13
– К чему?
Она невозмутимо налила стакан сока и опустошила его одним глотком. Даже это выглядит сексуально! Но больше она не произнесла ни слова. Я отвернулась, так и не дождавшись ответа.
Высокомерная сучка.
– Ты на трек? – поинтересовался Китон.
– Ага.
Наверное, мое нахмуренное лицо так повлияло на Китона, потому что тот он пояснил:
– Виолетта у нас вся такая серьезная байкерша. В прошлом сезоне почти стала профессионалом. Когда дело доходит до спорта и питания, она превращается в зануду.
Вмолетта со стуком поставила тарелку и села рядом с братом.
– Китон. – Одно слово заставило сестры замолчать.
– Папа сказал, ты занимаешься плаванием? – Китон тут же сменил тему и повернулся ко мне.
Но Виолетта уже, казалось, не слушала, пожирая пасту как голодное животное.
– Да. Когда-то я серьезно подумывала о профессиональном уровне, но… – я остановилась, пытаясь избежать упоминания реальной причины, по которой бросила – …видимо, я из этого выросла.
Вранье.
Виолетта подняла взгляд от тарелки, и я сделала каменное лицо. Конечно, ее интерес тут же угас. Закончив есть, она встала, взяла бутылку воды и ушла.
Можно выдохнуть.
– Само дружелюбие, правда? – пошутил Китон.
Я решилась спросить, только когда шаги Виолетты полностью затихли:
– Она всегда такая грозная?
– Сколько её помню. Она всегда не в настроении и хмурая, просто в разной степени, – улыбнулся Китон. – Ей досталось от Эддисон, и она закрылась почти от всех. Сейчас живет одним мотокроссом, пожалуй.
Судя по тому, что имя прозвучало уже во второй раз, это ее бывшая.
В ту же секунду взревел мотор, и Виола покинула гараж со скоростью света. Байк дернуло из стороны в сторону, но она ловко выровняла его и скрылась из виду, выехав на трассу.
– Может, экскурсию по городу? – Глаза Китона загорелись.
– О, да, давай.
– Через десять минут в холле. – Он в нетерпении подскочил.
Я отнесла тарелки в посудомойку как раз тогда, когда на кухне появилась седоволосая женщина небольшого роста.
– Вы, должно быть, Фэй. – Она тепло поприветствовала меня улыбкой.
– Да.
– Я Грета, работаю здесь. Приятно познакомиться.
– Мне тоже.
– Не трогайте. – Она оттеснила меня от посудомойки и пошутила: – Вы что, пытаетесь лишить меня работы?
Я вышла в холл и услышала звонок в дверь. Машинально открыв, я столкнулась лицом к лицу с настоящей красоткой. Классическая американская милашка: золотые локоны, стройная фигура, короткое белое мини, подчеркивающее загар, выпуклости там, где надо, полные губы, милая улыбка и ослепительно белые зубы.
Короче, я уже ее ненавижу. И даже не могу понять, почему.
Людей, к которым я испытывала неприязнь, можно было пересчитать по пальцам. Но она сразу попала в это число. И совсем не потому, что она моя полная противоположность – мне не понравилось то, чем от нее веяло.
Я вдруг поняла: она может выглядеть как милашка, но внутри под этой оболочкой в ожидании нужного момента затаился вампир.
И поэтому я сразу насторожилась.
– Ой, ты новенькая, – беспечно говорит она. – Я пришла к Виолетте.
– Она уехала, Эддисон, – сказал Китон, положив руку мне на плечи. – А даже если бы и была здесь, то сказала тебе проваливать. Ты же знаешь, – ядовито усмехнулся он.
Голубые глаза Эддисон оценили ситуацию:
– Подкрепление нашел, Китон? Это низко даже для тебя.
Китон наградил ее презрительным взглядом.
– Это наша ирландская кузина. Теперь она живет с нами. Лучше тебе привыкнуть к ее личику прежде, чем все начнут болтать о ней в «Олд Колониал».
Эддисон с подозрением прищурилась, пока до нее доходило, кто я такая. Наконец вампирша подняла свою уродливую голову… и я внутреннее содрогнулась, увидев столько отвращения в ее взгляде. Но внешне она выглядела абсолютно невозмутимой.
– О Боже! Как необычно видеть представителя Малышенко в такой простой одежде. – Она принялась разглядывать меня, постукивая пальцем по нижней губе.
Вот дрянь.
– Да, также как видеть тебя в одежде, – ухмыльнулся Китон в ответ. – Надеюсь, у тебя все? – Он показал, что собирается закрыть дверь.
– Скажи Виолетте, что я заходила.
– Пока, Эддисон. – И дверь захлопнулась прямо перед ее носом.
Я не смогла сдержать улыбку.
– Вот дерьмо. Тут, что, все такие, да?
– Почти, – с сожалением ответил Китон.
– Ох, скорее бы с ними познакомиться.
– Этой остерегайся особенно. Она опасна. Каждая симпатичная девчонка для нее словно вызов. А теперь, судя по всему, ты в ее списке.
– Так кто она? – наконец решила спросить я по дороге в свою комнату.
– Бывшая Виолетты. Она была любовью всей ее жизни, пока не разрушила ее.
Макс, шофер Малышенко – да, у них есть круглосуточный шофер – отвез нас в город.
– Так что все-таки случилось Между Виолеттой и Эддисон? – спросила я, стоило нам залезть на заднее сиденье.
При этом я начала разглядывать ногти, стараясь сделать невинный вид,
Китон задергался:
– Э… нет, – он поднял руки, показывая, что сдается, – я в этом не участвую.
Я зашла с другого конца:
– Ничего такого! Просто пытаюсь лучше узнать твоих братьев. Все, кроме тебя и Кэлвина, держатся слишком отстраненно. Если бы я имела представление, что происходит…
– Скоро узнаешь. Потом еще спасибо скажешь, что эти люди оставили тебя в покое.
Звучит загадочно.
– Что прошлой ночью имел в виду Кэйден? У него проблемы с родителями?
Почти все эти имена на букву К так меня запутали. Надеюсь, я упомянула правильного брата.
– Ты тоже заметила?
– Ну, он и не пытался скрывать.
Он резко развернулся ко мне, и наши коленки столкнулись.
– Он начал так себя вести, когда ему исполнилось восемнадцать. И Кэйвен тоже. Клянусь, я даже думал, что они вступили в какой-то клуб, для тех, кто постарше, – он пощелкал пальцами в поисках правильной ассоциации, – ну, как Джейкоб и компания в Сумерках, когда их принимали в стаю, а им нельзя было об этом рассказывать.
Я затряслась от смеха.
– Думаешь, они оборотни?
– А было бы неплохо.
– Это точно, – кивнула я. С Китоном оказалось так просто.
– Но маловероятно. Так что это тогда может быть?
Его улыбка исчезла.
– Не знаю. Но точно ничего хорошего. С ними теперь сплошной напряг. Если Виола станет такой же в следующем году, я снова вернусь к теории волчьей стаи.
Он взял меня под руку, когда Макс остановился.
– В общем, нафиг моих идиотских братьев. Готова к экскурсионному туру?
– Не могу дождаться! – Мои губы растянулись в широкой улыбке. – Я рада, что подружилась хотя бы с одним братом.
Мы остановились в центре мегаполиса. Современный, но необычный.
Мы гуляли несколько часов, засыпая друг друга вопросами. Китон развлекался, показывая мне разные достопримечательности. Он будто был знаком со всеми: то и дело с кем-то здоровался. Одни смотрели дружелюбно, другие – не очень. От парней интереса было больше, чем от девушек, и это мало вдохновляло. Большинство ходили в школу Уэлсли «Олд Колониал». Там учились кузены, а теперь и я.
Издалека завидев скамейку, я приземлилась на нее; усталые ноги сказали мне «спасибо».
– Ох, я просто измочалена, – пояснила я для Китона.
– Ты ЧТО?! – засмеялся он.
– Ну вымотана, измождена, устала, – улыбнулась я в ответ. – Новое слово, понятно?
– О да, я точно сохраню его на будущее, – подмигнул Китон. – Как насчет обеда, перед тем как поехать обратно?
– Отличный план.
Он открыл дверь в знаменитый семейный ресторан «Закусочная Легенды» и пропустил меня вперед.
Симпатичная девушка с шокирующими розовыми волосами и теплыми карими глазами проводила нас до стойки. Китон отошел поздороваться со школьными друзьями, пока я делала заказ: кобб-салат и холодный чай.
Я осмотрелась: это место словно возвращало посетителей в 60-е. Пол из черно-белых плиток идеально сочетался с бело-красными стойками. Странные таблички висели под разными углами – необычное дизайнерское решение.
Окна были закрыты черно-бело-красными жалюзи. Интерьер казался старомодным и современным одновременно и отражал мое первое впечатление от города в целом. Народ сидел на высоких стульях напротив длинной стойки в центре ресторана. Старинный музыкальный автомат крутил пластинки из другой эры, а ноги сами пристукивали в такт.
Над столом внезапно нависла тень – меня разглядывала чья-то мощная голова. Плечи выглядели такими широкими, что я невольно задалась вопросом, как этот человек вообще протиснулся в дверь. Рукава зеленой рубашки облегали огромные ручищи. Черные шорты и черно-белые кроссовки; светлые волосы наполовину были спрятаны под фирменной кепкой.
– А слухи не врут. – Он откровенно раздевал меня взглядом и одобрительно присвистнул. – Неплохо!
– Свали, Джереми, – спокойно произнес Китон. – И держись от нее подальше.
– Ну-ну, малыш Малышенко. Так не разговаривают со взрослыми. – Джереми снисходительно потрепал Китона за волосы.
– А так разговаривают? – Он показал Джереми средний палец. Я усмехнулась.
– Не обращай внимания на этого придурка, – сказал Джереми и без разрешения взял мою руку, – Он совершенно невежественен, когда дело доходит до противоположного пола.
Лицо Китона побагровело, когда Джереми, подмигивая, поднес мою ладонь к губам. Я выдернула руку, посылая ему свирепый взгляд.
– В отличие от тебя, – чуть подалась вперед я, поставив локти на стол, – он составил мне чудесную компанию этим утром.
– Черт! – Он провел рукой по животу. – Ты охренительно милая. А твой акцент просто сводит меня с ума. Парни, идите уже сюда! – вдруг крикнул он, поднеся руку ко рту.
Вокруг нашего столика возникла настоящая давка, и я приклеилась к стулу. Китон застонал, закатывая глаза. По меньшей мере семь или восемь человек оказались рядом и разглядывали меня. Все огромного роста, метр девяносто и выше, стояли вокруг и смотрели на меня как на Биг Мак. Жутковато. Но я не собиралась доставлять им удовольствия и показывать, что меня можно запугать. Изображая равнодушие, я огляделась без единой эмоции на лице.
Один из парней тут же отстал. Симпатичный блондин с кристально-чистыми голубыми глазами. Он с сочувствием посмотрел на меня, и это вызывает у меня улыбку. У остальных буквально снесло крышу: они начали нести какую-то чушь о милых ирландских глазках и губках.
Я мысленно отключилась, уходя в раздумья о том, что же в здешних местах добавляют в воду.
– Осторожно! Поберегись! – выкрикнул настойчивый женский голос, и разгоряченная толпа рассеялась. Я с облегчением выдохнула. Розововолосая официантка поставила передо мной тарелку, бедром отпихнув всех со своего пути.