Его малышка

Вероника

Как я вообще здесь оказалась? Как Кейтлин вновь удалось уговорить меня? Какой-то супер-крутой диджей и вот мы здесь, ждём какого-то ее друга, который обещал раздобыть ей пригласительные, но так и не пришел. Кейт наконец удается ему дозвониться и судя по ее лицу что-то не так. А судя по крику «Ну и пошёл ты на хрен!», я зря покидала свою уютную квартирку.

— Этот козел отдал пригласительные какой-то овце в надежде, что она с ним переспит!

— Ладно, Кейт, ничего страшного. Мне все равно туда не хочется. Поедем домой, а?

— Ну уж нет! Будем ждать. Вдруг встречу кого-то из знакомых.

— Кейт, ну, сколько мы ещё здесь будем стоять? Я уже замёрзла и мне уже надоело.

— Ой, да брось ты, мы тут всего ничего. Подождём до 10 и, если ничего не изменится, то так и быть поедем, — все это время Кейт крутится как заводная, поднимается на цыпочки, высматривает знакомых. Мысленно молю бога, чтобы это все поскорей уже закончилось и я оказалась дома.

— А вечер вдруг стал на порядок лучше, — слышу за спиной бархатистый голос и сразу понимаю, кому он может принадлежать.

— Бэлл!

— К вашим услугам, миледи, — произносит он с усмешкой все тем же бархатистым тембром и склоняется в поклоне.

— Спасибо, обойдусь, — парирую я.

— А ты вновь не в духе. Есть у меня одна версия, что сможет поднять тебе настроение, — и снова он ухмыляется, потирая подбородок. Он что на секс намекает?

— Не интересует.

Кейтлин оборачивается в нашу сторону, замечает Майка и устремляется к нему, по пути надевая свою самую обворожительную улыбку.

— Майк, какой приятный сюрприз! Вот ты-то мне и нужен!

—Кей, нам пора. Ты обещала, — перебиваю ее, пока она не успела сделать то, за что я позже захочу ее убить.

— Ви, ну подожди, мы же только пришли, и я думаю, Майк сможет нам помочь.

— Разумеется, сделаю все возможное ради вас, дамы, — он широко улыбается, показывая идеальные, белые зубы. Вот она улыбка на миллион, но милой бы я ее не назвала, больше похоже на оскал.

— Так чем могу быть полезен?

— Мы тут ждали нашего друга, у которого наши пригласительные. Но он вдруг позвонил и сказал, что сломал ногу и не может пойти. А времени передать пригласительные уже нет, да и новые раздобыть уже нереально. Может быть, у тебя есть лишний? Или есть знакомый, у которого есть лишний? — выпаливает Кейт, не обращая внимания на мои протестующие взгляды и мотания головы.

— Значит, хотите внутрь попасть?

— Да, нет, — хором отвечаем мы с Кейт. Майк заливается смехом.

— Так я и думал, — произносит он и пялится на нас. Под его взглядом ощущаю себя голой и, густо краснея, опускаю глаза.

— Попробуем что-нибудь сделать. — Он уверенной походкой направляется в сторону охранника. Что-то говорит ему, тот сверяется со списком и вот Майк уже идёт к нам, как всегда неотразим.

— Идём, я все уладил, — говорит он и протягивает мне руку. Ну уж нет! Прохожу мимо него.

— О, спасибо, ты просто наш ангел-хранитель, — Ангел, как же! Кейт рассыпается в похвалах за нас двоих и целует его в щеку, оставляя ярко-красный след от поцелуя.

Мы направляемся в эпицентр шума и грохота по длинному едва освещенному коридору. Я изо всех сил пытаюсь не обо что не споткнуться, когда ощущаю на своей талии чью-то большую ладонь. Чертова Кейт! Теперь этот придурок чувствует себя настоящим королём положения и ждёт, что я брошусь ему в объятия. Размечтался! Убираю его руку с моей талии и прямо затылком чувствую эту дурацкую его усмешку.

Наконец коридор заканчивается, и мы оказываемся в огромном, уже чуть более освещённом помещении: массивная каменная стойка бара, лестницы на второй этаж, несколько уютных диванчиков, которые сгруппировались по цветам — в целом довольно мило, но слишком душно и громко. Народа столько, что не протолкнуться.

Майк наклоняется в нашу с Кейт сторону и что-то говорит. Чтобы что-то расслышать приходится приблизиться к нему. Его тёплое дыхание с ароматом мяты щекочет мне ухо:

— Мы в синей зоне. Если хотите, можете составить нам компанию.

— Конечно, — отвечает Кейт, даже не удосужившись посмотреть на меня. Майк как всегда улыбается. Ненавижу его!

Майк идёт первым, мы следуем за ним. Этот парень оказывает какое-то странное влияние на толпу: люди почему-то расступаются, а девушки по соседству поедают его глазами. Ну конечно же! Я тем временем одергиваю Кейт и пытаюсь вправить ей мозги:

— Ты вообще в своём уме?

— А что такое?

— Да ничего! Сначала просишь его провести нас, потом соглашаешься пойти с ним. Что дальше?

— Ой, да расслабься! Тебе просто нужно выпить! — отчитывает меня Кейт. — Клуб битком. Чтобы раздобыть хотя бы стакан воды, нужно будет отстоять километровую очередь. Про свободные места я вообще молчу. А тут диванчики, супер-сервис, к тому же — он пригласил, значит и платит он.

Майк уже подошёл к столику, за которым расположился Орландо в сопровождении двух девиц. Первая — рыжая и она во всеоружии: яркий макияж, изумрудного цвета платье с глубоким декольте. Она встаёт, манерно протягивая руку Майку для поцелуя. Он склоняется и едва касается губами ее запястья. Вторая девушка, блондинка, по сравнению с подругой держится более скованно. В целом она весьма милая, но холодный серебристый оттенок платья просто-напросто уродует ее образ.

Как только мы пробрались к столику, и Кейтлин тут же устремляется к Орландо. Со словами «привет, милый» она бросается к нему на шею и жарко целует. Всем становится неловко от такого проявления чувств. Когда они отстраняются друг от друга, я замечаю, что даже Орландо чувствует себя не в своей тарелке.

— Ой, простите, я вас не заметила, — говорит Кейтлин девицам.

— Я как раз знакомил Майка со своими подругами, — наконец из ступора вышел Орландо. — Это Джессика, — говорит он, показывая на рыжую, — А это Мишель, — и показывает на ее подругу.

— Я Кейтлин, а это Вероника.

— Привет, — отзываюсь я и слегка машу рукой.

Майк жестом приглашает меня сесть рядом с блондинкой, а сам усаживается рядом со мной.

— А я, пожалуй, сяду между вами, девочки, — говорит Орландо и размещается между Кейт и рыжей девицей.

За столиком ощущалась некоторая неловкость: я готова была смотреть куда угодно только не на своего соседа, который прожигал во мне дыру, Кейт сверлила пренебрежительным взглядом девиц, те в свою очередь молча попивали какие-то коктейли. Когда пришел официант, все несколько оживились: Майк заказал скотч, Джессика попросила им повторить.

— Шесть шотов текилы, — заказала Кейт и я уже хотела начать говорить, что не хочу пить, как она вопросительно приподняла бровь и спросила: — А вы что будете? — Дамы и господа, Кейтлин Харрис в естественной среде обитания!

— Если ты не против, я бы разделил с тобой текилу, — проворковал Орландо и улыбнулся Кейт так, что та стала таять на глазах. Она положила свою руку ему на колено и что-то прошептала на ухо.

— Стакан воды, пожалуйста, — сказала я.

— Ой, да прекрати ты уже, — сказала Кейтлин, закатывая глаза, и заказала мне кровавую Мэри.

Разговоры не клеились. Орландо пытался наладить беседу. Кейт метала злобные взгляды в сторону Джессики, а та вовсю демонстрировала себя, свои ноги, театрально откидывала гриву огненных волос, предоставляя обзору Ордандо свой бюст.

— Так чем дамы занимаются? — Орландо решил разрядить обстановку непринужденной беседой.

— Мы работаем в торговле, — ответила Джессика за двоих.

— Ага, я так сразу и подумала — шлюхи. И имена подходящие, — сказала Кейт куда-то в сторону, но было слышно довольно отчетливо.

— Что ты сейчас сказала? — переспросила Джессика, поднимаясь.

— Да ничего такого, — также скучающе ответила Кейт.

— Дамы, давайте не будем ссориться, — сказал Орландо, поднимаясь и усаживая Джессику на ее место. — А вот и наши напитки.

Официант пришел как раз во время. Все начали разбирать свои стаканы. Майк забрал свой скотч и мою Мэри.

— Твоя кровавая Мэри, малышка.

— Спасибо.

— Давайте уже напьемся, — сказала Кейт, хватая свою половину рюмок.

— Поддерживаю, — сказал Орландо, поднимаясь. — За прекрасных дам!

— Ура! — прокричала Кей. Не чокаясь, выпила залпом и отправила в рот дольку лайма. За ней последовал Орландо. И как только его рюмка опустела, Кейт притянула его к себе и вновь поцеловала. Когда они оторвались друг от друга, Орландо выплюнул на блюдце шкурку от лайма. Джессика потягивала свой коктейль и разъярено поглядывала на Кейт.

— За тебя, — сказал Майк и стукнул краем своего стакана о мой. Я сделала пару глотков. Напиток был приятно-тягучий, прохладный и слегка соленый, а алкоголь совсем не ощущался — идеальное сочетание.

— Простите, дамы, должен вас покинуть, — сказал Орландо и встал. Кейт приподнялась вслед за ним, пропуская его к выходу. — Брат, оставляю этот букет под твоим присмотром. Скоро вернусь. Не скучайте.

— Как твоя Мэри? — спросила Кейт, возвращаясь на место и усаживаясь поближе к Джесс.

— Вкусно.

— Я попробую?

— Да, пожалуйста, — сказала я и подтолкнула свой бокал Кейт. Она взяла, сделала несколько глотков. — И правда ничего, но текила лучше, — ответила Кейт и вернула мне бокал, но сделала это как-то неуклюже. Стакан упал и напиток растекся кровавой лужицей по столу, заливая платье Джесс.

— Что ты наделала, дура! — закричала Джессика, смахивая капли со своего платья. — Ты испортила мое платье.

— Ой, прости. Я такая неуклюжая, — Кейт театрально захлопала ресницами.

— Да ты это специально!

— Что ты! Нет конечно. Я где-то слышала, что надо солью присыпать, — сказала Кейт и, хватая солонку, обсыпала пятно солью.

— Ты что не нормальная? — заверещала Джессика и выскочила из-за стола, протискиваясь мимо Кейт, которая поднялась ей навстречу. Ее подруга последовала за ней.

— Пришли мне счет из химчистки, — прокричала им в след Кейт, а потом снова села и залпом выпила рюмку текилы.

— Не хотел бы я вставать у тебя на пути, — заметил Майк и сделала глоток, пряча улыбку за своим стаканом.

— Получила по заслугам. Не будет вешаться на чужих парней.

— А этот парень знает, что он твой парень? — спросил Майк, приподнимая одну бровь.

— Да пошел ты! — Кейт явно злится. — Так, идем танцевать!

— Кей, пожалуйста, давай не пойдем! — начинаю ее упрашивать.

— Нет, даже не начинай. Мы пришли веселиться. Эти шлюхи и так настроение все испортили. А теперь ты еще начинаешь, — она поднялась, подхватив две рюмки текилы. — Ну же, давай! И я отстану, — сказала Кейт и поставила одну из них передо мной

Беру стопку и подношу к губам. Пахнет не очень. Выпиваю одним глотком и ощущаю, как текила течет по моему горлу расплавленным железом.

— Молодец! За тебя, красавчик! — Кейт поднимает свою стопку и кивает Майку. Он поднимает свой стакан и склоняет голову. Кейт махом выпивает текилу и запихивает в род дольку лайма. — А теперь идем! — командует Кейт.

Мы встаем. Меня слегка ведет. Неужели текила начала действовать так быстро? Майк пропускает меня и садится на прежнее место.

— А ты разве не с нами? — удивляется Кейтлин.

— Прости, тебе меня еще не удалось выдрессировать, — говорит Майк, а на его губах читается улыбка. — Я лучше посмотрю со стороны.

— Вуайерист, — говорит Кейтлин, хватая меня за руку, и тащит на танцпол.

На танцполе слишком много народа, а мы проталкиваемся в самый эпицентр. Кругом толпы людей извиваются в танце, трутся друг об друга. Зачем я вообще согласилась? Кейт уже не остановить. Она ритмично двигается в такт музыке, закрыв глаза. Как бы я иногда хотела оказаться на ее месте, быть такой же легкой, беззаботной и раскрепощенной. Почему я не такая?

Пытаюсь расслабиться и поддаться музыке. Закрываю глаза и представляю, что здесь нет всей этой толпы. На удивление у меня получается. Музыка проходит сквозь меня, наполняя мое тело. Мои движения становятся более свободными и раскрепощенными. Но на танцполе слишком тесно и вот я натыкаюсь спиной на кого-то. Оборачиваюсь, а там незнакомый парень расплывается в пьяной улыбке.

— Привет, красотка! Потанцуем? — кричит он мне. Да он в хлам!

— Нет, спасибо. Я здесь с подругой, — кричу ему в ответ и киваю в сторону Кейт.

— Втроем только веселее будет, — и он обнимает меня одной рукой, а вторую руку кладет Кейт на плечо.

— Эй, отвали, урод! — кричит Кейт, скидывая его руку с себя. — Оставь нас в покое.

— Отпусти! — Я пытаюсь вырваться из его хватки, а он прижимает меня к себе уже двумя руками. От него несет алкоголем. Закрываю глаза, чтобы не видеть его лица.

— Мы только начали. Все веселье еще впереди, — ощущаю на свое щеке его горячее дыхание. Господи, меня сейчас просто вырвет. Я упираюсь руками ему в грудь и пытаюсь вырваться, но для пьяного он слишком силен. Вдруг его хватка ослабевает. Слышу его удивленно "Эй!" и открываю глаза. Какой-то высокий брюнет держит моего обидчика за горло. Тот безуспешно пытается вырваться, его лицо исказила мерзкая гримаса. Рядом с ними стоит Орландо и что-то ему говорит. Из-за шума не могу разобрать. Он кивком головы показывает в мою сторону и брюнет оборачивается. "Майк!" — проносится у меня в голове, когда мои ноги подкашиваются и я начинаю падать. В самый последний момент кто-то подхватывает меня.

— Эй! Очнись! — вырывает из темноты меня чей-то голос. Майк. Он хлопает своей ладонью меня по щеке и я открываю глаза. Первое что вижу — это его лицо. Лоб избороздило несколько глубоких морщин. Он смотрит на меня, не моргая, а в глазах... Тревога?

— Где я?

— Слава богу, ты очнулась! А я уже начал беспокоиться, — говорит он и с шумом выдыхает. — Все хорошо. Ты в моей машине. Ты упала в обморок. У тебя шок. Вот, это поможет, — говорит он и протягивает мне стакан. Не задумываясь, беру его в руку и делаю глоток. Горло обжигает и я начинаю кашлять. Майк стучит мне по спине.

— До дна! — и он подталкивает мне стакан. Делаю второй глоток. Уже не кашляю, но это все также неприятно.

— Отлично! — он забирает стакан. Вновь его наполняет и махом выпивает, на секунду закрыв глаза. Он что, правда переживал?

— Где Кейт? С ней все в порядке?

— Да, она с Орландо. Он отвезет ее домой.

— А тот парень? Что с ним?

— Ты серьезно? Он приставал к тебе, а ты беспокоишься за него? — Майк прикрывает глаза, подносит руку ко лбу и качает головой. — Его выставили. И ему очень крупно повезло, что ты во время потеряла сознание.

— Я долго была без сознания?

— Не знаю. Минут 15. Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке? — он проводит рукой по моим волосам, убирая выбившуюся прядь, и гладит меня по щеке. Под его пристальным взглядом, таким будто он пытается прочитать там ответ, я начинаю ерзать.

— Все в порядке вроде бы. Но мне нужно еще выпить.

— Конечно, — он вновь наполняет стакан и протягивает мне. — Вот держи. Только давай помедленнее в этот раз.

Я, молча, киваю и осторожно делаю глоток. Вкус все такой же неприятный. Майк достает из встроенного бара еще один стакан, наполняет и делает глоток, вглядываясь в окно и хмуря брови, будто увидел там что-то неприятное. Потом снова подносит стакан к губам, махом опустошает его и, поворачиваясь ко мне, спрашивает:

— Полегчало?

Я киваю и делаю еще глоток.

— Что-то не похоже. Ты слишком тихая.

— Все в порядке. Можешь отвезти меня домой?

— Вообще-то... мы уже приехали.

И только после его слов я смотрю в окно и осознаю, что мы действительно уже на месте.

— Хм... Странно, я не заметила.

— Значит все-таки не в порядке.

— Да просто задумалась. Спасибо, что подвез.

— Да не за что.

— И за скотч, и за то, что вмешался там в клубе. Если б не ты, не знаю, чтобы он сделал... — и вот плотину прорвало. Слезы льются нескончаемым потоком.

— Эй, все хорошо, малышка, — Майк заключает меня в объятия и прижимает к груди. — Все хорошо, ничего не случилось. Не плачь. Я рядом.

Он усаживает меня к себе на колени, не разжимая объятий, и укачивает как маленького ребенка. Его пальцы гладят мои волосы, он прижимается к ним губами где-то в районе макушки. Мы сидим в тишине, которую нарушают только мои всхлипы. Вдруг он разрывает объятия, отстраняет меня и тянется во внутренний карман пиджака, выуживая оттуда белоснежный платок.

— Вот держи.

— Спасибо, — произношу я между всхлипами, утираю слезы, а потом громко сморкаюсь. Слышу его усмешку.

— Ну вот и хорошо. Лучше? — Майк берет меня за подбородок и поворачивает мою голову к себе так, чтобы я посмотрела на него. Я резко опускаю голову и утыкаюсь ему в грудь.

— Нет-нет, не смотри меня. Я заплаканная. И тушь, наверное, размазалась, — слышу его легкий бархатистый смех:

— Не глупи. Даже с растекшейся тушью ты будешь выглядеть лучше, чем большинство девушек этого города, — закатываю глаза. Как он может так легко врать?

— Ну конечно! Ведь всем же известно, как девушку украшает растекшаяся тушь.

— На счет остальных не знаю. Сейчас речь о тебе. Позволь, я посмотрю, — и он снова приподнимается меня за подбородок, поворачивает к себе и внимательно смотрит.

— Только не смеяться.

— Я и не думал, — говорит он без тени улыбки. — Почти ничего не размазалось. Вот здесь чуть-чуть.

Он осторожно проводит указательным пальцем под моим левым глазом.

— Идеально, — он смотрит на меня, не отрывая глаз, так, будто бы ничего прекраснее в своей жизни не видел. Потом переводит взгляд на мои губы и я, сама не осознавая, что делаю, целую его. Его губы мягкие, нежные и такие податливые. Мы уже целовались несколько раз, но сейчас все иначе. Первый поцелуй был как пожар, второй — всего лишь часть роли. Сейчас он целует меня не спеша, будто боится вспугнуть. Одна его рука на моей спине, другая — в моих волосах.

Вдруг осознаю, что этого мне не достаточно, и я медленно проталкиваю свой язык в его рот, осторожно скольжу там — с его губ срывается тихий стон. И вот все меняется. Не прерывая поцелуя, я разворачиваюсь всем телом к нему, запускаю свои пальцы в его волосы. Он властно прижимает меня к себе и целует меня так жарко, так страстно.

Мое платье задралось и собралось складками в районе талии, а его рука уверенно лежит на моей заднице. Наши сплетенные тела так близко друг к другу, что между ними невозможно было бы и лист бумаги пропихнуть. Его язык проникает в мой рот и из моей груди вырвется дикий, животный стон. Мое тело превратилось в желе, мозг не осознаёт, что происходит. Ощущаю только тепло его крепкого тела, его сильные руки, его требовательные поцелуи и что-то твёрдое в районе промежности. Внизу живота разливается приятное тепло и я, повинуясь какому-то первобытному инстинкту, извиваюсь верхом на нем. Он прерывает этот глубокий поцелуй и, покрывая лёгкими поцелуями мое лицо, губы, шею, шепчет мне:

— Полегче, малышка! Иначе все может закончиться раньше, чем начнётся, — его дыхание громкое и сбивчивое. Смысл его слов до меня доходит не сразу, а потом я осознаю: я что собралась отдаться ему прямо в этой машине? И меня накрывает волна ужаса и паники.

— Нет, мы не должны, это неправильно, — говорю я и пытаюсь выбраться из западни его рук.

— Все хорошо, малышка, — и он снова пытается заключить меня в свои объятия. Я выставляю руки и упираюсь в его грудь.

— Нет, так не должно быть. Прости за поцелуй, но мы не должны этого делать. Я помолвлена, у меня есть жених.

— Жених? — в его глазах читается недоумение, но попытки прижать меня к себе он прекращает. Скользит глазами по моей руке и взглядом упирается в кольцо, берет мою руку и приподнимает к свету, чтобы рассмотреть его — маленькое скромное колечко из белого золота с небольшим бриллиантом. — Красивое. И давно ты помолвлена?

— Да, уже 3 года.

— И он до сих пор не сделал тебя честной женщиной?— произносит он и вопросительно приподнимает бровь. Что это вообще значит? — Ладно, не важно. И как он отпускает тебя одну в клуб, да ещё и в подобном виде?

— Я не одна, я с Кейт, — эта фраза его развеселила. Он усмехнулся и произнёс:

— Ты уж извини, но из Кейт так себе компания. С ней у тебя больше шансов оказаться втянутой в оргию. Да и вообще, она спокойно отпускает тебя с незнакомым мужчиной... Мало ли, что я с тобой сделаю, — и его бровь снова выгибается... — И странно, что ты только сейчас вспомнила про своего женишка, — последнее слово он выделяет воображаемыми кавычками.

— Что это вообще значит? На что ты намекаешь?

— Да ничего такого. Просто влюбленные девушки бесконечно трещат о своих парнях. А ты уже несколько раз целовалась со мной, но про жениха я в первый раз слышу. Это какой-то новый вид динамо? Если так, то зря утруждаешься — я и так не собираюсь тебя трахать.

— Оно и видно. А вообще мои отношения тебя не касаются. И если хочешь знать, то сегодня я собиралась провести ночь с моим женихом, — вру я. — И, если бы не вся эта история, то я бы уже давно проводила время в его компании.

— Ой, ну ты все еще можешь отправиться к своему дорогому женишку. Могу даже подбросить, мне не сложно, — он явно не в духе.

— Уже слишком поздно. К тому же я дома. Зачем его беспокоить?

— Ну он же твой жених! Обычно парочки стремятся проводить все свое свободное время в обществе друг друга. А то, что ты не рвешься оказаться в его объятиях, очень подозрительно. Он вообще существует?

— Существует, конечно! Зачем мне врать?

— Ну мало ли! Кто вас женщин поймет! Так что подбросить тебя в гости к твоему женишку?

— Конечно, я ужасно соскучилась!

— Вот и отлично! — он нажал на какую-то кнопку и заговорил уже не со мной:

— Фред, поехали! Нужно отвезти девушку, — и он выразительно посмотрел на меня исподлобья, будто я была его кровным врагом.

— Как скажете, мистер Бэлл! — раздался голос из динамиков.

— Куда едем, мисс? — спросил меня все тот же голос из динамика.

— 8-ая авеню. На пересечении с 46.

— Слушаюсь, мисс, — голос пропал, и машина сдвинулась с места.

Всю дорогу до дома Кевина мы провели в тишине. Я смотрела в свое окно, Майк в свое. Время от времени я поглядывала на него украдкой из-под ресниц. Он злился. Стакан в его руке вот-вот лопнет от того, как сильно его пальцы вцепились в него. Он не имеет никакого права злиться! Неужели он думал, что я отдамся ему на заднем сидении его машины? Как он вообще мог так подумать? У меня был тяжелый вечер, и я много выпила. Порядочный парень остановил бы мои попытки. Но он не такой. Хотя я тоже хороша. Господи, что со мной творится! Я вообще на себя не похожа. Я практически изменила Кевину с Майком.

Когда мы наконец добираемся и машина останавливается, я молча открываю дверь и выхожу. Майк все также смотрит в окно, словно меня и вовсе здесь нет. Ну и прекрасно! Не прощаясь, захлопываю дверь и направляюсь к входу. Звоню в домофон. Кевин долго не открывает.

— Кто там? — наконец слышу знакомый голос.

— Это я, Кев!

— Ви? Так поздно? Что-то случилось?

— Все хорошо. Просто соскучилась, — вру я. — Может, уже впустишь меня!

— Эм... Да, конечно. Открываю, — раздается щелчок и дверь открывается. Поднимаюсь в квартиру Кевина. Он встречает меня на пороге. На нем только пижамные штаны. Его обнаженная грудь резко поднимается и опадает, будто он марафон только что пробежал.

— Привет. Вот решила зайти пожелать тебе спокойной ночи, — вываливаю я скороговоркой и пока не изменила решения, впиваюсь в его губы страстным поцелуем.

— Воу! Ты что выпила? — говорит он, отталкивая меня.

— Немного. И что в этом такого? Мы давно не виделись. Может быть, я просто соскучилась, — мурлычу я, снова приживаясь к нему, и целую его в шею.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь тебя соблазнить. Не похоже?

— Похоже, просто мы вроде бы решили подождать до свадьбы...

— Решили, но может мне надоело ждать. В конце концов, мы уже 3 года как помолвлены. Просто поцелуй меня.

— Конфетка, ты ведешь себя глупо. Сегодня ты пьяна, а завтра ты будешь жалеть об этом.

— Не буду. Неужели ты этого не хочешь? — я пытаюсь изо всех сил выглядеть соблазнительно, но, похоже, у меня не очень выходит. Я обвиваю руками его шею, прижимаюсь к нему всем телом, мои ресницы порхают как крылья бабочки, и я то и дело пытаюсь его поцеловать. Вдруг мои попытки прерывает голос:

— Милый, кто-то приходил? — Голос вроде бы мужской, но я не была до конца уверена, пока из спальни не вышел юноша в одном только полотенце, обернутом вокруг талии.

— Милый? — это единственное, что я смогла произнести.

— Ви, это не то чем кажется. Стив просто развлекается.

Оглядываю Стива еще раз. Миловидный, ухоженный парень. Светлая челка, спадающая на глаза, с которой прямо на пол капает вода. Хм, нет, похоже, мне не показалось.

— Вы встречаетесь?

— Нет! Что за бред!

— Ты гей, поэтому у нас не было секса?

— Вероника, это не так! — он пытается обнять меня.

— Не трогай меня! Просто скажи уже правду. Ты обижаешь своего парня.

— Я уже сказал, что нет. Не устраивай сцен.

— Мой жених оказался геем, а я еще и сцен не должна устраивать! — уже кричу я.

— Сколько можно повторять? Я — не гей.

— Знаешь, без разницы! — я снимаю свое кольцо и вручаю Кевину. — Надеюсь, ты будешь с ним счастлив.

— Ви, перестань! — кричит он мне в след, но я уже несусь по ступенькам вниз. Какой ужасный вечер! Я реву уже второй раз подряд. Нужно было просто остаться сегодня дома и ничего бы этого не было. Как он мог! А главное — зачем?