часть 5
К исходу лета на даче он перестилал на бане крышу. Был тёплый августовский день, в воздухе летали паутинки, пахло далёкими кострами. Вот тогда-то он и услышал в первый раз её колокольчиковый голос:
- Петр Владимирович! Вы дома?
Он свесился с края крыши и посмотрел вниз. Она стояла в лучах ласкового золотого солнца, держала в руках какой-то свёрток и улыбалась. Красивая. Знаете как её звали?
- Я Маргарита. Живу по соседству.
- Петр. - невнятно проговорил он.
- У меня саженец. Белые розы. - она сощурилась и снова улыбнулась, - я подумала , может быть вы любите розы.
С той секунды он любил всё: белые розы, ямочки на щеках, упругую круглую попу под ярко-красным сарафаном в белый мелкий горох. Он любил её кудряшки, и как они прыгали в такт её движениям, когда она была на нём. Он любил её запах, соль её тела на своих губах. Он был счастлив. Любил. И, кажется, был любим. Так неожиданно, через много-много лет овощного существования.