Глава седьмая. 《Вы в своём уме?!》
Теперь я понимаю, какого это — чувствовать себя, как мышь, попавшая в мышеловку.
За чёрными тонированными окнами большого внедорожника сидели лишь мы вдвоём. Двое шкафообразных* мужчин с каменными лицами остались на улице: они не взглянули на меня, когда я прошла мимо, так что моё сердце не ушло в пятки или вроде того. Оно билось достаточно сильно, а запотевшие ладони я погрузила в карманы пальто. Если не считать трясущихся коленок, то мою взволнованность практически невозможно было вычислить. Это успокаивало меня, потому что я хотела держаться стойко перед этой властной женщиной. Я отсела от неё как можно дальше и просто тихо дышала, уставившись в глаза цвета тёмного шоколада.
— Никто не должен узнать об этом разговоре. — Первые слова, после пятидесяти секундной тишины, что произносит Кимберли. Я на это хмурю свои брови. Всё моё нутро кричит, что дело плохо. Нужно делать отсюда ноги! Но я сижу, не шелохнувшись и продолжаю внимательно всматриваться в самое красивое лицо этого города. Она идеальна: красива, умна и успешна. Должно быть, у неё много поклонников. Непонятно только, почему такая женщина одинока. Почему кроме племянника у неё никого нет. Есть всё, о чём я мечтаю. Всё, о чём мечтает каждый адекватный человек. Иметь всё и не иметь при этом ничего... Кажется, это приобретает новый смысл.
— Нельзя вот так ворваться в жизнь человека и оставить это незамеченным для его окружения. — Говорю я, выпрямив спину.
Она вздыхает. Очередной раз. Я начинаю чувствовать себя непослушным ребёнком, который не делает того, о чём его просят. Препирается, спорит и паясничает, нервируя этим взрослых.
— Это очень важно, понимаешь? — Она склоняет голову набок.
— Что Вам от меня нужно?
— Это касается Алроя.
Алроя. Того самого высокого вкусно-пахнущего парня с небесно-голубыми глазами. Холодного принца в свободной футболке и штанах. Того самого, что я не могу выбросить из головы вот уже две недели. Однажды, я проснулась в холодном поту среди ночи, когда мне приснился кошмар. Красивые длинные пальцы, душащие меня и ледяной взгляд, выворачивающий всю душу наизнанку. Это был самый лучший кошмар, что у меня был.
Интересно, стоит ли говорить о том, что я видела его тогда, разговаривала и даже почти обнимала? Знает ли Агрест об этом? Интересно, как выглядит моё лицо, пока я веду внутренний монолог?
— Ты успела познакомиться с ним, ведь так? Я видела вас тогда, на втором этаже. Он просто взял и спрятался вместе с тобой в уборной. Это невероятно!
Она отвечает на мой немой вопрос. Кое-кто, кажется, умеет читать мысли...
— Я случайно туда забрела... То есть, мне нужно было...
Она вытягивает перед моим лицом руку.
— Я не собираюсь отчитывать тебя, Мэдисон.
— Что же тогда Вам нужно?
— Твоя помощь.
* * *
— Что? Я не совсем поняла Вас.
Я старалась переварить все те слова, что сказала мне Агрест. Она звучала довольно уверенно и серьёзно, так что я не могла сказать, что это какая-то шутка. Но что-то во мне колебалось, и я отказывалась верить в услышанное.
— Что именно ты не поняла?
Я не поняла ничего. Это всё какой-то абсурд.
— Мэдисон, мой племянник не болен и я устала слышать это отовсюду. Каждый второй так считает. Это здорово бьёт по моей репутации, понимаешь? Если бы Алрой действительно был болен, то я бы заплатила огромные деньги, чтобы вылечить его. Но это не так. А все эти слухи продолжают безостановочно плодиться.
— Как это связано со мной?
— Он не разговаривал ни с кем, кроме домашнего персонала, с тех пор, как переехал жить ко мне. И он прекрасно знал, что ты наша гостья, но сделал это. Он заговорил с тобой.
— Вы себя хоть слышите со стороны? Это противоречит словам, что он не болен. Почему он не разговаривает ни с кем? Почему его до сих пор никто не видел? Что с ним не так? — Я не могла остановиться. Вопросов было так много.
— Он... Не такой, как...
— Нормальные люди?
Это грубо с моей стороны, и я это прекрасно понимаю, но вся эта ситуация начинает по-настоящему злить.
— Он замкнутый. — Тихо произносит женщина. Её глаза блестят от слёз, а грудь вздымается всё чаще и чаще. Ей снова больно. Что-то похожее было и на вечере, когда она сказала, что я похожа на кого-то. Мне становится не по себе. — Мне не нужна жалость, не смотри так, — снова прочитав мои мысли, говорит она.
Я хмыкнула. Да что с этой семьёй не так?
— Я не смогу Вам помочь, извините. Такое мне не по силам. Обратитесь к врачу. Хватит думать, что он здоров, когда всё вокруг говорит об обратном.
— Я заплачу любые деньги. Проплачу твою учёбу. Сниму тебе новую квартиру. Если захочешь, то куплю её тебе. Я сделаю всё, что ты пожелаешь. Я люблю Алроя, он мне как сын. Прошу тебя, — она берёт меня за руку, — ему нужен человек, который вытащит его из этого состояния.
Это вообще законно, что она знает всю информацию обо мне?
— Вы хотите купить меня для своего племянника? Вы хотите купить дружбу деньгами? Что будет, когда он узнает? Это разобьёт его сердце.
— Я хочу помочь своему племяннику.
Я прикусила губу и не знала, что мне ответить. Это сложно. Это неправильно. Она собирается на меня положиться. С чего она вообще решила, что я сумею с ним подружиться, сблизиться так, что изменю его привычную жизнь?
— Я не знаю...
— Подумай, пожалуйста. — Она отпускает мою руку и смахивает с щеки слезинку. —
Частично, я тоже виновата в том, каким он стал. Я не уследила... Его родители с самого детства изолировали его от общественной жизни: заставили учиться на домашнем обучении. Никаких друзей, никакого общения с посторонними людьми. Он рос в одиночестве. Вечно-занятой отец, пропадающий на работе и мать, не проявляющая никакой любви. Эта чокнутая не позволяла даже мне общаться с ним. Мы встретились с Алроем впервые на похоронах его родителей. Это было убийство. Жестокое. Мальчику повезло остаться живым в тот роковой день. Дело закрыли почти сразу после похорон. Убийцей оказался коллега по работе моего брата, отца Алроя. Его посадили. Но это ничего не изменило, ведь мёртвых не воскресить, а боль от потери не унять.
Её плечи вздрагивают. И мне ужасно, ужасно жаль заставать такую картину. Я всегда была эмоциональной. Мне сложно сдерживаться, поэтому я готова расплакаться вместе с ней.
— Что Вы предлагаете? — Спрашиваю я. Я готова обдумать её предложение. Деньги мне действительно очень нужны.
Пусть это и безумие, в которое я себя втягиваю,
пусть это и самая большая ошибка в моей жизни, но я готова попробовать.