𝐁𝐥𝐨𝐨𝐝 𝐈𝐧𝐤

Ты не могла совладать со своей реакцией коленного рефлекса на боль.

Когда игла вонзается в твою кожу, твоё автоматическое движение состоит в том, чтобы пронзительно визжать и отстранится от источника боли, резко отдёрнув при этом ногу. Она ударяется о что-то твердое.

— Чёрт!

Слышен грохот вслед за криком, когда Чонгук резко отодвигается от тебя, тату машинку он держит в одной руке, а другая сжимает правый глаз. Из его рта начинают выливаться ругательства и он опрокидывается от боли.

— Простите!,— чувство вины заполняет тебя до предела. Ты отодвигаешь ноги по краям кресла и тянешься к нему,— Мне так жаль! С вами все в порядке?

«Не. Трогай. Меня»

Его недовольный взгляд заставляет твою руку немедленно отдернуться. Окей, так, возможно твоя реакция была немного перебором, но у тебя очень низкая терпимость к боли. Это был несчастный случай — всё же не заслуживает такой злой реакции.

Отстраненная от него грубым ответом на твои извинения, ты сидишь и просто смотришь, как он нежно водит рукой вокруг своего глаза.

— Дерьмо,— вздыхает парень, пока его пальцы скользят по коже,— Там будет синяк,— ты собираешься снова извиниться, надеясь на лучший ответ, когда звук хлопнувшей двери где-то в здании заставляет тебя остановиться.

Кто может открывать и закрывать дверь так громко, что слышно даже в самой дальней комнате?

Секунду спустя, громкие, грохочущие шаги пронзают коридор, постепенно увеличиваясь и приближаясь к комнате в который вы находитесь.

Дверь почти прогибается под силой пролетающего сквозь неё тела. Твой взгляд устремляется на стройного оранжеволосого парня, стоящего в дверях и тяжело дышащего в напряжении, застывшего в угрожающей позиции с клюшкой для гольфа за плечом.

Его пухлые губы были не проколотыми, но каждая из сладких впадин была украшена серебряным шариком. Лицо милое и невинное, резкий контраст с общим озорным мерцанием в его глазах. Уши, однако, полностью заполнены каждым видом пирсинга, который ты только могла представить. Кольца выстилают раковину его уха. Знакомая татуировка с крестом находится на его щеке.

— Что произошло, Гуки?!,— он кричит, пристально оглядывая комнату,— Кто причинил боль моему малышу? Кого мне нужно убить?,— на его майке изображена татуировка цветов, ползущих по шее. Ты не можешь не заметить некоторые очевидные сходства между его татуировкой и твоей, но они также достаточно различны, чтобы не беспокоить тебя об оригинальности твоей собственной татуировки.

Ты смотришь на него с расширенными глазами не делая никаких резких движений на случай если Чонгук решит бросить тебя под автобус. Со вспыхнущими ноздрями мужчина присоединяется к сцене с Чонгуком, прикрывающим глаз одной рукой, и тебе, сидящей на краю кресла, с обтянутыми штанами вокруг колен.

— Кто ты?,— рычит он, — Ты пыталась приблизиться к моему парню?,— он поворачивается к твоему татуировщику, пока ты отходишь от шока,— Она сделала это с тобой?

Ну, есть хотя бы одна причина, по которой
Чонгук не беспокоился, когда тебе приходилось раздеваться. Он борется за другую команду. Хах. Ты бы никогда не подумала.

— Где ты вообще взял клюшку для гольфа? И не нужно ли тебе работать?,— Чонгук вздыхает, избегая волнующегося Чимина и отталкивая его.

— Я на перерыве,— отвечает Чимин с хитрой усмешкой,— Просто подумай об этом, Чонгук-и. Ты будешь выглядит чертовски горячим с чёрным глазом,—глядя на твоё лицо и видя твоё вынужденное выражение вежливости (ты все еще в шоке), Чонгук закатывает глаза и щелкает пальцами, игнорируя высказывание своего партнера с оранжевыми волосами.

— Ты не можешь шататься так, как будто я мучаю тебя на электрическом стуле,— говорит он,— Ты должна оставаться на месте.

Очевидно.

Чимин небрежно опирается на клюшку для гольфа и рассматривает трафарет, расположившиеся на твоём бедре.

Глаза, которые были осторожно прищурены от подозрения, внезапно увеличиваются в три раза. С удушьем, Чимин скользит по ногам и скрепляет руки по обе стороны от тебя на стуле, наклонившись, чтобы посмотреть на твоё бедро.

Он ругается и смотрит на тебя с улыбкой.

Какого черта?

— Добро пожаловать в семью!,— приветствует тебя Чимин. Его руки обхватывают обе стороны твоего лица, и он начинает чмокать тебя в лоб своими мягкими, пухлыми губами.

— Что за...,— ты начинаешь визжать, пытаясь дать ему отпор, но оказываешься схваченной и он продолжил целовать тебя, но уже в щеки. Отстранившись для финалу он прижимает свои губы к твоим.

Ты полностью, заморожена на 100% .

Этот парень незаконно целует тебя прямо сейчас.

Незнакомец. Целует тебя.

Что...

Ты отталкиваешься от сумасшедшего и кричишь, вытирая губы руками. «Какого чёрта ты делаешь?!»

Он игнорирует тебя, вместо этого идет дальше, чтобы поймать Чонгука в удушающие объятия,— Когда вы двое начали встречаться, Гук?,— Чимин радостно кричит, когда оранжевая челка
падает ему на глаза,— Ты не говорил мне, что нашёл её!

— Встречаться?,— встреваешь ты,— Мы не встречаемся! Мы встретились только сегодня утром! И я.. я думала что это вы пара?!

— Она клиент, хён,— вздыхает Чонгук, приглушенным голосом удушающего объятия Чимина, когда он полностью игнорирует тебя,— Хосок-хён снова прикрепил мой набросок на стену, и она взяла его. Он сказал, чтобы я все равно отдала его ей.

При этом Чимин отстраняется от молодого человека и в замешательстве смотрит на него.

— Хоби сказал, чтобы ты дал это ей?,— размышляет он, удивление ползет по его лицу,— Я думаю, тогда она должна быть её. Но мне жаль. Ты хранил этот набросок всю жизнь.

— Я знаю,— когда плечи Чонгука опускаются, ты на самом деле чувствуешь себя плохо.

Ты не знаешь о чем они думают, или почему эта татуировка так много значит для него, но ты явно не тот человек, для кого он её хранил. Ты осторожно потираешь линии маркера на своей коже, кусая губу.

Тебе стоит отступиться?

После минуты молчания, когда ты обдумываешь всё, Чонгук качает головой, как будто очищая свои мысли и ставит свой стул обратно к тебе.

— Чимин-хён, я работаю,— говорит он глазами явно побуждающими старшего не мешать.

Чимин отвечает,—Я помогу. Потому что, если эта красивая, одинокая молодая леди,— он делает паузу в середине предложения, чтобы быстро подмигнуть тебе,— не имеет кого-то, кто бы держал её за руку, пока на ней работают, она может превратить твоё милое лицо в овсяную кашу,— сказав это, он хватает табуретку и тащит её рядом к твоему креслу, плюхаясь на неё своим милым задом.

Из горла Чонгука вырвался несдержанный звук чистого разочарования, но он ничего не сказал. Вместо этого он грубо толкает твои бёдра, чтобы ты снова легла,— Давайте просто покончим с этим.

Следуя его инструкциям, ты возвращаешься на прежнюю позицию. На этот раз, когда игла соприкасается, ты очень усердно стараешься сдержать свои рефлексы. Ты вонзаешь ногти в подлокотник, чтобы отвлечь себя, но это длится всего секунду, прежде чем теплая рука скользит к твоей ладони, переплетаясь с твоими пальцами.

Очаровательное лицо нависает над тобой, и Чимин улыбается,— Привет,— говорит он голосом, похожим на звон колоколов,— Мы толком не познакомились. Я Пак Чимин.

Он сжимает твою ладонь.

Прижавшись, Чимин позволяет своим красивым губам прижаться к твоему уху, так что его дыхание согревает тебя. Ощущение пробуждает дрожь по твоему позвоночнику, и его слова достаточно шокирующие, они отвлекают тебя от боли.

— Извини, что поцеловал тебя раньше. Это было недоразумение. Но, если ты захочешь... я бы не отказался повторить это как-нибудь.