Глава 15
Прошел месяц с момента, как шут остановил свои поиски. Все то время, что кузнец зализывал раны, Вивиана то и дело прыгала возле короля, выполняя мелкие поручения. Благо, хоть ночами под маской советника удавались редкие вылазки в архив, в котором, по наводкам трактирщика, можно было найти некоторые сведения о бывших членах «Корня Мира». На свой страх и риск она входила в эту чертову комнату, и в тревоге покидала замок. И каким же облегчением было присутствие друга в таверне, что со скучающим видом отдыхал за маленьким столом с каким-нибудь пьянчугой, едва связно жалующийся на жизнь.Оживленным вечером в трактире Вивиана снова поднимала шум.
- Куда это ты намылился? Сиди тут! - вскинула брови девушка, оттягивая кузнеца за рубашку.
- Вивиана, уже месяц прошел. Рана затянулась.
- Пойдешь один, и этот хрен на тебя нападет, и виновата буду я. А провожать тебя до мастерской мне лень. Сиди на месте, я сказала. Ты все равно тут как дома, - девушка достала из задней части ремня кожаный чехол.
Внимание мужчины резко перепало на старую коробочку.
- Подожди. Это те карты?
- Они самые, - перемешивая колоду, ухмыльнулся шут.
Первая колода карт, подаренная родителями.
Однажды, ещё будучи маленькой девочкой, Вивиана увидела, как ее отец играет с сыном кузнеца в какую-то странную игру. Девочка в темном платье с бантиками и прыгающими во все стороны косичками подбежала к отцу и залезла к нему на колени. То ли Вольфрам был настолько большим, то ли она была слишком маленькой, что легко встала ступнями на его колено, обнимая шею. Вивиана смотрела на стол, на котором были разложены белые карточки с непонятными ей контурными картинками. Недолго всматриваясь, она заговорила своим тоненьким голоском.
- Пап, а что это вы делаете?
- Привет, милая. Мы тут с Карлотом играем, - ласково прозвучал низкий голос отца.
Девчушка подняла взгляд на подмастерья. Совсем юный кузнец лет пятнадцати, с собранными назад передними прядями, которые открывали молодое лицо, еще не обросшее щетиной и морщинами. Он приветливо улыбнулся девочке. Вивиана перевела взгляд с друга на отца и заявила.
- Я тоже хочу. Научи меня тоже.
Вольфрам рассмеялся и потрепал волосы дочери.
- Когда подрастешь, обязательно научу. Но маме об этом ни слова. А то она будет сильно ругаться.
- Я могила! - возбужденно загорелись большие глаза.
- Вы выиграли, - улыбнулся молодой мастер, рассматривая расклад.Он не был расстроен поражением. Возможно, даже ждал этого.
- Не переживай, малец. Все приходит с опытом, - расхохотался раскатистым смехом мужчина. - Ничего, я сделаю из тебя достойного соперника! А пока присмотри за Виви. Мне нужно поговорить с твоим отцом.
Едва мужчина покинул гостиную, как девочка запрыгнула на стул и оперлась ладонями о поверхность стола.
- Научи!
- Вивиана, нет, - будто ожидая требования, с ходу ответил подмастерье.
- Ну почему?
- Ты ещё маленькая. Твои родители мне голову снесут, когда об этом узнают.
- Я не дам тебя в обиду, - широко улыбнулась девочка.
- Я об этом пожалею...
Так игра за игрой и обычная карточная игра со временем превратилось в хобби. Для пытливого ума девочки колода на пятьдесят две карты стала почти родной. Узнав об увлечении дочери, Джиселла ругалась первое время, говорила, что шулерство не занятие для молодой наследницы рода. Но поддавшись влиянию мужа, матушка не смогла пойти наперекор своему чаду. Тогда родители и сделали первый серьезный подарок. Им стала вручную украшенная колода карт в кожаном чехле с узорами. В отличие от тех, которые Вивиана увидела впервые, эти были чуть больше, а все яркие изображения были вручную выведены тонкой кистью мастера.
Но время взяло свое. Чехол растрепался, рисунки на картах выцвели, но шут все так же продолжал носить этот подарок на обратной стороне своего ремня.
- Сыграем? В этот раз пощажу - денег не возьму.
- Чего ты такая милосердная, вдруг, стала?
- А, хочешь расплаты за поражение? Ну раз ты настаиваешь... - протянула девушка. - Сделаешь мне новый ремень под ножны.
- Ты разбойница! - Карлот накинул капюшон дублета на голову подруги, закрыв ей глаза. - Если нужен был ремень, так бы сразу и сказала, а не пользовалась моими поддавками.
- Грабить без причины не интересно. А так, хоть повод есть, - продолжал улыбаться шут, откидывая капюшон назад.
Игроки уселись за стол и начали игру. Хоть в трактире и было безумно людно и шумно, соперников это совершенно не отвлекало. Эти двое нередко как одержимые отстранялись от всего мира во время игры. Ни крики с песнями, ни драки не могли разрушить их идиллию.
Карлот, имея хорошую репутацию у главы, учился у него тому, что сам он узнать не мог. Сам же отец мальчика был рад, что у него появился в учителях, такой человек как Вольфрам. Семьи Кригер и Айземанн ещё с тех времен были дружны. Помимо необходимых знаний, глава научил мальчика многим играм. Так Карлот стал единственным достойным соперником для дочери своего учителя. В это время сама девочка жадно впитывала в себя все полученные знания, грезя о победе над Карлотом, а после и над своим отцом. Жаль, последняя битва умов так и не состоялась.
От процесса друзей отвлек голос, что постоянно звал Вивиану.
- Эй, шут! Чего-то ты в последнее время присмирела. Неужто под кузнеца легла, что такая спокойная стала? - рассмеялся один из гостей, после чего его подхватил весь остальной зал.
- «Опять он».
- «Надоел».
- «Одни и те же шутки».
- «Видимо сам без женщины давно».
Вивиана демонстративно закатила глаза, бросая карты на стол рубашкой наверх.
- Н-е-ет, - наигранно протянула она, аккуратно вставая из-за стола. - Просто в отличие от некоторых, у меня есть дела поважнее. Но кому я это говорю? Такая свинья, как ты, в жизнь не сможет понять, что в этой жизни есть вещи важнее выпивки и женщин!
Слегка увлекшись, последние слова шут уже выкрикивал, повиснув угрожающей тенью над жертвой.
- А то, что я под ним лежу - это только наше с ним дело, - подставив палец к изогнутым бледным губам, почти хриплым шепотом добавила девушка.
В зале мгновенно поднялся шум, а на лице шутницы растянулась похотливая улыбка. Довольная своей шалостью, она обратно села на старое место, но вместо ожидаемых оваций она получила только зрелище, как кузнец уперся взглядом в стол, прикрывая лицо рукой.
- Это было слишком, даже для тебя.
- По голове, вроде, били меня, а чушь несешь ты. Не в первый раз же так делаю.
Подобные шутки Вивиана уже ни раз выкидывала на потеху залу. Кузнец к такому, казалось бы, давно уже привык и иногда даже позволял себе подыгрывать спектаклю. Никто шалости не воспринимал всерьез. И даже сейчас многие уже выкинули эту ситуацию из головы. И только Карлот сидел, заливаясь краской.
- Ты чего, сам не свой? С какого это момента ты такой правильный стал?
- «С какого?».
- «С того самого!».
- «Конечно!».
- О, черт...
От чего-то лицо самой Вивианы воспылало. Впервые она увидела обратную сторону своих же шуток.
- «Лучше бы ослепнуть...».
- «Стыдно...».
Повязки, что так плотно утягивали грудь словно змеи сдавливали ее, не давая легким наполниться воздухом. Голова потяжелела. Захотелось расшибить голову об стол.
Мерзкое чувство.
Наверное, это и есть тот самый стыд, о котором говорили люди. Вивиане было чуждо это чувство. Глупые шутки, драки, воровство. Ничего из этого не способно было вызывать на лице девушки румянец. И лишь одна похабная шутка в сторону старого друга вызвала резкий приступ тошноты. Это чувство, которое Вивиана не скоро забудет, и не скоро позволит себе испытать снова.
Неловкая тишина повисла между шутом и кузнецом, пока скрипучая дверь в трактир плавно не распахнулась. Внутрь вошел высокий худой мужчина в распахнутом камзоле темно-фиолетового цвета и в черной рубахе со свисающими кожаными брюками. Черные волосы прилизаны назад и собраны в слабый хвост, трехдневная щетина уже покрыла бледное лицо. Под серыми глазами прорисовывались синие круги. Казалось, что гость вот-вот свалиться без сил, но вместо этого он прохрипел:
- Хозяин, мне, как обычно, - и уселся за маленький стол возле окна.
«Как обычно?». Девушка за столько лет запомнила каждого постоянного посетителя. Такого заметного мужчину трудно забыть, но Вивиана могла поклясться, что видит его впервые. В своей памяти она не сомневалась, поэтому начала пристально осматривать незнакомца. Вроде бы, ничего необычного, кроме серебряного кольца с подвеской в ухе.
Приглядевшись, можно заметить, что это не обычная подвеска, а символ в виде дерева.
«Во времена, когда гильдия ещё существовала, знаком принадлежности к ней были украшения и татуировки с гильдейскими символами.».
Шут нескромно всматривался в незнакомца, пока тот не почувствовал на себе пристальный взгляд. Мужчина, все же, отреагировал на наблюдателя. Он уже хотел разозлиться, но от вида ухмылки Вивианы, его глаза на миг сверкнули. С невозмутимым лицом он указал пальцем на те места, где у Вивианы были рисунки. Уже без тени сомнений, шут подошёл к подозрительному мужчине, развернул стул и сел на него упершись руками о спинку.
- Словно и не проходило этих пятнадцати лет, - тоскливо улыбнулся незнакомец. - Айземанн младшая, так полагаю?
- Верно полагаешь. Винзенз Шредер?- Он самый. Так это ты меня позвала?- Мне помогли. Не ожидала, что ты один из членов «Корня».
- Значит я хорошо выполнил свою роль. В гильдии я был руководителем отряда слежки.
- Как ты вообще попал туда?
- Твой отец был той еще занозой в заднице, - снова улыбнулся Винзенз. - Я был мелким владельцем ювелирной мастерской. Дела были плохи, а твой отец нашел моим изделиям достойное применение.
- Твоя серьга?
- Одна из них. Но что, уж, обо мне? Кто бы мог подумать, что знаменитый шут и разбойник окажется той самой наследницей рода Айземанн? Хотя... Все знали.
- К чему такая лесть?
- Твоя репутация опережает тебя. Дочь погибшего рода купцов становится разбойницей. Классика. Хотя, многие конкуренты усердно постарались стереть твое имя из памяти города. Лишь бывшие члены гильдии хранили и чтили память твоей семьи. И не мы одни. Вижу память о них ты оставила прямо на своем лице.
- Несколько раз видела родителей с такими рисунками.
- Верно. Знаешь, что это значит?
- Подозреваю.
Винзенз оперся локтем на стол, подперев челюсть кулаком.
- Такие рисунки носят в себе больше символический характер, и их форма зависела от характера лидера. Вольфрам и Джиселла были одними из немногих, кто разделил эту роль на двоих. Слеза - как символ милосердия. Джиселла словно оплакивала этот мир. Полоса - как шрам, рассекающий глаза Вольфрама, чтобы не видеть зла и несправедливость. Раньше делали татуировки на лице, но со временем эта нужда отпала, но традиция осталась, и лидеры стали просто рисовать их. Подражая своим родителям, ты связала свою судьбу с «Корнем Мира».
- Меня не угнетает такая судьба, - во все зубы улыбнулся шут.
- Как «неожиданно», - усмехнулся Винзенз. - Кстати о неожиданностях. Слушок дошел, что кузнеца ранил какой-то псих и ты в этом деле занимаешь самое важное место.- Понятия не имею, - девушка начала выводить пальцами цифру "XII".
Мужчина молча кивнул. Шут встал из-за стола, и вернулся на место, где Карлот со скучающим видом сидел и рассматривал выцветшие картинки на картах.
- Неужели действительно решила гильдию возродить?
- А что, уже хочешь вступить?
- Ну если настаиваешь. На самом деле, ты не боишься последствий? Такая активная деятельность не останется незамеченной, - нахмурился мужчина.
- Знаю. Одна я не справлюсь.
- Ты решила довериться другим людям? На тебя это не похоже.
- Я доверяю своим родителям, а они доверяли этим людям. К тому же они умелые наемники. Они смогут защитить вас с Озвальдом, пока я буду продолжать поиски.
- Вивиана, я и сам прекрасно могу за себя постоять, - низкая оценка со стороны подруги ощутимо затронула мужское эго.
- Скажи это своей ране! - ткнула пальцем девушка в бок Карлота.
- Меня же из-за спины ранили!
- Вот именно! Послушай, я знаю о твоих возможностях и о твоей силе. В честной дуэли ты, может, и выйдешь победителем, но против грязных трюков наемного убийцы у тебя почти нет шансов.
- Ты слишком низкого обо мне мнения.
- Пускай так, но я не собираюсь раскидываться твоей жизнью.