Секреты тела

Парень сидел в её палате до самого последнего момента, пока его чуть ли не силой не начали выгонять из больницы, ведь время посещений давно закончилось.

Девушка была рада, что он смог провести с ней время. Она долго не могла уснуть, вспоминая то, что произошло в лесу, но через несколько минут сон всё-таки взял верх, и она быстро заснула.

На утро, когда девушка проснулась, рядом с ней сидели родители. Отец и мать что-то оживлённо обсуждали, думая, что дочь ещё спит и не слышит их.

- Мам? Пап? Почему вы так шумите? — тихо и сонно пробормотала она.

Родители тут же замолчали. Мать повернулась к дочери, и её лицо осветилось радостью. Она тут же обняла её крепко, тихо шепча:

-- Боже, милая, я так рада, что с тобой всё хорошо. Почему это произошло? Как так?

Мать сразу посыпала вопросами, но девушка лишь молча смотрела на отца, который наблюдал за ними, скрывая за сдержанным видом волнение.

- Мам, это долгая история. Давай я расскажу её позже? Я пока не готова всё это вспоминать.

-- Ох, конечно, милая, конечно. Твоё состояние очень важно. Я понимаю, что тебе тяжело, но я переживаю и хочу помочь, ты ведь знаешь?

- Знаю, мам. Просто не сейчас, хорошо?

-- Да-да, конечно. Когда тебя выпишут?

- Думаю, через неделю. После этого я вернусь домой.

-- Нет, лучше поживи с нами недельку, а папа пока проверит твой дом. Я буду спокойна, что ты хорошо питаешься. А то, глянь, одна кожа да кости. Ты ведь работаешь на износ, а тебе сейчас нужно восстановиться.

- Я попрошу Дина, пусть он этим займётся. У папы и так много работы.

-- Кто такой Дин? — Джиюн удивлённо посмотрела то на мужа, то на дочь.

-- Это детектив, с которым она работала. Именно он её сюда и привёз, — спокойно пояснил отец, потирая переносицу. Затем посмотрел на жену: — Милая, думаю, нам стоит уйти и дать нашей девочке отдохнуть. У неё скоро процедуры, а у нас дела.

-- Какие дела, когда твоя дочь в больнице?! — возмутилась Джиюн, притворяясь сердитой.

- Пап? — обратилась девушка, привлекая его внимание.

-- Что, милая? — он мягко обнял жену.

- Почему ты сказал "работала", будто я уже не состою в команде, которая ведёт это дело?

-- Это ради твоей безопасности. На твоё место назначат другого, чтобы он разобрался в ситуации.

- Нет.

-- Что значит "нет"?

- А то и значит, пап, что я не позволю кому-то вести это дело вместо меня.

Отец хотел возразить, но дочь не дала ему перебить:

- Во-первых, то, что я в больнице, не даёт тебе права решать за меня. Ты не ведущий детектив — это Дин. Во-вторых, если ты посмеешь убрать его, это всё равно не остановит меня. Знаешь, почему? Потому что без меня команда бы и с места не сдвинулась. Они чуть не обвинили невиновного мужчину из-за его странного поведения. Но никто, кроме меня, не разобрался, что на самом деле происходит. Ты не можешь распоряжаться моей жизнью, как тебе вздумается. Надеюсь, ты понял, пап.

Разговор был прерван, когда в палату вошла медсестра с новой капельницей, лекарствами и шприцами для анализов.

-- Пойдём, милый, — мягко, но настойчиво сказала Джиюн, уводя мужа из палаты.

В коридоре ещё некоторое время слышались её негодующие высказывания, но вскоре всё стихло.

День девушки начался и тянулся бесконечно однообразно. Её раздражали осмотры, уколы, бесконечные вопросы врачей и медсестёр. Они словно пытались вытянуть из неё все силы, которые и без того иссякли. Каждый раз, когда очередной врач спрашивал, как она себя чувствует, ей хотелось закатить глаза и просто уйти. Сложнее всего было терпеть иглы — каждое новое введение лекарства или анализ крови казались маленькими пытками.

Она старалась не думать о Дине. Казалось, он полностью исчез из её жизни. Конечно, вчера он был рядом, но сегодня всё иначе. С самого утра девушка сосредоточилась только на том, чтобы пережить этот бесконечный день и не сорваться. Её мысли были заняты тем, как быстрее закончить процедуры и вырваться хоть ненадолго из палаты.

Когда наступил вечер, и в больнице всё утихло после обхода, Юки решила, что ей необходимо глоток свободы. Она больше не могла терпеть замкнутое пространство. Воспользовавшись тем, что персонал был занят другими пациентами, она заметила аварийную лестницу за дверью в конце коридора.

Почувствовав прилив азарта, девушка вышла из палаты и, стараясь не шуметь, открыла дверь лестницы. Металлические ступени привели её наверх, на крышу. Ночной воздух встретил её прохладой и свободой. Она вышла на середину крыши, глубоко вдохнула и почувствовала себя живой впервые за весь день.

Сидя на краю парапета, Юки пыталась насладиться этим моментом. Звёзды мерцали над её головой, а ночной ветер играл с её волосами. Всё раздражение, накопившееся за день, постепенно рассеивалось.

Внезапно её слух уловил звук двигателя. Она прищурилась, всматриваясь в темноту, и увидела, как на территорию больницы заезжает мотоцикл. Девушка узнала его мгновенно. Сердце сделало скачок, когда она увидела знакомую фигуру, снимающую шлем.

"Это Дин?" — подумала она, невольно задержав дыхание. Он посмотрел по сторонам, будто искал её, и этот жест пробудил в ней странное тепло.

- Что ж, — пробормотала она, с улыбкой наблюдая за его действиями. — Хоть что-то хорошее в этом дне.

Юки смотрела, как Дин уверенной походкой направляется к зданию больницы. Ночные огни отражались от его куртки, и каждый его шаг, казалось, звучал громче в её воображении. Она чуть наклонилась вперёд, чтобы лучше видеть, как он проходит через вход, и тихо, почти шепотом, сказала:

- Попробуй меня найти, детектив.

Её губы тронула улыбка. Она прекрасно понимала, что если её не найдут в палате, это вызовет бурю вопросов. Родители, вероятно, устроят настоящий разнос, а врачи и медсёстры прочитают лекцию о необходимости отдыха и следования правилам.

Но в этот момент ей было всё равно. Свежий воздух, ночная свобода, звук мотора Дина и его фигура, исчезающая за дверями больницы, казались намного важнее. Она решила, что ещё немного останется на крыше, чтобы дать себе время насладиться моментом.

- Всё равно найдёт, — пробормотала она себе под нос и прикрыла глаза, слушая тихий шум города.

Внизу, в палате Юки, медсестра заглянула, чтобы проверить её состояние. Не найдя девушку, она заметно обеспокоилась и сразу сообщила дежурному врачу. Вскоре начался небольшой переполох, который, безусловно, вскоре дойдёт до её родителей. Она знала, что неприятностей не избежать, но внутри её всё кипело от тихого восторга — ей удалось вырваться из скучной рутины.

Тем временем Дин, зайдя в здание, автоматически направился в палату Юки. Он едва успел обменяться парой слов с дежурной медсестрой, как понял, что её нет на месте. Его взгляд сразу стал серьёзным, будто он снова оказался в гуще расследования.

-- Она же не могла просто исчезнуть? — спросил он, ища глазами кого-то, кто мог бы что-то знать.

Он пробежался по коридорам, размышляя, где она могла бы быть.

"Чёрт, Юки" — мысленно обратился он к ней, — "Ты ведь сама говорила, что не хрусталь, но почему ты каждый раз заставляешь меня, тебя искать?"

Парень подошёл к окну в конце коридора и случайно заметил на крыше знакомый силуэт. Её фигура, сидящая на краю, казалась одновременно спокойной и немного дерзкой. Дин покачал головой и, усмехнувшись, направился к аварийной лестнице.

От лица парня

Я поднялся по аварийной лестнице, стараясь ступать тихо, чтобы не спугнуть её. Оказавшись на крыше, я увидел её тонкую фигуру, сидящую на краю, и её волосы, чуть растрёпанные ночным ветром. Она даже не обернулась, будто знала, что это я.

-Ты ведь понимаешь, что из-за этого в палате тебя ждёт целый консилиум врачей и, возможно, твой отец, который, мягко говоря, будет не в восторге? — Я попытался сказать это спокойно, но в голосе всё равно проскользнуло раздражение.

Она всё так же смотрела вдаль, не поворачиваясь ко мне.

--Уверена, что ты справишься, детектив, — её голос прозвучал спокойно, но я заметил в нём скрытую улыбку. — Ты же уже нашёл меня здесь.

Я тяжело вздохнул и подошёл ближе, останавливаясь в нескольких шагах. Она, наконец, повернула голову и посмотрела на меня. Её лицо освещал лунный свет, а взгляд был одновременно упрямым и задумчивым.

-Юки, ты хоть понимаешь, как легко могла бы упасть, сидя так? — Я указал на край крыши.

- А ты понимаешь, как тяжело весь день терпеть эти вопросы, осмотры и уколы? — она сверкнула глазами, словно защищалась от невидимого обвинения. — Мне просто нужно было немного воздуха. Немного свободы.

Я сел рядом с ней, не слишком близко, чтобы дать ей пространство, но достаточно, чтобы видеть её лицо.

-Ты могла просто сказать, что тебе это нужно. Зачем сбегать?

-- Потому что ты всё равно пришёл бы. — Она посмотрела на меня с небольшой долей лукавства в глазах. — Ты же всегда находишь меня, Дин.

Её слова заставили меня улыбнуться, хотя я старался сохранять серьёзное выражение лица.

-Ну да, я детектив, это моя работа. А ты моя самая сложная задача.

Юки тихо рассмеялась, и я почувствовал, как напряжение начинает спадать. Некоторое время мы просто молчали, глядя на звёзды. А потом я протянул руку, касаясь её плеча.

- Но, Юки, — я заговорил тише, — если что-то пойдёт не так, ты обещаешь, что позовёшь меня? Не станешь справляться одна?

Она взглянула на меня, и в её глазах я увидел что-то новое — доверие, перемешанное с упрямством.

-- Обещаю. Но только если ты не будешь слишком долго искать меня. — Она улыбнулась, а я понял, что эта девушка всегда будет для меня чем-то большим, чем просто задача.

Когда Юки и Дин вернулись в палату, первое, что бросилось в глаза, — строгая фигура её отца, сидящего на стуле рядом с кроватью. Он поднял взгляд, полный недовольства, и тут же скрестил руки на груди. Атмосфера в комнате мгновенно накалилась.

--Я так и думал, что ты не удержишься, — холодно бросил он, обращаясь к Дину. — Я ведь ясно сказал, что ты должен держаться от неё подальше, пока расследование не завершится.

Дин молчал, стоя чуть позади Юки. Его лицо сохраняло спокойствие, но в глазах читалось напряжение. Девушка же вспыхнула от возмущения, её взгляд метался от отца к Дину.

- Ты не можешь так с ним говорить! — вспыхнула она, встав между ними. — Он спас меня! Если бы не Дин, меня бы вообще здесь не было! И ты хочешь просто выгнать его? Запретить ему приходить ко мне?

Её отец поднялся, смотря на дочь будто с презрением как он смотрит на подчинённых

--Я не говорю, что забываю, что он спас тебя, — ответил он, стараясь сохранить твёрдость в голосе. — Но пока этот кошмар не закончится, пока эти люди на свободе, его присутствие здесь может быть опасным для тебя, Юки. Я хочу только твоей безопасности.

- Безопасности?! — Юки сделала шаг вперёд, сжав кулаки. — А ты подумал, каково это мне? Снова оказаться запертой, без возможности видеть людей, которые для меня важны? Ты не имеешь права принимать такие решения за меня!

-- Пока ты в больнице, и пока я твой отец, я имею полное право, — отрезал он, но в его голосе на миг прорезалась нотка усталости. — Я знаю, что тебе трудно, но это временная мера. Когда дело закроют, когда ты больше не будешь в опасности, ты сможешь видеться с кем захочешь.

Юки сжала зубы, её глаза наполнились слезами, но она не позволила им скатиться.

-Ты не понимаешь! Он для меня важен не меньше, чем ты. Если ты хочешь защитить меня, то сделай это. 그러나 내가 사랑하는 사람들을 나에게서 멀어지게 하지 말아줘(но не отталкивай от меня людей, которых я люблю!)

Комната погрузилась в напряжённую тишину. Дин смотрел на Юки с лёгкой растерянностью. Её отец тоже выглядел слегка потрясённым, но быстро вернул себе серьёзный вид.

-- Мы это обсудим, — коротко бросил он, глядя на дочь. Затем повернулся к Дину. — И ты тоже подумай о том, что для неё будет лучше.

С этими словами он вышел из палаты, оставив, Юки и Дина в неловком молчании.

После выхода отца тишина в палате была тяжёлой, будто воздух вдруг стал вязким. Дин остался стоять у двери, не решаясь сделать ни шаг вперёд, пока Юки яростно мерила комнату шагами, сжимая кулаки.

- Как же он меня бесит! — вдруг выпалила она, но её интонация резко изменилась, когда она продолжила: — 정말 답답해! 그는 내 인생을 통제하려고 하고 있어! (Как же это раздражает! Он пытается контролировать мою жизнь!)

Дин моргнул, не сразу понимая, что только что произошло. Её слова, хотя и произнесённые с той же яростью, прозвучали совершенно иначе — мелодично и ритмично. Он замер, растерянно глядя на девушку.

-- Эм... что? — пробормотал он, медленно подходя ближе. — Это был... корейский?

Юки резко остановилась, осознав, что только что сказала. Она покраснела, слегка прикрывая лицо руками.

- А... да, корейский, — смущённо ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза. — Просто иногда, когда я сильно злюсь, могу переключиться.

--Привычка? — спросил Дин, всё ещё пытаясь переварить услышанное. — Ты что, бегло говоришь на корейском? Откуда ты вообще его знаешь?

Юки немного смутилась, услышав вопрос Дина, но её лицо тут же приобрело серьёзное выражение.

- Это не привычка, — сказала она мягче, вздохнув. — Я кореянка. Мои родители оба из Кореи. Мы часто ездим к бабушкам и дедушкам, они до сих пор там живут. Я с самого детства говорю на корейском, так что для меня это... как второй дом.

Дин удивлённо приподнял брови, его взгляд изучал её с новой точки зрения.

-- Ого... — только и вымолвил он. — А почему я об этом никогда не знал? Ты всегда говорила, только на английском я даже не задумывался.

Юки пожала плечами, скрестив руки.

- Просто это не что-то, о чём я постоянно говорю. Ну, а ещё я долго жила в Штатах, так что английский для меня тоже, можно сказать, родной. Это часть меня, но она, знаешь... личная. Не все об этом знают.

-- А, теперь понятно, почему ты так спокойно переключилась, — сказал Дин, кивнув. — На самом деле, это здорово. У тебя получается идеально.

Юки чуть улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень задумчивости.

- Знаешь, — продолжила она, немного нервно, — я иногда чувствую себя разорванной между двумя мирами. Корейская культура для меня — это как корни, что держат меня крепко, но Америка — это моя повседневность. Поэтому я порой даже не задумываюсь, когда перехожу на корейский. Это просто... естественно.

Дин наклонился ближе, его выражение было серьёзным, но дружелюбным.

-- Это круто, что у тебя есть такие корни. И ты не должна оправдываться за то, кто ты есть. Это часть тебя, Юки. И, честно говоря, меня это только вдохновляет.

Она подняла взгляд, встретившись с его янтарными глазами, и впервые за день почувствовала себя немного спокойнее.

- Спасибо, — тихо сказала она.

-- Так, теперь я точно должен выучить хотя бы пару слов на корейском, — с улыбкой добавил Дин. — Чтобы в следующий раз понять, что ты говоришь.

Юки рассмеялась.

— Удачи, детектив. Это не так просто, как кажется.

Юки внимательно смотрела на него, её глаза наполнились лёгкой грустью, смешанной с решимостью. Она устало потёрла виски, как будто пытаясь избавиться от напряжения, накопившегося за день. Её тело всё ещё болело, а мысли путались.

- Тогда оставайся, — сказала она твёрдо. — Потому что я тебя не попрошу уйти. Мне страшно, Дин. Страшно, что если ты уйдёшь, я не справлюсь. Ты помог мне выжить тогда, в лесу. И сейчас ты единственный, кому я могу доверять.

Дин поднял взгляд, его янтарные глаза встретились с её взглядом.

--Юки, я не могу обещать, что всегда смогу защитить тебя. Этот мир... он слишком опасен. Но я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах. Я не оставлю тебя, даже если твой отец будет против.

Она слабо улыбнулась, но в её глазах отразилась благодарность.

- Ты слишком упрямый, знаешь?

-- Знаю, — коротко ответил он, улыбнувшись уголками губ.

Между ними повисла тишина, но она не была угнетающей. Юки, сидя на кровати, чувствовала, как усталость постепенно начинает её побеждать.

- Ты не думаешь, что это может быть сложно? — спросила она тихо. — Если отец продолжит...

-- Пусть продолжает, — перебил её Дин, его голос стал твёрже. — Я выдержу. Это моё решение, Юки. Я здесь ради тебя.

Она кивнула, прикрыв глаза.

- Спасибо...

Дин посмотрел на неё, как будто запоминая этот момент. Её слабость, её уязвимость — всё это только укрепляло его желание оставаться рядом. И если отец Юки думал, что это просто, он явно недооценил, насколько важной она стала для Дина.

В этот момент, когда Юки начала дремать, Дин понял, что его чувства к ней гораздо глубже, чем он предполагал.