Капитанский конь
Элоиза не привыкла быть милой или обходительной с чужими людьми, поэтому найти общее с кем-то из Разведки казалось шатенке чем-то невозможным.
Но Эрен подошедший к ней в первый день, доказал девушке, что созданные другими стереотипы или даже их страхи легко одолеть. Нужно просто сделать шаг на встречу и не пугаться новых эмоций.
С этого времени прошло два месяца. Гримальди влилась в группу друзей и уже могла сказать, что разведчики окружающие её очень искрение и добрые солдаты, знающие цену человеческой жизни.
Теперь при встрече с кем-то она не делала гримасу отвращения и не язвила, а спокойно как и другие рассказывала немного о себе, ну, конечно, поверхностно, что никто не замечал, но в общем общение со временем стало уже более-менее привычным. Иногда всё же с ней старались сблизиться разведчики с не очень благими намерениями, но и тех шатенка обходительно отстраняла от себя подальше, не заостряя на этом много внимания.
У всех свои тараканы в голове и она не исключение. Поэтому просто стоит понять и простить, по возможности, разумеется...
Днём капитан нагрузил солдат очередной уборкой, после которой все вымотанные и раздраженные заперлись у себя в комнатах, не высовываясь за их пределы, дабы не получить звездюлей от особо недовольного сегодня Аккермана.
Тот всё своё построение прожигал подчинённых убийственным взглядом добавляя к нему ещё и очень нудным голос, сильно растягивающий слова, будто выказывающий негодование к окружающим его солдатам.
Хотя можно сказать, что такая злоба и неприязнь у разведчиков и капитана взаимная. Вот и живётся в вечном страхе перед мужчиной, а он в нескрываемым недовольством перед солдатами.
Элоизу и Сашу Леви поставил чистить конюшни, из-за того, что Брауз не сидит в Замке на попе ровно и всё время обкрадывает склад продовольствия Разведки. Ну, а Гримальди было как обычно некуда запихнуть, вот и осталась крайней вместе с подругой.
Но жаловаться не приходится. Всё-таки в конюшне стоит рыжий мерин девушки, с которым она не прочь пообщаться и поухаживать.
Всё что делается - идёт на пользу, вспомнила шатенка слова Ирвина и ловко схватив ноющую Сашу за руку потащилась вместе с ней по направлению к лошадям.
Там её уже ждал облюбованный всеми красавец, мирно пьющий воду из корыта, но завидев хозяйку на горизонте он сразу оставил своё занятие и радостно фыркнув, конь затоптался на месте приветствуя гостей.
Как только жеребец появился в Разведке, все солдаты тут же заговорили о необычном коне, с красочно огненной окраской, что вовсе не удивило Элоизу. Та и сама впервые встретив в кадетке это чудо матушки - природы, в ступоре оглядывала лошадь, не веря, что животное родилось таким.
Каждый раз она переспрашивала Шадиса о появлении этого коня, на что получала один ответ: " Я не рожал его, так откуда мне знать". Всё же шатенка вскоре задурила голову инструктору, из-за чего мужчина наконец-то согласился отдать этого питомца Гримальди, с условием, что та хорошо будет о нём заботиться.
И она держала это слово. Жеребец всегда был ухоженным и сытым, а хозяйка соответственно радостной благодаря бойкому красавцу.
— Привет, Цитрин. — положив ладонь на широкую голову мерина мягко прозвучал голос девушки, на что жеребец повторно фыркнув прижался теплым и влажным носом к плечу шатенки, показывая свою преданность. — Наверное скучал тут без меня.
Конь оттопырив уши в стороны внимательно вслушивался в голос хозяйки, выдыхая через ноздри теплый воздух а плечо Элоизы и настороженно поглядывая на стоящую позади Гримальди Брауз.
— Цитрин?— недоуменно повторила Саша, вглядываясь в глубокие преданные глаза мерина. — Это камень такой, да?
Шатенка обнимающая своего коня повернулась к подруге кивая головой и проводя последний раз ладонью вдоль всего туловища животного, отходит от дёника.
— Этот минерал такого же яркого цвета, как и его расцветка. — пояснила Элоиза и оглядев быстро всё помещение изнутри тяжело выдала вывод: — Мы тут надолго.
Брауз только выдохнула пожав плечами. Кажись её совсем не волновало то, что убирать надо все конюшни, а не только дёник своего жеребца.
— Ну быстрее начнём — быстрее тут закончим. — оптимистично воскликнула подруга подходя к огромным вилам и беря их в руки.
Гримальди же осталось только последовала её примеру и начать вымывать весь периметр каждого дёника лошадей. Да и так, чтобы капитан не придрался, что сильно усложняло задачу.
Прокарачились они в этом месте долго, вылизывая всё что можно и нельзя, как очередь дошла до последнего в ряду коня. Тот стоял с гордо поднятой головой, будто показывая своё превосходство над другими лошадьми, что сразу же заметила дворянка. Исиня-чёрная короткая шерсть коня покрывала всего мерина не оставляя ни единого пятна другого цвета, что показывало родословные корни знати. Это животное выказывало уверенность, осторожность и присущую среди всех только ему индивидуальность, выделяя его на фоне других.
— Близко не подходи. — сразу же предупредила шатенку Брауз, отходя на добрые два метра. И она правильно сделала, так как в ту секунду уже не спокойный конь встал на дыбы, не подпуская к себе солдат. Его угрожающее фырканье становилось похожим на рёв, а крепкие копыта так и жаждили зарядить разведчицам прямо в лоб.
— Какой буйный. — сделала свой вердикт опешившая от этого знака приветствия Элоиза. — Чей это?
— Капитана Леви. — прижимаясь к стенке выдовила Саша, громко заглатывая ком испуга в горле. — Такой же устрашающий. Помню однажды Эрену прилетело от этого чудовища. Долго в палате Ханжи лежал...
Услышавшая такое Гримальди повернулась к животному, очень пристально оглядывая его и делая пол шага вперёд. Она никогда не страшилась лошадей, зная, что они не сделают человеку плохо без особо везких причин. Этот мерин сейчас боялся, поэтому то и стал в готовую к бою позу, а так он вполне хороший конь. Стоило только показать, что ты тоже не хочешь причинить вред, как животное сразу станет ласковым.
Шатенка делала осторожные и украдчивые шаги по направлению к выжидающему коню, протягивая к нему руку. Мерин Аккермана разбрасывающий хвостом по всем сторонам наконец скрыл оскал, глубоко вдыхая воздух вокруг через широко растопыренные ноздри, навострил длинные острые уши пытаясь понять есть ли угроза от ступающей к нему девушки.
Когда между конём и солдатом осталось несколько шагов шатенка немного приподняла уголки губ в успокающиваей усмешке, растянув шелковым голосом слова:
— Всё хорошо, я не причиню тебе вреда. — мерин дёрнув мимолётно ухом приблизился мордой к совсем рядом стоящей разведчице. — Умничка.
Аккуратно коснувшись концами пальцев носа животного, дворянка довела руку до скулы мерина и заглянула в большие карие глаза коня. Тот лишь успокоившись выдохнул воздух в лицо Элоизы и перестал метать чёрный хвост по сторонам.
— Как?!...— наконец очнулась от происходящего Саша, обращаясь к подруге. — Он тебя не трогает.
Гримальди уже не боясь вовсе, трепала шерсть капитанского коня без зазрения совести, не обращая внимания на судорожные вздохи Брауз. Её больше привлекало само животное, которое сначало и вправду напоминало ей Леви, а теперь не походило на хозяина совсем. Может капитан тоже такой с особенными людьми?
Вспомнишь лучик - вот и само солнышко, пробормотала девушка, когда в конюшне прозвучал этот бархатный тембр Аккермана.
— Глупо было подходить к коню без моего присутствия. — вставил свой вяк, мужчина приближаясь к шатенке. — Август мог и ляснуть, а отвечал бы я.
— Прошу прощения, сэр. — отдавая честь извинилась дворянка, сразу понимая свою ошибку. А ведь он прав. Никто бы и не разбирался, почему мерин нанёс вред солдату. Виноват всегда хозяин. Очень глупо... — Больше такое не повторится.
Подошедший к своему питомцу Леви открыл дверцу в дёник, проходя внутрь и гладя Августа. Затем прищурив глаза перевёл взгляд на солдата, обдумывая идею проскачившую в голове.
— Иди сюда. — наконец решив, приказал Аккерман пропуская подчинённую к себе. — Раз уж, он тебя принял, можешь убраться сама.
Удивлённая таким предложением Гримальди неуверенно ступила к мужчине, останавливаясь от него в нескольких шагах. Всё же он куда опаснее, нежели его конь...
— Вы уверены? — не веря в слова капитана, переспросила шатенка, получив суровый зырк серых глаз, и замолкая.
— Приступай. — кинул напоследок Леви оставляя коня с подчинённой наедине. — Брауз, третий дёник не особо чистый. Переделай!
Подпрыгнувшая от испуга Саша судорожно кивнула, подлетая к нужному месту и выполняя приказ высшего по званию.
Пробегая взглядом по конюшне Аккерман удовлетворённо прикрывает глаза, наконец таки покидая это место.
— Страх божий, а не человек.— прокомментировала уход капитана Саша, вымывая стенку дверцы коня Армина. — Появился как из воздуха.
— Он всегда так делает. — гладя Августа согласилась девушка. — Странный он какой-то.
Это осталось без внимания, что вполне понятно. Молчание - знак согласия, а согласие - это то, что хотела ответить Брауз.
Закончили свою работу девушки примерно через час, возвращаясь в отпалированный до блеска Штаб. Видно капитан и тут постарался напрячь солдат. Не встретив никого по дороге в комнаты, они решили, что все солдаты уже закончили свои обязанности и давно отдыхают в комнатах. Уже на самой лестнице разведчицы обменялись несколькими словами и разбрелись в разные стороны. Элоиза на второй этаж, а Саша на третий.
В шесть вечера они встретятся в столовой на ужине, где уже будут все друзья Гримальди. Там то она и расскажет о сегодняшней уборке и о знакомстве с Августом.
— Леви припахал? — раздался сзади голос командора, возвращая дворянку с небес на землю. — Только закончили?
— Да. — разворачиваясь к Смиту лицом ответила девушка улыбаясь в ответ на привычную добрую усмешку Ирвина. — Капитан не меняется.
— А стоит? — идя уже рядом с шатенкой интересуется Ирвин, смотря в усталые глаза солдата.
На этот вопрос Элоиза сразу не ответила, а немного задумалась. А и вправду, стоит ли Аккерману менятся? Как капитан он хорошо выполняет свои обязанности, просто не хватает немного эмоций, что-ли...
— Не думаю, что надо изменятся кардинально. — поразмыслив выдаёт дворянка отвечая на взгляд блондина. — Капитан отличный наставник и военнообязанный, только вот это не предел.
— Не предел? — переспрашивает Смит хмуря густые брови. — Это как?
Завидев на лице командора растерянность и озадаченность девушка тихо посмеиваясь над его выражением добавила:
— Капитан Леви мог бы стать как вы.— продолжила она поправляя длинную косу. — Общительным.
— Не думаю. — отчеканил Смит принимая серьёзный вид. — Он с самого начало был таким. Жизнь немного поиздевались над ним, поэтому общение не то, что он мог бы вам предложить.
Решив не спорить с Ирвином, Гримальди лишь жалостливо отвела взгляд. Жизнь - это такая штука, что не знаешь что и ждать от неё. Может счастье, а может горечь...
— Наверное вы правы. — останавливаясь у двери в свою комнату предположила шатенка, смотря на Смита. — Но лично я считаю, что тяжёлая судьба выдалась не только у капитана. Она не пропустила никого, не щадя и других. У каждого своё тёмное прошлое и мы не исключение.
Попращавшись с блондином Гримальди зашла в комнату, зажигая свечу на столе. Её давно волнует вопрос жизни Аккермана. Он с самого начала залез в мысли шатенки, оставляя только гадать о его прошлом. А в том, что оно было ужасным Элоиза и не сомневалась.
Мужчина всегда казался ей очень несчастным и одиноким, но в тот же момент сильным. Его сила воли никогда не покидала тела, всюду заставляя других следовать за ним без оглядки. Положиться на Леви мог даже чужой не боясь быть обманутым.
Благородство - то, что всегда сопутствовало Аккерману. Он мог ударить, крикнуть, наказать, но не мог сделать этого по отношению к хорошим людям. Капитан был и будет опорой Разведки, наравне с Ирвином Смитом.
Немного постояв у стола шатенка присела на стул, доставая и самой верхней полки тумбы блокнот. Он был подарен ей отцом на неё десятилетие. С тех пор девушка тоскала эту вещицу с собой на протяжении девяти следущих лет, продолжая расписывать чистые листы историей своей жизни.
Длинной, непростой, интересной и единственной жизнью, которую негде больше не встретить.
Странная привычка Элоизы не уходящая как все другие, писать никому не нужные строки с нулевым смыслом для этого мира.
Просто, когда лист заполнен, ей кажется, что в конце пути, кто-то прочтёт эту тетрадку от начала и до конца, узнав о таком солдате как Элоиза Гримальди. Она будет запечатлена в чьей-то памяти, а не забыта как очередной день.
Она нужная сейчас, но кто знает, какой она будет через года.
Забытой, любимой или кем-то потерянной... Никто не может этого сказать как и сама девушка. Просто остаётся верить в завтра, зная, что есть люди, которые о ней думают и на которых можно всегда положиться. И пока этого вполне достаточно.