Сирена

Крик застрял в горле, боль обожгла плечи и спину, страх сжал все органы внутри. Жизнь вовсе не стала проноситься перед глазами, всё, что почувствовала Шинэ, перед тем, как мир потемнел, — физическая боль и сожаление о том, как мало она успела сделать, как глупо себя вела. Но сознание покинуло её так же стремительно, как и вернулось обратно.

— Госпожа? — незнакомый голос пробивался сквозь толщу воды. — Госпожа... зовут?..

Шинэ открыла глаза, уставившись в потолок машины скорой помощи, было страшно шевелиться. Над ней тут же нависло лицо мужчины-медика в медицинской маске. Он бесцеременно осмотрел её зрачки с помощью фонарика и, убедившись, что девушка в сознании, спросил:

— Пак Шинэ? Как вы себя чувствуете? Никакой острой боли в теле не ощущаете? Помните, что случилось?

Град вопросов, обрушившийся на потерянную девушку сбил её с толку ещё больше. Она без сопротивления, — мужчина переключился на какие-то бумаги, принявшись их заполнять, — поднялась на кушетке и присела. Голова немного закружилась, тело ломило, но кроме этого она ничего не чувствовала.

— Всё в порядке, голова немного кружиться, — девушка зябло повела плечами, неожиданный холод накатил очень резко, пробирая до мурашкек. На плечи тут же опустился тёплый пиджак. Вздрогнув, она только сейчас огляделась — за открытыми дверями кареты скорой помощи стояли несколько полицейских, детектив и гости, имён которых она не знала. Сонхэн, стоявший ближе всех ко входу, виновато улыбнулся, помахав рукой. На Чонвона, стоявшего у изножия кушетки она посмотрела в последнюю очередь. Он обеспокоенно нахмурился, скрестив руки на груди.

— Пожалуйста, лягте обратно, — медбрат, только сейчас оторвавшийся от записей, настойчиво надавил ей на плечи, заставив лечь обратно, — нам необходимо отвезти вас в больницу и проверить на наличие сотрясения, это стандартная процедура. Если всё в порядке, сегодня же поедете домой.

— Куда конкретно вы её повезёте? — вмешался детектив, подходя ближе. Они стали о чём-то переговариваться с медиком, но Шинэ было уже всё равно, она устало откинулась на кушетку, бесцельно уставившись на приборы и препараты, висевшие на стене.

— Эй, — Чонвон мягко коснулся её руки, привлекая внимание к себе, — ты как?

Девушка подняла на него взгляд, затягивая с ответом. Воспоминания о последнем услышанном разговоре никуда не делись и она не знала, как теперь реагировать на него — все попытки сбилизиться исказились в голове, теперь всё казалось невероятно спланированным и удобным, а улыбки и шутки — неискренними. Но она точно знала, что разбираться в чьих-то хитросплетениях интриг ей сейчас совсем не хотелось. Девушке достаточно чётко указали на её место.

Она дёрнула рукой, уходя от чужого прикосновения. И Чонвон увидел перед собой совсем другого человека — взгляд Шинэ изменился, по-злобному потемнев, и она вся подобралась на кушетке, отодвигаясь от него. Он растерянно моргнул, не понимая, в чём дело. Спросить он не успел, медбрат положил руку ему на плечо, без слов прося покинуть карету.

— Простите, господин, в машине могут ехать только родственники...

— Шинэ, я подъеду следом, — она только кивнула словам Сонхэна, не отрывая от Чонвона холодного взгляда. Ян обернулся, выходя из машины его взгляд стал более потерянным, чем у пострадавшей девушки. Сирена скорой завыла и, когда двери захлопнулись, машина тронулась с места. Шум улицы растворился, оставив внутри только ритмичный писк аппаратуры и ровный голос водителя, переговаривающегося по рации. Шинэ лежала на спине, уставившись в потолок, чувствуя, как слёзы подступают к глазам — не от боли, нет. От усталости, от бессилия, от обиды.

Она не могла поверить, что ещё час назад стояла там, в зале, пыталась продавать мечту, а потом обжималась с этим... айдолом, точно влюблённая дурочка. Как и все разы до этого — как же чётко он её обрабатывал. Все эти разговоры, переписки, случайные встречи. Сейчас ей хотелось вскрыть себе голову, покапаться в мозгах и выудить оттуда только воспоминания с Чонвоном, забывая всё, что заставляло чувствовать себя так паршиво.

Она вновь вздрогнула от озноба, мурашки неприятно коснулись атласной ткани внутри пиджака и Шинэ поняла, что не вернула его Чонвону. А тело вновь предало её, когда она непроизвольно закуталась сильнее, утыкаясь носом в ворот, вдыхая запах чужого парфюма. Стало предательски спокойнее, точно на секунду она вернулась в свою квартиру, где уютно горела прикроватная лампа, она сидела в кровати, уткнувшись в ноутбук. Фантазия повернула не туда, когда кровать рядом ощутимо прогнулась под чужим телом и кто-то по-медвежьи навалился сверху, обнимая её и стягивая наушники с головы. В нос снова ударил знакомый парфюм...

— Госпожа Пак? — тот же медбрат аккуратно разбудил её, когда они доехали до госпиталя. В больнице всё происходило быстро. Осмотр, вопросы, томограф, анализы. Врачи были приветливы, но деловиты. Шинэ машинально выполняла все указания, отвечала односложно, не сопротивляясь, даже не уточняя, как долго ей придётся оставаться. Серьзных повреждений у неё не было — ушибы, лёгкое сотрясение и сильный стресс. Её оставили в общем отделении, перед этим сделав несколько уколов с обезболивающими и прививкой от столбняка, — в небольшой палате на шесть коек с одним только намёком на уединение за плотными голубыми шторами. Это единение нарушили подъехавшие детективы.

Как они объяснили — машина не успела её сбить. Чонвон схватил её за руку и оттащил на обочину буквально в последний момент. Она ударилась об асфальт при падении, потеряв сознание скорее от шока, чем от самой травмы.

— Он сам не постарадал? — тихо спросила Шинэ, когда осознала сказанное детективом. Если она преземлилась не очень удачно, что же могло стать с парнем. Детектив Ким неприкрыто усмехнулся.

— Нет, он в порядке, разве что лёгкие ушибы, но он отказался от госпитализации. Так, — он тут же сменил тон, переходя к делу, открывая записную книжку, — я хотел бы задать несколько вопросов...

— Она не будет говорить без адвоката.

Шинэ облегченно выдохнула, когда к ним подошёл Сонхэн, решительно загораживая от полиции. Детективы недовольно подобрались, переглянувшись, но настаивать не стали, дав девушке возможность позвонить господину Нам. Тот, выслушав все детали от девушки, немедленно приехал в больницу, несмотря на поздний час. И она, к сожалению, не могла сказать ничего нового — машину она рассмотреть не успела, водителя не видела и ничего, кроме того зловещего смс не получала.

— Разве что... — она замялась, взглянув на всех присутствующих, — я не уверена, что это связано, возможно, просто совпадение. Перед тем, как я получила смс с, — она замолчала, подбирая слово, — песней. Ночью я видела какого-то странного мужчину в маске. Ну, мне показалось, что он странный...

Хоть Шинэ и звучала максимально неуверенно в том, что говорила — от страха обвинить невиновного человека, — она дала подробные, насколько было возможно, показания. Полиция детально всё записала, взяв с неё официальные показания под присмотром адвоката. И, перед тем, как покинуть палату, детектив Ким поднялся, с самым серъёзным видом осматриваю бледную и очевидно запуганную Шинэ.

— Наши патрульные могут отвезти вас домой, так же мы усилим наблюдение за вашим домом, можете не переживать и спокойно отдохнуть.

— Вы уверены, что ей безопасно оставаться одной? — вновь вмешался Сонхэн, который терпеливо сидел в кресле для посетителей весь допрос. Детектив пожал плечами.

— Если у вас есть к кому поехать или кто может приехать к вам — не проблема, но, как я уже сказал, со своей стороны мы услим контроль над безопасностью.

— Госпожа Пак, — обратился к ней уже одевшийся адвокат, — моей рекомендацией будет не оставаться одной, лучше переехать к родным или к молодому человеку, если у вас такой есть. Возможно, подруга...

— Я бы хотела побыть одна, меня устроит усиленние патруля, — прервала его девушка, нетерпеливо поднимаясь с кровати.

— Ты уверена, Шинэ? Можешь переехать пока к нам с Минджон...

Девушка остановила Сонхэна один взглядом, в котором буквально можно было прочитать её полный скептицизм в отношении того, чтобы переехать к беременной подруге, когда ей самой грозит фактически смертельная опасность. Её рациональная часть, понимала, что оставаться сейчас одной будет действительно глупо, но её другая строна, — преденная и уставшая, — твердила остаться одной, забыться в еде, проблемах, мыслях о саморазрушении.

Отправив Сонхэна домой, она вышла из больницы в сопровождении полиции и всю дорогу в патрульной машине куталась в пиджак, тихо плача, шмыгая носом. Полицейский, который отвозил её, несколько раз смотрел в зеркало заднего вида, но так ничего и не спросил, только молча передал несколько салфеток, почти раздражённо покачав головой. Он сопроводил её до дверей квартиры и, перед тем, как пропустить вперёд девушку, зашёл сам, быстро и молча осмотревшись.

— Никого, можете проходить.

Шинэ поклонилась мужчине, поблагодарив за помощь, и закрыла дверь, наконец отрезав себя от всего внешнего мира. Первое, что она сделала — отменила все ближайшие занятия, затем, только разувшись, просто завалилась на незаправленную кровать. Проигнорировав все остальные диалоги, она только отправила сообщение Сонхэну, что добралась и всё в порядке. Шинэ видела сообщения с аккаунта Чонвона, но у неё не было никакого желания даже посмотреть, что он написал.

Она глубоко вдохнула и выдохнула, а затем телефон завибрировал. Очевидно, Чонвон увидел, что она появилась в сети и вновь позвонил. По видео. Конечно, Шинэ тупо гипнотизировала иконку входящего вызова с пустой аватаркой, даже не думая нажать на кнопку принятия. Но на удивление, Чонвон продолжал проявлять чудеса настойчивости — не переставая звонить, два, три, четрые раза. Затем звонки так же резко прекратились. Шинэ закрыла глаза, опустив телефон.

Ей показалось, что она уснула и звук трели домофона ей просто приснился. Но он повторялся вновь и вновь. Кто-то настойчиво трезвонил посреди ночи. Шинэ не испугалась — возможно, эмоций на испуг просто не осталось. Хорошо, что её домофон был оснащён камерой и она совершенно чётко увидела на экране тревожно вышагивающего около её двери Чонвона. Эмоций на удивление тоже не осталось. Запнувшись об оставленные возле входа сапоги, девушка едва не упала, пролетев к двери. Её слегка пошатывало от усталости и, кажется, девушка действительно ненадолго уснула.

— Почему не отвечаешь на звонки?

Шинэ только удивленно подняла брови, повиснув на ручке двери, без слов пялясь на тяжело дышашего парня, точно он бежал сюда. Выглядел он почти злым и совершенно точно серьёзно настроенным, от прежней улыбки и лёгкого флирта не осталось и следа. Он будто бы переживал.

— Шинэ?..

Поняв, что девушка не спешит отвечать, что она в целом выглядела так, будто находилась не здесь, он совершенно бесцеремонно отодвинул её в сторону, теперь уже беспрепятственно заходя в квартиру. Она всё ещё была в той же одежде, в которой уехала, ей было совершенно всё равно, что порванное платье было в дорожной пыли, как и ноги. Девушке обработали царапины, заклеев особенно большие медицинскими пластырями. Она всё ещё была в его пиджаке, едва прекрывающем порванный подол.

— Как ты себя чувствуешь? — он участливо наклонился, заглядывая ей в глаза. Вместо ответа Шинэ оглянулась на всё ещё открытую дверь.

— Что ты здесь делаешь? И как ты?..

Для большей демонстрации вопроса она взмахнула рукой, указывая на дверь, которую Чонвон, обойдя девушку, поспешил закрыть. Он видел, что её покачивало, что взгляд был бессознательным, точно она на наркотиках — возможно ей дали какое-то сильное обезболевающее в больнице. Или она всё ещё была в шоке, хотя в машине скорой она казалась ему нормальной. Парню было её жалко.

— Как ты? — повторил он свой вопрос, аккуратно становясь рядом, ему хотелось бы обнять девушку, но он не спешил, боясь испугать. Шинэ с неверием смотрела на него, действительно, не осознавая, что вот он — из крови и плоти, стоит перед ней. Она должна его выгнать, обидеться, но она так устала... Трогательно всхлипнув, она поддалась вперёд, утыкаясь Чонвону в ключицу, обнимая его за талию.

— Ого, — удивился парень, робко обнимая в ответ. Положив подборок ей на макушку, Чонвон непроизвольно начал покачиваться, успокаивая девушку, погляживая её спину. Шинэ вжалась сильнее, шмыгая носом. Примерно понимая простую планировку полутёмной квартиры, Чонвон, не отпуская Шинэ, повел её в комнату, отпустив только тогда, когда они дошли до кровати. Не рискуя помогать девушке поменять одежду, он решил оставить всё, как есть, помогая ей лечь в кровать, накрывая одеялом.

— Я побуду с тобой? — хоть он и был уверен, что девушка не ответит: она выглядела максимально сонной, едва моргала, держа глаза открытыми. Кивнув, девушка потянула его за руку. Она теперь была уверена, что ей всё это снится. Чонвон неуверенно забрался на постель, ложась поверх одеяла.

— Ты уверена?..

Шинэ не ответила, заворочавшись на кровати, пытаясь устроиться удобнее в запутавшемся платье и пиджаке. Затем совершенно естественным движением она подняла его руку, подныривая и укладывая голову ему на грудь. Чонвон боялся пошевелиться — он вообще не думал, что окажется именно в таком положении, когда доберётся до её квартиры. Он даже надеялся немного поругаться, потому что ему показалось, что в машине она выглядела обозлённой на него и он, на самом деле, догадывался почему, но, видимо, девушка оказалась достаточно измотанной, скорее всего она даже не понимала, что делала, открывая ему дверь. И это пугало.

Со вздохом Чонвон сам повернулся удобнее, обнимая девушку через одеяло, утыкаясь носом в чужую макушку. Чонвон прислушался — сначала к её дыханию, потом к собственному сердцу, что стучало слишком громко, слишком живо на фоне этой хрупкой, почти призрачной ночной тишины. Завтра предстоял тяжелый день — он не знал, как ей помочь, он и сам был по уши в проблемах с этими угрозами и предстоящими проектами, а отпуск беспощадно подходил к концу. Но он знал, что не уйдёт. Даже если она завтра скажет «уходи», даже если начнёт выгонять, придя в себя.

Но сейчас он закрыл глаза, позволив себе отпустить тяжесть всех мыслей, притвориться, что всё хорошо. Хотя бы на сегодня.