Сирена

Это какой-то бред. Шинэ раздражённо растёрла глаза, пытаясь не заснуть за кассой. День был дождливым и медленным, покупатели почти не приходили, а на телефон она сегодня весь день смотрела, как на ядовитую змею. Мысль разблокировать его казалась иррационально пугающей, но всё равно пришлось это сделать из-за уведомления в приложении с расписанием. К ней записался новый ученик на следующей неделе. Палец завис над значком TikTok, но вместо того, чтобы открыть его, Шинэ, не задумываясь, удалила приложение. Дышать сразу стало легче.

Но глупое любопытство, которое девушка не смогла проигнорировать, подначило открыть ленту новостей. Долго листать до интересной статьи не пришлось:

В сети распространяется информация о некой «проклятой» аудиозаписи, которую, по данным полиции, связывают с общей цепочкой несчастных случаев, в результате которых погиб один человек, а несколько других жертв получили травмы разной степени тяжести. Все жертвы так или иначе были связаны с индустрией развлечений, больше фактов полиция не раскрывает. Заголовки пестрели громкими словами: «Фанатская теория или реальная угроза?», «Проклятая мелодия: слухи и факты», «Почему люди боятся этой песни?»

Шинэ нахмурилась.

— Ерунда, — пробормотала она себе под нос, рука непроизвольно дёрнулась к кнопке блокировки, телефон потух, отражая в экране её растерянное лицо. — Всё нормально, — успокаивала себя Шинэ, но в груди что-то сжалось. К ней же не будет претензий? Ну, просто не может быть...

Шинэ резко вдохнула. Казалось, звук капель за окном, тихая бессмысленная музыка из колонок, даже едва слышное гудение холодильников в магазине — всё вдруг смешалось, закружилось, утянуло её назад, туда, где воздух казался густым из-за перегретых ламп, а в горле стоял металлический привкус усталости.

Она помнила, как стояла в крошечной комнате звукозаписи, наушники давили на голову, а пот стекал по спине, но она упрямо продолжала петь в микрофон. Голос немного дрожал от напряжения, но девушка не позволяла себе ошибаться. Это была её песня. Её шанс. Она должна была сделать это идеально.

— Давай ещё раз, с самого начала, — голос звукорежиссёра в наушниках звучал безразлично, как будто ему было всё равно, выйдет у неё что-то или нет.

Шинэ кивнула и глубоко вдохнула.

Девушка записывала эту демку несколько часов подряд, пока голос не стал осипшим, а дыхание — рваным. Слушая запись, она понимала: чего-то не хватает. Может эмоций, техники или... просто смысла.

Но тогда ей казалось, что это не так страшно. Всё можно исправить.

Когда Шинэ закончила запись, она выбралась из тесной кабинки и опустилась на стул, натягивая рукава толстовки на пальцы. Ей пришлось допоздна сидеть в студии, чтобы переслушать записанное, сделать заметки и мысленно отметить моменты, которые можно сделать лучше. А потом услышала их голоса.

Менеджер и продюсер говорили за дверью в коридоре. Она не хотела подслушивать — просто машинально застыла, когда услышала своё имя.

— Это бесполезно, — устало сказал продюсер. — Она не тянет. Голос слабый, харизмы нет.

— Но она старается, — неуверенно возразил менеджер.

— Старание не делает из людей звёзд. Песня бездарная, да и её шансы на дебют всё ближе к нулю. Она не дотягивает. Тем более совет хочет поменять концепт шоу...

Шинэ замерла.

Сердце неумолимо стучало. Будто прорвало плотину — слёзы обрушились на неё внезапной, неконтролируемой волной, и, судорожно вздохнув, она случайно дёрнулась, запуская эту чёртову запись, после чего захотелось завыть громче. Песня и правда теперь казалось дурацкой и абсурдной, а собственный голос начал раздражать.

Она не помнила, как вышла из студии той ночью, оставив компьютер включенным. Только холодный воздух, запах мокрого асфальта и дрожь пальцев, сжавших телефон. Одностороннее расторжение контракта трейни пришло через несколько дней.

Песню в колонках магазина неожиданно заело, послышался щелчок.

Резкий рывок. Рики моргнул, когда кто-то без предупреждения выдернул у него один наушник.

— А, серьёзно? — он раздражённо поднял взгляд, но встретился с ухмылкой Сону. Тот покачал в воздухе наушник, будто дразня.

— Ты нас вообще не слышал? — усмехнулся Хисын, плюхаясь на край больничной койки.

— Мы тут пришли с тобой посидеть, а ты залипаешь в игру, как всегда.

Рики только закатил глаза, но улыбнулся, поправляя второй наушник.

— Ну а что мне ещё делать тут? — он наклонил консоль ближе к лицу. — Я уже почти выиграл, дайте доиграть.

В палате стало шумно — ребята переговаривались, перекидывались шутками, пока Рики вновь сосредоточился на экране.

— Как самочувствие? — поинтересовался Чонвон, когда тот наконец доиграл, отложив консоль.

Рики ухмыльнулся, откидываясь на подушку.

— Я всё ещё красив и непобедим, так что всё под контролем. Ну, почти.

Парни рассмеялись.

— Всё, он точно в порядке, ребят.

Комната наполнилась оживлёнными голосами и смехом. Сону, подозрительно ухмыльнувшись, достал набор маркеров из сумки, и, вскоре, белый гипс Рики покрылся росписями, каракулями и кривыми смайликами. Чонсон, с присущей ему серьёзностью, старательно выводил своё имя крупными буквами, а Сонхун попытался нарисовать тигра, но в итоге получился странный шар с ушами.

— Это вообще что? — скептически приподнял бровь Рики, разглядывая рисунок.

— Ты ничего не понимаешь в искусстве, — фыркнул Сонхун, ловко уворачиваясь от подушки, которую Рики запустил в него.

Джейк включил камеру, и все тут же сгрудились вокруг кровати, делая несколько быстрых снимков. Чонвон поймал себя на том, что чувствует себя легче. Если сам Рики не унывал, значит, всё будет в порядке.

Но момент лёгкости оказался недолгим.

Дверь в палату открылась, и в комнату вошли двое полицейских с одним мужчиной в штатском. Участники моментально притихли.

— Господин Нишимура? — один из них поднял взгляд от блокнота, по слогам читая иностранную фамилию.

— Это я, — голос Рики прозвучал на удивление спокойно.

— Мы из полиции. Нам нужно задать вам несколько вопросов по поводу случившегося, если вы не против.

Все трое мужчин показали свои удостоверения и один из них окинул взглядом группу.

— Меня зовут детектив Ким, вы хотите поговорить наедине?

— А можно кто-нибудь останется? — в ответ господин Ким лишь пожал плечами, выражая своё безразличие. И Рики молча кивнул ребятам, прося их остаться. Они сгруппировались в одном углу, на небольшом диванчике — кто не вместился, стоял за ним или сидел на ручках.

— Полиция уже провела первичный опрос, но мне нужно будет задать несколько аналогичных вопросов.

Детектив начал с формально: «Вы помните, что произошло?», «Вы заметили что-то странное перед инцидентом?», «Были ли у вас конфликты с кем-то недавно?» — и так далее.

— Мы отследили машину по камерам, но вскоре она скрылась в слепой зоне и, к сожалению, больше в поле зрения не попадала. Но мы сделаем всё возможное, чтобы найти виновного. Есть основания полагать, что наезд был совершён намеренно. Вы абсолютно уверены, что в последнее время у вас не было никаких серьёзных конфликтов с кем бы то ни было? Коллеги, фанаты, знакомые...

Мужчина посмотрел на притихшего и побледневшего парня, внимательно отслеживая реакцию на последние слова. Но тот не дрогнул и с уверенностью отрицательно мотнул головой.

— Не было.

— Разве вы не можете отследить машину по номерам? — вмешался Сонхун. Он единственный тогда отсутствовал из-за индивидуального расписания.

Детектив Ким повернулся к ним.

— Номера были чем-то заклеены, к сожалению, так что это нереально. А по описанию свидетелей, — он поочерёдно посмотрел на парней, намекая на их же слова, — за рулём был кто-то в маске и кепке, ни лица, ни пола рассмотреть не удалось. Ах, да. — Вспомнив что-то, он достал телефон из нагрудного кармана, открывая аудиофайл, — вам куда-либо приходило сообщение с этой записью?..

Рики нахмурился, явно не понимая, к чему клонит детектив. Он быстро пробежался по памяти, а затем медленно кивнул.

— Я получил её за день до... — он запнулся, бросив взгляд на загипсованную ногу, — до этого случая. — Это что-то серьёзное? — он поднял взгляд на Кима, стараясь не выдать лёгкого волнения. — Просто фанаты иногда присылают и более странные вещи, я не придал этому значения.

— Ничего серьёзного, только нужно было проверить.

— Это разве не городская легенда? Я думал, кто-то просто шутки ради распространяет эту запись, пиарятся, — Чонвон моментально узнал песню из вчерашнего видео. Это же просто песня из видео в TikTok.

— К сожалению нет, почти все жертвы получали её, — ответил Ким, убирая блокнот. — По метаданным удалось узнать лишь дату создания и имя устройства, на котором была сделана запись. Мы полагаем, что это демо-запись какой-то из песен...

На последних словах Чонвон резко напрягся, в голове щёлкнуло — словно включился давно забытый механизм. Воспоминания резко закрутились, отматываясь назад, и он вспомнил, где изначально слышал этот голос и песню. Неудивительно, что он это забыл, скорее удивительно, что он вообще вспомнил имя трейни, которую случайно увидел рыдающей в студии. Конечно, зрелище не сказать, что удивительное, поэтому Чонвон уже было хотел зайти и немного успокоить заочно знакомую девушку — они несколько раз пересекались на практиках. Но менеджер тогда молча преградил ему путь, сокрушённо покачав головой и, прикрыв дверь, увёл его.

— Я знаю, кто это поёт. Она была трейни в нашей компании лет семь назад.

Чонвон не сразу осознал, что сказал это вслух. Он всё ещё прокручивал в голове тот момент — рыдающую в пустой студии девушку, приглушённый голос за дверью, а потом отчётливые слова менеджера: «У неё нет шансов».

Детектив Ким слегка приподнял брови, оценивающе посмотрел на него и, будто приняв решение, кивнул в сторону выхода.

— Давайте поговорим.

Чонвон задержался на секунду, взглянув на ребят. Рики нахмурился, Сонхун недоумённо склонил голову, остальные молча ждали. Он коротко кивнул им и последовал за детективом.

В коридоре Ким достал блокнот, но не спешил делать записи.

— Повторите ещё раз. Вы уверены, что знаете исполнителя этой записи?

— Почти. Я не слышал этой песни полностью, но голос... — Чонвон сжал челюсти, нахмурившись. — Он мне знаком. Семь лет назад в нашей компании была трейни. Я не помню, дебютировала ли она, но... её звали Пак Шинэ, могу ошибаться, но я думаю, в компании сохранились какие-нибудь записи.

Детектив Ким что-то пометил.

— Это серьёзно поможет, — детектив убрал ручку в карман, задумчиво глядя на парня. — Вы почти буквально указали нам на главного подозреваемого.

От этих слов что-то неприятно кольнуло в груди.

— Подозреваемого?

— На данный момент это всего лишь версия, но... — Ким пожал плечами, — если мы её найдём, вопросов у нас будет много.

Чонвон медленно выдохнул, обдумывая сказанное.

— Можно мне узнать, если вы её найдёте?

Детектив не удивился, лишь с лёгким интересом склонил голову.

— Я смогу сообщить вам лишь факт того, что мы нашли. Но не её личные данные, вы же понимаете? Да и это займёт время, сначала надо будет оформить несколько запросов, чтобы получить её данные.

— Да, впрочем, не важно, просто хотелось бы знать её мотив, если это она. Я её почти не помню, но мне она казалась неконфликтной.

Ким чуть прищурился, но промолчал. Он жестом пригласил Чонвона вернуться обратно и они вместе вошли в палату.

— Вот, держите, — Детектив достал из внутреннего кармана несколько визиток и протянул ребятам. — Если кто-то из вас получит угрозы или снова столкнётся с этой аудиозаписью, срочно свяжитесь со мной. Это важно. И да, господин Ян, пожалуйста, не предпринимайте ничего самостоятельно.

Чонвон машинально сжал тонкий картон между пальцами. Не то чтобы он возомнил себя великим мстителем или Шерлоком Холмсом, но ощущение, что всё это касается лично его, никак не проходило. Возможно, потому, что он не мог просто отмахнуться от этого — не после того, что случилось с Рики.

— Не волнуйтесь, — пробормотал он, пряча визитку в карман.

— Тогда мы закончили. Спасибо за сотрудничество.

Детектив Ким кивнул им, прежде чем выйти, а за ним последовали остальные полицейские. Когда дверь за ними закрылась, повисло молчание.

— Офигеть, — пробормотал Джейк, первым нарушая тишину.

— Это всё реально очень странно, — согласился Хисын, опускаясь обратно на диванчик.

Рики вздохнул и откинулся на подушку, закатывая глаза.

— Что с лицами? Такое чувство, что я не в больнице, а на похоронах своей карьеры.

— Это не смешно, Рики, — Чонвон поморщился, убирая ладонь с лица.

— А я и не шучу, — хмыкнул тот, шевельнув загипсованной ногой. — Если уж начались какие-то загадочные угрозы, мне бы очень не хотелось, чтобы кто-то из вас оказался следующим.

Чонвон молча посмотрел на него.

— Никто не окажется. Мы будем осторожны.

Но внутри него уже завязывался узел — ему нужно было разобраться в этом. Узнать, кто и зачем отправлял эти записи. И если он действительно знает голос, который звучит в них... значит, ему нужно было найти Шинэ. Если это была не она, возможно, она знала, кто это мог делать.

Найти её оказалось даже проще, чем он ожидал. Не пришлось ни обращаться к детективу, ни тревожить менеджера. Она просто была отмечена на одной из старых фотографий в скрытом аккауте Юнджин, на который он был подписан. Отметка вела на открытый профиль в инстаграме, где почти не было ничего примечательного: несколько фотографий без лица, объявление о репетиторстве по сольфеджио, а вот фото с рекламой акции в магазине и адресом даже говорило о том, где девушку можно встретить.