1. Незнакомец из кафе
Кафе на углу улицы Либерштайн жила своей, страной и немного забытой жизню. Словно дом, который перестал ждать гостей, но упорно продолжал остоваться открым. Дверь там скрепела так, будто жаловалась на сюдьбу, потолочные лампы освешали зал тусклым светом, и каждый столик будто держал на себе невидимый налёт чужих разговоров, недосказоностей и сигаретного дыма.
Вывеска над дверью висела криво, как выбитый зуб. Местные знали заведение просто как " угол". Иногда говорили: " встретимся на углу", и все понимали что речь идет о Кафе. Там собирались самые разные люди: бухгалтеры в дешевых костюмах, студенты с тетрадьями, пожилые пары, у которых заказ огроничивался чаем и булочкой. Кофе здесь был отвратительным и это знали все. Но " угол" притягивал не вкусом, а чем то другим: атмосферой, запахом старой древесины, эти ощюшения что время внутри течет медлиннее.
За столиком возле окна сидел Мужчина 33 лет, но выгледел он старше то ли из за усталости, то ли из за того что много пил черный кофе и слишком часто ложился спать не дома, а прямо в кабинете. Его пальто висело на спинке стула: мятое, тяжолое и серое. Галстук был закинут в корман брюк, ворот рубашки давно потерял форму. Перед ним лежали скомканые бумажные листы и гора фантиков от конфет, которые он ел пачками, будто пытался чем то перебить вкус дешевого кофе. Этот столик он облюбовал год назад и с тех пор считал его почти личной территорией. Он каждый день сидел за этим столиком и наблюдал через мутное стекло, перекресток оживленный, шумный, полный случайных сцен. Люди спешили, кричали друг другу что то, махали руками, ругались и мирились. Он любил наблюдать за ними.
Сзади подходит офицантка и наклоняясь с раздрожением ворчит.
-Господин Коеногава, у нас не мусорят.
Ее зовут София Мюллер, девушка лет 27
уже третий раз за утро делает ему замечание.
Он лишь криво ухмыльнулся: -Вы не мусорите. А я, как видите, да. Такая у меня работа: все лишнее выбрасывать.
Она закатила глаза, привычно собрала фантики с бумажками и ушла, а Пис в раздумиях наблюдая за улицой допивал свое горькое кофе.
И случайно выронил кольцо из рук.
Именно тогда он заметил его.
Мужчина вошел в кафе тихо, почти бесшумно. Не было этого привычного скрипа двери, топота или грубых шагов. Словно воздух в зале сам уступил ему дорогу. Он был высоким, стройным, светловолосым. Его пальто сидело идеально, без единой складки. Движения были вывереные, легкие. Казалось он не прикасался к полу, а скользил по нему.
Он сел за столик в центре зала, и что удивительно -стул под ним не скрипнул. Он заказал кофе, и даже в том, как он держал меню, было что-то аристократическое: аккуратность, медлительность, словно каждая мелочь была важна.
Мужчина сразу ощутил раздрожение. Он был слишком чужим для этого места. “Угол” был прибежишем обшарпаных людей, потёртых пальто, нервных студентов и вечных одиночек. А этот как будто зашел не в кафе а на выставку.
Блондин заметив взгляд Коегавы на себе чуть кивнул - вежливо, приветливо, с мягкой улыбкой - Коенагава понял: вот сейчас он точно не выдержит.
Он встал, взял свою чашку с кофе и, не спрашивая разрешения, сел на против.
- Ну кого ждём? - спросил он прямо.
Мужчина поднял глаза. Голубые как небо, но при этом улыбка на лице осталась не изменной.
-Простите, вы ко мне оброшаетесь?
-А то кому же? - хмыкнул мужчина. - Ты тут один такой. Остольные хоть как то вписываються.
Мужчина чуть склонил голову набок.
-Интересное наблюдение. Но я признаться, зашёл всего лишь выпить чашечку кофе. Разве это приступление?
-В этом заведение ещё какое, - Буркнул он и сделал глоток - Тут за кофе и без убийства срок давать можно.
Блондин расмеялся. Тихо, беззлобно, так, будто смеялся не над Коегавой, а над самой ситуацией.
-В таком случая, надеюсь, вы не собираетесь меня арестовывать, господин……
-Коенагава. Пис Коенагава, - перебил его мужчина резко протягивая руку.
-Детектив.
Мужчина пожал руку мягко, спокойно, но с какойто увереностью.
-Ноэль Риберг. Рад знакомству.
Пис всмотрелся в него внимательнее. Чистая речь, ровные движение, манеры будто из другого века. Все в нём было слишком гладко. И это раздражало.
- Так и будешь сидеть с этой улыбкой? - пришурился он. -Обычно, когда я представляюсь как детектив, люди хотя бы спрашивают, не в чем ли их подозревают.
Ноэль наклонил голову чуть набок:
-А вы подозреваете?
-Я подозреваю всех, - отрезал Пис.
- Такая работа.
- Тогда и меня тоже, - мягко сказал Ноэль.
- И как же я выглежу в этой роли?
Пис усмехнулся, допивая кофе: - Слишком чисто выгледишь. Такие, как ты, всегда в центре катастрофы оказываються. Только улыбаються, пока вокруг люди тонут.
Ноэль чуть сжал пальцы на чашке, но улыбка не исчезла.
- Вы говорите прямо. Это редкость. Большинство предпочитает скрывать свои мысли за вежливыми улыбками.
- А ты, значит, не скрываешь?
-Я улыбаюсь. Но это не маска. Скорее привычка.
Тишина повисла между ними. Звон посуды, шёпот за соседним столиком, шум улицы за окном - всё слилось в фон.
И тут дверь в кафе распахнулась, и вошла женщина.
Молодая, стройная, лет двадцати пяти. Смугла кожа, длиные тёмные волосы, лёгкое пальто, слишком тонкое для промозгой погоды. Она вошла быстро, с улыбкой на лице - улыбкой, которая могла показаться счастливой. Но Пис, привыкший к лицам, заметил: в этой улыбке было чтото наигранное.
Прости за опоздание, - сказала она.
Ноэль поднялся, галантно поцеловал ей руку.
- Что вы, милая Елена, я только пришёл.
Пис нахмурился. Всё это было слишком идеально. Слишком выверено. И именно в этот момент у него в голове впервые мелькнула мысль: “ С этим парнем что-то не так”.
- Что ж, господин Коеногава, - сказал Ноэль, - рад был познокомиться.
Надеюсь, ещё увидимся.
Они вышли вдвоём. Елена держала его под руку, он улыбался ей так же мягко, как улыбался всем.
Пис остался сидеть. Он закинул ещё одну конфету в рот, посмотрел в окно. Там за мутным стеклом, они пересекали улицу. И впервые за долгое время он ощутил жжение под кожей, то, что означало одно: “ Что-то тут не чисто”.
----------------------------------------
(Это моя первая книга, так что жду не дождусь когда сюжет начнёт развиваться, надеюсь вы тоже (* >ω<) )