Часть 7
Даже сквозь закрытые глаза я ощущала этот ослепительный белый свет. Я попала на небо... Ну и ярко тут. Тёплая рука коснулась моей руки. Я медленно открыла глаза. Комната. Точно, это же моя комната. Значит, не умерла. Мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы повернуть голову. Маркус. Именно он держал меня за руку. Но что с ним? Почему его лицо такое... грустное? Что случилось?
– Маркус... – прошептала я.
– Прости меня – как сквозь вату донёсся его голос. – Я потерял контроль над собой... Чуть не убил тебя...
– О чём ты? – вопросила я.
И вдруг вспомнила. Память потихоньку возвращалась. Он высосал слишком много крови из меня, и я потеряла сознание. Словно в подтверждение, шея отозвалась тупой болью. Ранки уже заживают.
– Сколько я спала? – спросила я.
– Два дня – ответил Маркус. – Я волновался. Уж думал, что не проснёшься.
– Ничего, оклемалась – улыбнулась я.
– Хорошо, что кровь помогла – продолжил говорить Маркус.
– Какая кровь? – удивилась я.
– Моя кровь – сказал вампир.
– Постой-ка! – я приподнялась на локтях. – Твоя кровь же...
– Да – довольно кивнул вампир. – Исцеляет.
Я легла обратно, чувствуя слабость, и глубоко задумалась. Ничего себе, поворот! Маркус пожертвовал мне свою кровь... Да, давно уже поняла, что я счастливчик по жизни.
– Кстати, а как Эби? Она жива? – поинтересовалась я.
– Пока да – процедил Маркус. – Но это ненадолго. Вот выкачаю из неё всю кровь! Хватит лет на пятьдесят...
– Подожди, не горячись – коснулась я его щеки со шрамом, который превратился в тонкую ниточку. – Зачем же так?
– Тебе её жаль? – вопросил Маркус и пристально уставился на меня.
– И да, и нет – уклончиво ответила я. – Просто не стоит поступать сгоряча.
– Дело не в этом – покачал головой Маркус. – Андреа, она смертельно больна. Слышала что-то о раке крови? – Я медленно кивнула, а мужчина продолжал. – У неё – неизлечимая стадия. Но именно раковые клетки в крови и обладают вот такими свойствами при нужной обработке. Она всё равно скоро умрёт. – Маркус помолчал, молчала и я, ожидая продолжения. – Она знает об этом, но, похоже, она не хочет этому верить...
Внутри меня всё сжалось. Я впервые жалела человека. Эби, Эби... Бедная девочка. Да, действительно, она борется за жизнь. Я надолго задумалась. Из глубин души явились жалость и сострадание. Это были совершенно новые для меня чувства. Я сидела около трёх часов, почти не двигаясь, уставившись в стену. Наверно, впервые в жизни я не знала, что делать. Маркус хотел убить её... Другими словами, избавить её от мучений. Но Эби... Она хотела жить. Она просила меня о помощи, даже не зная, друг я, или враг. Стоит ли мне дать ей хотя бы шанс на жизнь? Я сжала руки в кулаки. Мне надо поговорить с ней. А уж потом решать, помогать ей или нет. Я встала с кресла, подошла к окну. Маркус оставил меня часа три назад и уехал по делам. Машины во дворе не было, значит, ещё не вернулся. Я вышла в коридор, прикрыла за собой дверь и сбежала по лестнице. Голова кружилась, но я не замечала этого. Я остановилась у картины, за которой был потайной коридор, и задумалась. Может, будет лучше поговорить с Эби так, чтобы она видела меня? Да, так будет лучше. Я отошла от картины и поспешила в коридор. У её дверей стояли два охранника. Я уверенно подошла к ним и махнула рукой. Те с лёгким поклоном удалились. Я знала, что ушли они недалеко, но всё же на то расстояние, чтобы не услышать разговора в комнате. Я сняла ключ с крючка и открыла дверь. В комнате было темно. Горела лишь настольная лампа. На кровати, не двигаясь, лежала Эби. Внутри меня что-то дрогнуло. Мертва? Я шагнула к кровати. Эби шевельнулась, повернулась. В полумраке сверкнули её глаза.
– Кто ты? – тихим голосом спросила она.
Эби потянулась к лампе, щёлкнула выключателем. Я чуть прищурилась от света.
– А... – протянула Эби. – Ты подружка этого чокнутого кровопийцы.
– Да – кивнула я, не став возмущаться.
– Садись, чего стоишь – проговорила Эби.
Я медленно подошла к кровати, присела на краешек. Меня не задевало, что она приказывает мне. Она имеет на это право всё-таки.
– Так это ты была тогда за стеной? – вдруг спросила она.
– Я – подтвердила я.
– А что там? Твоя комната? – продолжала вопрошать Эби.
– Нет – покачала я головой. – Там коридор.
Мы помолчали немного. Эби тяжело дышала, и я хотела было завести разговор о самом важном.
– Я Эби – произнесла Эби.
– Андреа – представилась я.
– Ты долго здесь? По своей воле? – расспросы от Эби продолжались.
Я немного помолчала, раздумывая над ответом. Стоит ли говорить правду? Я решила, что стоит.
– Живу здесь уже семь лет. По своей воле – сказала я.
Эби оживилась, приподнялась на локтях. Она пристально оглядела меня.
– Ты что, влюбилась в него? – медленно приподняла брови Эби.
– Нет – ответила я.
– Тогда скажи, что тебя держит здесь? – недоумённо вскричала Эби.
– Он – единственный, кому я небезразлична – сказала я.
– Ясно – хмыкнула Эби и откинулась на подушку.
Я вздрогнула. Кажется, Эби потеряла ко мне интерес. Надо бы подводить разговор к самому важному, пока у меня совсем не пропало желание ей помогать.
– Ты болеешь... – начала я.
Эби встрепенулась. Она продолжила лежать, даже не шевельнулась, но я заметила, как её тело напряглось.
– Ты всё равно умрёшь. Так какая разница, как? – продолжила я.
Внезапно Эби вскочила и схватила меня за руку. Я попыталась освободиться от цепкой хватки, но девушка, бледная от недостатка крови, была очень странно сильна.
– Ты не понимаешь! – выкрикнула Эби мне в лицо. – Сидишь здесь, на всём готовеньком! Ты не знаешь жизни за стенами этого дома! Я знаю, что умру, знаю! Но лучше, если это случится позже. Как можно позже! И на свободе!
– Эби, успокойся – проговорила я и сжала её руку. – Ты уже ничего не изменишь...
Эби трясла меня за плечи, кричала что-то, но я не слышала её. Словно уши перестали работать. Я жалела, что пришла сюда. Я всё ещё хотела помочь этой девушке, но вдруг поняла, что не могу. Что бы я ни сделала, ничего не поможет. Даже если я обеспечу ей побег, попытаюсь остановить Маркуса... Он одним движением убьёт меня и без сожалений переступит через моё тело. Не пройдёт и недели, как он найдёт Эби. Разве что только девушка, выйдя из дома, сразу же бросится с моста в реку или наглотается таблеток. Мои мысли прервал звук распахнувшейся двери. Я ожидала увидеть охранников. Но в комнату влетел Маркус. Я обернулась в его сторону. Эби отпустила меня и забилась в дальний угол. Я нервно выдохнула. В душе появилось гадкое чувство. Она боится. Как все они боится. И тут же возник вопрос: почему, собственно, я так не переношу страх? Потому что сама его не ощущаю и не ощущала, наверно, никогда в жизни. Я встала с кровати, поправила растрепавшиеся волосы, посмотрела прямо на Маркуса. А Маркус переводил безумный взгляд с меня на Эби, и обратно.
– Иди к себе, Андреа – проговорил вампир. Довольно спокойно для его состояния. – Я скоро приду.
Я перечить не стала. Маркус и так раздражён. Я прошла мимо него и вышла в коридор. Почувствовала, каким пристальным взглядом Маркус проводил меня. Полагаю, он потребует от меня объяснений. Вроде всё просто объяснить, но у меня в голове не было ни одной мысли. Пустота. Я не вздрогнула, даже когда услышала оглушительный визг. Словно знала, что так и будет. Эби жива. Маркус грозится, что выкачает всю кровь из неё. Но я, как никто другой, знала, что Маркус никогда не идёт на поводу у эмоций.