4
На очереди кто-то, кого Вы знаете.
Я смутно пытался вспомнить всех детей, с которыми мне доводилось общаться, и общался ли я вообще с детьми. В итоге я осознал, что меня никогда не окружали дети. Может, псих решил поиграть на моих нервах?
– У меня есть отличные новости! – улыбаясь, воскликнула Роуз, пялясь в компьютер.
– Новый труп? – спросил я. Она тут же повернулась, смотря на меня раскрыв рот. – Прости, неудачная шутка, – она облегченно выдохнула, и я подошел, чтобы взглянуть, что она отрыла.
– Вы не только хороши в раскрытие дел, но и в отвратительных шутках, – заметила она.
Там был список из тридцати человек, и я, сам того не понимая, начал думать о том, что их связывает. Нет, я даже и не думал спрашивать об этом Роуз. Полная самостоятельность.
– Это… – протянул я, пытаясь понять, что их связывает.
– Список тех, кто болеет тремором, – закончила она. – Долго думаешь, Гарольд. Хватку потерял? – я недовольно покосился на неё.
– Ох, около тридцати... Пока мы будем обходить всех, произойдет еще одно убийство, если не два.
– Не так быстро. Для начала я отсею тех, кто не подходит. Готова поспорить, что половина из них точно старики.
Роуз начала активно стучать пальцами по клавиатуре и спустя пять минут довольно откинулась на спинку стула. Одиннадцать. Это просто невероятный результат.
– Отправляемся? – тут же спросил я, уставившись на список подозреваемых.
– Гарри, ты спал? – проигнорировав мой вопрос, спросила девушка.
– Может быть, чуть-чуть, – зевнув, ответил я, прикрыв рот ладонью.
– Сколько? – она скрестила руки на груди, недовольно смотря на меня.
– Я не знаю, – пожав плечами, я схватил пальто с вешалки и направился к выходу. – Часа два или три, примерно так, – приметил я, попутно подвывая ее идти.
Она качает головой, и мы наконец-то (!) выезжаем к первому человеку в списке. Ричард Грин.
При приезде в его дом, нам открывает женщина лет сорока.
– Чем могу вам помочь, молодые люди? – поинтересовалась она, приоткрыв дверь.
– Мы из ФБР, – показав значок, быстро ответил я. Как же надоедает. – Мистер Грин дома?
– О Боже, неужели этот двадцатилетний аболтус опять что-то натворил?
– Нет-нет, мисс, – покачав головой, отвечает Розали. – Мы всего лишь хотим задать ему пару вопросов. Разрешите? – указав вглубь квартиры, протараторила она.
– Конечно, проходите, – открыв дверь шире, она пропустила нас вперед. – Он на втором этаже, вторая дверь справа, – проинформировала она.
Мы поднимаемся и стучимся, ожидая ответа. Спустя десять секунд, я дернул ручку, и перед нами предстала огромная круглая кровать, на которой лежал темноволосый парень с наушниками в ушах. Все они будут темноволосыми, напомнил я себе. Спасибо Роуз за это.
Он заметил нас и выдернул из уха один наушник
– Ну, че опять? – чавкая жвачкой, произнес он.
– Мне кажется, что это явно не он, – наклоняясь ближе ко мне, прошептала напарница.
Она еще не знает, что я хотел свалить отсюда, как только открыл дверь.
Ни первый, ни второй и даже не третий, никак не могли быть психами. В них было спокойствие, умиротворенность и равномерный пульс.
Подъехав к четвертому подозреваемому, я уже отчаялся и потерял всякую надежду найти этого ублюдка.
– Здравствуй, Томас. Мы хотели поговорить с тобой, – начал я допрос.
– Да. Где ты был с четверга на пятницу? – подхватила Роуз.
Он явно нервничал, к тому же еще и заикался. Его зрачки метались в разные углы комнаты, но залипал он чаще всего на фотографии своей семьи, что стояла на тумбочке.
Сделав пару шагов, я подошел к этой, чем-то очень привлекательной парню, фотографии. Схватив её, я почувствовал, что она весит намного больше, чем должна была.
– Что не так? – ко мне подошла Роуз.
– Н-не трогайте! Это моя любимая фотография! – взревел Томас, соскочив с места.
– В которой находится твоя любимая наркота? – парень и вовсе стал задыхаться. Он еще возмущается?
– Как ты..? – Роуз-Роуз, ну когда ты поймешь, что я - умен и не лишен логики?
– Вены вздуты, многочисленные синяки от уколов, впалые щеки, стеклянные глаза и нервозность превышает норму. Оттуда и взялся тремор. Нечему удивляться. Мы уходим.
Никто и с виду не смахивает на нашего треморного психа. У кого-то нету мышц и сил, чтобы совершать такие убийства. У других не хватает чего-то другого. Но ни в одном, я не увидел той нахальности, хладнокровности, жажды крови и сарказма.
На очереди девятый. И я уже не знал, чего ожидать от этой персоны.
– Кем бы ты ни был, свали, – в ответ на наш визит доносится за дверью.
– Я бы не советовал Вам этого повторять, – предупредил я, в тон ему прокричав.
– А иначе, что? – открыв дверь, спросил парень лет двадцати трех.
Вот в нем я увидел первые схожести в характере и внешности. Его лицо говорило мне о том, что он плохой парень.
– Простите, но нам нужно Вас опросить. Всего пару вопросов? Где вы были с.., – начала Роуз более вежливо, чем я бы начал.
– Закройся, – перебил ее он, махнув на неё рукой.
– Тебя не учили хорошим манерам, парень? – подавшись вперед, пришипел я.
– Иди нахуй, – Стефан плюнул на мои ботинки и движением одной руки попытался закрыть дверь, но у него это не вышло из-за моей ноги.
Он сжал кулаки. Неужели не хотел, чтобы я заметил его тремор?
– Ну же, если тебе нечего скрывать, так ответь на наши вопросы и желательно убери из своего лексикона мат. Здесь дама, все-таки, – я был очень зол. Я чувствовал, будто мог в любую секунду взорваться. Не удивлюсь, если вместо слюны у меня образовался яд.
Вы заметили, что я странный? Вам кажется.
Также я видел, как Роуз даже не смотрела на этого Стефана. Все-таки будь бы я девушкой, тоже не смотрел или наоборот, кинулся, чтобы расцарапать лицо этому уроду.
– Честно, мне плевать. Думаю, это доказано, – он кивнул на мою обувь.
Так, вдох-выдох и сосчитать до десяти.
Раз. Два. Три... Девять. Десять.
– Вы не только пытаетесь отделаться от нас, а еще и скрываете свой тремор. На 70% схожесть с треморным психом, но я не являюсь его лучшим другом, чтобы знать все о нем до мелочей и быть уверенным. Вы – подозреваемый в убийстве пятерых детей. Всего плохого, – бросил я и вышел из дома к машине.
Из всех одиннадцати человек, меня привлек только Стефан, девятый по списку.
Я и Роуз решили следить за подозреваемым. Она сказала, что сегодня справится с этим сама, а завтра будем вместе.
«Я даю шанс тебе выспаться, Гарри. Ты как выжатый апельсин» – её слова.
В каждом чертовом доме, пока девушка осматривала комнаты, я просил каждого дать свой волос на ДНК, чтобы безусловно сделать все для полной уверенности. Когда мы уходили от Стефана, я увидел корзину с постельным бельем и остановился, пока Роуз шла дальше вперед, не замечая моей остановки.
Я присел и заметил на белой простыне черные волосы хозяина этого белья. Ай-яй, как нехорошо, Стефан!
Я пытался уснуть, честно, но из головы никак не выходило последнее послание этого ненормального: На очереди кто-то, кого Вы знаете.
– Да, Роуз? – ответил я, когда мой телефон зазвонил.
– Сейчас начнется, – напомнила она.
Схватив пульт, я поставил на канал, который теперь смотрю каждый день, чтобы не пропустить ни одного послания. Сделав громче, я уселся на край кровати.
– Вас приветствует Патриция Джонсон, и это вести Чикаго. Думаю, вы уже понимаете, что это очередное сообщение от человека, что держит в страхе весь город:
Никогда не устану делать это, дорогие жители моего замечательного города. Пытаясь защитить Ваших деток, Вы только разжигаете мой интерес, заставляя стараться больше. Теперь это не так скучно, спасибо. Знаете, я был немного удивлен тому, что Ваш прославленный детектив решил пройтись по всем больным моим заболеванием. Добрались ли Вы до меня, Гарольд? Или Вы восприняли меня за обычного наркомана или маменькиного сынка. Возможно, я тот хам, с которым Вам удосужилось встретиться. Гадайте дальше, друг мой, но Вам все равно не найти меня. Радуйтесь, мистер Стайлс, сегодня я решил сделать Вам маленький подарок за замечательное прозвище и оставил Вашу знакомую в живых. Не надолго.
Аплодирую стоя, Ваш треморный псих.