Часть третья фиктивные отношения и их объективные последствия
Раниярса убежала успокаивать разбушевавшегося императора. Леля предпочла отсидеться у меня еще немного, чтобы не попасть под горячую руку брата. Я же изнывала от неведения. Слова Рани о том, что союз с Анторином дело решенное, не давали покоя. Я все же надеялась обсудить этот вопрос с императором лично, но только после того, как он успокоится и сможет трезво оценивать ситуацию. Вступать в брак, тем более фиктивный, без предварительной договоренности не было ни малейшего желания. Сначала следовало оговорить все детали, а в идеале заключить письменное соглашение, чтобы потом для меня не стали сюрпризом нежелательные обязательства. Да и Раниярсе будет спокойнее, если этот союз будет носить чисто деловой характер. Не хотелось лишиться в ее лице ценного союзника из-за какого-нибудь недоразумения.
Спустя пару часов метаний я не выдержала и попросила Лелиан доставить меня к отчужденным, но тем не менее остающимся моей официальной свитой фрейлинам.
- Не боишься, что Карай нас поймает? - заговорщицки подмигивая, поинтересовалась принцесса.
- Не так он и страшен, ваш советник Карай, как кажется на первый взгляд, - изобразив пренебрежение, ответила я. В действительности поведение мага тревожило меня все больше. Его предвзятое отношение начало носить болезненный характер. Казалось, еще немного, и он начнет открыто меня ненавидеть. А учитывая, какой властью наделил его император, Карай вполне может уничтожить меня, оправдав это требованиями доминантов. В данной ситуации было бы идеальным заключить с Анторином не фиктивный, а действительный союз. Против императрицы даже советник Туманный вряд ли осмелится пойти. Но меня останавливали три причины. Во-первых, Анторин связан долгими отношениями с Раниярсой, во-вторых, он совершенно не интересовал меня как мужчина, и, в-третьих, став императрицей Наминайской империи, я вряд ли смогу вернуться в Возрению и помочь подругам, которым с каждым днем грозит все большая опасность.
- Ваше высочество! - дружно воскликнули рыжеволосые сестры-фрейлины, заставив меня вздрогнуть и отложить на время размышления о незавидных перспективах.
Пока я мысленно рассуждала о невозможности превращения фиктивного союза в настоящий, Лелиан перенесла меня к фрейлинам, да так аккуратно, что я заметила это, только услышав голоса рыжеволосых сестер.
Девицы обступили меня со всех сторон, засыпая незначительными вопросами и искоса посматривая на Лелю. Принцесса заметила косые взгляды, обиженно надула губы и, пробурчав «больно надо», испарилась. Но в следующее мгновение вернулась, пообещала забрать меня через полчаса, и вновь исчезла.
А стоило только Леле оставить меня наедине с фрейлинами, как они тут же смолкли, пронзая меня отнюдь не дружелюбными взглядами. Я же степенно прошла к кушетке, удобно устроилась на ней, и только после этого уделила внимание свите.
- Я понимаю, что у вас накопилось много вопросов и более чем достаточно причин для недовольства, но сейчас у меня нет ни времени, ни возможности ввести вас в курс происходящего. Однако не стоит думать, что я пренебрегаю своими истинными обязанностями и, тем более, стремлюсь поменять полярность взглядов. Союз между мной и императором Анторином Намийским состоится, и в скором времени, сразу же после соблюдения всех ритуалов, я призову вас к себе, - вещала я молча слушающим фрейлинам. - Однако мой новый статус будет налагать как на меня, так и на вас - мою свиту, определенные ограничения в выборе круга общения. Но с этим, думаю, проблем не возникнет. - И добавила полушепотом: - Вряд ли рассвирепевший император оставил в живых хоть одного неблагонадежного гостя Наминайской империи.
Но это будет не скоро, сейчас принцесса еще совсем мала, да и я не могу покинуть Наминайскую империю… пока не могу. Что бы ни говорили мне Карай, Раниярса и Анторин, но я свято верила в правдивость показанного мне малюткой принцессой видения. А следовательно, я обязательно вернусь в Возрению. И сделать это следовало бы как можно раньше.
Оторвав взгляд от соглашения, я обвела взглядом толпу приглашенных и поняла, что большинство из них разочарованы, что я таки подписала договор. В их взглядах читалась явная брезгливость по отношению ко мне и осуждение в адрес императора. Кто бы сомневался, что маги не одобрят брак своего правителя с представительницей «отсталой расы бездарей». Вздернула подбородок, улыбнулась недружелюбным подданным и громко проговорила:
— Почитаемый супруг мой, могу ли я попросить тебя о небольшом свадебном подарке?
— Что пожелает моя императрица? — скрывая недовольство за фальшивой улыбкой, поинтересовался Анторин.
— Не позволите ли вы мне отбыть в Возрению на несколько дней, чтобы поддержать отца в его горе? — еще громче и четче произнесла, чтобы услышали абсолютно все приглашенные.
— К моему величайшему сожалению, государственные дела не позволяют мне сопровождать тебя, супруга моя. А расставаться сразу же после свадьбы я не желаю. Попроси чего-нибудь другого, — тоже ориентируясь на многочисленную публику, ответил император.
— Ну что ж, тогда я попросила бы о сущей безделице. — Выдерживая паузу, отметила заинтересованность в глазах тех, кто еще минуту назад прожигал меня презрительными взглядами. — Подари мне трущобы бездарей! Я хотела бы очистить столицу нашей славной империи от таких грязных и неприятных мест. Намия должна блистать вся, демонстрируя величие магического народа и показывая блеск твоего правления.
— Как пожелает моя императрица, — несколько суховато ответил император, видимо не придумав причину для отказа.
— Так давай же внесем этот пункт в договор как свадебный подарок, — радостно предложила я.
Анторин бросил недовольный взгляд на Карая. Советник демонстративно отвернулся, очевидно не желая иметь со мной ничего общего, и император сдался.
— Хорошо, — устало кивнул он.
Дополнительный пункт был внесен в контракт и документ магически опечатали, предварительно заверив как со стороны Наминая, так и со стороны Возрении.
— Да здравствуют император Анторин и императрица Саминкара Намийские! — провозгласил церемониймейстер.
— Здравия! Здравия! Здравия! — подхватила толпа.
Анторин подвел меня к трону и усадил на него, после чего сам занял свой, продолжая держать мою ладонь в своей руке. А за троном стоял и раздраженно пыхтел Карай. Нелегкая мне предстоит императорская жизнь…