Невиновный

  После столь неожиданного предложения глаза Лиён расширились, и она, сглотнув нежелательный комок в горле, попыталась привести мысли в порядок и нарушить затянувшуюся тишину, но слова никак не хотели срываться с ее губ.

— Боюсь, вы меня неправильно поняли, — осознав, что только что сказал, поспешил объясниться Сехун. — Я хотел сказать, что...

— Я вас совсем не понимаю, — тихо пробормотала Чжи, нервно сжимая подол юбки и боясь поднять взгляд на сидящего напротив мужчину, что тоже резко замолчал, пытаясь подобрать нужные слова.

— Я хотел сказать, что...

— Вы хотите, чтобы я сыграла роль? — догадалась девушка, наконец, устремив свой взор на О, который тут же удивленно распахнул глаза, скользя ими по ее лицу. — Вы полагаете, что я соглашусь?

Еле заметная улыбка коснулась ее губ, и она, не отводя взгляда от Сехуна, поднялась с мебели и прежде, чем развернуться, чтобы уйти, проговорила:

— Не думайте, что, если я ниже вас по статусу, вы можете управлять мною.

— Я прошу вас, — успел выкрикнуть ей вслед мужчина и, увидев, что Лиён остановилась, чуть тише продолжил: — Дело вовсе не в статусе... Просто мне, правда, не к кому больше обратиться... Всего один вечер...

В его голосе сквозило какое-то непонятное манящее чувство нежности, что заставило девушку сильнее сжать в ладони металлическую ручку двери и прикрыть веки, чтобы унять сумасшедшее сердцебиение.

Черт, почему она снова так реагирует на него?

Чжи всеми фибрами ощущала, что О сейчас смотрит на нее, и не решалась взглянуть на него, потому что просто не знала, что сказать и как поступить. Может ли она снова пойти на обман, если уже полностью погрязла в нем?

Ложь за ложью. Игра за игрой.

Лиён упрямо продолжала убеждать себя в том, что вовсе не хочет идти на это и стать опять актрисой глупого спектакля, но почему же тогда душа хочет обратного, а ноги не желают выходить за пределы комнаты? Почему опять чувства противоречат разуму, а в сердце приятно покалывает, когда приходит осознание того, что его глаза на данный момент устремлены только на нее.

Нет, нельзя... Нельзя...

«Всего один вечер...»

— Когда? — не поворачиваясь, спросила девушка, ругая себя, но ни капли не жалея.

— С-сегодня, в восемь часов.

— Я соглашаюсь только потому, что верю вам, — протянула она и, немного помедлив, тихо покинула кабинет, в который раз заставляя Сехуна поежиться от непонятных ему чувств, разъедающих сердце с того самого дня, когда в его жизнь, подобно новому глотку воздуха, вошла Чжи.

«Она определенно особенная...»

***

— Лиён, ты с ума сошла? — возмутился на том конце провода Чондэ, чем сразу же заставил девушку зажмуриться, что, подождав пока тот немного успокоится, пробормотала:

— Я...У меня не было другого выхода.

— Отговорка так себе, — фыркнул парень. — Ты в курсе, что ты там не для того, чтобы ходить с этим мудаком на всякие приемы?

— Да, но... — замялась Чжи, пытаясь найти более или менее внятную причину своего поведения. Почему она просто не могла отказать ему? Почему она снова поддалась собственным чувствам, оказавшись в их ловушке, откуда выхода нет? Неужели он настолько сильно засел у нее в сердце, что даже некогда сильный темперамент не служит преградой для глупого органа?

Пока Лиён молчала в трубку, Чен сильнее сжал в руках аппарат, ожидая, что та соизволит хотя бы что-то сказать и объяснить ему сложившуюся ситуацию. Мысль, что этот О будет рядом с ней целый вечер и, наверное, будет касаться ее, сводила его с ума, а тот факт, что девушка так легко согласилась на это, еще больше выводил его из себя.

Ким знал ее слишком хорошо и прекрасно понимал, что уговорить упертую девушку крайне сложно, поэтому где-то внутри парня охватило беспокойство, и он впервые дал себе осознать, что идея с раскрытием убийства была не самой лучшей, а то, что сейчас рядом с его любимой маячит этот Сехун, напрягало еще больше.

— Чен? — наконец, дошел до него девичий голос, и он, снова приложив к уху телефон, прохрипел:

— Да?

— Все будет хорошо, — сладко протянула Чжи, на что Чондэ лишь ухмыльнулся и, выдержав определенную паузу, хмуро протянул:

— Надеюсь, так и будет, — и сбросил вызов.

Нет, нужно побыстрее покончить со всем, потому что, если так и дальше будет продолжаться, он просто свихнется. Лиён принадлежит только ему и никому больше.

***

Красная атласная ткань приятно касалась молочной кожи, оголяя соблазнительно выпирающие ключицы и тонкую шею. Длинные каштановые волосы аккуратными волнами падали на хрупкие плечи, придавая образ невинности, граничащей со страстью.

Машина, в которой ехала Чжи, уже приближалась к назначенному месту, где должно было пройти торжество, в то время как девушка с каждой минутой нервничала еще больше, чувствуя, как все тело покрывается волнительными мурашками, вызывая неприятные ощущения.

Успокаивало лишь то, что Сехуна не было рядом, ведь, окажись так, ей бы пришлось намного сложнее скрывать свое волнение. Она не намерена показывать свою слабость перед другими, тем более перед О.

Когда автомобиль, наконец, прибыл к месту назначения, Лиён сильнее сжала в руках небольшой клатч и, набрав в легкие побольше воздуха, не спеша открыла дверцу. Выбравшись наружу, Чжи нервно огляделась по сторонам, пытаясь отыскать среди множества людей знакомую фигуру, но искать долго не пришлось, потому что внезапно ее руки нежно коснулись чьи-то пальцы, и она, дернувшись от внезапности, крутанула головой, через миг встречаясь взглядом с мужчиной.

Тот растянул губы в улыбке и, чуть приблизившись, в самые губы прошептал:

— Улыбнитесь, на нас все смотрят.

Сердце девушки неожиданно подкатило к самому горлу, и она, скорее рефлекторно, чем осознанно, незаметно качнула головой, прекрасно чувствуя, как дыхание перехватывает, а голова просто идет кругом от этой непозволительной близости.

Но, к счастью для нее, Сехун спустя несколько секунд отстранился и кивнул в сторону входа:

— Идемте?

Даже не оборачиваясь, Чжи точно знала, что на данный момент на них смотрят немало людей, и от этого она все больше и больше ругала себя за то, что позволила сердцу совладать над разумом. Ей хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не ощущать этих взглядов, а в особенности один — пронизывающий до кончиков пальцев и бьющий по самым слабым местам.

— Д-да...

Когда перед глазами Лиён предстал огромный зал, она невольно ахнула, диву даваясь такой красоте, которую ей приходилось видеть в первый раз.

— Нравится? — тихо поинтересовался О.

— Здесь очень красиво, — так же шепотом ответила девушка, не переставая оглядываться вокруг.

— Се! — внезапно раздался громкий голос, а в следующий миг перед ними возник высокий молодой человек, улыбающийся от уха до уха, конечно же, сразу замечая Чжи и впиваясь глазами в тонкий стан. — А откуда это сокровище?

— Чанель, познакомься, это Чжи Лиён — моя... девушка.

Последнее слово далось мужчине с огромным трудом.

«... моя... девушка...»

Разве эти слова говорят не в другой ситуации? Разве можно говорить всем и всякому это, если прекрасно понимаешь, что это самая настоящая ложь?

— Сехун, я тебе иногда завидую, — не отводя от Лиён восхищенного взгляда, протянул Пак. — Тебе всегда везет в общении с противоположным полом. Сначала — Чон Сохи, потом — Ким Суна...

— Чанель, — прошипел тот, после чего парень тут же замолк и перевел на девушку виноватый взгляд.

Но та уже давно не вслушивалась в их разговор, уйдя глубоко в свои мысли.

Ей же ведь не послышалось? Чанель точно назвал имя убитой? Возможны ли такие совпадения?

Значит, догадка Чена все-таки оказалась верна. Но это объясняло лишь малую часть, потому что оставалось еще много вопросов, ответы на которые только предстояло отыскать.

***

После того, как торжество подошло к концу, Сехун и Чжи в абсолютной тишине дошли до машины, давно ожидающей их.

— Господин О, — подбежал к ним запыхавшийся водитель и, кивнув в сторону припаркованного автомобиля, протараторил: — Машина сломалась, но вызову вам такси.

Парнишка полез в карман с целью вытащить телефон, но тут же был остановлен Сехуном, который, чуть подождав, спокойным голосом произнес:

— Не волнуйся, просто езжай домой. Я сам распоряжусь, чтобы машину забрали.

— Хорошо, господин О, — поблагодарил его водитель и, поклонившись, пошел прочь, оставляя пару так и стоять у здания, где также не было ни души.

Лиён полагала, что мужчина сам закажет им такси, но никак не ожидала, что тот вдруг скажет то, что окончательно выбьет из ее легких кислород:

— Вы же не против, если мы прогуляемся?

Почему он предлагает ей прогуляться, если вечер давно подошел к своему завершению? Роль же ведь уже сыграна, не так ли? Но почему он делает это? Словно понимает, что тем самым заставляет все внутри Чжи переворачиваться с ног на голову, и просто издевается над ней.

На данный момент ей и правда хотелось бы заглянуть в душу Сехуна и понять, что же на самом деле она из себя представляет, потому что понимать его девушка начинала еще меньше, а все то, что он делал, лишь усугубляло ситуацию, вводя Лиён в тупик.

За весь вечер, проведенный рядом с ним, она не раз убедилась в том, что О скрывается за семью замками, не желая никого подпускать. Она была уверена, что за этим невозмутимым и не выражающим никаких чувств лицом, таится нечто необыкновенное и прекрасное, которое разглядеть, увы, довольно непросто.

— Я давно так не гулял, — спустя несколько минут тишины, пробормотал мужчина, двигаясь вдоль длинной безлюдной улицы и вдыхая носом свежий воздух.

— А Мина? — осторожно спросила Чжи.

Сехун лишь грустно улыбнулся и, немного замедлив шаг, проговорил:

— Знаете, мне иногда так стыдно перед ней, и я все-таки думаю, что мне нужно было жениться во второй раз.

— Так в чем же проблема? У вас много поклонниц.

— Вы о словах Чанеля? Забудьте о них. Те девушки, которых он назвал, ничего общего со мной не имели.

Теперь Лиён оставалось лишь догадываться о том, врет ли он или же говорит правду.

Если врет, то почему так спокоен?

А если говорит правду, то каким образом можно объяснить, что же связывало убитую и его самого?

Опять тупик.

Опять ничего не сходится.

— Они что, тоже «выручали» вас? — хмыкнула Лиён, продолжая неспешно идти рядом с О.

— Вы думаете, что я использую девушек для личных целей?

— Просто не понимаю, как я дала себя уговорить, — произнесла Чжи, сильнее кутаясь в короткий полушубок и ощущая, как холод пробирает до костей, пронизывая все тело мурашками, что не укрылось от зоркого взгляда мужчины. Он без слов стянул с шеи длинный шарф и протянул его девушке.

— Вы продрогли, мне не хочется, чтобы вы заболели.

Немного помедлив, Лиён все-таки приняла из его рук вещь.

— Спасибо...

И снова это — глаза в глаза.

Снова обоих их тянет в омут.

Снова обоим кажется, что нет никого больше в этом мире.

Лишь он. Лишь она.

Глаза в глаза... А затем последует то, что не должно было произойти...

Но будут ли они жалеть? Они скажут, что это ошибка, а сердца будут упрямо твердить обратное, пока будут помнить чужие касания губ.