Глава 10 - "Я тебя ненавижу. Но хочу, черт побери."
Утро наступило слишком быстро.
И было слишком тихо.
Чимин лежал на спине в огромной постели, уставившись в потолок. Он не мог заснуть всю ночь. После того поцелуя… после того, что он почти позволил…
Он чувствовал вкус Чонгука на своих губах.
Чувствовал, как дрожали колени, когда его руки сжали талию.
Чувствовал, как он шептал:
> “Я думаю о тебе каждый вечер…”
— Чёрт, — выдохнул Чимин, сжал простыню. — Почему я не остановил его?
Потому что не хотел. Вот почему.
Он резко встал с кровати, подошёл к зеркалу.
Красные губы. Взгляд — уставший.
Он уже не мог притворяться, что всё это ничего не значит.
---
На другом конце дома, Чонгук лежал, прикрыв глаза.
Похмелье било в виски.
Но хуже — были воспоминания.
— Я… реально это сказал? — простонал он. — Я реально сказал, что хочу его? Что думаю о нём? Что люблю?
Он провёл рукой по лицу.
Внутри — смесь страха и облегчения.
> Он поцеловал его.
Он сказал то, что прятал месяцами.
И… Чимин не оттолкнул.
Чонгук встал, тяжело вздохнув.
Накинул рубашку, босиком прошёлся по дому.
Он чувствовал его.
Он знал, где он.
---
Они столкнулись в холле.
Молчание.
Чимин в чёрной майке и шортах. Волосы растрёпаны. Глаза опущены.
Чонгук — в расстёгнутой рубашке, с лёгкой щетиной и опухшими от бессонницы глазами.
— Утро, — первым заговорил Чонгук. Голос был хриплым.
— Ты был пьян, — сказал Чимин резко. — Не делай вид, будто ничего не помнишь.
— Я всё помню.
— Значит, ты идиот.
— Возможно. Но я был честен.
Пауза.
Тишина.
Напряжение между ними — как тонкая проволока, готовая лопнуть.
— Ты считаешь, что можешь просто поцеловать меня, сказать "я думаю о тебе" — и всё? — Чимин сжал кулаки. — Я не твоя игрушка.
— Никогда так не думал.
— Тогда зачем? Зачем было трогать меня так, будто я что-то для тебя значу?!
— Потому что ты значишь, чёрт возьми! — сорвался Чонгук. — Потому что я не могу больше делать вид, будто мне плевать!
Он подошёл ближе. Настолько, что их дыхания смешались.
— Я хочу тебя, — прошептал он. — И если ты скажешь "нет" — я уйду. Но если ты промолчишь — я тебя поцелую. Прямо сейчас.
Чимин смотрел ему в глаза.
Секунда.
Другая.
И он промолчал.
И в следующую секунду — их губы снова слились.
На этот раз — не грубо. А жадно. Осознанно. Как двое, которые больше не могут сдерживать свои чувства.
Чонгук сжал его за затылок, притянул ближе, прижав к стене.
Язык, влажное дыхание, пальцы под футболкой.
Чимин стонал, дрожал, но не отталкивал. Он впивался в него так же, как и тот — в него.
— Мы же враги, — прошептал Чимин между поцелуями.
— Не сегодня, — выдохнул Чонгук, и сорвал с него майку.
Их тела сталкивались, как пламя и бензин.
И в этот момент оба поняли:
они больше не могут убежать.