Глава 12.
Когда я наконец перестала всхлипывать, то выпрямилась и прислонилась к фонарному столбу. Горло и глаза щипало из-за рыданий.
Эта ночь была близка к получению звания «Самой катастрофичной ночи за всю мою жизнь». А тот факт, что все вокруг просто излучали счастье, делал меня еще более жалкой.
Я посмотрела в небо, откуда подмигивали звезды. «Пожалуйста, — молча взмолилась я. — Пусть это окажется просто кошмарным сном».
Я все стояла и стояла, надеясь, что все происходящее нереально, пока кто-то не прикоснулся к моей руке.
— Майя, посмотри на меня, — попросил он.
Тут я поняла, что не проснусь. Потому что это был не сон, это была моя жизнь.
Я отдернула руку, глядя на отца опухшими от слез глазами. Хотя нет. Он больше не был моим отцом. Человек, которого я звала папой, не мог позволить себе поход в такой дорогой ресторан, как «Маса», да еще и с какой-то развратной шлюхой. Папа не лгал своей семье о командировках. И уж точно, черт побери, не изменял моей маме.
— Не прикасайся ко мне, — вскрикнула я, не замечая боль, появившуюся на его лице. — Ты теперь для меня незнакомец.
— Это... это не то, что ты думаешь, — оправдывался он. — Почему ты не дашь мне шанса все объяснить?
— Да что ты говоришь? А что же, по-твоему, это было? Может, мне только привиделось, как ты целуешь ту женщину? Определение «командировки» изменило свое значение на «поход в дорогущий ресторан в Нью-Йорке с проституткой»? Потому что если эти вышеописанные события не произошли, тогда это было именно то, что я подумала! — закричала я, не обращая внимания на взгляды прохожих.
— Я... Мы... Она... — Папа замолчал, очевидно, не в состоянии подобрать слова.
— Как ты мог так поступить с мамой? — Моя нижняя губа дрожала, и, к своему ужасу, я опять ощутила слезы в глазах.
Отец глубоко выдохнул, пробежал рукой по волосам. Хоть в них и не было седины, но его лицо стало таким уставшим, что он впервые стал выглядеть старше своих сорока трех лет.
— Наверное, лучше поговорить об этом дома, — тихо предложил он.
Я не могла в это поверить. Ему хватило наглости использовать слово «дом»?
— Ни фига, — выплюнула я. — Пусть все знают, какой ты кобель !
— Майя! Следи за языком! Я, знаешь ли, все еще твой отец.
— Нет, больше нет! Я ненавижу тебя! — После этих слов из моих глаз вновь хлынули слезы, так что я едва поняла, что кто-то обнял меня в защитном жесте.
— Ненавижу тебя, — повторила я, рыдая в чью-то грудь.
Мне было наплевать, чья она. Просто сейчас мне была необходима поддержка.
— Ребята, почему бы нам не вытащить Майю отсюда? — Я смутно слышала, как Адриана предложила это. — Мне жаль прерывать вас, мистер Линдберг, но думаю, будет лучше оставить Майю в покое на некоторое время.
Очевидно, она услышала отрывок моей напыщенной речи.
Сдавшись, отец согласился, и человек, чьи руки так бережно меня обнимали, повел меня к машине. Подняв голову, я поняла, кто это был.
Я удивленно моргнула. Даже сквозь слезы мне удалось рассмотреть лицо Романа.
* * *
— Как думаешь, Майя будет в порядке? — шепотом спросил Зак у Адрианы, наклоняясь, чтобы посмотреть на сиденье, где, свернувшись калачиком, спала брюнетка.
— Она должна быть в порядке. Ей просто нужно время, — вздохнув, ответила Адриана.
Бедная девочка. Она через многое прошла с начала учебного года, а ведь еще и половины семестра не минуло.
— Какая ирония. Из всех суши-баров в мире он выбрал именно наш, — шутливо сказал Паркер.
Адриана закатила глаза.
— Приятно слышать, что у тебя еще есть чувство юмора.
Паркер пожал плечами.
— Измены — неотъемлемая часть жизни Валески. Некоторые скрывают это лучше других. А некоторые воспринимают лучше других. — Он посмотрел на Романа, который сидел с отсутствующим выражением на лице. — Мы ничего не можем сделать, кроме как оказать поддержку.
Она не хотела акцентировать на этом внимание, но Паркер был прав. В их городе измены встречались чаще, чем модные машины — от строгих «мерседесов» до показушных «ламборгини».
— Кто-нибудь, разбудите ее. Мы почти на месте. — Паркер проверил время на своем «ролексе». — И она до сих пор ничего не ела.
— Я разбужу, — вызвался Карло. Он был на удивление тих после инцидента за ужином.
— Нет, лучше я, — неожиданно заявил Роман, удивив всех друзей.
На него уставились, как на пришельца. Игнорируя шокированные взгляды, Роман поднялся и отправился к мягкому креслу, где дремала Майя.
— Ого. Ему что, мозг пересадили? — вылупил глаза Зак.
Карло приподнял брови.
— А ты удивлен?
— Нет, наверное, — покивал Зак. — Мне кажется, он именно тот человек, с которым ей сейчас лучше поговорить.
Адриана предпочла промолчать. Она сосредоточила взгляд на Майе и Романе, на ее губах появилась крошечная улыбка.
Настало время сесть поудобнее и насладиться шоу.
* * *
— Майя, просыпайся! — Кто-то тряс меня за руку. Лучше бы ему уйти. — Проснись!
— Отста-ань, — пробормотала я, устраиваясь в кресле поглубже. Сладкая сонная дымка рассеивалась, что очень не радовало.
Кто бы меня ни будил, он вздохнул и отпустил мою руку. Чудесненько, может, теперь я снова могу поспа... Минуточку! Это что, паста?
Мои ноздри расширились, когда до них долетел бесподобный запах итальянской еды. Пришлось неохотно открыть один глаз, и рот тут же наполнился слюной при виде тарелки пасты.
— Вот что привлекло твое внимание, — ухмыльнулся Роман, присаживаясь напротив.
— Ой, нашелся самый умный, — проворчала я, сев прямо и схватив вилку, на которую жадно накрутила пасту.
Вкусно-то как! Сегодня просто день потрясающей еды.
У Романа слегка отвисла челюсть, когда я засунула еду себе в рот. Что ж, ела я далеко не как леди. К черту, я была голодна! Последним, что я ела, был ланч, поэтому...
Я перестала жевать, вспомнив, почему не поела. Аппетит как ветром сдуло.
— Что не так? Не вкусно? — спросил Роман, когда я оттолкнула тарелку. Я была слегка на взводе.
— Нет, все в порядке, я просто... не голодна, — буркнула я, глядя на свои колени. Поверить не могу: я снова готова была зареветь.
Сколько раз в день девушки могли плакать? Видимо, множество.
— Чушь. Ты же только что чуть на еду не набрасывалась. — Роман помолчал. — Ты снова думаешь о том, что произошло за ужином? — угадал он, продемонстрировав удивительную проницательность.
Я кивнула, решив попридержать язык.
— Ты собираешься рассказать своей маме?
Я посмотрела на него.
— Вау, а ты знаешь, как заставить человека почувствовать себя лучше, — всхлипнула я, хотя понятия не имела, что ему ответить.
Собиралась ли я рассказывать маме? Было бы неправильно скрывать это от нее, но в тоже время, правда могла ее уничтожить. Я не знала, что делать.
— Нет смысла отрицать это или убегать. — Тон Романа был горьким. — Лучше столкнуться с проблемой лицом к лицу и спасти то, что осталось.
Я подтянула колени к груди и посмотрела на него.
— Почему ты вдруг стал таким милым?
Роман поднял голову.
— В каком смысле?
Я невольно хихикнула, глядя на выражение его лица под названием «Перепуганный олененок Бэмби».
— Ну, ты всегда такой грубый со мной. А сейчас — наоборот. В чем дело?
Он поерзал в кресле.
— Мы заключили перемирие, помнишь? — пробормотал он.
— Да, но ранее это не помешало тебе обозвать меня дерьмовым произведением искусства.
Роман пожал плечами.
— Ну, ты и правда выглядела как дерьмовое произведение искусства. Думаю, я просто сделал тебе одолжение, сказав правду, чтобы ты не пошла на бал в таком виде и не стала посмешищем.
— Будто это когда-нибудь произойдет. Я встречаюсь с Паркером, помнишь? Они не посмеют. — Я шутила лишь наполовину.
— Ах. Точно. Как я мог забыть? — кисло ответил он.
Я странно на него посмотрела. Иногда он вел себя очень подозрительно.
— В любом случае, мне доводилось быть кем-то похуже, чем посмешищем в школе, — тихо добавила я.
Не знаю, почему я чувствовала себя такой уязвимой, тем более с Романом Фьори. Наверное, сегодняшний день отобрал все силы, и я не могла возвести свои защитные стены. Кроме того, он был добрым с тех пор, как мы покинули «Маса».
Или так, или причина в том, что я полнейшая идиотка.
Роман уставился на меня, и эмоции калейдоскопом пронеслись по его лицу, прежде чем остановиться на той, которую, не знай я его лучше, можно было бы определить как чувство вины.
Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза. Странное чувство зародилось у меня в животе, но тут он разорвал зрительный контакт и указал на еду.
— Ты должна поесть. Не хочу, чтобы ты упала в обморок перед тем, как пойдешь домой.
— Я правда не голодна.
— Ну почему с тобой так сложно? Ешь, или я накормлю тебя силой, — скомандовал Роман своим обычным недовольным тоном.
— О, а вот и Роман, которого я знаю и ненавижу, — поддразнила его я, совсем не злясь. Я и вправду сходила с ума.
— Ешь, — приказал он.
Когда я не шевельнулась, он взял вилку с пастой и поднес к моему рту.
— Ты уверена, что хочешь дразнить меня?
— Ладно, ладно! — Я вырвала вилку у него из рук. — Ты такой вредный, — промямлила я, хотя вкусно было до невозможности.
Роман лишь усмехнулся, а в его великолепных фиолетовых глазах вспыхнуло самодовольство.
Секундочку. Что? С каких это пор я считала его глаза великолепными? И вообще, с каких пор я начала обращать внимание на его глаза в принципе?
Я покачала головой, надеясь очистить мысли, а затем засунула вилку в рот. Каким-то образом ко мне вернулся аппетит.
Странно.
* * *
Когда на следующий день я вернулась из школы, то была шокирована видом сидящих за столом родителей, пока бабуля ковыляла по кухне, делая чай с хризантемами и причитая о том, что люди пьют чересчур много кофе.
Странная она женщина, моя бабушка.
— Привет, Майя! — прощебетала мать, скривившись, когда сделала глоток чая. Ей явно не хватало кофе. — Как дела в школе?
— Хорошо. — Я крепче сжала лямки рюкзака и посмотрела на отца. — Что ты здесь делаешь?
— Я... раньше вернулся из командировки, — сказал он, откашливаясь и напряженно глядя на меня.
Мама смотрела на меня с любопытством. Обычно я очень радовалась возвращению отца и встречала его крепкими объятиями. Я же была папиной дочкой.
— Неужели? И куда ты ездил на этот раз? — спросила я самым сладким на свете голоском.
Отец взглянул на меня наполовину напуганным, наполовину предостерегающим взглядом, что разозлило меня еще больше. Невероятно, ему хватило наглости вернуться сюда и сделать вид, что ничего не произошло!
Прежде чем он смог произнести хоть слово, заговорила бабушка.
— У тебя такой плохой память, Майя, — пожурила она. — Он тысяча раз говорить, что ездить в Чикаго. — Она неодобрительно уставилась на мою юбку. — Почему такая короткая? Чем короче юбка, тем больше мозгов потерять! Поэтому, может, твой память такой короткий. Выпей чаю. Хорошо для мозгов.
Мои губы сжались в тонкую линию, я взяла чай. Вчера я вернулась поздно, когда все уже спали, поэтому сейчас, впервые увидела маму с тех пор, как застукала папу с той... женщиной.
Я до сих пор пыталась решить, как лучше поступить, но это, черт возьми, было совсем не просто. Особенно стоять здесь и делать вид, что все в полном порядке.
— Кстати, Майя, у нас для тебя новость, — проговорила мама и, пока бабушка не смотрела, тайком вылила чай обратно в чайник.
— Да? — пробормотала я, дотягиваясь до тарелки с шоколадным печеньем.
Шоколад всегда улучшал настроение.
Бабушка шлепнула меня по руке.
— Никакого шоколада для тебя. Тебе нужно сбрасывать вес. Слишком большая задница. Никто не хотеть жениться на девушке с таким задом.
Я охнула, думая о том, что же происходило между бабушкой и моим задом. Серьезно, у них были отношения, как у пятнадцатилетних.
— Сейчас всем нравятся большие попы, бабуля. Это в моде. Посмотри на Ким Кардашьян.
Она покосилась на меня.
— Ким Каташи? Кто она? Японка? Почему ты хотеть быть похожей на японку?
Я сдалась.
Мама откашлялась, чтобы снова привлечь мое внимание.
— Итак, мы с твоим папой решили поехать в отпуск! — взволнованно объявила она.
Я чуть не подавилась чаем.
— Что? — прокашлялась я.
— Ага, мы едем в двухнедельный отпуск в долину Напа! — Мамино лицо сияло. — Мы давно никуда не ездили и так много работали, что в один прекрасный момент решили: а почему бы и нет? Особенно если турфирма предлагает очаровательную гостиницу, и мы любим вино, и...
Пока она лепетала, я исподлобья смотрела на отца. Тот делал вид, что увлечен чтением газеты. Можно было не спрашивать, кому в пришла голову идея с отпуском. Все и так было ясно.
«Он хочет увезти маму подальше, пока я не решилась вытащить из его шкафа скелет», — подумала я с усмешкой, хоть и не была уверена в том, что все-таки расскажу ей. Вытащу скелет, да.
Господи, это так коварно!
С каждым днем он медленно, но верно превращался в незнакомца.
— Ну что, пап ? Ничего не хочешь рассказать? — учтиво спросила я, прерывая мамину болтовню. Его голова насторожено дернулась:
— О чем ты? — спросил отец, нервно сглатывая.
Я широко и фальшиво улыбнулась.
— Ну, мама, должно быть, та-а-к ждет этой поездки. Правда же?
— О. Конечно. — Он с облегчение рассмеялся. — Э-э... ты же будешь в порядке, если останешься здесь на две недели с бабушкой, правда?
— Со мной? — Бабушка зло на него посмотрела. — Что ты иметь в виду?
— Ну... пока мы с Шелли будем в отпуске, с Майей в доме останетесь только вы, — ответил отец, очевидно, сбитый с толку.
Бабушка фыркнула:
— Кем ты меня считать? Нянькой? Майя моя внучка, но я не жить здесь! Я жить у себя дома. — Бабушка замолчала. — На следующей неделе там ежегодный турнир покера. В пятницу я уезжать. Ни за что не позволить этой Розе вновь меня обыграть! — Она нахмурилась еще сильней. — Роза, что за глупый имя, — пробормотала она. — Похоже на Лузер.
— Вы уезжаете в пятницу? Но мы уезжаем в воскресенье! — Отец повернулся к маме. — Ты не упоминала об этом.
— О, точно. — Мама выглядела виноватой. — Я просто так обрадовалась поездке, что это совсем вылетело из головы...
Я вообще не видела в этом проблемы.
— Тогда я поживу одна. Мне семнадцать. Я справлюсь.
Это было бы неплохо. Мне были нужны эти две недели, чтобы решить, как поступить со всем этим мой-отец-изменяет-маме дерьмом.
— Что? Не есть хорошо! — вскрикнула бабуля, судорожно размахивая лопаткой. Вот же беспокойная женщина! — Ты девушка. Тебе нельзя оставаться одной в доме на две недель! Очень, очень, опасно!
— Бабуль, это Валеска, — спокойно сказала я. — Самое опасное, что здесь может произойти, — это если на тебя накакает птичка.
Но бабуля была непреклонна.
— Нет. — Она указала на меня лопаткой. — Ты теперь встречаться с Паркером! Я не хотеть, чтобы вы оставались дома одни, особенно теперь, когда у вас секс.
Отец расплескал чай.
— В наше время дети шалить с мальчиками, когда родители не есть рядом, — продолжала бабушка. — Я хотеть правнуков, но я против шалить!
— Паркер? Кто такой Паркер? И почему это ты будешь шалить с ним? — выпалил папа.
— Паркер — парень Майи, дорогой, — безмятежно объяснила мама.
«И ты бы это знал, если бы не „шалил" со своей проституткой», — мысленно проворчала я, сама удивляясь собственной дерзости. Хотя он это заслужил!
— Я не буду... шалить с ним! — запротестовала я. — Я могу прожить две недели сама! Другого выбора нет!
— Нет? — Моя бабушка уставилась на родителей. — Почему бы вам не отложить поездку?
— Мама, я полностью доверяю Майе. Уверена, с ней все будет в порядке, — попыталась убедить ее мама.
— Нет! Категорически нет! Она не может одна оставаться в доме, когда у нее есть парень, — яростно сказал отец. — Мы можем просто... нанять кого-то, чтобы за ней присмотрели.
Вроде няни.
Моя челюсть упала на пол, и я вскипела.
— Вы издеваетесь? — заорала я, испугав всех на кухне. — Мне семнадцать! Мне не нужна няня! — Я сжала кулаки. — Боже, ты такой лицемер!
Не в силах терпеть все это, я промчалась к себе в комнату и с силой хлопнула дверью, оставив всю ошеломленную семью на кухне.
* * *
Позже я сидела у компьютера и шерстила фейсбук, оставив всякие попытки забыть о том, в какое дерьмо превратилась моя жизнь. В дверь постучали.
— Я уже сплю, — капризно крикнула я, открывая первую попавшуюся папку.
Мое лицо скривилось от отвращения. Фу-у-у! Картинки восемнадцать плюс! Некоторым людям стоила держать свою личную жизнь при себе.
— Майя, можно войти?
Я застыла.
— Я занята.
— Пожалуйста. Я всего лишь хочу поговорить с тобой пять минут.
Я так сильно сжала «мышку», что удивительно, как она не распалась на части. В конце концов, оттолкнув стул от двери, я ее открыла.
— Только быстро, — сказала я, скрещивая руки на груди.
Мой отец вошел в комнату и закрыл дверь. Он выглядел нервным.
— Слушай, думаю, нам нужно поговорить о... — Он откашлялся. — О том, что случилось вчера.
— Думаешь? — саркастично сказала я.
— Следи за тоном, юная леди, — машинально ответил он.
Я закатила глаза. Как будто у него было право указывать мне.
— Ладно, я просто хотел... — Мой отец сделал глубокий вдох. — У меня действительно было свидание с другой женщиной.
Я знала, но все равно вздрогнула при этих словах.
Глаза отца излучали страдание.
— Клянусь, я не хотел врать тебе и маме. Просто...
Он растерянно провел рукой по волосам.
— Знаешь, иногда мне тяжело. Из-за работы я постоянно в разъездах, и какой бы чудесной ни была твоя мама, иногда она не понимает, что я нахожусь в стрессе. Но Лекси понимает. Она работает на такую же компанию...
— Ты влюблен в нее? — перебила я дрожащим голосом.
— Что? Нет! — Глаза моего отца в ужасе распахнулись, и он покачал головой. — Нет! Конечно же, нет. Майя, твоя мама — единственная женщина, которую я люблю, но иногда в дороге бывает так одиноко...
И ты просто не смог удержать свои штаны на месте. Господи, мужчины были такими мудаками. Даже те, которых я считала самыми лучшими.
— ...а в последнее время мы часто попадаем на одни и те же проекты. Честно, вчера было наше первое свидание. — Отец посмотрел на меня. — Все предыдущие разы, когда я говорил, что был в командировке, я действительно там был!
— С ней.
Он слегка покраснел.
— Иногда. Но это никогда не выходило за рамки флирта до... до недавнего времени. Я знаю, что поступил неправильно. Клянусь, это больше никогда не повторится. Просто... просто не говори маме, хорошо?
Я не могла поверить собственным ушам.
— Ты хочешь, чтобы я это скрывала? — прошипела я.
В смысле я думала об этом, но с его стороны было подло просить меня о таком!
— Майя! Посмотри на это с другой стороны, — умолял он. — Смотри, я обещаю, что больше не заговорю и не увижусь с Лекси, только если это не будет необходимо по работе. Твоей маме не нужно знать, это уничтожит нашу семью. Это была просто ошибка.
Я сглотнула. Может, в чем-то он и был прав. Я не хотела, чтобы родители развелись, пусть отец и поступил как козел. Более того, я не могла даже представить, как больно будет маме, если она узнает.
— Ты спал с ней?
— Нет, — мгновенно ответил отец. — Нет, это никогда не заходило так далеко. И не зайдет. Обещаю.
Я устало вздохнула. Мой мозг кипел. Может, он был прав. Может это и правда была просто ошибка, и нет необходимости что-то менять.
— Как ты вообще мог позволить себе это свидание? — пробормотала я.
— Я получил новую кредитку, о которой твоя мама не знает, — стыдливо ответил он.
Я хмыкнула. Как умно. Использовать новую кредитку, чтобы мама не могла подсчитать расходы. Для того, кто утверждал, что свидание было первым, он четко знал, что делать.
— Именно поэтому я предложил съездить в отпуск, — добавил папа. — Чтобы у нас появилась возможность... возродить искру. Для этого нужно побыть только вдвоем.
Я вытерла нос. Даже знать не хотелось, что он подразумевал под «возродить искру».
— Обещай, что такого никогда не повторится! — потребовала я.
Он охотно кивнул.
— Обещаю. Так мы можем оставить это между нами? Пожалуйста?
Взвесив все «за» и «против», я кивнула.
Не ради него или себя, а ради мамы и будущего нашей семьи.