my LITTLE OMEGA

Машина на достаточно высокой скорости ехала сквозь небольшой город. Дома здесь не такие высокие, но чистые и аккуратные, затихали рано. В крупных мегаполисах светодиоды не знали покоя до рассветного часа, около семи, а в Бэкон Хилз, одна за другой, вывески гасли уже в три часа ночи. Именно в это время Канада и Дерек выбрались из своего маленького гнёздышка в отеле. Канада успела хорошо вздремнуть, но всё равно ёжилась на переднем сидении, укутанная в клетчатый плед синей расцветки, словно ей было холодно. Хотя, осень близилась к своему завершению – ноябрь шёл на убыль. Даже в Калифорнии, видимо, осенью ночью, прохладно. Девушка наклонила голову к стеклу, оставив белый след от тёплого лба, а после, Канада затяжно зевнула. 

      – Не выспалась? – Заботливо поинтересовался Дерек, не сдержав ухмылки. Наверное, единственная Кэн начала привыкать к Дереку-который-улыбается. Девушка нехотя, устало, потянула уголки губ в разные стороны, подражая улыбке. Получилось косо, ну, и так сойдёт. 

      – Да нет, всё нормально, я и не должна высыпаться. Часа два от силы, плюс сквозь сон скрип двери, твоё дыхание, обеспокоенное, одежда, а теперь все мысли только о том, как я расправлялась с человеком в автобусе. Сколько раз за эти два часа ты уезжал, Дерек? 

      – Два раза, – его плечи поднялись и тут же опустились в знак сомнения. – Сразу, как ты уснула. 

      – Так. 

      – Хочешь узнать, чем занимался? – Дерек взглянул на Клиффорд и получил ответ одним лишь взглядом. – Хорошо, в первый заезд посетил свой дом. Там было немного не спокойно, а потом ещё и Скотт посетил. Спрашивал про автобус, и как ему вызвать свои воспоминания. Это было, когда я только тебя привёз, ещё машину заправил. Потом вернулся.

      – И ты ему помог? – Канада воодушевлённо подпрыгнула на месте, то ли от радости, то ли от ямы на дороге. 

      – Как сказать. Если он не тупой, всё сделает правильно и вспомнит. 

      – Загадки значит, – Канада выдохнула и устроилась в сидении по-прежнему. – А во второй раз? 

      – Не поверишь, – Дерек дёрнул руль влево, свернув на очередную пустую улочку с гаснувшими огнями. – Ездил в... Автомастерскую. 

      – А что со мной? Я ведь так и не понимаю, почему не видела сна, как Скотт. Точнее наваждения… Точнее, а-а-а… Я просто мирно проснулась и пошла в школу. Тем более у меня ночевала Эллисон. О Боже, а если она что-то видела? 

      – Канада, успокойся, если бы она тебя видела, приняла бы за обычного волка, хотя, да, согласен. Та ночь очень странная, но я думаю, не стоит придаваться панике, как Скотт. Я прав?

      – Ты прав, – ответила Канада тоном, словно сдалась в войне, скрытой от чужих глаз. Тем временем, машина выскользнула из каменных домов города, взлетела на склон и проехала мимо ветеринарной клинике. Да, это Беатрис там нужно работать, а не Канаде. Ну, будет видно, как дело пойдёт. Девушка опустила веки и попыталась представить, что никакого альфы нет, а если есть, его можно будет уничтожить одной левой. Для этого не нужно многого, всего лишь она, Дерек и Скотт. 

      – У меня есть идеи, – голос Дерека прозвучал именно тогда, когда колёса машины повернулись, и Camaro свернула на грунтовую лесную дорогу. Поэтому, Кэн почти ничего не услышала, но глаза открыла. Потом, смысл слов до неё дошёл. 

      – Идеи? Какие идеи? 

      – Позже, Кэнеди. 

      Дорога под чёрной красавицей сменилась с грунтовой на просёлочную, усыпанную ветками и листьями. Шурша, раскидывая природный мусор во все стороны, Camaro достигла последней точки своего ночного путешествия в этот раз – дома Хейлов. 

      – Потом да потом, – пробубнила Кэнеди, гневно посмотрев на Дерека. – Моя русская подруга по переписке говорила, что потом будет суп с котом. А в нашем случае что, с хвостом волчицы? 

      Дерек усмехнулся и заглушил двигатель, повернув ключ. Юноша нагнулся, чтобы приблизится к Канаде и стащил плед, после чего взял за руку саму Кэнеди, притягивая к себе. 

      – Я тебя люблю, – кивая, сообщил Хейл, и, торопясь прикоснулся своими губами к губам девушки, а после отпрянул, открыл дверцу и покинул автомобиль. Канада хмыкнула, улыбнувшись по-настоящему, забрала с заднего сидения сумку и выбралась из Camaro. 

      Снаружи оказалось намного прохладнее, чем Кэн могла вообразить, поэтому сразу обхватила себя руками. Болеро ни черта не спасало, а цепочка на поясе похоже только холодила. В эту ночь особняк Дерека казался ещё более мрачным, устрашающим и холодным. Да, холод сейчас совершенно не нравился Клиффорд, особенно в доме, но куда уж? Всё сооружение было дырявым и тепло там было последний раз только в пожаре, не считая всех калифорнийских жарких дней. Переступив на каблуках с ноги на ногу, Канада трусцой поспешила к дому, где её ждал Дерек. За спиной девушки прозвучал звук сигнализации. Со скоростью влетая на ступеньки, Кэнеди оступилась, но её поймали крепкие руки Хейла. 

      – Осторожнее, Кэн. 

      Девушка кивнула и хихикнула, после того как постояла на ступеньке, определяя, сломала каблук или нет. 

      – Всё нормально, я же оборотень, – напомнила девушка, поднимаясь по оставшимся ступеням и проходя в дом. Пальцы, сжимающие ладонь Кэнеди, парень так и не убрал, следуя за ней. Заодно и дверь закрыл.

      А внутри было чуть теплее, но ничуть не уютно. 

      – Ну, ты и мужчина. 

      – Впервые мне поступает на это жалоба. – Дерек нахмурился, стаскивая куртку. 

      – Нет, – Канада рассмеялась. – Это очень даже хорошо, просто, я бы, вернувшись в место, где жила с рождения, где мои воспоминания о прекрасной жизни… Я бы сделала ремонт, постаралась, чтобы всё было по-старому. 

      Девушка подошла к покрытому пылью, но целому шкафу, и прислонилась головой к нему, как в машине, к стеклу. Дерек бросил куртку на диван и подошёл к Канаде. Его руки нежно прикоснулись к её плечам, а Кэн выдавила что-то вроде рыка, ударив по шкафу кулаком. Увы, он немного развалился, а пара отскочила. 

      – Сделал бы и ремонт, и всё что угодно, но не могу. Ардженты за мной следят. Считают, я достаточно много натворил, чтобы превратить оборотня-бету вроде меня в кучку костей. На заправке они ни мало постарались со стеклом машины. Ещё приезжал в больницу. 

      – Что? Почему сразу не сказал? Дерек, – Канада заключила лицо Хейла в свои ладони, заставляя его смотреть прямо девушке в глаза. – Почему не сказал? И, подожди, машина? Я ещё не сумасшедшая, в твоей Camaro стёкла были. 

      – Не сказал, потому что не хотел именно в данный момент, а смысл делать это сейчас? Если заметила, я немного холодно держусь в этом мире. 

      – Да, точно, автомастерская. Заметила, и ты собираешься намекнуть, что не привык к заботе? 

      – Возможно и так. 

      – А я не привыкла думать о своей семье каждый день, каждый час. Матери, сёстрах. Не люблю об этом говорить. Знаешь, а ведь не так давно мне приснился сон, и я вспомнила одну интересную встречу, – с робких слов Канада превратила тон в подозревающее растягивание каждого слога. По-хозяйски, девушка поднималась по парадной лестнице на второй этаж, придерживая сумку на плече левой ладонью. 

      – На что намекаешь теперь, Кэнеди? – Кэн не видела, что происходит за спиной, но она подумала, что должно быть, Дерек нахмурился. Разноцветные воспоминания-картинки нахлынули на Кэнеди. 

      – Мне приснился мальчик, лет тринадцати, выскакивающий из придорожного кафе. Это был ты Дерек. Я знаю то место, и всё что помню о нём, только этот клочок – про то, как приехала с матерью, и помню мальчика, – Девушка повернулась к Хейлу. – Это был ты. – Повторила Кэнеди вновь. 

      – Хм, – взгляд Дерека моментально пропал где-то между домом и лесом, в серо-зелёных глазах иссякли все эмоции, зрачки сузились. – Да, однажды я … Это был очень давно, Канада, не отрицаю, что это я выбежал и сел в машину. 

      Клиффорд озадаченно скрестила руки на груди. 

      – Я ничего не говорила про машину. Значит, что-то помнишь? 

      – Мать часто меня таскала по всяким делам, и именно тогда, мне это надоело. Почему, ты считаешь, что я запоминал каждый раз, когда она плевала на все мои дела, чувства, желания? – Дерек стремительно поднялся по лестнице и схватил Кэнеди за запястье, больно его дёрнув. Подобно молнии они оказались в спальне. Каждое мгновение Дерек стался не зарычать, а Канада только фыркала, потирая руку, когда парень посчитал недурным её отпустить. Девушка надменно стянула с плеча сумку и бросила её на кровать, вместе с болеро, от чего в воздухе замельтешили кучки пылинок. 

      – Я уже тебе сказала, чтобы я была твоей, добейся чего-то получше, чем статус «омега потерявший юбку сестры, за которую можно держаться». До этого не смей дёргать меня как вещь.

      – Я не омега, – огрызнулся юноша. 

      – Ну да, зато я омега сто процентов. Ладно, насчёт этого я не спорю, но ты не бета. Где твоя альфа? Где твоя стая, Дерек? Забитый, запуганный волк-одиночка, да и не более. Пусть сильнее Скотта, но это лишь опыт. Мальчик пойдёт далеко, а ты? Так и останешься жить на пепелище, а если хочешь убить альфу, которая обратила МакКолла, то спешу обрадовать – ты его и с места не сдвинешь, – девушка с нездоровым энтузиазмом махала руками, после чего дёрнула ногой в одну сторону, швырнув туфель, совершила движение другой ногой, посылая туфель в другую. Теперь она точно забыла об их цене. Уверенность, залившая её глаза, заставила волчицу в душе фыркнуть по-звериному и Кэнеди издала точно такой звук на выдохе. – Ты омега! 

      Она собралась сказать что-то большее, но не сумела, как только обернулась к Дереку. Тот оказался не около дверного проёма, если это обгорелое чёрное нечто можно так назвать, а совсем рядом, в паре футов. Дерек грубо, без слов, руками прижал девушку к себе, зарываясь в не совсем длинные кудряшки, по цвету напоминающие желтоватую луну. 

      – Ради тебя я не буду ни омегой, не бетой. Стану альфой. Ты согласна? Я ведь понимаю, что это традиции. 

      – Ну, ты и глупый! Конечно, согласна. Я же тебя люблю, а если бы не любила, и не просила этого. Прости, я сделала тебе больно, наверное… 

      – Ничего, я же оборотень, а не простой парень, – намекнул на частую беззаботность девушки Дерек. – Излечусь.

      Канада зажмурилась, чувствуя себя в полной безопасности в объятиях Дерека. Однако, она услышала шорох в подлеске, насторожилась и приоткрыла глаза. В маленькое грязное окошко с трещинами Кэнеди увидела двигающуюся фигуру друга. Скотт? 

      – Сюда идёт Скотт, – прошептала Кэнеди, а Дерек что-то пробормотал и затих. Видимо, прислушался. Канада почти снова расслабилась от нагрянувшей тишины, но тут же услышала хлопок двери, скрип обгорелых досок и «вжик» молнии. 

      «Стоп, что?!» – Только и мелькнуло в голове Кэн. Платье соскользнуло по ногам. Дерек хотел, чтобы она разделась, понятно. Стянув с себя всё остальное, и неопрятно побросав всё на кровать, Кэн фыркнула и приняла облик волчицы. Совершив ускоренную версию прыжка к лестнице, Кэнеди приготовилась встречать Скотта. 

      

      – Дерек! Дерек! Я знаю, что ты здесь! Я знаю, что ты сделал! 

МакКолл заметался, оглядывая весь потрёпанный интерьер, ища глазами Хейла. Рык заставил его обернуться. На верхней ступени лестницы стояла крупная волчица, в ночном свете смотревшаяся ещё больше и с голубоватым мехом. Она скалилась, но хвост опустила. 

      – Я ничего не сделал, – по слогам произнёс Дерек, не обозначая своего места. Голос разлился по дому эхом, звеня и пугая. Вспотевший Скотт хрипя ступил на лестницу, хватаясь за перила. Да, умный парень – конструкция может и развалится, при усердии. Канада снова зарычала. Предупреждающе. 

      – Ты его убил! – Выкрикнул в ответ парень. Кэнеди фыркнула, надеясь, что он заметит её. Комбо! – Ты и Канада, вы его вместе убили?!

      – Он умер. 

      – Так же, как твоя сестра? – Похоже, Скотт успокоился. Лёгкие волчицы дрожали – не хотелось кусать его. Зря он говорит про сестру Дерека.

      – Моя сестра пропала, и я приехал, чтобы найти её.

      Скотт кашлянул, шмыгнул носом и уставился прямо на волчицу: 

      – Нашёл?

      – Я нашёл тело, разорванное по полам! – Канада от голоса отступила от лестницы на шаг. По уцелевшим окнам прошёлся скрежет, они забились в рамах. Как бы хотела Клиффорд сказать, попросить Скотта извинится за вероломное посещения дома, за обвиняющие слова! А если, Скотт прав и Дерек убил того мужчину? 

      – А я думаю, это ты их убил, или даже вы вместе. Не может быть, что ты и Кэн знакомы три месяца, – почти прошептал юноша, достигая второго этажа. Канада фыркнула и дёрнула его за край мастерки, мало помогло, а тащится по деревянному полу с щепками приятным занятием не являлось – пришлось отпустить. – И я всем расскажу, начиная с шерифа.

      «Скотт, пожалуйста», – взмолилась волчица, понимая: Мысли её он не услышит. Покорно отошла, заметив Дерека. Скотт попал. 

      Хейл стремительно возник за спиной МакКолла, не совсем гостеприимно схватил его за шиворот и спустил с лестницы. Кубарем молодой оборотень оказался на полу, обернулся, представляя свою искривленную мордашку с горящими глазами. Ими Скотт посмотрел сквозь Дерека, на силуэт волчицы. Словил её обеспокоенный взгляд, потом посмотрел на Хейла и предъявил свой рык.

      Дерек ни медля, спустился на первый этаж, со всей элегантностью богомола, на смех Клиффорд. Да ладно, ничего такого. 

      И… Они просто начали драться! 

      «Почему я вспоминаю фильмы про древность, когда вожди из стай пещерных людей убивали друг друга? Как смешно! Не дети же, и не волчата».

      Кэн не стала ввязываться, просто улеглась на край лестницы, посматривая на грубые юношеские махания. И Дерек обратился, забавно. Жаль, нет попкорна. Тем временем ребята перебрались в часть дома, где волчица их точно не заметит. Зря!

      Кэнеди спустилась и остановилась у входа в комнату, осматривая всё происходящее. Пальцы Хейла сомкнулись на горле Скотта. Дерек поднимал и опускал, впечатывая в деревянный пол мальчишку. Это больно, и после второго раза Канада начала возмещено лаять. Так, так. Скотт оказался на каком-то ящике после очередного удара. Давай… Эй! Канада заметила когти Хейла и ей хватило тридцати секунд, чтоб прыгнуть, снова прыгнуть, но вверх, и сжать тески своих клыков на руке Дерека, который не успел ранить МакКолла. 

      Кто кричал больше? Разгневанноиспуганный Хейл, получивший хороший укол боли после драки, мгновенно потерявший свои ушки и клыки, или Скотт, который невменяемо любовался на картину «Здоровый оборотень с окровавленной рукой, не отлипающая волчица». Нельзя сказать, что Дерек кричал во всю силу от адской боли. Это было не комфортно, а для него, возможно, впервые. Канада вонзила клыки по самую кость, и даже дальше, дробя её. Дерек попытался смахнуть её, но поднимая её от земли, лишь раздирал раны. 

      – Почему она не отпускает? – Обеспокоился Скотт. Сама Канада ничего не слышала и видела мир только особенным, хищным зрением. Зрачки сузились до чёрных крапинок в ярко пылающем золотистом каждом глазе. 

      – Я не знаю, – тяжело дыша, Дерек смотрел на волчицу, которую успел полюбить и вполне мог оценить, как она бросилась защищать друга, но с этим разобрались, почему не отпускает? Как будто выполняет чей-то приказ. 

      – Кэн, – позвал Скотт. Отклика никакого не было. По-прежнему сжатые клыки. – А если она…?

      – Заткнись! – Прикрикнул Хейл, опускаясь на колени. Волчица твёрдо замерла на всех своих лапах, не выпуская руку. – Она омега, но бета по своей природе от носа до кончика хвоста. Она жаждет обрести стаю. Исходя из этого, можно предположить, что приказ альфы, для неё закон. Её нужно отвлечь. Думай, чем.

      – Болью? 

      – Это последнее. Думай, Скотт. 

      – Кто тут опытнее и сильнее? Ладно, я понял, я понял. Я знаю, кто поможет. Приёмная мама Канады, Беатрис. 

      – Ты идиот, чем она поможет? 

      – Представь, ты человек, у тебя появился неуправляемый ребёнок. В полнолуние она может психовать, да и я удивлюсь, если узнаю, что она никогда не таскала вещей, не грызла и не убивала хомячков соседки. У Беатрис должен быть способ её контролировать. 

      – Я не могу пойти к ней домой. 

      – Это и не нужно! – МакКолл усмехнулся и побежал на второй этаж, водя носом. Впрочем, нюх не потребовался, сумка лежала на видном месте, телефон в ней. Скотт сделал вид, что проигнорировал разбросанные вещи, вернулся к сидевшему на полу Дереку. 

      – Пароля нет, – радостно вздохнув, МакКолл залез в контакты. – Адам, Айзек, Браен, Берни, Билл, Войт, Генри, Гарри, Гри, кхм, ладно я понял, прости. Мама. 

      – Только без лишнего. 

      Гудки. 

      – Я не дурак.

      Зевок, протяжный. Вопрос, где шляется Кэнеди.

      – Здравствуйте, миссис Клиффорд. Нет, с Канадой всё хорошо. Скотт МакКолл, помните? Вы заставили меня гулять с Бастой. Да, помощник ветеринара. Нет, я не украл её телефон. Вы можете меня послушать? Я и Канада сейчас у одного друга. Нет, мы не устраиваем оргию. Вы спрашиваете меня, а хотела ли Канада её устроить? Честно, похоже, да. Но я… Чёрт, миссис Клиффорд! … Извините, дело срочное. Мой, кхм, друг, истекает кровью, потому что Ваша дочь вонзила в него свои милые волчьи клыки и не отпускает на протяжении, секунду! На протяжении восьми минут. Да не поверите, но, наверное, он не щекотки боится. Да мы оборотни, но нам тоже… Что значит, «чего ты от меня хочешь?» Я хочу её отцепить. Так, слушаю. Она волчица. И это просто? Просто вот взять и… Ого. А если…? Её настоящая фамилия, ясно. Нет, не надо, я позвоню, если не получится. Спасибо, простите, ещё раз простите, что разбудил. 

      – Ну?! – Сорвался Дерек, когда разговор окончился. 

      – Что «ну?!» Ты сам всё слышал. 

      – Нет, я не могу слышать, пока она мою руку уничтожает. 

      Да, конечность Дерека выглядела не наилучшим образом. 

      – Она сказала, надо по носу щелкнуть. 

      – Шутишь? 

      – Да отвали от меня, это не я придумал! – Скотт нагнулся, завёл указательный палец за большой, поднёс к волчице с окончательно безумной мордой. И мило щёлкнул по носу. – Никогда раньше этого не пробовал, честно. 

Самое забавное, что Канада сразу громко фыркнула, моргнула и её зрачки снова украсили глаза. Осознание пришло почти сразу, она заскулила и отпустила Дерека. Покосилась на парней, потрясла мордой, прикрыла её лапой, ложась за пол. Минуту они просто на неё смотрели. Скотт не выпускал телефон, а Дерек залечивал рану. В один момент она встала и ушла. 

      Вернулась не скоро, одетая. В виде человека. Дерек и Скотт просто сидели на диване, пыльном и пепельном. Дерек одной рукой сжимал свою куртку. Смотрели прочь, вдаль, в голубые просветы между досками. Между ними было пространство и она, осторожно ступая на своих каблуках, уселась в этот проём. Справа Скотт, слева Дерек.       Сидели и молчали. 

      – Это было больно? – Канада спросила тихо, почти не нарушая гармонию. 

      – Да, – громко и чётко ответил Дерек. 

      – Я не хотела, правда. Я должна была отпустить, но я не смогла. Вот так взяла, и не смогла, в один миг всё… Я ничего не видела и не слышала. Просто делала…

      – То, что приказал альфа, я знаю, – Дерек повернулся к ней и взгляды встретились. – Я не знаю, можно ли так сказать, но ты настоящая, истинная бета. Тебе будет сложно, если не научишься сопротивляться. 

      – Я простая омега. 

      – Простая бета, только без альфы. Бета для любого альфы, заметившего её. Тобой могут пользоваться, – Скотт отлично завершил мысли Дерека, и Канада посмотрела по очереди на одного и на другого. Такая трогательная и смешная улыбка повисла на её лице, которое совсем недавно представляло страдания и печаль. Она взяла в свои руки ладони Дерека и Скотта, притянула к себе.

      – Давайте не будем ругаться. Узнаем, кто мистер-Альфа, и всё будет прекрасно. Всё? Понятно? Никто никого не убивал, Скотту надо потренироваться с контролем в полнолуние, мне в противоподчинении альфе, а Дереку в доброжелательности к маленьким юным бетам. Я права?

      Задумчиво, все кивнули. 

      

      – Я думаю, нам пора домой, – после огромной паузы спохватился Скотт, поднимаясь с дивана. 

      – Нам? – Дерек с фырком поднялся следом, исчезая где-то в дверном проёме. Кэн виновато посмотрела на дыру в стене. 

      – Скотт, – осуждающий взгляд пронзил парня. Девушка поднялась, ухватившись за протянутую руку. – Ну, ты прав, да. Сейчас возьму сумку. 

      Канада пошла за Дереком, поднимаясь наверх. Он встретил её на выходе из комнаты, держа сумку в руках. 

      – Я…

      – Давай потом, м? – Дерек протянул вещь Кэн, и притянулся сам, поцеловав её в макушку. – Постараюсь привыкнуть к повышенному вниманию Скотта и его лысоватого дружка. 

      Канада усмехнулась и подпрыгнула, прикоснувшись на одно мгновение губами к губам Дерека. 

      – Спокойной ночи, Дерек. 

      – Мы идём? – Появился Скотт у двери. Душа девушки почему-то начала трепетать. День был сложным, но казалось, это не предел трудностям, через которые придётся пройти. Переступить, оставив позади. Возможно, это и есть чувство начала новой главы в жизни. 

      – Идём, – осторожно спустившись, сказала Кэнеди, и последний раз оглянулась, посмотрев на Дерека, перед тем как выйти из дома. На улице ребят встретил осенний туман по щиколотку, безветренный лес и температура, вовсе не приятная. 

***

      Кэнеди давно сняла туфли и шла босиком по влажным листьям. 

      – Кэн. 

      – Что? – Отозвалась на оклик раздражённая девушка. 

      – Телефон, – хихикнул парень и протянул IPhone хозяйке. 

      – Это сейчас что за ухмылка была? – Канада занесла руку с туфлей для удара. Скотт скрючился, крича:

      – А-А-А, как страшно! Лабутэны убивают оборотня, спасите! 

      – Дурак, – Кэн обидчиво надула губки, помахивая туфлей. – Это Джимми Чу… А чего добился ты? 

      – Я должен знать, какой они фирмы? Я же вроде парень, – Скотт фыркнул. 

      – Ну, вообще-то здесь написано. Вот тут, да. Видишь, я знаю. Смышлёный малыш. Скотт, мы почти дошли до дороги, давай прибавим шагу? Подожди. 

      – Ну, что, собирались же быстрее пойти? 

      Вместо ответа МакКолл получил сумку и туфли. Девушку куда-то побежала. 

Зачем и куда? Ответ могла знать только сама Кэнеди. Она руками отталкивала ветки, если они возникали на пути. Чертыхалась, когда ноги попадали на стёкла или камни, корни. Цель преследованья – что-то огромное и чёрное, с горящими алыми глазами. Конечно, она поняла, что это альфа. Клиффорд выскочила на дорогу в районе … Чего уж говорить, далеко за городом. 

      – О, Правда?! Серьёзно? – Девушка опустилась на колени и выпущенными когтями черкнула по асфальту. Вскочила, потопталась на месте. – Да идите нахер, какого чёрта? Что за день-то, а? 

Конечно, она злилась. Бежала она не быстро, но всё равно бы вышла на след этого альфы, учитывая, что он куда-то направлялся. В итоге, эта умная махина, похоже, резво унеслась за город, уводя девушку по ложному следу. Вдали показались два огня от фар. Машина быстро неслась, гремя музыкой на весь лес. 

      – Только не это, – прошептала Кэнеди, отворачиваясь и идя по краю дороги обратно. Машина остановилась, весьма ожидаемо. 

      – Эй, Золушка, – позвал, или, попытался позвать, один паренёк, опустивший стекло. – Луи, давай-ка за ней. Эй, Золушка!

      – Да какая я тебе «Золушка» нафиг? Язык совсем без костей? 

      – Да полегче, Мадонна. Просто, Золушки по современной тенденции туфельки теряют, а ты у нас босичком. Чё, хахаль посреди ночи из тачки выпнул, или сама где потеряла? 

Канада оглянулась на машину, медленно двигающуюся за ней, особенно на говорящего парня. Пепельного оттенка волосы, на глазах тёмные очки, пухлые губы и на одной щеке след от помады. 

      – Отстань, – кратко бросила Кэн, скрещивая руки на груди. 

      – Да ты, посмотри какая помятая, – послышался девичий голосок, пьяный конечно. – Да за ночь уже оприходовал кто-то, поехали, Стив. 

      Впервые Кэнеди согласилась с пьяными мажористыми америкашками, застрявшими в восьмидесятых. Босая, с грязными ногами, в пыльном платье, где-то с пятнами пепла, с волосами, торчащими во все стороны и слипающимися глазами. Выглядела она отвратительно, да и девчонка была права, те полчаса в отеле без душа, о котором вспомнила Кэн только сейчас, ещё долго будут напоминать о себе. И пробежка… Интересно, а сколько она пробежала? Где-то завыл койот, и стало ещё прохладнее. 

      Когда девушка оглянулась ещё раз, машины уже не было. Задумалась и не заметила, как та уехала. Обидно, могла бы залезть и проехаться прямиком до дома. Наверное, уже где-то пять утра. Да, даже небо поголубело.       Какой-то шорох. Канада посмотрела в тень лесных деревьев и увидела чью-то фигуру. Зарычав и оскалившись, Кэн не думая бросилась в кустарник, на приближающуюся опасность. 

      – Да блин, у тебя всё в порядке, или как Дерек дёрганная стала? – Пытался отползти МакКолл, валявшийся в куче листьев. – Чего убежала? Я уже минут пятнадцать за тобой иду, ещё машина сомнительная мимо проезжала. 

      – Да, я знаю. Паренёк там такой смешной, Стив зовут. Поболтали. 

      Канада точно куда-то спешила, хватая с земли туфли и сумку. 

      – Ну, ты и не виноват. Я, это. Ну, ты иди домой, я сейчас быстренько, тороплюсь. 

      – Что ты видела? 

      – Пока, Скотт, – Кэн обняла его напоследок и ещё быстрее понеслась, чем за прошлым объектом. Домой, к Беатрис, душу и постели. 

***

      У каждой девчонки бывает такая ситуация, когда пытаешься играть в ниндзя. И у Кэн. И довольно часто. Дверь закрыта на ключ, ключа с собой нет. Окно в комнате девушки тоже оказалось запертым, что, конечно, Клиффорд ни мало огорчило. Нет, конечно, она не хотела разбивать окно, или выламывать дверь. Разумеется, нет. Настроение, правда, установилось такое, что хотелось завести отцовско-материнскую машину, врезаться в соседний дом и пронестись по городу, включая самый адовый рок на всю катушку. Несколько фактов ей мешало: 

      Первый, как бы Канада не мечтала об этом, гараж тоже был заперт. 

      Второй, как бы Канада не мечтала об этом, за рулём она представляет себя только в страшных кошмарных снах. 

      Третий, ну, не любит Кэнеди ломать свои дома! 

      Остаётся один вариант, дотронуться пальчиком до звонка. Канада даже представила реакцию жителей дома. Первой проснётся Баста, громко и радостно залает, будя Джека. Тот фыркнет, накинет на голову подушку и толкнёт локтем Беатрис, которая налепила на себя белую маску из огурцов, не иначе. Вздохнув, Клиффорд второй раз начала обходить дом. Вообще-то, она не далеко живёт от Дерека и Скотта, поэтому при великом желании может легко проделать путь обратно. Она ведь оборотень, сама любит это повторять! И плевать, что завтра школа, что начинаются экзамены перед каникулами, почему-то перенесёнными на конец ноября. Вот так и бывает! Вернулась блудная дочь, а её даже не встречают. Сомнительное бурчание в животе ещё больше огорчило девушку, и Кэн всю свою агрессию заключила в ноге, а нога передала её камушку. Пинок получился не столько целенаправленным, но всё равно приземлился в оконную раму комнаты Кэн. Баста тявкнула, и… Затихла, однако, свет в комнате включили. Щелчок и звук поднятого окна.

      – Канада? 

      – Айзек? 

      Минутная пауза.

      – Что ты тут делаешь? – Шёпча, Айзек выглянул из отпертого, им же, окна.

      – Нет, что ты тут делаешь? – Да какое возмущение, запертый дом, по сравнению с этим – цветочки! 

      – Я сплю, а ты? 

      – Оу, не поверишь, а я живу тут! 

      – Не кричи!

      – Не ори! 

      – Заткнитесь оба и ложитесь спать, – раздался голос Беатрис из соседнего крыла дома. Канада вздохнула, услышав звон падающих ключей. – Просто кто-то рассчитывал, что мисс Клиффорд вернётся к обеду. 

      Девушка ничего не ответила, лишь вошла через чёрный вход на кухне, поднялась наверх, в свою комнату, блаженно скинула туфли, устало пробралась к своей кроватке, скомканной высокой каланчой Лейхи, мило свернулась комочком и улыбнулась, точно маленький ребёнок. 

      – Может быть, ты хочешь, например, раздеться, а ещё пиццу? 

      – ГДЕ ПИЦЦА? – Шёпотом, но не менее импульсивно отреагировала девушка, вскакивая с постели. 

      – Я заказывал пиццу, один кусочек тебе оставил, холодная правда, – рассказывал парень, закрывая окно и поправляя постельное бельё. – Кэн? 

      – Мнчо? 

      Обернувшись, Лейхи только увидел какого-то монстра, с набитыми щеками. Как она так быстро отыскала коробку под грудой учебников. 

      – Приятного аппетита, – Они обменялись улыбками. 

      – А что тут делают мои тетради? – Прожевав, спросила Кэн. Айзек устало протёр глаза:

      – Ну, вообще-то, я пришёл после ссоры с отцом где-то в восемь, Беатрис сказала: «Вряд ли эта иждивенка заявится до обеда». Кстати, уроки перенесли на час дня, поэтому, я подумал, что ты ещё успеешь в школу, и сделал твои уроки. Кроме тех из сумки. Ну, ты ведь устала, чтобы их делать, верно? 

      – Айзек, спасибо, честно, я бы хотела просто одеться в чистое, принять душ, сходить в туалет и почистить зубы. Потом лечь спать и … Ну, ты и чудо, – девушка устало обняла Лейхи и поспешила в душ. Вода шумела не долго. Холодная вода ободряла, горячая успокаивала. 

      Канада, подходила к чистке зубов щепетильно. Особенно после таких вот ночей, когда приходилось целоваться, кушать что не попаду, и вообще иногда она очень сильно увлекалась. Поэтому, бывает так, что девушка уже начищает не белые зубки, а желтоватые клыки. Они никогда не изменят свой цвет, но она просто это делает.

      – Кэн, тебе зв… МАТЬ ТВОЮ, – дверь распахнулась и захлопнулась, кажется, в одном движении. Канада долго не могла понять, что так напугало Айзека. Вроде, на ней махровое полотенце, закрывающее всё лишнее, волосы не выпали, татуировка того же цвета, чёрная…Смахнув с зеркала слой влаги, покрывающий всю его поверхность белизной, Кэн сама вздрогнула, увидев торчащие клыки. Ой. 

      «Так, так, так», – Заговорил внутренний голос. – «Дверь не хлопнула, значит он в комнате и ещё живой… Так, так… Беатрис клала мне в шкафчик кое-что. Ах, вот они»

      Девушка, после копаний в шкафу за зеркалом, достала белую пластиковую игрушку. Она, не сказать, что взрослая, больше для маскарада, чем для шуток детей. И это очень хорошо, учитывая различия с ними и настоящими. Кэн положила их на уголок раковины и продолжила процесс чистки зубов, шевеля рукой и щёткой. Розовой милой, с Микки Маусом, удобной щёткой. 

      Пятью минутами позже Клиффорд покинула, по правде, своё любимое место в доме. Айзек стоял у двери, облокотившись на стену, сжимая в руке телефон. Девушка улыбнулась и показала на руке игрушечные клыки. Ухватилась за них двумя пальцами и даже пощёлкала.

      – Ты странная. 

      – Ну, что? Я просто люблю так развлекаться, ничего такого, – Кэн оставила зубки на столе и подошла к шкафу с одеждой. – Ты, кстати, разделся бы, в пижаме жарковато, нет? И кто звонил?

      – Я? О, нет, что ты, я не могу. Пхм, редко, похоже, парни тебе это говорят. Звонил Стайлз Стилински, я не знаю что ему нужно, я не ответил. 

      – И правильно сделал! Не обращай внимания, они мне часто звонят в пять-шесть утра. Снимай пижаму. 

      Девушка осмотрела Айзека в серых штанах в пол и такую же по оттенку кофту. 

      – Нет, не нужно. 

      – Как не нужно? Жарко, – пожаловалась Канада, натягивая своё нижнее бельё и домашние шорты под полотенце. Хитро бросив взгляд на Айзека, девушка сбросила полотенце и потянулась за майкой. Краем глаза Кэн заметила, как юноша сглатывает и оттягивает ворот пижамы. Первой под руку попалась белая майка с губами-принтом.

      Интересно, взгляд Айзека устремлён на татуировку, или на… В общем, не важно, девушка поправила волосы, после того, как натянула вещь на себя. Подошла к Айзеку. 

      – Правда, жарковато. 

      – Я рада, что ты согласен, – она лукаво улыбнулась и потянула за края кофты Лейхи. 

      – Нет, Канада, не надо. 

      – Айзек, я многого навиделась за шестнадцать с половиной лет, и синяки, шрамы, раны, меня, теоретически, не пугают. 

      Клиффорд резко сдёрнула кофту, подпрыгнув. Синяки, и правда были, крупные и синие, по бокам и на торсе. Айзек как-то сжался в размерах, отдалился. 

      – Хей, мальчик, не надо меня стесняться, – Кэнеди взяла его за руку и притянула ближе. – Я не кусаюсь, я твой друг. Пойдём, у нас ещё есть время выспаться. 

      Он покладисто, очень покладисто, пошёл за ней, улёгся на постель. Собака где-то за дверью тявкнула. Канада прижалась к стене, крепко обнимая Айзека. Так, точно боялась отпустить. В этом было что-то такое… больше дружеских чувств, нежное и спокойное. Маленькая уютная любовь, тихая и медленная. Нет, Канада ни такая, чтобы говорить и даже думать: «Я не могу понять, что чувствую». Она знает меру, она знает границы. Канада знает свои ощущения, знает свою любовь. Резкую, стремительную, страстную, с запахом корицы и мяты, но это там, на другой стороне реальности, лунной стороне. В мире людей, ей привычнее засыпать и просыпаться рядом с той любовью, которая заставляет ожидать чуда, которое никогда не посетит двоих. Засыпаться и просыпаться под тонкий аромат лилий и щекотный мимозы. 

      Первый солнечный луч проник сквозь окно и осветил золотом всю маленькую комнату. Около семи. Айзек давно спит, он тих и молчалив даже во сне, заставляя прислушиваться оборотня к его сердцу, наблюдать, жив ли, дышит ли. И пока он спал, на немного забыл о кошмарах отцовского дома… Если кошмары, конечно, покинули высокого парня в сновидениях… Канада прижималась к нему лбом и дотрагивалась до каждого доступного синяка, и каждой ссадины, своими не дрожащими уверенными пальцами. И точно по команде, ошибка отца Айзека исчезала, заставляя боль перебежать в тело волчицы, оставив юношу в покое.