Вся правда
Ветер был холодным, словно вечернее напоминание о том, кем я была. Кем остаюсь. Под каблуками глухо стучала мостовая, а в пальцах всё ещё пульсировало напряжение. Воспоминание о бою с Азраэлем не отпускало — его сила была... пугающей.
Я выдохнула и толкнула дверь в квартиру. Тишина. Знакомая, обволакивающая, почти родная.
Сняв пальто, я прошла на кухню и включила чайник. Руки дрожали. Я чувствовала, как с каждым днём хрупкое равновесие между моей сущностью и этой человеческой маской становится тоньше. Грань, которую я старательно провожу, начинает трескаться.
Убийства продолжались. Я это знала. Чувствовала их, почти как зов. Алекс понятия не имел, насколько близко мы были к настоящему чудовищу.
Он... хороший. Слишком. Его доброта раздражала меня, как и его бесконечное терпение. Он задавал вопросы, не получая ответов. Смотрел прямо в глаза, даже когда я отводила взгляд. Он не понимал, но продолжал оставаться рядом.
Я взяла чашку, подошла к окну и глянула вниз. Огни города. Живые, яркие. И где-то там — очередная смерть.
Телефон вибрировал. Сообщение.
Алекс:
Новый труп. Та же картина. Улица Меридион. Встречаемся через 20 минут?
Я допила чай.
— Прости, Алекс, — прошептала я. — Но чем ближе ты подходишь… тем опаснее будет, когда узнаешь правду.
Я надела куртку, заправила пистолет в кобуру и вышла из дома.
Тело жертвы лежало в переулке, и на этот раз даже я чувствовала холод, исходящий не от смерти… а от чего-то иного. Пульсирующее ощущение чужой крови, пропитанной яростью.
— Что думаешь? — спросил Алекс, вставая рядом.
Я даже не повернулась к нему.
— Почерк тот же. Но… есть детали, которые не совпадают. — Я подняла взгляд на ближайшую крышу. — Этот убийца не просто берёт кровь жертвы. Он делает это… со вкусом. Почти как искусство.
— Прекрасно. Мы охотимся на психопата с эстетическим вкусом, — буркнул Алекс.
Когда остальные уехали, я осталась ещё на пару минут, осматривая переулок. Темнота сгустилась, и в воздухе повисла настороженная тишина.
Звук шагов позади. Едва слышный.
Я резко развернулась, и в тот же миг на меня прыгнул кто-то — вампир, молодой, неуклюжий, жаждущий. Я в одно мгновение оказалась с ним в схватке, готовая переломить ему шею…
Свист арбалетной стрелы. Вскрик. Тело вампира обмякло, рухнув рядом.
Я подняла глаза. Алекс. В руках — компактный арбалет. Лицо — серьёзное, без намёка на прежнюю мягкость.
— Ты следил за мной, — хрипло произнесла я.
— Я знал, что ты что-то скрываешь, — спокойно ответил он. — И неделю назад догадался. Потребовалось немного времени, чтобы всё сложить. Реакции, запах, твои глаза… ты не слишком хорошо притворяешься, Лира.
— И ты... охотник.
— И ты знала, — добавил он жёстко. — С тренировок. Всё сошлось. Твои движения. Реакции. Я узнал клеймо на твоем мече.
Мы стояли в тишине, окружённые мраком ночного города.
— Что теперь? — спросила я.
— Теперь?.. — Алекс пристально смотрел на меня. — Теперь мы оба знаем, что маски больше не работают.
Я стояла, не убирая взгляда с Алекса. Арбалет уже опущен, но пальцы на курке всё ещё напряжены. Он не боялся — это было видно. Но и не доверял.
— Значит, что теперь? — повторила я, сдерживая голос. — Убьёшь меня?
— Если бы хотел — сделал бы это ещё неделю назад, — ответил он спокойно. — Но ты не тот, кто убивает без причин. Я это понял.
Я молча кивнула, ощутив лёгкое, почти незаметное облегчение.
— И ты не тот охотник, кто бросается с факелом на всё, что не человек.
Он слегка усмехнулся.
— Потому и жив до сих пор.
На мгновение между нами повисло молчание. Потом он сказал:
— Я предлагаю перемирие. Мы оба работаем ради одного — чтобы останавливать убийц. Не важно, кто они. Люди или нелюди.
— Согласна, — я медленно опустила руки. — Но при одном условии: ты не вмешиваешься, когда речь идёт о моей стороне мира.
— Пока ты не нарушаешь баланс — не вмешаюсь, — отрезал он. — Но если хоть один невиновный пострадает…
— Тогда ты сделаешь свою работу. — Я кивнула. — Договорились.
Мы смотрели друг на друга. Без лишних слов. Без притворства. И теперь уже без масок.
— Алекс… — я окликнула его.
Он обернулся, молча, настороженно.
— Пока давай просто работать вместе, — сказала я. — Не задавая лишних вопросов. Не сейчас.
Он немного помолчал, потом кивнул.
— Но рано или поздно вопросы всё равно появятся.
— Пусть появляются со временем, — ответила я. — Когда будет за что доверять.
Он ничего не сказал, только посмотрел немного мягче, чем прежде.
— До завтра, — бросил он и пошёл прочь, исчезая в темноте улицы.
Я осталась одна, чувствуя, как внутри сдвинулось что-то едва уловимое. Не мир. Но и не война.