Тетрадь Инферно

Идя по улицам Вестеда я размышляла об инферно, что не отпускало Лили сегодня в школе. В чем причина его возникновения? И насколько шокирующей эта причина может быть? Мотивация – главный вопрос человеческой деятельности и самой природы. Ничего не происходит просто так, все должно быть естественно, закономерно, просто и понятно. Но если вообразить, что в определенной ситуации мотив отсутствует. Как тогда быть? Стоит задуматься о неестественном порядке вещей, то есть... о потусторонней силе? Или, скажем, как мнимая единица в математике?

В жизни как в математике – все доказуемо и выводится одно из другого, но всегда найдется что-то мрачное и неизвестное. Ведь математика никогда не лжет. А значит, исключив все невозможное, останется только верное решение, каким бы неоднозначным оно не казалось.

Одно из моих неоднозначных решений за сегодняшний день – не открывать тетрадь Лили. Я так сделала только потому, что я хорошая подруга и не лажу по вещам моих друзей. И тем не менее, я достала тетрадь из мусорного ведра и теперь двигаюсь вверх по холму, минуя квартал за кварталом.

Дом Лили хорошо выделялся среди всех остальных домов. Милые клумбы нынче без цветов – летом от окружения дома Лили аж в глазах рябит. Газон аккуратно пострижен, на котором чуть поодаль от дома, практически возле деревянного забора, стоит одинокий гриль. Забор, ограждающий участок, не является каким-то непреступным для людей. Просто милый заборчик, выкрашенный в белый цвет, выполняет функцию ограждения.

Вокруг было так тихо и спокойно. Неспеша телепались машины вниз по холму. Инферно, что меня сегодня сильно озадачило, не наблюдалось. По крайней мере на первый взгляд.

Медленно продвигаясь к входной двери дома я то и дело поглядывала на окна в доме. Подозрительно то, что везде шторы были задернуты. Лишь в одном окне краем глаза я заметила, как дернулась занавеска...

Любопытство начало смешиваться со страхом, звуки окружающего мира притупились, мир за пределами белого заборчика будто перестал существовать. Но я всегда любила смешивать с любопытством немного злости и настойчивости, поэтому страху пришлось потесниться. Именно из-за страха я надеялась, что Лили не откроет мне дверь. Каково было мое удивление...

Лили слегка приоткрыла дверь и жестом пригласила войти в дом.

- Алиса, давай быстрее заходи. – тревожно закрывала на все замки дверь моя подруга.

- Что происходит? Ты сама не своя, Лили... - с беспокойством обратилась я. – Тебя явно что-то тревожит.

Я наблюдала как Лили чуть ли не в панике искала не закрытые окна и двери, хотя она знала, что уже все закрыла.

- Надеюсь, что все закрыто...

- Почему ты все закрываешь? Что произошло? – все еще не понимала я и уже внутри начало закипать желание открыть тетрадь и узнать все самой.

- Тетрадь у тебя? – прожигала меня взглядом Лили.

- Д-да... - промямлила я, смотря в ее глаза.

Смотря в глаза своей подруги, я видела не просто страх, а первобытный ужас. Ужас, когда тебя преследуют. Ужас, когда некуда больше пойти. Ужас от неизвестности и от отсутствия мотива...

Инферно я не замечала, видимо по той причине, что сама уже была в его эпицентре.

Лили резко взяла меня за руку, и мы бегом взобрались на второй этаж в ее комнату. Разумеется, дверь она закрыла на все замки.

- А теперь объясни, что происходит. – настойчиво повторяла я. – Я не могу тебе помочь, не зная ситуации.

Лили сидела на кровати и подняла глаза на меня.

- Открой ее.

Я посмотрела на ее тетрадь веселенькой странной расцветки, слегка помятую, и решилась открыть. Записи были, мягко говоря, тревожными. Я уже решила, что это наброски творчества Лили, пока не увидела эту безумную картину.

Открыв тетрадь можно увидеть обычные рисунки простым карандашом, с аккуратными штрихами, следы ластика, которым Лили пользовалась вероятно, как белым карандашом. Чем дальше я двигалась по страницам, тем безобразнее становились штрихи, формы были более угловатыми, и начали появляться фрагменты текста в разных местах страницы, шрифт менялся от записи к записи. Некоторые листы были полностью заполнены едва разборчивым текстом...

«...сегодня я вечером одна. Главное не открывать окна...»

«Определенно не стоило его дразнить, надо было оставить ее и не прикасаться. Теперь что-то не так...»

«...ветки кажутся острыми...»

«Невозможно устоять перед...»

«Откуда мне было знать, что так делать нельзя? Невозможно было предугадать такого исхода. Судя по всему, он тоже не гадал. Он уже все знал и наблюдал...»

«...в темноте...руки тянутся...»

«Кто...»

«...молчишь?»

«Зимой явно будет сливаться с деревьями...»

И это только часть записей. Остальное написано, как курица лапой.

Закрыв тетрадь, я аккуратно перевела взгляд на подругу, сидящую на диване и смотрящую дрожащим взглядом в окно. Пока что я поняла, что кульминация ситуации случилась сегодня, так как до этого несколько дней Лили вела себя как ни в чем не бывало.

- Лили, я все равно мало что понимаю в твоих записях. – честно призналась я. – Лучше расскажи мне о том, что тебя сейчас тревожит. Точнее, чего ты так до ужаса боишься...

Походу дела я то и думала, что это все слишком для двух одиннадцатилетних девчонок – странные каракули и безобразные рисунки в тетрадке психоделической расцветки, яркое осеннее солнце, контрастирующее с ситуацией в доме Лили, пустые клумбы, которые по смысловой нагрузке походят на могилы...

- Я избегаю кое-что. – начала Лили, поворачиваясь к окну. – Я не могу сказать кого, ибо сама толком не понимаю как можно назвать эту...это...этого... - задумалась она.

- Как давно это продолжается?

- Это началось примерно неделю назад. – вспоминала Лили. – Сначала я увидела тревожный сон, но не придала этому значения. После этого каждую ночь мне снились сюжеты с ним...

- С кем? Ты его знаешь? – спросила я, чувствуя, будто веду допрос своей подруги.

- Нет, не знаю. – уставилась в пустоту Лили, пытаясь его вспомнить. – Я даже не могу воссоздать его образ. Все как в тумане...Однако, есть ощущение, что если я его увижу, то сразу пойму это. Вероятно, это мужчина, но вокруг него какая-то темная аура или материя... не знаю.

- Может попробуешь вспомнить его лицо?

- Я пыталась, но безуспешно, Алиса...

Наш брейншторм прервал звонок в дверь, отчего мы с Лили аж подпрыгнули.

- Фух, не волнуйся, это мой дядя Эндрю, - с облегчением вздохнула Лили. – У меня родители улетели на неделю в Нью-Йорк по работе, поэтому все это время за мной присматривает дядя.

Мы спустились вниз по лестнице и неспеша подошли к задернутым шторами окнам возле входной двери. Осторожность не помешает.

- Лили, это Эндрю. Я тебя вижу через окно. – с улыбкой и легким недовольством сказал Эндрю, смотря сквозь штору на нас.

Моя подруга слегка улыбнулась и открыла дверь. Давно я не видела дядю Эндрю, он немного изменился – стал более мускулистым, обзавелся небольшой рыжей бородкой. Но у него все равно были милые кудряшки. Мы с Лили дружим еще с детского сада. Помню, как еще тогда он забирал нас к себе домой, готовил нам ужин, играл с нами на заднем дворе. Я часто проводила время с Лили и ее дядей – наши родители часто приходят домой поздно, а за детьми нужно приглядывать. До сих пор иногда вспоминаю как он нарядился на Хэллоуин в костюм пирата, и он устроил нам настоящее приключение с декорациями, сюжетом, все как положено. Ну и сладости были, конечно. Как мы весело проводили время – бегали от пухленького в то время Эндрю с весело прыгающими на бегу кудряшками...

Открывая дверь дяде Эндрю у Лили в глазах читалось облегчение. Мужчина окинул нас, побледневших неизвестно от чего девочек, слегка озадаченным взглядом.

- У вас такой вид, будто случилось что-то страшное. Неприятности в школе?

Мы с Лили переглянулись.

- Все в порядке. Мы просто устали. Самый тяжелый день на неделе, сам понимаешь. – соврала Лили.

Возможно, это первый раз, когда мы соврали Эндрю. Обычно мы могли с ним поговорить о том, с чем не хотели делиться с родителями. Его доброе лицо, наверное, так влияло на нас.

- Что ж, хорошо. – легко сказал дядя. – Идите развлекайтесь, а я пока сделаю нам ужин. Ты же останешься на ужин, Алиса? – с улыбкой поинтересовался Эндрю.

- Да, конечно, обожаю как вы готовите бельгийские вафли.

Я и так знала, что сегодня я здесь допоздна. Я не могла оставить подругу разбираться с этим бардаком одну. К тому же, вафли Эндрю готовит и правда шедевральные.

- Отлично, только предупреди своих родителей, чтобы они тебя не потеряли. – сказал дядя и отправился на кухню.

Лили отправилась к себе в комнату, а я стояла около входной двери и то и делала, что переводила взгляд с настенных часов на окно, в котором виднелся закат.

На часах 17:49. Осенью солнце садится рано, так что уже можно наблюдать цвета заката. Тревога слегка подступала ко мне, отчего я резко пошла на кухню, где мужчина уже вовсю готовился к приготовлению его знаменитых вафель.

- Дядя Эндрю, можно мне сегодня у вас остаться на ночь? – поинтересовалась я, мотивируя это тем, что у нас с Лили общее домашнее задание.

- Алиса, ты же знаешь, что можешь. – сказал Эндрю, отвлекаясь от поиска в холодильнике ингредиентов. – Только нужно...

- Предупредить родителей. – подхватила я.

- Как всегда на шаг впереди. – улыбнулся мужчина, похлопав Алису по плечу.

По телефону я объяснила маме, которая была еще на работе, что приду домой завтра, так как останусь на ночь у Лили. Мама не была против, разумеется, я часто оставалась дома у Лили. Тем более папа отвез моего брата Альберта к бабушке на выходные. Так получилось, что мы дружим семьями. В школе так часто бывает, когда начинаешь с кем-нибудь дружить в классе.

Смотря на лестницу, ведущую на второй этаж, я все еще надеялась, что она просто пересмотрела фильмов ужасов. А если нет... Не хочу потерять свою единственную подругу.