Плата

Утром они завтракали молча. Питер размышлял над тем, чтобы заехать пораньше к Джи Ану и самолично убедиться в его состоянии и отвезти его в больницу. Когда гнев утих, он понял, что был слишком груб и эмоционален, наговорил неприятный слов в состоянии аффекта, но при этом он не чувствовал вину, в конце концов он не должен нести ответственность за то, что Джи Ан такой слабый.

- Кайл, перед работой заедем к Джи Ану, я поговорю с ним, - сказал Джонс водителю, пока надевал ботинки.

- Можно с тобой? - неожиданно выпалил Калеб, который провожал отца на работу.

- Зачем? – настороженно спросил Питер.

Калеб посмотрел на водителя, потом на отца и смущенно опустил голову. Кайл понял все без слов.

- Жду вас в машине, - коротко ответил он и вышел.

- Что происходит? – взволновано спросил Питер и погладил сына по голове.

- Я сам пошел к мистеру Фросту. Он не говорил мне ничего плохого, просто посоветовал поговорить с тобой.

- Как ты вообще о нем узнал?

- Я прочитал статью о твоем браке на одном сайте, сначала подумал, что это шутка или фейк, но потом дедушка с бабушкой обсуждали вас, я подслушал их разговор.

- Так, я понял. Это не тот брак как у нас с твоей мамой. Мы поженились только для слияния активов, моя компания переживала не самые лучшие времена, мне требовалась помощь извне, - попытался упростить объяснение для сына Питер.

Калеб с интересом слушал отца и тот продолжил.

- Я хотел тебе рассказать, но подумал, что ты еще слишком юн для такого. В конце концов браки между мужчинами не везде легализованы и это не тот пример, который ты должен перенять у меня, - Питер совсем растерялся, он говорил и ужасался тому, что слышит сам от себя, - Ох, я не это имел ввиду.

Питер обнял сына.

- Я хочу сказать, что этот человек не член нашей семьи, он просто временно помогает мне. Между нами нет никаких отношений, кроме деловых.

- Ты его не любишь?

- Что? Нет, конечно, не люблю, он как напарник, с которым мы временно живет вместе. Не больше.

- Тогда, почему ты сразу не рассказал, ты мне не доверяешь?

- Я просто не хочу, чтобы ты переживал или ненавидел меня за это решение.

- Я очень разозлился, когда узнал. Ты скрывал от меня все, и я подумал, что ты любишь его больше, чем меня.

- Нет, ты мой ребенок, я люблю в этом мире только твою мать и тебя, больше никого.

- А мистер Фрост тебя тоже не любит?

- Нет, для него это сделка, как и для меня.

- Тогда, если я попрошу, ты разведешься с ним. Я не хочу, чтобы у меня был еще один папа, пусть и формальный.

Питер посмотрел в глаза сына и честно ответил.

- Если ты против брака, я сегодня же подам заявление на развод. Последнее время дела идут в гору, у меня огромное количество проектов, мне больше не нужно опираться на его семью, чтобы справиться с кризисом.

- А для мистера Фроста это будет иметь последствия?

- Думаю нет, он получит хорошие отступные при разводе.

- А он тоже не хочет этого брака?

- Не знаю. Возможно.

- Я бы хотел извиниться перед ним. Я был не прав и наговорил ему неприятный вещей.

- Не переживай, он не будет винить ребенка. Я извинюсь вместо тебя. Тебе не обязательно с ним встречаться.

- Нет, я сам должен это сделать.

- Хорошо.

Питер поцеловал сына в макушку и снова отметил, как тот сильно вырос за то время, что они не виделись. Скоро он догонит его в росте и обниматься станет неловко, но пока он еще мог обхватить его в своих руках и спрятать от всех проблем этого мира.

Они доехали до квартиры Джи Ана и Питер позвонил, чтобы предупредить о визите.

Джи Ан не быстро ответил на звонок и, судя по внешнему шуму, был явно на улице.

- Ты сейчас не дома? – уточнил Питер.

- Я гуляю с Джерри в парке, что-то нужно? – ответил Джи Ан спокойным тоном, и Питер немного расслабился, по голосу было понятно, что тот не обижен, а значит не будет доставлять неприятностей.

- Я бы хотел поговорить, - сказал Питер, - со мной мой сын, мы приехали, чтобы извиниться.

Джи Ан молчал и Питер подумал, что он придумывает повод отказаться от встречи, поэтому продолжил.

- Если сейчас не удобно, то мы заедем вечером.

- Мне удобно, но вам придется подождать минут десять.

- Хорошо, мы будем в машине.

Питер сбросил звонок и посмотрел на обеспокоенное лицо сына. Калеб нервничал, он не знал, какие слова были бы уместны, поэтому надеялся, что отец первым вступит в разговор, а он уже в конце просто добавит, что ему жаль.

Но что, если всю речь ему придется говорить самому, с чего стоит начать: с объяснений или сразу извиниться, нужно ли говорить, что он так больше делать не будет или это слишком по-детски?

А что, если мистер Фрост разозлиться и начнет ругать отца, скажет, что тот плохо воспитал его, тогда как быть?

Может вообще лучше не влезать в эти взрослые вещи и полностью положиться на отца, как тот и предложил ранее.

Чем больше времени проходило, тем сильнее нервничал Калеб, придумывая в голове все больше сложностей и проблем.

Когда Кайл сообщил, что Джи Ан подходит к дому, нервозность достигла своего пика и тело Калеба закаменело. Он не мог пошевелиться, чтобы выйти из машины, горло пересохло от волнения, страх заполнил все мысли, вытеснив правильные слова, которые он успел придумать.

Питер вышел из машины и перехватил Джи Ана на подходе к лестнице. Калеб видел, как они общаются и пытался угадать настроение по выражению лица.

Отец выглядел серьезным и говорил уверенно, его брови хмурились, но лицо Джи Ана не выдавало в нем сильных эмоций, он слушал с обычным выражением лица и иногда кивал головой, словно соглашаясь со сказанным.

Такое спокойное состояние Джи Ана вселило Калебу немного уверенности, он осторожно вышел из машины и подошел к отцу, стоя немного позади него.

Питер почувствовал его приближение и повернулся, ободряюще улыбаясь.

- Все в порядке, - сказал отец ласково, - ты можешь сказать, что хотел.

Калеб пытался держать себя в руках, но голос предательски дрожал.

- Мне очень жаль, что я доставил вам неприятностей, - как только он сказал эти слова, его глаза наполнились слезами и он сжался, чтобы не заплакать и зажмурился посильнее.

Джи Ан чувствовал эмоции парня и не стал поучать его, поэтому коротко и лаконично ответил.

- Я понимаю, ты был очень расстроен и действовал на эмоциях. Спасибо, что нашел в себе мужество принести извинения.

Калеб услышал доброжелательный тон и открыл глаза. Лицо Джи Ана не было злым и раздраженным, он говорил с добротой в голосе и его понимающий тон придал уверенности.

- Я был не прав и прошу прощения, мне не стоило судить о вас по сплетням.

- Да, не стоило, - ответил Джи Ан, - твоя забота об отце похвальна. Ты действовал из хороших побуждений, но выбрал не совсем правильный метод. Надеюсь, в будущем ты не будешь действовать необдуманно.

- Да, сэр.

- Вот и хорошо.

Калеб опустил голову и заметил в ногах Джи Ана собаку, до этого он был так сосредоточен на извинениях, что не обращал внимание ни на что вокруг, но, когда напряжение ушло, то его интерес привлек очень красивый пес, который послушно стоял справа от Джи Ана и внимательно разглядывал незнакомца.

Питер, удовлетворенный, что все, наконец, улеглось и разрешилось, спросил у Джи Ана о самочувствии и предложил сопроводить его в клинику. Джи Ан отказался, но в качестве извинения попросил Джонса присутствовать на семейном ужине в честь дня рождения матери Джи Ана, который должен был быть через неделю, и они обсуждали детали встречи и подарок.

Пока взрослые говорили о своих делах, Калеб изучал собаку. Пес понял, что им заинтересовались и повернул голову набок. Калеб тоже повернул голову, но на другой бок. Джерри перевернул голову на другой бок, а потом выпрямился и высунул язык. Калеб повторил за ним, показывая язык в ответ. Пес удивленно поднял уши и спрятал язык. Калеб с улыбкой наблюдал за смешным поведением собаки и протянул руку, чтобы погладить.

Джи Ан почувствовал движение справа от себя и понял, что Джерри тянется вперед, поэтому шагнул назад, пропуская собаку.

- Как его зовут? – взволнованно спросил Калеб, вклиниваясь в разговор.

- Познакомься, это Джерри. Джерри – это Калеб, - Джи Ан вполне серьезно представил их друг другу.

- Он знает команды?

- Да, он умный и очень дружелюбный, - Джи Ан вытащил из кармана маленький сверток с вкусностями и протянул вперед, - его любимое лакомство, но давай только, если он выполнит все правильно, не балуй его просто так, - с улыбкой ответил Джи Ан.

Калеб осторожно взял из его рук пакетик, развернул его и понюхал. Пахло не очень вкусно, но реакция собаки на это движение позабавило Калеба. Джерри навострил уши и, как показалось парню, с возмущением посмотрел на него.

- Тебе такое нравится? – спросил Калеб у собаки, - тогда дай мне лапу, и я поделюсь.

Джерри подошел ближе. Калеб сел перед ним на корточки, чтобы разглядеть пса.

- Лапу! – сказал Калеб уверенным голосом команду, которую он ранее слышал по телевизору в фильмах про собак.

Джерри высунул язык и положил лапу на колено Калеба. Такая простая команда была для него пустяком, и он гордо повернул голову вверх, глядя на хозяина, показывая своим видом: он очень хороший пес.

- Молодец! - похвалил его Калеб и дал другую команду, - Лежать!

Джерри лениво развалился на ногах хозяина. На самом деле пес не мог далеко отойти, он был служебной собакой и был всегда рядом с Джи Аном вне зависимости от того, что происходит вокруг, будь то кто-то знакомый, кто подзывал его или суматоха. Команду гулять или принеси мяч он выполнял только от Джи Ана, а такие легкие задачи, как давал ему Калеб, он воспринимал как обычную игру.

- Это тебе, - сказал Калеб, протягивая вкусняшку собаке.

Джерри понюхал лакомство и осторожно слизнул с руки кусочек. Собака была приучена к этому запаху, и хозяин разрешил играть с мальчиком ранее, поэтому пес без опасения принимал угощение.

- Что еще ты умеешь? – спросил Калеб и задумался.

Он вспомнил, как видел в одном ролике, что собака держала на носу печенье и ждала команду прежде, чем съесть ее. И решил попробовать.

- Так, - серьезно сказал Калеб, глядя на Джерри. Собака тут же навострила уши, - нельзя есть, пока я не разрешу. Понял?

Джерри высунул язык и расслабленно задышал, давая понять, что это для него легко.

Калеб поставил вкусняшку на нос и дал команду.

- Держи!

Пес замер.

- Держи! – повторил команду Калеб.

- Держи!

Собака была такой сосредоточенной, что Калеб не мог не восхититься им.

- Можно, ешь! – скомандовал Калеб, и Джерри тут же слопал мясной квадратик.

- Молодец! – восторженно воскликнул Калеб и потрепал собаку за ушами.

Его радость привлекла внимание Питера, который прервал разговор и с интересом наблюдал, как его сын со счастливой улыбкой играет с псом.

У соседей в коттедже Джонсов тоже были собаки, но это были сторожевые породы и играть с ними было нельзя, к тому же Калеб немного побаивался их и не подходил близко к вольерам, а тут так оживленно и расслаблено общался с четвероногим другом, что Питер невольно задумался, а не купить ли такую же для сына.

- Нам пора, - сказал Питер, когда понял, что опаздывает на работу.

- Да, правда? – с сожалением ответил Калеб, - Хорошо. До свидания мистер Фрост, пока Джерри.

Калеб нехотя оторвался от теплой шерстки собаки и сел в машину. Джерри поднял лапу, словно прощаясь.

- Вот это да, он такой умный, - не сдержав порыв радости, сказал Калеб и помахал собаке в ответ.

Всю дрогу до офиса Калеб оживленно делился впечатлением, он был так рад этой встрече, что вся нервозность и страх тут же были забыты.

- Все-таки мистер Фрост хороший человек, - выдал свое резюме Калеб.

- Тебя подкупила его собака? – с улыбкой ответил Питер и потрепал сына по голове.

- Ну, говорят же, что собаки похожи на хозяев, - пошутил Калеб, но на самом деле он действительно проецировал хорошее отношение к Джерри на Джи Ана и ассоциировал теперь их тандем как что-то приятное, - я бы хотел еще раз приехать к нему.

- Хорошо, я договорюсь, - сказал Питер. Он вздохнул с облегчением, все завершилось хорошо, его сын принял этот брак гораздо легче, чем он ожидал.

У Питера был распланирован каждый день на месяц вперед, количество встреч, командировок и совещаний не умещалось в голове, и каждый час секретарь напоминал ему о задачах на ближайшее время.

Дела не просто шли в гору, а сыпались на голову, словно Питер выиграл в лотерею. Он не ожидал, что, сроднившись с семьей Фростов, для него откроются ранее закрытые двери. Он даже не прикладывал усилий, клиенты попадались сговорчивые и охотно платили за любые издержки, согласовывали все самые смелые решения и были готовы терпеливо ждать любое время, лишь бы работать только с компанией Джонса.

Питер сдвинул все не очень важные дела, чтобы больше времени проводить с сыном, но как только тот уехал, то пришлось сверхурочно разбирать огромные стопки документов и переписываться с партнерами практически непрерывно, даже на сон времени осталось не больше шести часов.

В таком ритме прошла вся осень. Питер жил работой и не заметил, как окружающий мир накрыла пелена снега.

После того, как Калеб отправился на учебу, Питер вернулся в квартиру Джи Ана. На самом деле ему было удобнее добираться отсюда до работы, к тому же он нашел рядом хороший фитнес зал, и Кайл жил не так далеко, что позволяло тому быстрее реагировать на срочные задачи.

С Джи Аном отношения были ровные, они здоровались утром и пересекались дома вечером. В целом все было спокойно. В свободное время Питер встречался с Мелиссой, созванивался с сыном и посещал мероприятия в сопровождении супруга не чаще двух раз в месяц. Такую договорённость они установили после того, как обновили условия брачного контракта.

Питер был уверен, что после инцидента с Калебом, Джи Ан намекнет на развод. Он удивил Питера, сказав, что в их отношениях ничего не изменилось, но также выдвинул требования, с которыми Питеру пришлось согласиться, чтобы немного уступить.

Все деловые встречи оговаривались заранее и вносились в расписание, количество таких мероприятий не должно быть больше двух в месяц, в это число входили и семейные ужины.

Также Джи Ан проговорил моменты относительно телесного контакта и попросил включить пункт в договор, в котором было четко указано, что Питер не может физически и морально ущемлять или причинять любой другой вред ему.

Питер понимал, почему Джи Ана волнует это, и согласился без возражений. Но что было более удивительным, Джи Ан потребовал прописать денежную компенсацию на случай, если Питер нарушит пункты в договоре. Даже общение с Калебом Джи Ан воспринимал как деловую встречу и попросил Питера в случае нарушения договоренностей компенсировать ему потраченное время деньгами.

Ранее Джи Ан отказывался монетизировать брак, но сейчас сам был инициатором этого. Все пункты были завизированы юристами, и напряжённая атмосфера между супругами потихонечку улеглась.

Для Джи Ана правки в договор были необходимы для мирного существования, денежной выгоды он не хотел, но конфликтная ситуация показала, как Питер воспринимает их брак, а отсутствие компенсации накапливало у него напряжение.

Джи Ану достаточно было словесных извинений, то для Питера такой формат разговора был сложен, у бизнесмена все сводилось в итоге к деньгам.

Неустойка и компенсация были Джонсу знакомы и не вызывали отторжения, поэтому Джи Ану пришлось убрать из этого партнерства слова сочувствия и поддержки, заменив их долларовым эквивалентом.

Джи Ан с пониманием отнесся к словам Питера, что сын самый важный в его жизни человек и он защищал интересы ребенка, и не мог не согласиться с тем, что это правильно, но напомнил, что по отношению к нему у Джонса тоже есть обязательства, нарушать которые недопустимо.

После того, как Джи Ан озвучил конкретную сумму в качестве возмещения за причинение вреда здоровью, их отношения приобрели более четкий формат, и Питеру, действительно, стало проще общаться с супругом, больше не возникало двусмысленных недоразумений, при которых Питер испытывал к Джи Ану сложные эмоции, причину возникновения которых не понимал и от этого злился.

Упростив брак на бумаге, они сделали и дальнейшее взаимодействие более легким.

Ноябрь начался у Джи Ана с простуды, первый снег всегда вызывал у него приступы кашля. Это была либо аллергия на протигололедный реагент, либо первый снег вбирал слишком много нехорошего смога из воздуха, прежде чем выпадал белой простыней на улицы города.

Несколько дней Джи Ан провел дома, не выходя даже на прогулки с Джерри и сосредоточился на написании диссертации. Она была уже почти готова и требовала методичный вычитки, что было очень сложно, ведь с каждым разом Джи Ан находил все новые и новые погрешности.

В какой-то момент он был готов перечеркнуть многолетнюю работу и начать писать ее заново, но останавливал себя и переключал внимание на что-то другое.

Мэри успешно защитила диплом и стала квалифицированным экономистом. Теперь она могла заполнять налоговые декларации Джи Ана и вести его бухгалтерию. Он уже думал о том, что пора найти ей замену, талантливая и усердная девушка должна расти вслед за своей профессией, а не просиживать в маленьком офисе, растрачивая молодость и амбиции на скучную работенку ассистента. Но до нового года он не хотел искать ей замену, поэтому пока наслаждался привычным ритмом жизни, в которой был ароматный фруктовый чай и апельсиновый кекс от милой помощницы.

Время медленно двигалось вперед, хотел Джи Ан того или нет. Люди вокруг готовиться к Рождеству, на улицах звучала веселая музыка, мечты и желания слышались ото всюду.

Обыденная жизнь закручивалась в вихре праздничного ритма, перестраивая привычный график, добавляя новых хлопот и уменьшая баланс денежных средств на банковском счету.

Для большинства людей это было волшебное время, полное яркой иллюминации, веселых корпоративов и неожиданных подарков. Но у Джи Ана именно в этот период появлялись сложные клиенты.

Что для одних было радостью, для других становилось поводом для обострения тревожности. Рабочий график Джи Ана с приближением декабря был плотно расписан, ежедневные консультации начинались уже на час раньше и заканчивались поздно вечером.

Сил и энергии, как психотерапевту, Джи Ану хватало, он знал, что как только праздник перешагнет заветное число, все его переработки мигом сойдут на нет, поэтому он был готов мириться со своей востребованностью.

Отчасти, чтобы заполнить пустоту от одиночества, но, и чтобы заработать на долгожданное путешествие. Он уже давно не навещал отца, поэтому планировал поехать в родной город, побродить по старым улицам, возможно даже встретиться с дальней родней, а также посетить храм и зажечь благовония.