7
Я несколько раз перепроверил список больных тремором, но так и не нашел ни единого имена, похожего на Лиам. Были Лукас, Ларенс, Луи, но ни одного Лиама. В ванной я точно видел ту самую баночку таблеток, которая пропала еще недавно с офиса ФБР, но я не мог верить в то, что он так сильно ошибся. Роуз. Я поверил ей, посчитав ее намерения по защите брата достаточно достоверными для того, чтобы гореть мыслю засадить психа в тюрьму. А за то, что он совершил, ему вполне мог светить пожизненный срок.
Все было слишком нелогично: Шон – маленький мальчик, братик Роуз. Следовательно, девушка, скорее всего, сильно печется о нем. Зачем она оставляет этого человека у себя в доме, когда знает, что он может в любой момент сделать что-то с ее братом? Откуда такая безбашенная жажда адреналина? Каждый день боятся того, что в любой момент треморный может тронуть самого дорого человека? Может… Лиам тоже ей так сильно дорог, что она вот так беспечно обходится с жизнью брата? Абсурд.
Я искренне ничего не понимаю. Развернувшись креслом к доске, на которой были собраны все зацепки, я начал изучать все до мельчайших подробностей, все еще отказываясь верить, что я вот так вот поверил первой встречной девушке, оказавшейся сообщницей убийцы. В руке неизменно чашка горячего кофе, на часах пять утра. Время выбрано не случайно. Я не хочу пересекаться с Роуз. Чувствую, что эти эмоции я уже не смогу контролировать. К тому же, я не могу обвинять ее, пока не буду на сто процентов уверен в верности моих предположений.
Забавно. Дом Роуз находится точно по центру от всех мест происшествия. Усмехаюсь тому, что до сих пор не мог этого заметить. Если сложить все точки, где были убиты дети в точном порядке, получится нечто вроде звезды, по центру которой расположено убежище самого треморного психа: север – Норман Купер, юг – Эшли Макаллистер, северо-восток – Люк Миллер, запад – Чак Уизли, и последняя жертва – Лизи Визард – запад.
Взгяд, прожигающий мой затылок, заставляет меня обернуться, и я вздрагиваю, видя перед собой Роуз, которая, как ни в чем ни бывало, проходит к своему столу и принимается за работу.
– Что-то не так? – нахмурив лоб, спрашивает, видя, что мое поведение меняется по отношению к ней.
Что-что, а с психологией людей у нее все прекрасно, но и я, стоит заметить, лучший сыщик, поэтому наигранно улыбаюсь и качаю головой, будто ничего не произошло.
– А почему ты такой напряженный? – не перестает она и садится за стул, перекатив его ближе ко мне и к доске. – Что-то нашел?
– Эм, знаешь, нет, – отвечаю, поджав губы, и встаю с места.
Противно быть рядом с ней.
– Разберешься с бумажной работой? – прошу и выхожу, не дожидаясь ее ответа.
Выбежав из офиса, сажусь быстро в машину и еду к дому, где сейчас Лиам.
«На очереди кто-то, кого вы знаете»
Эти слова преследуют меня каждый божий день, и из-за них я просто не могу спокойно спать. И не смогу, пока не удостоверюсь в том, что мой город в безопасности. Но лишь теперь я осознал в полной мере, кого имел в виду Треморный псих – Шон. Послания адресовались не только мне, но и Роуз. Следовательно, слова «Не забегай слишком далеко» посланы не только мне, но и ей. Неужто он боится, что девушка сможет разоблачить ее? Мило.
13:36
Ничего. Абсолютно ничего. Если бы не движения в окне раз в полчаса, что я видел – можно было бы сказать, что этот дом пустует.
14:59
Он оглядывается на меня, сидя в кресле, как и в тот раз, щурится, чувствует мое присутствие, слежку, но ведет себя совершенно спокойно. Может, просто хорошо скрывает факт волнения.
15:02
Он стоит, пялится на меня в ответ. Зло ухмыляется, машет рукой, а второй обхватывает мелкого за плечи. Грубо тащит его в сторону.
15:10
Он что-то шепчет ему на ухо, и парень, встрепенувшись, убегает. Видимо, на второй этаж. Что происходит?
15:12
Он звонит кому-то. На лице неизменная улыбка.
Я не успеваю проследить за ним, потому как звонят мне. Взяв трубку, тихо отвечаю:
– Да?
– Гарри? – слышу голос начальства.
– Нет, Шерлок Холмс, Мариарти, харе меня по пустякам отвлекать! – шиплю, не отрывая взгляда от психа, который бросает трубку и скрывается с моих глаз. ЧЕРТ!
– Тебя вызывают к главному.
– Обязательно идти прямо сейчас?
– Да, – сбрасывает.
Однако везет сегодня этому треморному. Завожу машину и еду в офис, остерегаясь своего кабинета, где все еще ждет меня Роуз.
– Если это не новое убийство, Боби, я набью тебе твои белоснежные зубы за отвлечение меня от важного дела! – кричу, врываясь в кабинет.
– Не кричи, Стайсл, пришла экспертиза крови у окна.
– Отлично, какие результаты?
– Кровь принадлежит пациенту номер 6452 психиотрической больницу имени Моргана, которого недавно выписали. Как раз тогда, когда начались убийства, – оповещает мужчина, кинув папку с записями мне.
Внимательно прочитав все, я понимаю, что все встало на свои места и бегу в свой кабинет, где вижу плачущую девушку у своего стола. Кидаю папку к ней на стол, пренебрегая ее состоянием.
– А ты знала, что твой парень лечился в псих-больнице? – скрещиваю руки и сурово смотрю на нее. Она кивает. – А то, что у него тремор? – кивок. – И про склонность убивать детей знала? – кричу. Она вновь кивает и сморкается о платок.
– Я все расскажу, – еле слышно произносит и поднимает взгляд на меня.
Успокоившись, она, сидя за столом в комнате для допрашиваемых, все еще теребит носовой платок.
– Это была его идея – послать меня сюда для того, чтобы он был в курсе всех ходов расследования, чтобы быть всегда на шаг впереди тебя, – уверенно смотрит на меня. – Мы с ним познакомились давно, и я понятия не имела, что у него проблемы с головой. Любила, – усмехается самой себе. – Потом начались эти его заскоки. Он говорил, что не может это контролировать. Что успокаивается, видя, как ребенок теряет жизнь. Я не хотела это принимать. Он угрожал братом, чтобы я держалась рядом. Не хотел отпускать.
– И почему ты именно сейчас рассказываешь мне все это?
– Он забрал Шона…