Глава 13: Дождь, Зонтик и Второй Поцелуй
Дождь хлестал по асфальту, холодные капли стекали по лицу Чанбина, смешиваясь с его собственным жаром. Он бежал, не разбирая дороги, пока не споткнулся о мокрый бордюр и рухнул на колени. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвет грудную клетку.
Минхо поцеловал его.
Настоящий поцелуй. Не пьяный, не случайный. Намеренный. Властный.
Чанбин закрыл глаза, вспоминая губы Минхо — твердые, требовательные, но в то же время… нежные? Нет, не нежные. Горячие. Как будто Минхо хотел доказать что-то. Или просто взять.
Он сидел на мокром асфальте, не в силах пошевелиться. В голове крутились обрывки мыслей:
Почему?
Что это значит?
Что теперь будет?
Дождь лил сильнее, пробираясь под воротник куртки, заставляя дрожать. Чанбин даже не пытался встать. Он просто сидел, чувствуя, как капли стекают по его шее, по спине, по рукам.
И вдруг… дождь перестал литься на него.
Точнее, не перестал — просто над его головой раскрылся черный зонт.
Чанбин медленно поднял взгляд.
Минхо.
Он стоял над ним, держа зонт одной рукой, другой засунув в карман джинсов. Его лицо было невозмутимым, но в глазах — что-то сложное. Не злость. Не раздражение. Что-то… ожидающее.
Чанбин открыл рот, но не успел сказать ни слова.
Минхо наклонился.
И поцеловал его снова.
На этот раз — медленно. Твердо. Без спешки.
Губы Минхо были холодными от дождя, но через секунду стали теплыми. Он прижал ладонь к щеке Чанбина, заставляя его наклониться ближе.
Чанбин не сопротивлялся. Он просто закрыл глаза и ответил.
Дождь барабанил по зонту.
Где-то вдали проехала машина, брызги воды разлетелись в стороны.
Но они не слышали ничего, кроме собственного дыхания.
Минхо отстранился первым. Его пальцы все еще касались щеки Чанбина.
— Теперь понял? — спросил он тихо.
Чанбин не ответил. Он просто смотрел на Минхо, пытаясь осознать, что только что произошло.
— Понял что? — наконец выдавил он.
— Что это не случайность.
Минхо выпрямился, но не убрал зонт.
— Иди домой, журналист. Промокнешь.
Он развернулся и пошел прочь, оставив Чанбина сидеть под дождем, с губами, которые все еще горели от прикосновения.
Зонт остался у него в руке.
Черный.
Как глаза Минхо.
Как его мысли сейчас.
Чанбин медленно встал, держа зонт, и посмотрел вслед удаляющейся фигуре.
— Эй! — вдруг крикнул он.
Минхо обернулся.
— Ты… ты серьезно?!
Минхо не ответил. Просто ухмыльнулся — впервые за все время, что Чанбин его знал.
И исчез в пелене дождя.
Чанбин остался стоять с зонтом в руках, с бешено колотящимся сердцем и одной мыслью:
Что, черт возьми, только что произошло?
Но ответа не было.
Только дождь.
И черный зонт, который теперь принадлежал ему.