#2_Ложные надежды
О произошедшем сегодня ночью Чимин узнал еще когда услышал звук сирены под окном. Скорая и полицейская машина промчались мимо его дома чуть ли не со скоростью света. Парень догадывался, что произошло. Полиция в паре со скорой просто так не несутся с утра пораньше. Он не стал торопиться, чтобы появиться на месте — скоро ему позвонят и скажут куда прибыть. А пока он выключил будильник в телефоне и отложил его подальше. Кровать осталась незаправленной, Чимин подошел ближе к рабочему столу и достал пару старых снимков с прошлых происшествий. Он взял кнопку и закрепил фотографии на висящей у стола карте Сеула.
Скоро ему позвонили с работы, назвали место и порекомендовали как можно скорее отправиться на место происшествия. Догадка подтвердилась — это было очередное самоубийство. К этому времени вместо трупа на асфальте остались лишь засохшие алые пятна. Линии мела, которым обычно обводят трупы, местами смешивались с кровью и становились розоватого цвета. Зрелище жуткое, но для человека, работающего в этой сфере, вполне себе привычное. Скорая давно уехала, теперь здесь только куча полиции, следователей и криминалистов (заметно больше, чем обычно, отметил Пак). «Все то же самое», — подумал про себя он, когда говорил с начальником полиции. Вот только на этот раз появилась странная записка, именно она и стала причиной такого огромного переполоха.
Теперь все сошлось. Он давно ждет зацепку. И вот она появилась.
Осмотрев улику, Чимин тут же бросает всё и отправляется в указанный в записке университет. Он опережал свою работу, ведь его никто не просил отправляться туда, где училась умершая. Тем не менее, для статьи понадобятся не только показания следователей.
К моменту, когда он приехал к университету, студенты уже начали потихоньку собираться в кучки у входа. Чимин вышел из автобуса и оглядел университет. Перед глазами простирался целый комплекс небольших построек во главе с более массивным зданием. Паку казалось, что стиль корпусов университета был слишком модернистским для будущих деятелей искусства. Не зная, куда именно направляется, журналист подумал бы, что перед ним техническое учебное заведение.
Долго думать о том, кого опросить не пришлось. Внимание журналиста привлек парень примерно того же роста, что и он. Походка и выражение лица были расслабленными, он то и дело кому-то махал рукой, останавливался на короткие диалоги. По опыту Чимина такие знали все и всегда. Это было то, что нужно.
— Извиняюсь, но не могли бы вы помочь? — негромко сказал Чимин, привлекая внимание парня. Тот остановился. — Вы знаете Ким Ю Сон?
— Началось, — усмехнулся себе под нос студент. — Как можно ее не знать? Я знаю всех в этом крысятнике.
Чимин попал в яблочко. Уголки губ слегка дернулись вверх.
— Сегодня ночью она покончила с собой, — отрезал Пак, наблюдая за реакцией парня.
— Сказали бы что-то новое, — выдохнул юноша. — Ко мне у Вас какие вопросы?
Он несколько удивился подобной реакции, хоть и не выдал этого. Парень, оказывается, не так прост. Теперь у Чимина появилось еще больше вопросов к нему. Правда студент похоже был не особо заинтересован в разговоре, да и в целом закидывать вопросами нелепо.
— Я бы хотел побольше узнать о ней. Кем она была, кто ее семья, чем занималась, с кем водилась, кому доверяла, — голос Чимина выражал едва скрываемое нетерпение.
Студент почесал задумчиво затылок и помолчал с секунду, видно, обдумывая.
— Я мало о ней знаю. Типичная заучка. Не думаю, что у нее вообще были друзья, — парень осекся, — а вообще-то... Вам надо найти Шин Рюджин. В последнее время они много чилят...кхм...чилили вместе.
Пак был готов поговорить с этой девушкой прямо сейчас, но...
— Как ее най... — он осекся. Телефон в его кармане завибрировал и всё внимание переключилось на сообщение, которое ему отправили с работы. Чимин недовольно вздохнул и убрал телефон. — Могу я оставить свои контакты? Как твое имя?
— Мин Юнги. Мне Вам на досуге звякнуть? — ехидно поинтересовался студент.
— Развлекать тебя на досуге я не собирался. Если не трудно, позвони мне как только узнаешь что-то толковое, — парень сделал паузу и с особой интонацией добавил: — ты же на этом специализируешься, — всучил Юнги визитку со своим именем и номером телефона. — И я хотел бы связаться с этой Рюджин, но очень тороплюсь, так что было бы неплохо узнать как с ней связаться.
— Я дам ей Ваш номер, если она захочет поговорить.
###
Студент не соврал, сказав, что почти не знаком с покойной. Но знал больше, чем сказал. Ю Сон не была первой студенткой этого универа, наложившей на себя руки. Не то, чтобы случайные смерти между собой связаны. Но речь идет о череде таких смертей, очернивших имя вуза за последние два года.
Но и это бы не стало покаянием Юнги, признайся он. Покаянием стал бы тот факт, что он знал, что случилось вчера. Что, возможно, толкнуло беднягу на такой отчаянный шаг.
После встречи с незнакомцем, который не посчитал нужным даже представиться, парень по своему обыкновению поднялся в заброшенное крыло здания на верхнем этаже. Рюджин уже сидела на подоконнике у окна, наполовину заклеенного газетами, и пялилась в небольшой зазор на тропинку перед корпусом.
— Однажды я приду раньше тебя, — вместо приветствия с задором предупредил Юнги.
— Если поменьше будешь болтать с кем попало, то может быть, — девушка протянула картонную упаковку. Юнги закурил.
— Это был не просто кто попало, — парень с ухмылкой посмотрел на Рюджин, — Он спрашивал про Ким Ю Сон.
— Ю Сон, — девушка заметно напряглась, вперив взгляд в друга, — это из полиции?
Юнги отрицательно покачал головой и протянул визитку.
«Информационное агентство Йонхап. Пак Чимин. Отдел происшествий».
— Журналюги. — губы девушки слегка скривились. — День еще начался, а уже налетели как коршуны. Что ты ему сказал?
Ухмылка Юнги стала такой широкой, что девушка поняла — из-за него она погорит.
— Я сказал, что ты можешь ответить на все его вопросы.
###
Charlie Brown Cafe — одна из самых популярных кофеен Сеула. Шин Юна заходила сюда почти каждый день по пути на работу. Обычно это происходит по утрам, но сегодня она появилась только в обед. Вызовы на работу ночью или ранним утром перестали быть сюрпризами, однако из-за такого беспорядочного графика девушка почти всегда выглядела невыспавшейся.
— Вам как обычно? — спросила бариста, приветствуя постоянную покупательницу коротким взглядом.
Рост ниже среднего, короткая стрижка, на бейдже имя — Шин Рюджин. Девушка работает тут все то время, что прошло с первого прихода Юны сюда. Явно младше нее, скорее всего студентка, закрытая и с безразличным взглядом, но работу свою выполняла, видимо, хорошо. У них случилась всего пара перекидов фразами за полтора года, и то они касались нейтральных тем.
— Нет, — Юна махнула рукой. — Я буду очень благодарна если ты сделаешь мне самый крепкий кофе в мире.
Рюджин понимающе кивнула и, пробив заказ, отправилась его выполнять. Юна повернулась на стуле к висящей на стене плазме. Канал новостей трубил о сегодняшнем происшествии еще с самого утра. Это уже начало раздражать девушку: она была там и видела всё своими глазами. Теперь работа преследует ее даже в свободное время. Устало вздохнув и уставившись в окно, она стала дожидаться свой кофе.
— Ваш заказ, — наморщив лоб, Рюджин вглядывалась в экран. — Есть какие новости по делу? — неожиданно спросила она у Юны. — Вы же были там.
Юна как-то странно взглянула на девушку и отвечать на вопрос не торопилась.
— Тогда ты должна знать, что я не могу раскрывать детали дела, — мягко уклонилась от ответа Юна, а затем задумчиво покосилась на работницу кофейни. — Вы учились вместе?
— Конечно, знаю, — девушка глянула куда-то в сторону, потом ответила на вопрос: — мы были в одном потоке.
— Тогда я не понимаю твоего интереса к этому делу, — пожала плечами она.
Юна не особо была заинтересована во всей этой заварушке, а потому не стала спрашивать Рюджин о погибшей. В её работу не входил опрос свидетелей, пусть лучше этим займутся следователи. К тому же сейчас у нее перерыв и заниматься рабочими делами не было никакого желания.
— Из всех людей, что здесь работали, ты лучше всех готовишь кофе, — поблагодарила Юна, прежде чем подняться с места. — Береги себя.
Когда Юна покинула заведение, юная бариста нахмурилась и машинально прикоснулась к оставшемуся на предплечье синяку.
###
— Добрый день, следователь Ким Тэхен, — парень показал удостоверение женщине, которая открыла ему дверь.
— Проходите, — отойдя в сторону, миссис Ким впустила парня в квартиру.
Интерьер в доме был организован со вкусом. Квартира хоть и небольшая, но казалась вполне просторной. Сняв обувь на пороге, Ким прошел следом за хозяйкой в кухню. У плиты возилась преклонных лет служанка. Родители девушки, которая погибла сегодня ночью, были людьми обеспеченными. И Тэхену даже показалось, что ее мать слегка чопорная женщина и хладнокровная. Она понимала, зачем к ней явился такой гость, но не спешила начинать разговор.
— Присаживайтесь, — легкий кивок указал на обитый искусственной кожей диван. Затем она обратилась к служанке: — Заварите нам чаю.
Тэхен остался стоять:
— Я пришел не за чаем, вы же это понимаете, — легкий прищур выдавал желание парня скорее приступить к делу.
Если Ким погружался во что-то с головой, то терпеть не мог, если его что-то отвлекало. Он мог целыми днями переходить с места на место, не останавливаясь даже на обед. Что уж говорить о чае. Но это было не просто гостеприимство. Женщина как будто не хотела с ним вообще обсуждать несчастный случай, накрывшей ее семью.
— Понимаю, — напряженно согласилась хозяйка дома. — Я отвечу на все Ваши вопросы, но Вы должны знать, что мне тяжело об этом говорить.
Понимающе кивнув, следователь все же присел и достал диктофон. Получив согласие на запись, он включил его и начал задавать заранее подготовленные вопросы. Женщина отвечала неохотно и крайне сухо, по фактам. При обычном стечении обстоятельств это не казалось странным, но сейчас создавало впечатление, будто потеря дочери на матери никак не сказалась.
— Она не была мне родной дочерью, — наконец озвучила догадку Кима женщина. — Ее отец женился на мне, когда Ю Сон только исполнилось три.
— У вас были сложные отношения? — черкнув что-то в блокноте, поинтересовался Тэхен.
— Нет. В детстве она называла меня мамой. Позже узнала, что я ей не родная, и отдалилась.
Узнать что-то действительно полезное, что могло бы помочь ходу расследования, не удалось. Почти все факты, которые озвучивала мачеха пострадавшей, были известны парню еще до визита. Но то, что Ю Сон жила с неродной матерью, стало новостью.
— Могу я осмотреть ее комнату?
— Конечно.
Комната тоже чем-то примечательным не выделялась. Рабочий стол, кипа бумаг, компьютер, книги — всё, как у всех. Получив разрешение на осмотр личных вещей, следователь принялся за работу. Он перебрал много всего, встряхнул все книги и проверил карманы. Нельзя было упускать даже что-то на первый взгляд незначительное, но лучше всего было бы найти что-то вроде дневника. И его парень нашел. Хоть это и походило больше на ежедневник или планер, но даже так это могло помочь следствию. Хотя бы тем фактом, что тут были образцы почерка девушки. Дневник ему позволили забрать. Помимо него удалось найти коробку с фотографиями и открытками. Фотографии пошли следом за дневником.
Закончив осмотр и уже стоя на пороге квартиры, следователь вспомнил об одной важной детали и спросил у миссис Ким:
— Кстати, могу я получить ее телефон?
На лице женщины появилось недоумение:
— Разве телефон был не при ней?
###
В конторе часами стоял невыносимый гул. Так было каждый раз, когда происходили какие-либо громкие происшествия. Чимин уже успел адаптироваться к данному явлению, хотя не исключено, что это очень раздражало. В такие моменты он привык надевать наушники и погружаться в работу, но не сегодня. Вот уже пятнадцать минут он не может включить что-то подходящее, чтобы сосредоточиться. Напряжение только росло.
Чертыхнувшись, Пак выдернул наушники и откинул их на край стола. Он покосился на экран где висела редактируемая им статья. Его взгляд метался с текста на фото, а затем с фото на телефон. После сегодняшнего утра ему не поступала никакая новая информация по этому делу.
Парень настолько погряз в себя, что не услышал, как гул прекратился и кто-то позвал его.
— Ты еще здесь, — высокий худощавый мужчина подошел ко столу коллеги и с насмешкой взглянул на пару напечатанных на экране компьютера абзацев, — твои статьи для нашего агентства как собаке пятая нога.
Пак поднял на коллегу взгляд и ухмыльнулся:
— Тогда твои статьи — наглядный пример бездарности?
Мужчина спокойной ответил на колкость:
— На этой неделе меня пускают на первую полосу. Не хочешь меня с этим поздравить?
После этих слов он бесцеремонно взял со стола черновые записи Чимина на листах, негодных для печати.
— Что ж, поздравляю, — парень поднялся с места и ухватил рукой края черновиков, — ты на пути к полному провалу. Я работаю здесь больше тебя, я знаю эту схему, Гук.
— То, над чем ты работаешь, полагаю, и привело тебя к полному провалу, — младший коллега кивнул на записи и отпустил их. — В какой-то момент твои статьи стали просто скоплением недоказанных фактов. А то, что все дела были закрыты в течение недели, только доказывает, что ты просто не хочешь работать. Ищешь славы? Журналист, который раскрыл дело! Следователи не додумались, но он, он смог. Согласись, хён, звучит бессмысленно.
Чимин молча уставился на свои записи. Он не мог не согласиться с Чонгуком — всё это действительно было нелепым, возможно, он искал то, чего нет.
— Тогда заключим пари, — вдруг с энтузиазмом выдал он, — если я найду неопровержимые доказательства того, что всё это не случайно, ты станешь моим помощником.
— Бооже, — протянул Гук, не сдерживая усмешку, — я хотел тебя вразумить, но ты, похоже, отбитый на всю голову. — На секунду он замолк, обдумывая предложение. — Я согласен, но если в конце этой недели ты ничего не найдешь, то уйдешь из агентства.
— По рукам.
###
Тэхен по-настоящему хотел раскрыть дело. И под делом имеется в виду не смерть студентки университета имени Кая, а череда самоубийств, которые парень считал сучками одного веника. Еще было предположение, что два других убийства также были с этим связаны, но доказательств у него не было. Ни одного связующего звена. А доверять интуиции, как показывала практика, гиблое дело. Значение имеют факты, и только они.
И в руках у него был факт. Дневник недавно погибшей студентки, который он получил от родителей девушки, был полон рисунков, заметок, вкладышей, даже стикеров с заметками. Следователь еще не успел его изучить. Только пролистал в такси, пока ехал в контору. Вместе с дневником имелась записка, которую нашли рядом с телом и сумка, выброшенная там же, но десятком этажей выше.
После короткого общения с родителями Ю Сон он понял одну вещь, которую осталось только подтвердить: на нее сильно давили, а вот по поводу чего, вопрос оставался открытым. Мать и отец студентки были людьми строгими и требовательными людьми. Они держались уверенно и, казалось, горе не косило их. Возможно, они умело это скрывали.
Уже в конторе парень сразу двинулся к кабинету начальника, чтобы отчитаться о том, что ему удалось выудить. Тот тоже был в некотором роде заинтересован делом, но Тэхен не знал почему. Да и нельзя сказать, что ему было интересно, но с некоторой настороженностью, выработанной за годы службы, он относился к этому факту.
— Тэхен, — мужчина сорока лет с легкой проседью в волосах поднял голову и одарил следователя приветливой, но дежурной, улыбкой — ты с новостями?
— Добрый день.
Ким прикрыл за собой дверь и водрузил на стол дневник девушки, пару фотографий с ее друзьями и лезвие в полиэтиленовом пакете.
— Это то, что мне позволили забрать родители Ким Ю Сон.
Начальник подвинулся ближе к столу и принялся осматривать фотографии.
— А что насчет опрошенных?
— У нее почти не было друзей, — поделился парень, сложив руки за спиной, — многие ее знали, но скорее заочно, по слухам, учились в одной группе или ходили в одни секции. Ничего полезного пока, но один момент меня заинтересовал.
Вот тут Тэ слегка устало расслабил осанку и присел в кресло напротив стола.
— Она хорошо училась. Но внезапно успеваемость упала. И появились прогулы. Некоторые говорят, что она была на себя не похожа, но никто не придал этому значения.
— Кажется, такое поведение нормально для будущего суицидника? — скептически приподнял бровь.
— Нормально, — кивнул Ким, — но я сомневаюсь, что это было ее собственное решение.
— Я понимаю твои сомнения, — мужчина кивнул. — По крайней мере, на это указывает записка. Кстати, насчет записки, как оказалось, она была написана еще за день до смерти. И еще куча бесполезной информации, но криминалисты еще пыхтят над ней, так что все станет понятно только завтра утром.
— Она могла написать все сама. Стоит проверить, могли это быть ее почерк. Сомнений быть не должно.
— Отдай дневник и все, что ты нашел, криминалистам, — голос начальника резко сменился на требовательный. Такой переход означал, что пора взяться за дело. — Также узнай есть ли какие ещё новости. И я жду к вечеру отчет.