~5.~
♡︎♡︎♡︎
От лица Азраэль Эверетт:
«Кингс-Кросс» платформа: 9¾
Платформа девять и три четверти бурлила предвкушением. Вокруг сновали возбужденные ученики, обнимающие родителей и перекидывающиеся последними летними сплетнями. В этом хаосе, я стояла рядом с отцом, храня кажущееся спокойствие. Он, как всегда, выглядел безупречно: строгий костюм, начищенные туфли и внимательный взгляд серых глаз, словно сканирующих окружающую обстановку.
— Азраэль, не позволяй пустым словам влиять на тебя, — его голос звучал ровно, но в нем чувствовалась сталь. — Они будут называть тебя как угодно, считать тебя глупой. Но ты знаешь себе цену, ты знаешь свои способности.
Я кивнула, стараясь запомнить каждое его слово. Знала ли я? Иногда сомнения закрадывались в мою душу, шепча, что я не достойна всего, что имею. Но отец всегда умел разогнать эти тени.
— Твой ум и талант — твои главные сокровища, Азраэль. Не забывай об этом. Докажи им, чего ты стоишь, не словами, а делами.
Он говорил это каждый год, перед моим отъездом в Хогвартс, и каждый раз эти слова находили отклик в моем сердце. Я действительно была умна, несмотря на предрассудки. Я преуспевала в зельеварении, знала наизусть трансфигурацию и даже немного разбиралась в древних рунах. Я не была просто красивой картинкой, я была... многогранна.
— И помни,доченька, в этом году в Хогвартсе будет особенное событие, — продолжил отец, понизив голос. — Турнир Трех Волшебников.
Я знала об этом. Еще несколько месяцев назад до меня дошли слухи, хотя официально об этом не объявляли. Я знала о смертельно опасных испытаниях, о славе победителя и о почетных гостях, которые прибудут в Хогвартс: учениках из Шармбатона и Дурмстранга. Информация всегда находила ко мне дорогу, это было одно из преимуществ моей семьи.
— Будь осторожна, Азраэль. И помни, что я всегда рядом, даже если меня нет.
Внезапно громкий гудок Хогвартс-Экспресса разорвал тишину. Я вздрогнула и посмотрела на поезд, медленно подползающий к платформе, извергая клубы пара. Пришло время.
— Пап, мне пора, я тебе отправлю письмо, как только мы прибудем.
Я обняла его крепко, стараясь запомнить тепло его тела. Я знала, как сильно он переживает за меня, хотя и старается этого не показывать.
— Будь умницей. И помни все, что я тебе сказал.
Я отстранилась и, не говоря ни слова, направилась к поезду. Мне уже зарезервировали купе, это была еще одна привилегия моей семьи. Мне не нужно было толкаться в толпе и искать свободное место, я могла спокойно насладиться путешествием.
Взойдя на ступеньки Экспресса, я обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на отца. Он стоял на платформе, неподвижный и величественный, наблюдая за моим уходом. Я улыбнулась ему, стараясь передать через расстояние всю свою любовь и благодарность. Затем повернулась и вошла внутрь поезда, оставив шумную платформу и заботы отца позади. Меня ждал новый год в Хогвартсе, полный тайн, опасностей и, возможно, даже славы. И я была готова ко всему.
Купе наполнилось уютным полумраком, когда солнечные лучи, проникая сквозь занавески, танцевали на обивке сидений. Я сидела, погруженная в свой личный дневник, когда тишину разрезал стук в дверь. Через прозрачную дверь я увидела Гермиону, Фреда и Джорджа, столпившихся в коридоре. Удивительно! Что привело их сюда? И как они вообще решились постучаться ко мне.
— Привет, Азраэль! Не возражаешь, если мы составим тебе компанию? Все остальные купе битком, а мы чуть не остались без места,— прощебетала Гермиона, заливаясь краской. Она казалась искренне смущенной, словно нарушала какой-то негласный кодекс.
— Конечно, проходите, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. - Тут достаточно места.
Гермиона, казалось, собиралась приземлиться рядом со мной, но Фред, словно ураган, опередил ее, вальяжно плюхнувшись на сиденье. Он бросил на меня свой фирменный, озорной взгляд, от которого у меня перехватило дыхание. Непроизвольно мои щеки вспыхнули предательским румянцем, и я поспешно отвела глаза, сосредоточившись на Гермионе.
— Как прошло твоё лето, Азраэль? — спросил Фред, и этот вопрос, словно электрический разряд, пронзил все мое тело. Его голос звучал так близко, так тепло, что я почувствовала, как внутри меня что-то нежно трепещет. Сердце бешено заколотилось, отбивая сумасшедший ритм, и я отчаянно боролась с желанием взглянуть на него.
— Очень даже хорошо, что на счет вас? — пробормотала я, пытаясь сохранить видимость спокойствия. Голос дрогнул, выдавая мое волнение. Боже, как же трудно быть непринужденной, когда рядом с тобой находится тот, кто заставляет твое сердце биться быстрее!
Близнецы начали наперебой рассказывать о своих летних приключениях, о поездке к брату Чарли в Румынию, к драконам, и о новых изобретениях, которые чуть не взорвали их дом. Я слушала их, стараясь не перебивать, хотя все мое внимание было сосредоточено на Фреде. Я жадно ловила каждое его слово, каждый жест, каждый взгляд. Мне хотелось задать ему какой-нибудь вопрос, просто чтобы услышать его голос снова, но страх показаться навязчивой парализовал меня.
Когда он говорил, его глаза искрились озорством и юмором, и я не могла оторвать от него взгляд. Фред был совсем не таким, как все остальные парни, которых я знала. Он не смотрел на меня как на красивую куклу, на наследницу богатого состояния, а видел во мне личность, точнее....мне так казалось. Несмотря на то, что ближайший год я ловила от него только косые и очень отстраненные взгляды. Он был остроумным, смелым, невероятно обаятельным..
От лица Фреда Уизли:
Весь прошлый год Азраэль маячила на периферии моего зрения, словно ускользающая мечта. Она была из тех девчонок, на которых обычно и не стоило бы смотреть: из благородной семьи, в безупречных нарядах, с аурой неприступности. Но что-то в ней зацепило меня, заставило украдкой бросать на нее взгляды, когда она проходила мимо. Джордж, Джинни и Рон вечно твердили мне одно: "Оставь ее, Фред, она не из нашего круга." Но я всегда любил идти против течения.
Сегодня я решил, что хватит смотреть издалека. Уговорил этих троих перестать сверлить ее взглядом, полными предрассудков. Что произойдет, если мы просто поговорим с ней? Узнаем, что она за человек? Гермиона на удивление поддержала мою идею и она первая решила пойти на так называемые первый шаг со мной и с Джорджем.
Войдя в купе, я окинул ее беглым, но придирчивым взглядом. Черт, она была как глоток свежего воздуха после этих серых стен. Азраэль была одета в бордовое платье, идеально сидящее по фигуре. Юбка в складку кокетливо открывала ее стройные ноги, обутые в элегантные лакированные лодочки в тон платью. Золотистые пуговицы и тонкая цепочка с подвеской добавляли образу изысканности, но не делали его вычурным. Она выглядела так, словно сошла с обложки какого-то волшебного журнала. Она умела носить свои шмотки. И абсолютно каждый раз моя челюсть, казалось бы касалась пола.
Внутри меня что-то ликовало. Я наконец-то смог видеть ее без косых взглядов и предрассудков. Я мог смотреть на нее столько, сколько захочу, и никто не скажет мне ни слова.
— Как прошло твоё лето, Азраэль? — спросил я, стараясь звучать непринужденно и дружелюбно.
Она немного смутилась, отвела взгляд, но все же ответила. Ее голос был мягким и мелодичным, совсем не таким, каким я его себе представлял. Она рассказывала что-то про свою загородную резиденцию, про чтение книг и спокойные прогулки. Звучало скучновато, но я слушал, завороженный.
В течение всей поездки я старался поддерживать разговор, шутил, подкалывал Джорджа. И Азраэль смеялась. Ее смех был как колокольчик – чистый и заразительный. Я видел, как она расслабляется, как уходит напряжение с ее лица. Меня обрадовало то, что я заметил, как её взгляд надолго задержался на мне, а затем на ее щечках появился румянец и она поспешно отвела свой взгляд на Гермионы. Я то понимал, что она совсем не слушает её, и мне нравилось воспринимать это.
И тут я заметил их. В ее волосах, искусно заплетенных в очень красивые косы, были вплетены шелковые ленточки. Бордовые, почти в тон платью. И тут меня пронзило некое воспоминание. В прошлом году, во время зубрежки, точнее подготовки к СОВ, я видел, как она читает в библиотеке. Тогда я набрался смелости и, пока она не видела, украдкой, очень аккуратно вытащил одну такую же ленточку из ее волос. Этот маленький трофей до сих пор лежит у меня в кармане, напоминая о ней, она была пропитана ее духами, которые я был готов вдыхать вечно.
В этот момент я понял, что Азраэль Эверетт – не просто красивая картинка. Она гораздо сложнее и интереснее, чем я думал. И я чертовски хочу ее узнать.
***
Азраэль кинула взгляд на свои часы, и этот взгляд был полон какого-то скрытого смысла. Словно часы шепнули ей секрет, который мог понять только посвященный. И этим посвященным, судя по всему, была Гермиона. Их глаза встретились, и в этом коротком обмене я увидел не просто дружеский взгляд, а целый заговор. Будто они синхронизировались, как два отлаженных механизма. У меня даже мелькнула мысль, а не обладают ли все девушки каким-нибудь ментальным каналом связи, недоступным простым смертным?
— Не могли бы вы выйти? — произнесла Гермиона с такой милой улыбкой, что я почти поверил, будто она действительно заботится о нашем комфорте. Но я же Фред Уизли, и меня так просто не обманешь! Эта улыбка была прикрытием для чего-то другого. И я точно знал, для чего. — Мы через 15 минут прибудем, а нам нужно переодеться.
Переодеться. Дважды приятно, если честно. С одной стороны, перспектива лицезреть Азраэль, пусть даже в процессе переодевания, была весьма заманчивой. С другой - я знал, что с Гермионой спорить бесполезно. Она у нас как министр магии в юбке, только еще более убедительная. Да и Азраэль, с ее загадочным взглядом и тихим обаянием, явно поддерживала ее в этом вопросе.
Джордж, как всегда, был практичен. Он рванул к выходу, предвкушая скорую встречу с Хогвартсом и новыми приключениями. А я... я задержался на секунду, наивно надеясь, что мне все-таки удастся хоть одним глазком заглянуть за завесу тайны. Но девчонки были быстрее. Словно натренированные ниндзя, они мгновенно задернули шторки, лишив меня всякой надежды на зрелище. Вот ведь незадача! Мои планы пошли прахом. Но я хотя бы попробовал.
Экспресс затормозил, дернувшись так, что я чуть не потерял равновесие. Наконец-то! Дверь купе распахнулась, и на пороге возникли две гриффиндорки, как две капли воды похожие на тех, кто еще пятнадцать минут назад сидел в этом купе. Только теперь они были в своей форме, готовые к новому учебному году. Азраэль потянулась к своему чемодану, который, судя по всему, весил тонну.
— Я помогу, — прошептал я, мягко отодвигая ее руку. В ее глазах мелькнула благодарность, и это заставило меня почувствовать себя настоящим героем.
Ее чемодан и правда оказался неподъемным. Азраэль, должно быть, привезла с собой всю библиотеку Хогвартса или уйму вещей. Я с трудом сбросил его с верхней полки, ощущая, как напрягаются мышцы.
— Давай я донесу, — предложил я с самой искренней улыбкой, на которую только способен. Хотел показаться настоящим рыцарем. — Там его и так заберут, но для тебя багаж и вправду будет неподъемным.
Я подхватил этот тяжелый чемодан, словно он был перышком, и направился к выходу. Тяжесть в руках меркла по сравнению с тем удовольствием, которое я испытывал от ее благодарного взгляда. В такие моменты, как этот, приятно чувствовать себя сильным и нужным, особенно для такой очаровательной девушки, как Азраэль. И пускай я не увидел ее переодевающейся, я все равно был доволен. Я помог ей, и это было достаточно. Приятно быть рыцарем в сияющих доспехах, даже если эти доспехи состоят из гриффиндорского свитера и искренней улыбки.
Я только успел вздохнуть с облегчением, сгрузив этот чертов чемодан, набитый, кажется, кирпичами, а не книгами, как ко мне подлетел Джордж. Он буквально подскочил, как мячик для квиддича, и с таким хитрым прищуром, что я сразу понял - сейчас начнется веселье.
— Братец, — прошептал он, толкая меня локтем в бок с таким видом, будто мы только что провернули самую гениальную шалость в истории Хогвартса, — а ты решил по полной газануть!
Я нахмурился, пытаясь понять, о чем он толкует, почему он так доволен?
— Гермиона теперь на все сто уверена в своих предположениях, — закончил он с загадочной улыбкой.
Мои брови взметнулись вверх. Каких таких предположениях? Я отмахнулся от носильщика, который уже пытался подхватить чемодан Азраэль, и повернулся к Джорджу, требуя объяснений.
— Каких это предположениях? — выпалил я, стараясь сохранить спокойствие.
Ухмылка Джорджа стала еще шире, если это вообще было возможно. Он обвел глазами толпу студентов, словно убеждаясь, что нас никто не подслушивает, и наклонился ближе, понизив голос до заговорщического шепота.
— Да ты втюрился в Азраэль по уши, — прошипел он мне на ухо. — Всю дорогу я только и наблюдал, как вы стреляете друг в друга взглядами. Не думай, что Гермиона этого не заметила. Она девочка умная, наблюдательна, все видит.
Я почувствовал, как кровь прилила к щекам. Неужели все так очевидно? Неужели я действительно так глупо пялился на Азраэль всю дорогу? С одной стороны, меня немного смущало, я действительно, как влюбленный дурачок тупо пялился на неё.
Но с другой стороны... я не мог отрицать, что слова Джорджа попали в точку. Я действительно был очарован Азраэль. Она была не просто красивой, она была интересной, загадочной, умной... да что там говорить, она была просто идеальной. И если мои взгляды выдавали меня с головой, то, может быть, это и к лучшему?
Я выпрямился, отбросив всякие сомнения и смущение. Зачем скрывать то, что доставляет тебе радость? Зачем прятать свои чувства?
— А я этого и не скрываю, — ответил я, пожимая плечами с самым невозмутимым видом, на который только был способен.
Я видел, как удивление отразилось на лице Джорджа. Он, наверное, ожидал, что я начну отнекиваться, отрицать все до последнего. Но я был полон решимости. Да, я влюблен в Азраэль. И я не собираюсь это скрывать ни от Джорджа, ни от Гермионы, ни от кого бы то ни было. Особенно от нее самой, когда с этим я немного повременю, но в ближайшее время я придумаю, каким образом очаровать её. Я не хочу тратить еще один год на простые взгляды, я хочу большего, чем просто взгляды. Хочу её касаться, хочу, чтобы она меня касалась, я хочу чрезмерно многого.