Глава 14
Солнечные лучи утреннего солнца, пробирающиеся сквозь широкое окно аудитории, словно специально светят прямо в его глаза. Брюнет щурится, но на спину Кима не прекращает смотреть. Сегодня, придя в то самое место в коридоре, он не обнаружил своей цели, а когда отправился со звонком на первую лекцию, получил полное игнорирование с его стороны.
После вчерашней вечеринки Ким Тэхён ни слова не сказал Чону. Парень видел, как тот спускался по лестнице, толкая малолетнюю пьянь, как искал его взглядом среди толпы долгое время, пока сам с кривой улыбкой наблюдал за ним, прячась за одной из стен. Опьянённым взглядом пытался выявить хоть какие-нибудь эмоции на лице новенького, что венчались полным провалом: Чонгук просто ушёл после полуночи, махнув рукой на поиск. А сейчас, когда тот появился в университете, Тэхён, стискивая кулаки под партой и скрепя зубами, игнорирует его, всеми силами стараясь не сорваться и не накинуться на человека, которого не удалось раскусить на вечеринке. Не стоит скрывать, у Кима тоже был план.
А брюнет, всё продолжая наблюдать за ним и дожидаясь перемены, догадывается о мыслях в голове Кима. Не глуп, знает, что, придя в университет под прикрытием обычного переведённого студента, его раскусят за пару дней. Он изначально не вписывался, что уже говорить о дружбе, которую вряд ли кто затеет с молчаливым, холодным парнем, не знающим даже самых основ общения с одногодками. Его единственный друг - Мар, который находится дома, а также выведен под сердцем чёрными чернилами. В любом случае, Чонгук всё решил ещё вчера, когда ночью не спал, а думал о тихом убийстве, на которое, по идее, отводилось два месяца. Но что же поделать, видимо, придётся всё сделать сегодня, а каким образом - решит уже на месте.
- Тэхён, - останавливает Чон его на выходе из аудитории. Подходит ближе и вопросительно смотрит, словно пытается выявить причину игнорирования.
- Иди за мной, - отрезает парень, дергая того за локоть и таща за собой в сторону лестничной площадки. А Чонгук не противится, лишь идёт следом за ним и в голове прокручивает возможные варианты убийства. Да, теперь сомнений не остаётся, что Ким о чём-то догадывается. Только вот помимо догадок всплывает вопрос: Чон не единственный, кто пытался нанести вред семье, раз его так быстро раскусили?
Тэхён отпускает руку парня и, дождавшись, пока тот повернётся к нему лицом и снова набросится с вопросами о странном поведении, толкает к стене и надавливает локтем на шею, пыхтя и матерясь от злости. Чонгук удивлён, хоть и вида не подаёт. Его лицо снова не показывает никаких эмоций, а кадык даже не скользнул по шее при резких действиях Кима. Он смотрит в глаза прямо, открыто, не моргая.
- Чёрт подери, кто ты такой? - кричит, раздражаясь отсутствием реакции со стороны Чона. С первого дня знакомства его так сильно мучил этот вопрос, а вчера, когда выдалась возможность напоить и выяснить хоть что-нибудь, тот просто спокойно уходит, запутывая тем самым ещё больше. Чонгук пил столько же, но вида не показал, что хоть чуточку пьян.
- Новенький, которого ты встретил с улыбкой на лице и дружелюбно предложил показать корпус, - отвечает спокойным, ровным тоном он уже с кривой улыбкой на лице. И, главное, не врёт ведь.
- Да кому ты нужен, - шипит Ким, сильнее надавливая на горло, - появился в месте, о котором в помине никто не знает, ошиваешься около меня постоянно. Думаешь, тот, кто друзей не заводит, позволит к себе прибиться какому-то новенькому со странными замашками?
- А ты думаешь, что, бросая мне тайком на дно стаканчика с пивом экстази, я всё выложу тебе? - вспоминает брюнет и тут же освобождает свою шею, ухватываясь за воротник свитера Кима и меняя положение, прижимая уже того к стене. В голове Чона уже зреет план, а в глазах стоят картинки, как спускает его по лестнице и хватается за волосы, добивая ещё дышащее тело грубыми ударами головой о бетон. Уж лучше так, чем раскрытие своей личности.
Чонгук физически сильнее и ловчее Кима, потому с лёгкостью удается скрутить парня и, пропуская мимо ушей очередные невнятные вопросы, попытаться поскорее осуществить свой план.
- И всё из-за этой стервы? - вопрос, который не уходит от ушей Чона и заставляет остановиться. - Пошёл к черту ваш Джувон. У него нихрена не получится. А ты, очередной щенок своего друга, просто не знаешь, с кем связался, - он слушает Кима и не может понять, что тот несёт. Какой-то Джувон, девушка - что вообще происходит?
- Да, мне приказали убить тебя, - решает честно признаться он, чтобы выявить его реакцию и понять, наконец, в чём дело. - Занять твоё место, где ты обычно зависаешь, влиться в доверие, следить за каждым шагом, а в июле убить. Прихлопнуть словно жалкую букашку.
- Что ты несёшь? - не выдерживая, Тэхён освобождает одну руку и наносит удар в левое ребро парню. А тот даже не пытается увернуться, лишь, немного скрутившись, опускает голову и в голос начинает смеяться.
- Это ты что несёшь, придурок? Какой, мать твою, Джувон? - Чонгуку становится весело, а посмотрев на опешившего парня, на лице которого уйма вопросов и непонимания, он ещё громче заливается ядовитым смехом. - Да, продлил ты себе на два месяца жизнь, парень, - продолжает быть честным, уже выпрямляясь и сравниваясь с молчаливым Кимом.
- Да иди ты, - на выдохе отвечает он, толкая того в грудь.
Парень покидает лестничную площадку, качая головой, словно доказывая себе что-то, а оставшийся брюнет провожает его спину уже серьёзным взглядом, мысленно желая поскорее избавиться. Пристрелить, заколоть, сбросить с крыши или с моста, лишь бы вычеркнуть эту семейку из памяти и свалить с университета, прощаясь уже с поднадоевшей маской. Легче скрываться от мира сего в своей крохотной квартире и думать о той, что не даёт покоя уже который год.
Чонгук с ненавистью вспоминает черты лица этой женщины, с каждым днём испытывая больший гнев ко всему женскому полу. Глупые, безответственные существа, они не заслуживают к себе внимания, их краска на лице будет размазана наволочкой, а связки порвутся из-за криков и плача под его телом. Страх и слёзы - причина ухмылки на лице, а ухмылка Чонгука является чем-то действительно пугающим. Он безжалостен и холоден; живёт в своём мире, в котором даже не пытается бороться со своими демонами.
- Ты что-нибудь выяснил? - разговор с отцом по телефону в столовой, который постоянно заканчивается этим вопросом. Жаль только, что тот постоянно твердит о незнании местонахождения женщины, чей поиск уж очень затягивается. - Понятно.
Генерал полиции, способный на кратковременный поиск любой букашки, уже который год не может отыскать женщину, чьё имя и фамилия известны? Какой бред. Чон не глуп, знает, что тот не прикладывает для поиска никаких усилий, но всё равно надеется, что, позвонив когда-нибудь, он услышит тот заветный адрес.
Отключив телефон, парень поднимается на ноги, оставляя на столе обед, к которому не притронулся даже. Идёт медленной походкой к выходу из столовой, пока не замечает бегущую ему навстречу девушку с баночкой сока в руке. Ким Джису постоянно обедает в корпусе брата, и, видимо, сегодня тоже решила отсидеться здесь, а не в том месте, где её за человека не считают. Обычный аутсайдер, которому суждено быть одному всю жизнь.
- У него! - кричит она, забегая за спину Чона и успевая забросить ему в карман стеклянную баночку того самого сока. Справившись с задачей и отвязавшись от бегущего за ней паренька в очках, который, видимо, был хозяином напитка, несётся дальше. Вот только далеко убежать не удаётся, уже на выходе девушку подлавливает разозлившийся Чонгук.
Отвязавшись от студента, отдав тому свой сок, он, шипя и матерясь, направляется вслед Джису. Маленькая девочка уж очень по нервам бьёт, причём настолько, что хочется пристрелить её за компанию с братом.
- Отпусти! Эй! - возмущается хулиганка, когда брюнет без каких-либо усилий поднимает её тело и забрасывает на левое плечо. - Ты, громила, я просто отомстила тебе! Мы квиты, так что отпусти, - стучит маленькими кулаками по его спине, пока тот молча несёт её по коридору. - У меня юбка задирается, поправь. Ну, придурок, поправь, говорю!
- Твои черепашки нахрен никому не нужны, - сквозь стиснутые зубы отвечает, стараясь не сорваться и не выкинуть шумное создание в распахнутое окно. Красивый полёт с четвёртого этажа получился бы.
Парень отпускает девушку на пол перед дверью небольшой подсобки, но руки всё ещё продолжает заламывать, слыша очередные матерные слова в свой адрес. Благо, нервоустойчивый, иначе печальный исход ей был бы обеспечен.
- Что ты... что ты.. Эй! - кричит она, оказавшись в тёмной комнате одной и услышав щелчок. Начинает долбиться в дверь кулаками, лишь бы только кто-нибудь выпустил, но по ту сторону никто не отзывается. А Чонгук стоит подле неё, скрещивая руки на груди, и отгоняет людей строгим взглядом, которые останавливаются на шум и хотят помочь бедняге.
Он не привык к таким действиям в свой адрес, причём от девушки, потому и злится дольше обычного, стоя под дверью и вслушиваясь в скулёж. Джису напоминает мартышку. Надоедливую, маленькую мартышку, приносящую людям головную боль, но никак не улыбку. Невооружённым взглядом можно понять, что ей не хватает внимания, поэтому и страдает ерундой всякой, лишь бы его получить. А к Чонгуку это не должно относиться, ему плевать на причуды сестры его цели. Пусть покричит и поплачет, авось начнёт думать, прежде чем нападать не на тех.
«Пожалуйста, я темноты боюсь» - не трогает. Уж совсем не вызывает желания пожалеть и выпустить; «Козлина, да я врежу тебе, когда выберусь отсюда» - а вот за это получить может, бесстрашная.
Слышен звонок на начало лекции. Коридор за считанные секунды пустеет, как и стихают всхлипы за дверью подсобки. Брюнет не спешит на лекцию, как и девушка, уже минут пятнадцать не проронившая ни звука. Возможно, уснула, несчастная. Чон прислушивается к этой тишине и, прокрутив пару раз впихнутым в замочную скважину ключом, оставленным до этого уборщицей в дверях, открывает её.