Гостинная Рейплейзаров
Войдя в комнату, Томас Мор воскликнул:
- Чёрт возьми, эта гостиная больше моей квартиры!
На что Пьер довольно усмехнулся.
В центре дома сидела какая-то старушка. На восклицание Мора она всеволишь повернула свою инвалидную коляску ближе к новому гостю. После первого взгляда можно было понять, что эта дама не только паралитик, но и ещё мать Роджера и Пьера. Она была одета в траурное чёрное платье. Цвет лица смертельно белый: даже седые волосы не были такими как лицо. Глаза голубые, и если бы не блеск этих глаз- последнее напоминание на её весёлую молодость- то можно было подумать, что она уже мертва. Честно говоря, её сын, Пьер Рейплейзар, давно уже мечтал об этом: за этой женщиной было девятьсот тысяч ренты, плюс казино и кафе.
Её сын предложил следователю сесть в роскошное кресло, на что последний весьма охотно согласился. А Пьер, напротив, остался стоять. Когда Мор поудобнее устроился на этом «троне», как он сам потом будет называть то кресло, месье Рейплейзар заговорил:
- Матушка, это лейтенант Мор, следователь по случаю смерти бедного Роджера, месье лейтенант - обратился к Томасу Пьер, - это мадам Рейплейзар, моя мать.
- О, сын мой -, проговорила своим хриплым, старческим голосом достопочтенная дама, - не только твоя мать, - на слове «твоя» она сделала ударение, - ведь у меня ещё есть дочь в этом мире и сын в ином.
- Да, у вас хорошие связи, - постарался сострить жандарм, - а где же ваша дочь? Я хотел бы задать несколько вопросов всей вашей семье.
- Она сейчас в Сан-Франциско, приобретает недвижимость для нашей компании... - ответила мадам Рейплейзар, пристально глядя на Томаса, как бы наказывая его за столь скверную шутку.
- Компания? - прервал её речь месье Мор, - я думал, что вам принадлежит только один банк!
- Да, это так, - на этот раз заговорил Пьер, - но у нашего банка так много филиалов, что вместе это составляет, целую компанию, приносящую в год восемь миллионов франков «общими».
- Сын мой, я думаю, что месье лейтенант пришёл сюда с какими-то вопросами, - решила побыстрее закончить этот разговор его мать.
- Да-да, всего несколько вопросиков, - сказал Томас, вынимая из кармана коричневый блокнот.
«Давно бы так» - подумала достопочтенная дама, на лицо её не выразило ничего.
- Так, - продолжал офицер, вновь поднимая глаза на неё, - прошу прощения, а где вы были в шесть часов тридцать пять минут в прошлую пятницу?
- Была в постели, - отвечала она, - я помню: я уже легла, приняла снотворное, и, кажется, уже заснула. Но в скорее меня разбудил какой-то звук, похожий на выстрел...
- Виноват, а сколько было времени, когда вы услышали этот шум, сколько было времени?
- Да, я, проснувшись, посмотрела на часы: было шесть часов тридцать пять минут утра.
- Чёрт возьми, - прошептал Том, - а я думал, что это время связано с вечером, - потом прибавил вслух, - после этого момента вы, конечно, сразу заснули?
- Вы, я надеюсь, понимаете, что чтобы мне встать нужно, где то полчаса, - проговорила спрашиваемая, дотрагиваясь одной рукой до своего инвалидного кресла.
- Да, да, понимаю, - сказал Том, и затем перевёл свой взгляд на Пьера, - а вы, месье Рейплейзар, были в этом доме в утро убийства?
- Нет, - со вздохом проговорил банкир, - обычно в это время я был в своём банке, за своим письменным столом и писал письмо моей сестре.
- А вас кто-нибудь там видел?
- Когда я выходил из дома, меня видел мой привратник. А на моей работе меня видела секретарша.
- И она может подтвердить, что вы были там в шесть тридцать пять?
- Нет, она не может, - задумчиво проговорил Пьер, - зато наш привратник может. Я как раз спросил его «сколько времени». Ну, где-то часы потерял. Тогда было пять сорок.
- Простите, но этого недостаточно. Мне нужно, чтобы кто-нибудь подтвердил ваше появление в час убийства на вашей работе, - на слове «ваше и вашей» он сделал ударение.
- Кажется.... Да, точно, - воскликнул Пьер, поднимая глаза на Томаса, - мой шофёр. Когда я выходил из машины к банку, мне снова пришлось спросить время. На тот момент было шесть тридцать.
- Гх. А как зовут вашего шофёра и где его можно найти?
- Его зовут Луи. А живёт он на улице Могильщиков, в доме №12, в квартире 8 на втором этаже.
- Ясно, - проговорил Томас, уже представляя, как он будет искать этот дом, - а когда я могу встретить его на работе?
- Он работает с понедельника по пятницу. В субботу и воскресенье его заменяет другой шофёр.
- Хорошо, я подойду к вашему банку в три часа для разговора с этим Луи, - после этого краткого монолога Мор перевёл свой взгляд на мадам Рейплейзар, - кстати, а кто может подтвердить ваше появление в спальне?
На этот вопрос ответил её сын:
- С улицы она не могла выйти, там её увидел бы привратник, да и кресло не позволило бы. А в коридоре, напротив двери в её комнату, я поставил камеру и случайно забыл её выключить. На ней вы сможете увидеть, что никто не входил и не выходил из комнаты.
«Чёрт возьми, у них обоих слишком хорошее алиби». А потом хотел прощаться, но в этот момент он обратил своё внимание на эту самую гостиную.
Подобно прихожей этого дома, на потолке искрилась и сверкала итальянская мозаика. Позолоченные стены, хрустальные люстры, роскошные столы, бархатные кресла красного цвета и пуфики были, конечно, роскошными и красивыми. Но Мора больше всего удивило содержимое шкафов: либо в профиль, либо портретом было расставлено оружие «на любой вкус». Из-за такого количества различного огнестрельного оружия у Мора широко раскрылись глаза и рот. Томас машинально, не думая, спросил:
- Вы имеете право на... на... это...
На что Пьер рассмеялся.
- Но зачем вам столько пистолетов, винтовок, гранат? - снова заговорил изумлённый офицер
- Дело в том, что я не только банкир, я ещё и изобретатель. Ох, извините меня! Я присвоил славу двоих себе одному! Я и Мой брат были изобретателями. Мы усовершенствовали все эти «пистолеты, винтовки, гранаты», нарочно повторил фразу Тома Пьер, - вот, посмотрите, - после некоторого раздумья снова воскликнул он, - у этой винтовки изобретено сразу две вещи: мини-фотоапарат и вделанный в прицел он же, что позволяет в случае нужды сфотографировать врага или ещё кого-нибудь. Память и микросхема встроены в приклад.... Но, к сожалению, из-за траура наше изобретение нельзя продать.
- Да, великолепное приспособление.
- Надеюсь, вы не станете плагиатором...
- Нет, нет, что вы! Я даже конструктор собрать не могу!
После чего раздался смех по всей комнате. Но смеялись только двое: мадам Рейплейзар свой серьёзный вид. А после продолжительного смеха она проговорила:
- Месье Мор, вы задали нам все вопросы или вам ещё что-нибудь нужно?
- О, нет, - воскликнул Том, - не буду злоупотреблять вашем терпением, - и он вышел из комнаты, оставив месье и мадам Рейплейзар вдвоём.
- Какой неприятный человек! - воскликнула последняя через минуту после ухода лейтенанта.
- Ну, матушка! Он ведёт расследование по смерти нашего бедного Роджера!
- Увы! - двояко сказала его мать.
А детектив в этот момент уже выходил на улицу. Там он встретил сержанта, своего водителя, который от скуки и безделья прогуливался по лужайке. Увидев Тома, он быстро подбежал к нему. Дойдя до Тома, полицейский воскликнул:
- Месье полковник приказал вам приехать к нему, как только вы освободитесь!
- Хорошо, хорошо. Поехали!
Они сели вдвоём в машину и уехали. Но они не могли видеть, что со второго этажа виллы за ними наблюдал Пьер Рейплейзар.