Глава 10. - Цена близости
Когда машина остановилась у ворот особняка, ночь уже полностью опустилась на город. Легкий треск радио в салоне и тихое жужжание кондиционера создавали ощущение ненастоящего спокойствия — перед бурей, которая должна была начаться завтра.
Алекс выключил двигатель и повернулся к Лине. Лунный свет слегка отражался в его глазах — строгих, но уязвимых.
— Ты понимаешь, что завтра — не просто встреча? — сказал он тихо, будто боялся разрушить хрупкую тишину между ними. — Это проверка... для нас обоих.
Лина молчала, внимательно смотрела на него. В её взгляде не было страха, только тихая решимость.
— Брендон хочет увидеть нас вместе. — Алекс глубоко вдохнул, как будто собирался произнести что-то важное. — Для него это знак — что у меня есть что-то, что меня удерживает, что меня стабилизирует. Девушка, которая — якорь.
Лина кивнула. Её пальцы сжали его руку чуть крепче.
— Ты готов к этому?
Он улыбнулся, но улыбка была почти грустной.
— Честно? Нет. Но я не могу отказаться. И не хочу. Потому что если я делаю это, то только с тобой.
Вечерний воздух проникал сквозь приоткрытое окно. Лёгкий запах жасмина и тропических цветов сливался с ароматом её духов, который теперь казался неотделимым от него самого.
— Завтра начнётся новая глава, — продолжал он, — и цена этой близости — гораздо выше, чем мы думали.
Лина приблизилась, взяла его за подбородок, чтобы заставить взглянуть на себя.
— Я уже заплатила цену одиночества. И не хочу повторять это снова.
Он чуть наклонился, их лица оказались в сантиметрах друг от друга.
— Ты делаешь меня слабее и сильнее одновременно, — прошептал он. — Если завтра они узнают, что ты — не просто украшение на моём плече, а часть меня... я не знаю, что будет.
Она улыбнулась, но в этой улыбке было больше решимости, чем радости.
— Тогда пусть узнают. Пусть видят настоящих нас. Без масок и контрактов.
В их взглядах возникла искра, которую не смогли потушить ни страх, ни сомнения. Алекс осторожно провёл пальцами по её щеке, словно пытаясь запомнить каждый изгиб.
— Я боюсь потерять контроль, — признался он. — Но я больше боюсь потерять тебя.
— Ты уже не можешь потерять меня, — ответила она, прильнув губами к его щеке.
Они молчали, слушая друг друга и себя. За стенами особняка Африка не спала: где-то далеко в ночи вспархнули птицы, шелестели листья, и ветер уносил тепло на улицу.
Лина мягко потянула его за руку и повела в гостиную. Там на низком столике стояла бутылка красного вина, которую они забыли открыть.
— Давай выпьем за нас, — сказала она, наливая в два бокала.
— За нас, — повторил Алекс, и в его голосе не было иронии.
Они говорили тихо — о мелочах, о прошлом, о том, что было раньше и что будет завтра. Но главной темой была та самая цена, которую каждый из них уже платил — и готов был платить снова, лишь бы сохранить эту хрупкую связь.
— Ты знаешь, — сказала Лина, — я больше не хочу быть просто чьей-то слабостью. Я хочу быть силой. Твоей силой.
Алекс поднял бокал, смотря ей в глаза.
— Тогда будем сильными вместе. Неважно, что принесёт завтра.
Вино было терпким, оставляя послевкусие горечи и сладости — как и их отношения.
Когда бокалы опустели, они молча поднялись и направились в спальню. В этот раз не было слов, не было страхов — только тишина, наполненная обещаниями и новыми надеждами.
Алекс лёг на кровать, вытянув руки в стороны. Лина скользнула к нему, прижавшись всем телом.
— Завтра — испытание, — прошептал он, — но сегодня — мы живём.
Она улыбнулась в темноте.
— Сегодня — мы вместе.
И ночь обняла их обоих, словно подтверждая — иногда настоящая цена близости — это не страх и сомнения, а смелость быть настоящими.