Глава 2: Майли. Мой день
Прошёл почти год с тех пор, как мы поселились в Париже. Проблемы прошлого могут настигнуть в самый неподходящий момент. Это был мой 16-й День Рождения. В день такого события я пригласила всех одноклассников. 3 июня - мы отмечали сразу 2 праздника. Наш выпуск и, собственно, мои сладкие 16. Мама была очень встревожена, боялась, что бы всё прошло идеально, пригласила всех своих подруг, родственников. Отец позаботился, чтобы самое высшее общество со своими наследниками тоже присутствовало на этом торжестве. Праздник проходил в нашем саду. Казалось бы, ничего не может встревожить этот день, но...
1966 год, 3 июня. Полиция Парижа буквально вломилась к нам в дом. Самые дорогие вещи, по их мнению, были конфискованы. Отца обвинили в государственной краже в особо крупных размерах. Мужчины в форме разогнали всех гостей, пресса только об этом и писала: "Именинница отцовского позора" - заголовок всех газет, фотография моей семьи на первых страницах. Как позже выяснилось, у отца были проблемы с государственными деньгами в Лондоне. Он сумел их решить, и мы переехали, но во время этой шумихи вся информация всплыла наружу. Мне исполнилось 16, но чувство, как буд то я прожила 40 лет. На моих глазах папу арестовали, а мама впала в глубочайшую депрессию. Первые 3 дня она не разговаривала, не ела, не выходила из своей комнаты. А я молча ждала. Не знаю чего или кого, но своё состояние тех дней я не помню, как буд то я выпала из жизни на это время.
На 4-й день пришло письмо - оповещение о предстоящем суде. Ровно через неделю мы сидели в зале присяжных. Папа стоял гордо, неподвижно, в глазах пустота, как будто живая статуя. Мама сидела такая же. Я лишь наблюдала за тем, как идёт время, как судья выносит вердикт и звуки... Ликующие аплодисменты отзывались эхом в моей голове. Вердикт вынуждал отца покинуть страну. Его заслали. Куда я не услышала, никогда не хотела знать это место, что бы потом не проклинать его годами. Следующее, что отпечаталось в моей памяти - это "полная конфискация имущества либо выплата долгов". Чтобы погасить долг, нам пришлось продать папин банк, всё имущество в Лондоне и дорогостоящие сувениры из комнат 1 этажа. Последнее, что отец сказал мне уходя из зала: "Майли, не отдавай им стол. Это память всей нашей семьи, подарок твоей тётушки, моей единственное сестры. Спрячь, убери так, чтоб никто не нашёл. Когда-нибудь я вернусь, и мы отобедаем за ним все вместе". Стол я перевезла в маленький деревянный домик, который был подарен мне на 16-летие. Прислугу пришлось уволить. Осталась лишь мисс Сайли. Эта женщина была частью нашей семьи. Она была одинока и не имела детей, так что она осталась с нами просто так, из чувства привязанности.