Может вернёшься?
Яркая зелёная трава, покрытая вечерней росой, ярко сияет, омываемая лучами солнца. Высокие здания, отбрасывая свои тени, не закрывают людей от горячего небесного диска. Он продолжает согревать замёрзшую землю, чтобы, как можно быстрее, расцвели прекрасные цветы, запах которых будет слышен за несколько метров. День почти близится к концу, когда юноша выходит из своего дома и медленно направляется в сторону парка, движимый детским любопытством. Вокруг бегают дети, мяукают коты, где-то рядом смеётся компания подростков. Кажется, будто ничего и не было, будто это был какой-то сон и в их городке не произошло никакого убийства. Всё было настолько повседневно, настолько привычно, что он уже было подумал: не показалось ли ему? Позади послышался голос диктора, который объявлял утренние новости: «Убийца ещё не найдет. Дело ведут капитан рэттвилской полиции — Джек Питерсон и сержант — Майкл Форт. Следите за новостями...» Остальное он не слушал. Уильям направился к месту преступления, желая встретиться с бывшими коллегами и подробнее расспросить об убийстве. Солнце зашло за горизонт, окрашивая небо в алый, оранжевый цвета. Где-то появлялись фиолетовые облака, перекрывая заходящее солнце, где-то уже темнело небо, покрываясь тёмно-синим полотном. Андерсон обожал городские закаты. Он мог подолгу сидеть на улице любуясь ими до наступления ночи. От созерцания неба его отвлёк красно-синий свет полицейской машины. Он сам не заметил, как дошёл до центрального банка и был вынужден остановиться, чтобы получше рассмотреть территорию: по бокам дороги две полицейские машины, жёлтая лента по всему периметру. Посреди дороги машина криминалистов от серого до красного цветов, отбрасываемые от полицейских мигалок. Он остановился возле искусственного ограждения, чтобы увидеть то, ради чего пришёл, но его не было. Мёртвого тела там не было, лишь валялись какие-то инструменты и бумажки, но это ли ему было нужно? Он уже готов был перелезть ограждение, когда заметил офицера, идущего в его сторону. Остановившись, как вкопанный, он приподнял свой острый подбородок и встал по стойке «смирно», не страшась смотреть в холодные голубые глаза напротив.
- Молодой человек, вы кого-то ищете? - смерив оппонента взглядом, офицер остановился, сложив руки за спиной.
- Нет, сэр. Я ищу не кого-то, а что-то, - спокойно ответил парень, несмотря на дрожь в ногах. Злые офицеры, ещё со времён работы в полиции, его пугают.
- В таком случае, уже поздно. Если вы что-то потеряли, следует попытать удачу поискать завтра утром, когда будет светло, - включились фонари, осветив улицу и чужое серьёзное лицо. Несмотря на спокойный и вполне дружелюбный тон мужчины, его глаза светились холодом, а лёгкая улыбка выдавала животный оскал. Нервно сглотнув, Уил распрощался с полицейским и поспешил ретироваться оттуда подальше, желательно, домой. Пробежав несколько метров, ему казалось, что он вроде бы собирался спокойно уйти, а не бежать добрый марафон, но остановившись около закусочной, он обнаружил не только то, что бежал всё это время, но и то, что не ел весь день и потому ужасно проголодался.
Здание закусочной было довольно просторное, хоть и маленькое на первый взгляд. Окна выходили прямо на проезжую часть, все были зашторены маленькими бежевыми занавесками. Круглые столы стояли вдоль стены, своеобразной буквой «Г». Некоторые уже были заняты супружескими парами, некоторые подростками и маленькими детьми. Слева стоял большой прямоугольный стол, за которым сидела пожилая пара, о чём-то разговаривая с хозяином этой забегаловки. Мужчина, лет пятидесяти, беседуя с посетителями, протирал стеклянный бокал и, заметив Андерсона, кивнул ему в знак приветствия, рукой, в которой держал белое полотенце, приглашал подойти к столу. Улыбнувшись краешком губ, Уил подходит, здоровается с пожилой парой, которая тут же благодарит хозяина и спешно выходит из помещения.
- Почему, как только я прихожу куда-либо, от меня все убегают? - надув губы и опустив брови ближе к переносице, задаёт вопрос юноша, кладя руки на стол. Взгляд бросается за грамоту «Лучшему дедушке» и на корзину с цветами, рядом с которой стоит фотография женщины с двумя маленькими детьми. Старик поворачивается назад и мягко улыбается, продолжая своё дело.
- Дочка родила двух сыновей позавчера. Близняшки.
- О, поздравляю вас, - почти шёпотом произносит парень, не переставая скользить взглядом по семейным фотографиям мужчины, не особо вслушиваясь в его монотонную речь. От просмотра его отвлекает знакомый голос где-то позади и он оборачивается, встречаясь взглядом с двумя мужчинами, сидячими за соседним столиком. Как он их не заметил сразу, как только вошёл? Вопрос остаётся висеть в воздухе. Он спешно делает заказ: куриное филе с картошкой и греческим салатом, на десерт вишнёвый пирог и Американо, а затем подходит к бывшим коллегам, присаживаясь на пустое место. Разговор начинается не сразу, как и не сразу заканчивается. Неловкие паузы, странные взгляды, неуместные вопросы — вот из чего состоял их разговор. Конечно, нельзя не забыть о ностальгии по прошлому и нынешнему убийству.
- Значит, у вас даже мыслей нет, кто мог его убить? - спрашивает Уил, переводя взгляд от одного к другому и обратно.
- Мыслей нет, потому что улик нет, - раздражённый, с самого начала, Джек срывается и почти кричит на бывшего приятеля. Единственное, что его останавливает от того, чтобы не наброситься на Андерсона, это рука Майкла на левом предплечье, которая достаточно весомо сжимает её, без возможности сопротивляться. Тренировки пошли ему на пользу.
- Дело в том, - успокаивающе гладит Питерсона по косточки кисти, - что убийца не оставил никаких улик, кроме хаоса в личном кабинете Темса и крови. Однако, кровь принадлежит только жертве, все следы тоже принадлежат жертве. Ни одного следа убийцы, ни одной, даже косвенной, улики, - печально выдыхает Майкл, опуская чужую руку, как только вспомнил о ней. - Поэтому, у нас и нет мыслей, кто мог бы это сделать. Мы с Джеком всё утро пытаемся найти свидетелей, но все находились дома в это время. Ситуация впервые такая запутанная, - его прерывает шипящий голос коллеги.
- Ситуация запутанная только потому, что это твоё первое дело, - и тут же вскрикивает от удара в ребро.
- Вообще-то, третье. Первое было полтора года назад, когда меня поставили тебе в помощники.
- Было убийство? Когда? Почему я об этом не знал? - заваливая вопросами, Уильям привстал со своего места, облокачиваясь двумя руками о стол.
- Ты тогда, как три месяца, уволился и вечно где-то пропадал. До тебя было не то, что не дозвониться, но и не прийти. Я три раза приходил к тебе, но дверь была заперта и никто не отвечал, а на третий мне открыла твоя мама, сказав, что ты переехал и даже адреса им не оставил.
- Это было не запланировано. Потом я им скинул свой адрес и очень зря, они на протяжении месяца приходили ко мне домой.
- Ты спустя месяц скинул им адрес и на протяжении всех их походов к тебе, ты им ни разу не открыл!
- Открыл!
- Когда твоя мама, вся в слезах, позвонила тебе с просьбой пустить их.
Ничего не ответив, он принялся доедать пирог, запивая кофе. Это была вынужденная мера и, конечно же, никому этого не понять. Воцарилась гробовая тишина. Вокруг них царил словно праздник: смех доносился со всех столов, чьи-то громкие и радостные крики, визги были слышны повсюду, однако, никто из присутствующих за этим столом словно не слышал их. Все трое были погружены в свои мысли. На этой ноте они и закончили свой разговор, прощаясь уже на улице.
- Дай свой адрес, - протянув записную книжку, Форт с улыбкой ждал её обратно, но уже с адресом друга, - если ты мне написал ложный адрес, то ты ведь помнишь, что я всегда тебя найду? - сощурив глаза, мальчишка весело посмеялся слегка испуганному лицу Андерсона и поблагодарив, удалился с Джеком в участок.
Оставшийся путь был проделан Уильямом словно во сне: он не разбирал дороги, ноги сами вели его. Ночное небо было великолепным: скопление ярких звёзд на тёмном полотне завораживало взор, неважно, сколько тебе было лет, ты всё равно остановишься, чтобы насладиться их красотой. Опустив голову вниз, он с ужасом понял, что ноги его привели вовсе не к своему дому, а к родительскому. В их квартире ещё горел свет, а значит никто не спал. Посмотрев на экран телефона, он убедился, что пока слишком рано для сна: цифры показывали пол девятого. Переминаясь с ноги на ногу, он пересилил себя и вошёл в подъезд многоэтажного дома. Набрав на лифте десятый этаж, он оказался возле квартиры номером триста двадцать два. Золотые цифры блестели на белоснежной двери, а чёрная ручка так и кричала, чтобы за неё схватились и открыли эту дверь. Переведя дыхание, Уил постучал три раза перед тем, как увидеть в дверном проёме лицо матери. Оно вытянулось от удивления, а глаза засияли от радости. Открыв дверь, она бросилась на сына, обнимая его и заводя к себе в квартиру.
- Чего так неожиданно, сынок?
- Соскучился просто. Решил проверить вас, не сожгли ли вы чего? - с лёгкой улыбкой он заходит на кухню, где на стуле, читая газету, сидит отец.
- До самой смерти будешь мне это припоминать? - шутливо злится Роза Андерсон, щипая сына за щёку.
- Пока ты что-нибудь новое не натворишь, - пожимает руку отцу, удивившемуся его приходу и заключает того в объятия, параллельно о чём-то беседуя с матерью.
- Это была роковая случайность, - цокает женщина, складывая руки на груди.
- Роковая случайность — это купить первую попавшуюся квартиру и жить в ней до самой смерти, а у тебя — это просмотр сериала параллельно готовя ужин. Эх, курочка, коптись с миром.
Ударяя полотенцем по спине, она уходит с недовольным видом, оставляя мужчин наедине.
- Ты слышал, что произошло? - спрашивает мистер Андерсон, откладывая газету.
- Ты про убийство? Да, слышал. Я практически только оттуда. Хотел посмотреть на труп, да его убрали. Зато, встретился с бывшими коллегами по работе.
- С Джеком и Майклом? - удивлённо приподнимает брови мужчина, складывая руки перед собой.
- Да, верно. Они работают над раскрытием этого дела.
- Есть какие-то новости?
- Мы об этом не говорили, - виновато улыбается, рассматривая кухню, - новые шторы? Красиво.
- На прошлой неделе купили, - врывается в диалог миссис Андерсон, стоя за спиной сына. Её руки покоятся на спинке стула, поза расслабленная, лицо выражает полнейшее спокойствие, а взгляд прикован к новым шторкам нежно-голубого цвета, - есть будешь?
- Нет, спасибо. Я только с «Чайки». Встречался с бывшими коллегами.
- Вот как, - задумчиво протянула Роза, - а не хочешь вернуться?
- Мы это уже обсуждали. Я прекрасно зарабатываю тем, что пишу статьи на заказ. Меня всё устраивает.
Не желая вновь спорить с юношей, она молча прошла к шкафу с посудой и спросила, оглядываясь назад: «Чай?». Ответом ей послужил хор из мужских голосов.
- Кофе.
- Мятный.
***
- Узнал что-нибудь? - заглядывает через плечо приятеля, чем пугает того. Форт вскрикивает, обливая свою белую рубашку горячим напитком горького шоколада. Невозмутимое лицо капитана продолжает сверлить экран ноутбука и ждать ответа на заданный вопрос, совсем не заботясь о ситуации рядом. Майкл берёт салфетку, пытаясь какое-то время оттереть огромное чёрное пятно, но бросив это дело, которое не привело ни к какому результату, принялся отвечать на поставленный вопрос, - Узнал инициалы и адрес охранника, который должен был быть в ночь убийства. Также, адрес дома жертвы и ближайших родственников, печально оглядев пятно, он хмуро уставился на Джека, желая услышать от того извинения. Однако попытка не увенчается успехом и Питерсон, довольный информацией, уходит в свой кабинет, находящийся на третьем этаже. Майклу остаётся лишь закатить глаза от раздражения и продолжить искать информацию об убитом. Как позже выяснилось, у него были связи с наркоторговцами.
- Может, кто-то из них убил? - задаёт вопрос вслух, продолжая читать статьи о скандале Фридерика с конкурентами. Они активно конфликтовали с другой парфюмерной компанией, постоянно находясь на ножах. Может быть, последний нож воткнулся в спину в виде данного убийства? «Скорее в шею» - думает парень, прыская со смеху. Неуважительно смеяться над мёртвыми, но утро выдалось порядком напряжённое. Посмотрев на часы, что стояли по правую сторону от ноутбука, он, поставив его на спящий режим, облегчённо вытянулся, радуясь дневному перерыву и возможности наконец-то поесть. Часы показывали ровно полдень, а это значит, что пора тащиться на третий этаж за несносным ребёнком, а затем идти в ближайшее кафе, за новой порцией горячего кофе и чего-нибудь съестного. Работа предстоит долгая и трудная, потому нужно иметь много сил на её выполнение. Поднимаясь по ступеням, он одной рукой держался за поручни, представляя себе окровавленные руки жертвы. «Как он смог, будучи атакован стеклом в шею, спуститься вниз с пятнадцатого этажа и не погибнуть от потери крови там же? А что, если его стащили с лестницы, уже будучи мёртвым?» - ошеломляющая мысль пришла ему в голову, вынуждая широко раскрыть глаза и остановиться посреди лестницы от столь неожиданного варианта событий. Переступая несколько ступеней сразу, он старался быстрее дойти до кабинета капитана, чтобы поделиться обескураживающей мыслью, но открыв дверь, обнаружил, что Джека там не было. Из раздумий его прервал телефонный звонок. На дисплее высвечивались пять нелюбимых букв чужого имени. Остаётся два варианта, зачем он звонит: первый — вызвать на какое-то срочное дело, второе — ему скучно и он решил пошутить. Глубоко вдохнув, Майкл сосчитал до пяти в уме и ответил на звонок, ожидая последующих действий.
- Ты где? - вот так: ни привет, ни как дела. Как всегда, в стиле Питерсона.
- У тебя, хотел позвать в кафешку, но тебя не оказалось. А ты где? - спускаясь по лестнице вниз, спрашивает юноша, замечая чёрный классический костюм, сидячий на его собственном месте.
Мужчина сидел прямо, положив ногу на ногу и смотрел куда-то в сторону, ожидая коллегу. Он явно был в раздумьях, где-то не здесь. Его выдавали напряжённая челюсть и сомкнутые губы, рука, на которую опирался его подбородок, была сомкнута в кулак. Тихонько прокашлявшись, чтобы привлечь его внимания, он по привычке вытягивается ввысь, отходя назад. У них небольшая разница в росте, всего пять-шесть сантиметров, но достаточно ощутимая, чтобы каждый раз поднимать голову, когда разговариваешь или смотришь. Джек, не проронив ни слова, молча пошёл на выход из участка, не оборачиваясь назад, будто был уверен, что Форт пойдёт за ним. И он не ошибся. Майкл действительно шёл позади него, надеясь, что он таким образом извиняется за недавний конфуз и приглашает того поесть, но как же он ошибался. Это же сам Джек Питерсон — капитан рэттвилской полиции, тот, в чьей прерогативе не извиняться и не просить прощения. От него не услышишь даже простой благодарности. Довольствоваться нужно только кивком и то, не всегда. Уже сидя в машине, парень понял, что что-то не так. Они проехали кафе, проехали забегаловку на центре улицы и даже «Чайку»! Его явно везут убить. Что он успел натворить за последние шесть часов?! Приказы исполнял, всё выполнял в кротчайшие сроки, не перерекался, даже кофе ему привёз. Практически в постель! Ну, затупил тогда в кабинете, подумаешь, с кем не бывает. Случаем, ни из-за этого ли его сейчас везут куда-то в сторону от еды? Посмотрев краем глаза на приятеля, он облегчённо выдохнул: он был спокоен, как ясное небо и ничего не предвещало его смерти.
- Если ты думаешь, что я везу тебя убить, то ты прав, - словно гром среди ясного неба разразилась эта фраза. Мурашки побежали по коже, ладони резко запотели, дышать стало в разы труднее, а взгляд стал метаться по салону машины. Юноша выглядел настолько испуганным, будто рядом с ним сидит серийный убийца. Он ещё раз взглянул на мужчину, надеясь увидеть там улыбку и успокоиться, но даже тени улыбки на чужом лице не было: всё такое же расслабленное лицо. Уверенные движения рулём и они приехали к какому-то деревянному домику на окраине Рэттвила. Он был небольшим и с виду очень уютным. Множество деревьев придавали ему сказочность, а пение птиц успокаивало натянутые нервы.
- Сейчас мы будем проводить опрос. Знаешь, где мы находимся?
- У дома охранника — мистера Харисона, которого не было ночью на посту, - парень медленно, словно в замедленной съёмке, поворачивается к другу и злобно тычет в него пальцем, подходя вплотную и не сводя с того взгляд, - так это была шутка?! Я до чёртиков испугался. Ты был чересчур серьёзным, а что, если... - шипит Майкл, встречаясь с чужими глазами, которые сейчас смеются над ним.
- А что, если бы тебя инфаркт схватил? - заканчивает за ним предложение, проходя мимо юноши, - Брось, тебе всего лишь двадцать шесть. Ты ещё совсем молодой, в самом рассвете сил, - ухмыляясь, Джек постучал в дверь, дожидаясь её открытия, пока Форт спешно подходил к нему. Дверь отворилась и они увидели седого мужчину, на чьём плече сидел африканский попугай. Его усы крутились на концах, а седые волосы были недавно уложены, судя по блеску. Одет был просто: пижама для сна в бело-красную клетку. Попугай вертелся на его плече и иногда выкрикивал какие-то фразы, не совсем понятные двум полицейским. Пройдя вглубь дома, они присели на дубовые стулья. Майкл достал блокнот для записей, стал конспектировать почти весь диалог, помечая важные вещи.
- Значит, вы говорите, что вас должен был кто-то подменять этой ночью? - спрашивает Джек, не переставая рассматривать человека напротив.
- Да, всё верно. Недавно мне сообщили, что нашли второго охранника и теперь мы будем работать посменно. Эта ночь и день — его смена. Я должен был выйти на следующую ночь.
- Хорошо, скажите, вы сами видели нового охранника?
- Нет, - старик качает головой и задумчиво покручивает свои усы, - не видел. Я даже имени его не знаю, если честно.
- Хорошо, а как вы узнали, что нашёлся новый охранник?
- Мне позвонили. Я снял трубку и хриплый мужской голос заявил мне, что по моей просьбе был найден новый охранник и следующая ночь — его.
- Вы знаете, откуда и кто вам звонил? - Питерсон заметно встрепенулся: вытянулся на стуле, сел ровно и принялся ждать ответа.
- Нет, не знаю. Голоса я не понял, но он явно был мне незнаком.
- Можно забрать ваш телефон? Нам нужно будет проверить все входящие звонки, - капитан говорил вежливо, спрашивал разрешение и покорно ждал ответа, несмотря на буйный характер, что приятно удивило Майкла, однако, он не забыл об их недавней ссоре. Забрав телефон, полицейские удалились из дома Харисона, сев в машину и поехав в участок. Живот предательски заурчал, выдавая своего хозяина с головой о том, как тот голоден.
- Ещё не вечер, - отвечает Джек, сканируя приятеля взглядом. Тот, поджав губы, кивнул, - сейчас проверишь входящие вызовы, а я заберу вещи жертвы. Как только придёт оповещение из морга, сходим к патологоанатому. Узнаем подробности смерти Темса. Кивнув в очередной раз, юноша уставился в окно, желая поскорее вернуться в участок, чтобы сходить в столовую и уже там поесть. Пусть там и кормят невкусно, но он не мог поступить иначе.
Проехав их любимый кафетерий, они завернули на центральную улицу, а затем проехали по левому шоссе, подъезжая к зданию полиции. Выйдя из машины, рассерженный и голодный Майкл, первым делом пошёл в столовую, а Питерсон отправился на нижний этаж, в морг. Стены окрашены в бирюзовый цвет, потолок точно такого же цвета. В нос бросается запах медикаментов, спирта и чего-то ещё, такого же противного. В конце бесконечного коридора показалась комната, отличавшаяся ото всех. Она белого цвета, в конце, у стены, стоят множество ящиков под мёртвые тела со встроенной заморозкой. Множество металлических кушеток стоят посередине помещения. На одной из них лежит тело мистера Темса. Оглядев всю комнату целиком, он заметил дверь, ведущую в кабинет патологоанатома. На его столе лежали личные вещи жертвы, а самого врача не было. Посмотрев по сторонам, он стал ждать работника, прислонившись бедром к столу. Какие-то папки, личные дела пациентов, документы, бумаги — все они были разбросаны в хаотичном порядке. Громко тикали часы, отсчитывая время. Оно будто остановилось, замерло. Прошло пять минут, а показалось, будто вечность, как мужчина встретился с изумрудными глазами молодой женщины. На вид ей около тридцати; рыжие волосы были собраны в пучок и спрятаны под белой шапочкой, медицинский халат свободно развивался, открывая вид на бирюзового цвета костюм, на ногах у неё были закрытые туфли, а на прекрасном миловидном лице была натянута маска. Кивнув в знак приветствия, Джек отстранился, пропуская девушку к столу и стал наблюдать за её дальнейшими действиями.
- Эмили Грайс — патологоанатом, будем знакомы, - приятный голос разразил тишину комнаты и она снимает маску, обнажая нежно-розовые губы, которые облизывает из-за сухости, вынуждая гулко сглотнуть капитана полиции.
- Джек Питерсон — капитан полиции, будем, - он принимает из чужих рук пакет с вещами, собираясь уходить, но оборачивается, останавливаясь в дверном проёме, - Почему я вас раньше не видел?
- Я новенькая, - Эмили подходит к мужчине вплотную, кладёт руку на ручку двери и с самой обворожительной улыбкой шепчет: «До скорого, капитан», - и закрывает перед ним дверь, довольно усмехаясь реакции Питерсона. Джек, пытаясь осознать, что только что произошло, медленно бредёт вдоль комнаты, спотыкаясь о ножку кушетки.
- После пяти я вас жду здесь, - он замирает на месте, оборачиваясь на Грайс. Он только собрался открыть рот, чтобы узнать, о чём идёт речь, когда девушка поворачивает голову в направлении мертвеца и капитану остаётся только согласиться, сказав, что они обязательно будут, покидая помещение. Сидя в своём кабинете, до него дошло, какую глупость он чуть ли не сморозил и что вообще произошло. Он не отрицает, что ему понравилась эта особа, но это всего лишь на первый взгляд. Ему нужно прежде всего думать о работе, об убийце и как его поймать, но никак не о любви. Задумавшись, он не заметил, как пролетело время. Около четырёх ему позвонил Форт, с просьбой подойти.
- Вот что я обнаружил: звонивший скрыл номер телефона и место, откуда звонил. Все последующие вызовы были сделаны сестрой и сыном. Больше ничего, - указывая на экран компьютера, пояснял парень, не отводя взгляда с напряжённого лица коллеги, - Ты меня слушаешь вообще?
- После пяти нас приглашают в морг. Отличная работа, разберись с остальными вещами, - положив пакет, Джек похлопал того по плечу и ушёл обратно к себе, оставляя потерянного Майкла одного с кучей вопросов в голове, - «Отличная работа»? Бред какой-то, - удивлённо думает сержант, не переставая смотреть в сторону этажа, куда минутой раннее ушёл его приятель. «Он случаем не заболел?», «Что-то случилось, пока он забирал вещи или он просто устал?» Его фокус смещается на прозрачный пакет и ему ничего не остаётся, кроме как открыть верхний ящик стола, вытащить оттуда перчатки, надеть их и начать осмотр чужих вещей, надеясь обнаружить хоть что-то, касаемо убийцы.
- На наручных часах обнаружены следы пальцев жертвы, отпечатки совпадают. Стекло треснуто, видно он упал на часы, пока дрался с кем-то, ну или споткнулся, не знаю. Трещина свежая, от двух до пяти дней. На рубашке пятна крови и грязь. Она изорвана в большей части: низ и рукава полностью порваны. На брюках таже кровь, что и на рубашке и принадлежит она Темсу. Ни одного следа убийцы: ни пальцев, ни крови, ни волоска. Как будто и не было его вовсе! - кипятится сержант, пока делится тем, что узнал Питерсону, ярко жестикулируя руками, чуть не ударив мимо проходящего лейтенанта по бедру, офицера по голове, а Джека по носу. Правда, он наоборот получил от того, но будем считать, что это ответка за утро.
- Скорее всего, он не новичок в этом деле и был в перчатках, судя по тому, что он ничего не оставил, - потирает ушибленный нос, ловя свободной рукой две чужие и сжимает обе кисти почти до хруста, - не жестикулируй, убьёшь тут всех, - шипит мужчина, осторожно выпуская руки из своей крепкой хватки, с удовольствием наблюдая, как коллега потирает свои запястья, тут же мгновенно успокоившись.
- Я не удивлён тому, почему у тебя нет друзей, - огрызается Форт и злобно смотрит на остановившегося капитана, который сжал обе кисти в кулаки.
- Не твоё дело, - холодно отвечает мужчина, продолжая идти первым по бирюзовому коридору. Майкл тянется сзади, не переставая потирать ушибленные кисти. «Силён же, сукин сын», - рычит про себя парнишка, догоняя друга и становится рядом с ним. Они одновременно заходят в светлое помещение и застают женщину в маске, сидячую в своём кабинете, перебирающую документы на столе. Она поднимает зелёные глаза на двух парней и встаёт со своего места, снимая медицинскую маску, обнажая губы.
- Эмили Грайс, рада знакомству, - протягивает руку для рукопожатия, с улыбкой пожимая чужую ладонь.
- Майкл Форт, взаимно, - улыбается юноша, пожимая нежную и маленькую ладонь девушки.
- Случай не из особо приятных, - начинает патологоанатом, - левое ребро сломано, правая кисть вывернута в неестественном виде, ступни измолоты в порошок. Стекло в шее находилось прямо в сонной артерии, из-за чего смерть наступила довольно быстро. Судя по всему, работали молотком или битой, но явно чем-то тяжёлым. На внутренней части предплечий обнаружены кровавые развозы и царапины, под ногтями забилась грязь. Язык во рту отсутствует. Могу предположить, что его отрезали уже после смерти, - объяснения шли параллельно с телом руководителя парфюмерной компании: показывали руки, ноги, открывали глаза и рот, дабы доказать свои слова и предположения.
- Благодарю, - оба мужчины вышли из комнаты, делясь своими мыслями.
- Языка мы нигде не увидели, значит, он забрал его себе, - первым подаёт голос Майкл, прокручивая в голове это отвратительное зрелище.
- Если бы увидели, ты бы его уже давно заблевал, - посмеивается Питерсон, ровным шагом проходя в кабинет, а за ним и Форт, закрывая за собой дверь.
- Не припоминай, это было полтора года назад. И вообще, это было моё первое дело, - опустив брови вниз, он сжимает губы и присаживается на стул, продолжая диалог, - Значит, у убийцы было что-то тяжёлое с собой и этим он сломал Темсу кости.
- Либо, он взял что-то по пути или уже в самом кабинете Фридерика, - подперев подбородок он бросил взгляд на настенные часы: семь часов вечера, - Пошли поедим, а затем продолжим изучать камеры наблюдения.
- А это не может подождать до завтра? - со стоном встаёт сержант, представляя себе ночную работу и с жалобным видом направляется вслед за капитаном.
- Не может. Чем быстрее мы найдём убийцу, тем лучше, - грубый тон и парень уже не хочет спорить. Он хочет вкусно поесть за целый день и потом он будет готов на что угодно. Они приехали, после долгих рассуждений, в «Чайку». Заняв третий у входа столик, они принялись заказывать: копчённая курочка с картошкой, овощной салат и компот — для Майкла и чёрный кофе — для Джека. Форт всё больше задумывался о том, что его коллега скорее всего болен. Дожидаясь заказа, они услышали знакомый голос, но не обратили на это внимания, продолжая обсуждать всевозможные варианты совершаемого убийства. Повернув голову, сержант заметил смутно знакомое пальто и, сказав об этом Питерсону, позвал молодого человека.
- Уильям, это ты? - после вопроса он встретился с тёмно-синими глазами и, обрадовавшись бывшему коллеги, попросил того присесть к ним. Джеку пришлось пересесть к Майклу, а Уил сел перед ними. Его кудрявые чёрные волосы были всё также взъерошены, как и всегда. Губы тянулись в широкой дружеской улыбке. Они обсуждали всё и одновременно ничего: прошлое, настоящее и будущее.
- Значит, у вас даже мыслей нет, кто мог его убить? - спрашивает Уил, переводя взгляд от одного к другому и обратно. После этого вопроса, Форт словно не помнил себя. Он пытался смягчать раздражённого Джека, его грубые реплики, удерживать мужчину, чтобы тот не натворил чего-то ужасного и параллельно придирчиво относится к ситуации в семье Уильяма.
- Ты спустя месяц скинул им адрес и на протяжении всех их походов к тебе, ты им ни разу не открыл!
- Открыл!
- Когда твоя мама, вся в слезах, позвонила тебе с просьбой пустить их, - он не мог понять подобной позиции своего бывшего приятеля и потому уже не сдерживал своего раздражения. До конца ужина они просидели в напряжённой для каждого тишине. Оба думали о том, что делать дальше, как им найти убийцу, если он не оставил абсолютно ничего. Убийца-невидимка, так прозвал его Майкл, может быть где и кем угодно. Зацепок у них никаких, но они не могли провалиться на этом деле. Попрощавшись с Андерсоном, юноша попросил написать того свой адрес, чтобы иногда заходить в гости. Не зная, зачем он это сделал, но возможно он просто хотел восстановить былую дружбу с ним, забрал блокнот обратно, но уже с адресом Уильяма.
- Если ты мне написал ложный адрес, то ты ведь помнишь, что я всегда тебя найду? - сощурив глаза, мальчишка весело посмеялся слегка испуганному лицу Андерсона и поблагодарив, удалился с Джеком в участок.
На следующее утро, Майкл направился к Уильяму. Отправив шефу сообщение о том, что он появится на работу позже по каким-то неожиданным семейным обстоятельства (он даже сам не понял каким), он медленно направился по тому адресу, который ему вчера написал приятель. Проходя мимо высоких зданий, зеркальных окон, зелёных деревьев, которые не скрывали от жары даже в столь раннее утро, Форт невольно задумался о работе. Второй день носятся с убийцей, а результатов никаких. Конечно, он сравнивает прошлые случаи и этот, но не может же он настолько отличаться ото всех. Обойдя вовремя столб, в который чуть не врезался, он подходит к подъезду, где проживает Андерсон, вводит четыре цифры от железной двери и спокойно заходит в лифт, поднимаясь на шестой этаж, мысленно моля о том, чтобы лифт не застрял где-то между этажами. На четвёртом лифт остановился, запуская старушку, которая выглядела вдвое меньше самого Форта. Дружелюбно улыбнувшись, он поприветствовал пожилую даму, удостоившись лишь быстрого взгляда серых глаз. Проезжая два этажа, он со спокойной душой выходит на шестой этаж, взглядом пытаясь отыскать чужую квартиру. Заметив тёмный коридор, он вытащил блокнот, чтобы удостовериться с номером, как ощутил на своих плечах чьи-то руки. Завернув их за спину, он не сразу понял, что этот человек ему знаком. Пока тот кряхтел и отбивался, пытаясь выйти из сильной хватки бывшего приятеля по работе, Майкл пытался вспомнить, что он уже где-то видел это светло-коричневое пальто. Осознание пришло сразу, как только парень ударил своим затылком того по носу и сумел вырваться, захватив чужие руки. Теперь всё повторялось, только главным теперь стал Уил.
- Майкл Форт — сержант рэттвилской полиции — вы обезоружены и окружены. Следует хранить молчание, ибо все сказанные слова могут быть использованы против вас, - сжимая чужие запястья, Андерсон заводит его в свою квартиру, тут же отпуская чужие руки и закрывает дверь на три поворота вправо.
- А ты не потерял хватку, Уильям Андерсон — бывший сержант рэттвилской полиции, - задорно смеётся юноша, утирая кровь из носа, - спасибо, - и принимая с благодарностью носовой платок.
- Кровь скоро остановится. Я ударил так, чтобы не было никаких повреждений. Будешь что-нибудь? - взгляд скользит по фигуре мужчины: его рыжие волосы собраны вбок, затылок полностью выбрит. Сам парень одет в лёгкую зелёную футболку и синие джинсы, на левой руке серебряные часы. Он встречается с зелёными, словно кошачьими, глазами внутри которых, словно мириады ярких звёзд и вопросительно наклоняет голову вбок, дожидаясь ответа.
- У тебя кофе есть? - приглушённый вопрос и Майкл вновь опускает глаза шипя от боли в носу.
- Тебе какой: чёрный, растворимый, на молоке или с молоком? - оборачиваясь назад, он только закатывает глаза и роется в холодильнике, протягивая сержанту пакет со льдом. - Нос я тебе не сломал. Держи, неженка, - отдаёт лёд и возвращается на кухню, которая находилась через стенку.
- Чёрный. Чую, что у нас снова будет кошмарный день, как вчера. Ты только представь себе, этот негодяй пошутил о том, что хочет меня убить, а я успел испугаться до чёртиков. Там и до инфаркта было недалеко! - возмущается Майкл, держа у носа пакет, - Он вообще странный какой-то. Иной раз хочется поцеловать его, а иной убить. Ну, это я образно, если что, - услышав, как что-то упало и по всей видимости разбилось, он поспешил на кухню, чтобы помочь бывшему коллеге, но застал его согнутым и стоящим на коленях у стола, задыхающимся от смеха. Он хватался одной рукой за живот, а другой придерживал край стола. Вокруг него были красные осколки.
- Ну вот, теперь придётся новую кружку покупать, - со смехом встаёт Уильям, не отводя слезящихся глаз от Форта. Было непонятно, почему тот плачет: от смеха или потому, что кружка разбилась?
- Любимая? - шепчет сержант, закусывая нижнюю губу на утвердительный ответ. - А не хочешь вернуться? - слишком громко, чем нужно было, спрашивает Майкл, встречаясь с глазами, раскрывшимися от удивления. Мужчина весь застыл, не сводя своих тёмно-синих глаз с приятеля, будто убийцу увидел. «Хотя, - думает парень, - он бы смотрел более яро, чем сейчас». Несколько минут тишины, а может и секунд (он перестал считать, как только задал свой вопрос и обнаружил, что не дышал всё это время), её разрезает громкий кашель Андерсона.