птичий двор, который приносил чуть больше прибыли. Великолепная конюшня, построенная лишь по инициативе Джоэла, была на плаву только благодаря нанятому в свое время конюху мистеру Манчски.
Доход фермы едва покрывал расходы на содержание животных. Однако незадолго до происшествия, всколыхнувшего весь Аскентаун, Джон Картер подписал договор о поставке молочных продуктов всем пекарням и кондитерским города, которыми владела жена одного из немногих богатых членов общества — Бонфилия Карпани. Торжество этого события послужило поводом отметить его в уютном баре, находившемся в довольно уединенном месте. Но праздник сменился кошмаром.
Двое полицейских ехали по пустой дороге, с двух сторон обрамленной выгоревшими на солнце лугами. Вдалеке уже виднелся большой амбар и несколько построек поменьше. Неподалеку от фермерских зданий паслись копытные, лакомясь последними пяточками зеленой травы. Этот вид был наполнен умиротворением и покоем, казалось, что полицейские ехали не для допроса по делу нападения, а для своего же удовольствия.
Проехав еще несколько ярдов в тишине, сержант Барнс решил включить радио, чтобы узнать, как обстоят дела у городских СМИ. Однако кроме погоды, ухудшающейся с немыслимой скоростью, нескольких аварий за пределами города, и днями рождения знаменитостей, радиоведущий ничем больше не поделился со слушателями.
Лукас Нотс попросил товарища припарковать автомобиль немного вдалеке от амбара — он любил застать врасплох допрашиваемых, чтобы они были, так сказать, «свеженькими». Когда Доминик заглушил мотор, шериф Нотс обдумал все последующие шаги и отдал приказ сержанту взять документы и первым пойти к дому Картеров.
Доминик Барнс шагал по гравийной дорожке прямиком к дому. Напротив, были высажены астры и отцветающие лилии. Пара пихтовых деревьев росли по бокам от центрального входа, как будто часовые, стоящие на своем посту. Сержант поднялся по лестнице и оглянулся, шериф шел позади, окидывая взглядом территорию. Когда оба полицейских были на крыльце, Барнс постучал в дверь — его не смутило наличие звонка, висящего возле дверного косяка, ударами в дверь он оповещал хозяев, что у них могут быть проблемы.
— Кто там? — раздался женский голос за дверью. Из-за немалого расстояния, полицейские не могли понять, была ли это жена фермера или его дочь.
— Откройте, полиция. — Барнс дернул ручку, но дверь не поддалась.
— Сейчас-сейчас, уже иду.
Через несколько мгновений дверь открылась. На пороге стояла красивая молодая женщина, державшая на руках маленькую девчушку.
— Вы к моему отцу, верно?
— Да. — сержант Барнс протянул свое удостоверение, внимательно разглядывая женщину.
— Он дома? — шериф Нотс повторил действие товарища, за исключением лишних взглядов.
— Да, он в своем кабинете. Это на втором этаже: вторая дверь слева, позвольте не провожать вас. — женщина кивнула в сторону лестницы и перевела взгляд на дочь.
— Благодарю вас, мисс Картер.
— Нет-нет, я уже несколько лет как миссис Такер. — женщина слегка улыбнулась, но улыбка ее выглядела вымученной — маленький ребенок, подозрения, упавшие на ее отца, брали свое.
Полицейские поднялись на второй этаж, шериф Нотс постучал по резной старинной двери, благодаря лаковому покрытию хорошо сохранившейся.
— Милая, это ты? Заходи. — послышался голос из-за двери.
Полицейские не стали опровергать догадок мистера Картера по поводу его дочери и зашли в кабинет.
— Добрый день, мистер Картер, мистер Манчски, я надеялся вас здесь увидеть. — вполголоса произнес шериф и притворил за собой дверь. — думаю, вы понимаете, зачем мы здесь.
— Да, шериф, конечно мы это понимаем, но мы ведь уже все рассказали детективу там, в лесу. — в руках мужчины держали стаканы с дорогим виски, кажется, до прихода полиции они не успели даже попробовать напитка. Оно и к лучшему.
— Вы нас подозреваете? — вмешался в разговор мистер Манчски.
— Нет, но вы единственные, кто был на месте преступления, кроме пострадавшей. Просто расскажите нам то, что уже говорили детективу. — Лукас Нотс на своем примере показывал, как должен себя вести хороший беспристрастный полицейский, чему бы следовало поучиться Доминику.
— Прошу вас, господа, присаживайтесь, наш рассказ не будет долгим, но невежливо с моей стороны заставлять гостей стоять. — произнес Джон Картер указывая на небольшой кожаный диван, стоявший у камина. — Итак, как вы уже, подозреваю, слышали: вчера днем, мы с Фредом Манчски подписали контракт с местными забегаловками синьоры Карпни. Так вот, наша встреча прошла безупречно, она обещала увеличить наш доход в несколько раз, так почему же нам не отметить это событие? Именно так мы подумали в тот момент, да, Фред?
— Точно.
— И мы пошли в этот, будь он проклят, бар «Черный вепрь», но, стоит заметить, там подают лучший джин в городе. Разрешите? — шериф кивнул, и мистер Картер поднес к губам стакан, но не сделал глоток. — О чем это я? Ах, да, мы выпили, правду сказать, мы были не совсем трезвы, но рассудок не потеряли. Я все прекрасно помню. Мы выходили из бара не поздно, где-то в восемь, мне дочь позвонила, одна из моих коров задавила петуха, знаете, такое бывает на скотном дворе, когда все гуляют, как хотят. У нее нет опыта в работе со скотом.
— Прошу вас, не отходите от темы.
— Да-да, извините. Ну так вот, мы решили сократить наш путь. Через лес. Вы ведь и сами знаете, какие слухи ходят о том месте. Призраки, демоны, маньяки. Но тогда нам было плевать, поскорее нужно было добраться до фермы.
–На улице было еще довольно светло, но, когда мы зашли в лес, стало так темно, что нам пришлось некоторое время привыкнуть к этому мраку. — мистер Манчски снова вступил в разговор.
— Да, было очень темно, и мы почти все время шли, так сказать, на ощупь. А потом мы услышали лай собаки и крик, как оказалось, женский крик.
— Она кричала имя, имя пса. Было не очень четко слышно, так как было далековато, но разобрать было возможно.
— Фред сразу сказал, что нужно помочь ей. Мы и пошли на голос. Но больше она собаку не звала. Мы услышали другой крик, будто плачь — плачь ребенка. Тогда уж, не говоря ни слова, мы побежали. Мы нашли ее. Женщина, красивая, светлые волосы. Ее платье было задрано, и между ее бедер лежал ребенок, маленький, и, богом клянусь, я даже не заметил, что он не дышит! Он ведь кричал несколько минут назад. — мужчина задумался. — Я пощупал ее пульс и сразу вызвал скорую и полицию. — Шериф, еще с минуту подождал, не мигая смотря на рассказчика.
— Вы хотите что-нибудь добавить, мистер Манчски? — шериф понял, что Картер больше ничего не собирался говорить.
— Только то, что ребенок лежал довольно естественно, сразу и не поймешь, что что-то не так.
— И когда же вы поняли, что что-то не так? — задал вопрос сержант Барнс.
— Когда об этом сказали врачи. Они забрали обоих и уехали.
— То есть, вы ждали детективов, чтобы все им рассказать? — Барнс пристально смотрел на конюха, крутя в пальцах ручку.
— Можно сказать и так. Нам не нужны были лишние проблемы.
— Шериф, что-нибудь еще? — Барнс поднялся.
— Нет, этого вполне достаточно. — мужчина повторил действия товарища. — До свидания.
— Надеюсь, мы увидимся с вами только в более непринужденной обстановке. — Джон Картер поднял стакан и сделал глоток.
Настроение двух полисменов заметно ухудшилось. Никакой дельной информации этот разговор не дал: все это они уже слышали ранее из отчета детектива Алана Стюарта.