Плата

Когда Питер прилетел в Китай с Дейзелом, то не представлял, с чего начать поиск. Он знал только название города, откуда супруг был родом, и поехал туда на такси. Местные жители не охотно шли на контакт с чужестранцем, но нашелся тот, кто по фотографии узнал Джи Ана и указал, куда нужно идти.

К утру они поднялись в монастырь, где их встретили безмолвным поклоном и пригласили пройти в молитвенную, которая представляла собой широкую беседку с красивейшим видом на зеленые горы.

Но красота места меркла на фоне невероятной картины.

Джи Ан сидел в позе лотоса, его руки покоились на коленях, большой, средний и безымянный палацы сложены вместе, а взгляд закрытых глаз устремлён куда-то в неизвестность. Его волосы успели отрасти, и ветер игрался с ними, развевая на ветру белоснежные прядки.

Скромное одеяние, похоже на то, во что были облачены монахи, полностью скрывало тело, но создавалась ощущение, что человек сейчас беззащитен и обнажен перед всем миром. Когда восходящее солнце подсветило лик застывшего величественного изваяния, то Питер четко увидел сотни лучей, рассечённых на золотые нити, что обрамляли силуэт Джи Ана, ослепляя своим свечением.

Лайлз сидел рядом, как верных слуга, охраняющий своего господина. Он сразу заметил Джонса и встал, чтобы поприветствовать его.

- Как? – спросил Питер, но осекся, потому что не мог правильно сформулировать вопрос. Лайлз понял его замешательство и изложил то, что смог понять из объяснений местных.

- Это называется десять тысяч вдохов. Он в глубокой медитации.

Лайлзу было непросто уловить на китайском языке точный смысл этой практики, но самое основное он понял, этим и поделился.

- Зачем? – подытожил вопросом Питер свое смятение после того, как выслушал объяснения.

- Когда путь мыслей сделает круг, душа вернётся в тело.

- Что же делать? – обреченно спросил Питер.

- Только быть рядом. Это то, что он должен сделать сам.

Питер сел напротив Джи Ана и с надеждой посмотрел на него. Он хотел прикоснуться, чтобы убедиться, что статуя перед ним живой человек, но побоялся потревожить.

Его ум и жизненный опыт подсказывали, что надо растормошить этого человека, привести в сознание, поставить капельницу, проверить не навредил ли кто ему каким-нибудь психотропным веществом, но стоило приблизиться и почувствовать тепло тела, как разум сдавался.

Питер был бессилен перед мощью этого человека, перед судьбой, перед вселенским замыслом, что соединил сотни путей и привел их в итоге в это место, поэтому склонил голову, благодаря за то, что может быть хотя бы рядом с тем, кто дорог ему.

Так прошел день, второй, на третий терпение закончилось, и он легонько сжал теплую руку, пытаясь дать понять, что он здесь и ждет, но никакой реакции не последовало.

Время тянулось мучительно медленно, каждый день казался бесконечно долгим. Питер стал заниматься практиками, чтобы занять себя хоть чем-то.

Простые движения показал Лайлз, вместе они делали сто поклонов солнцу утром и вечером, читая при этом несложную мантру. Дейзел соблюдал нейтралитет и наблюдал за всем со стороны, не вмешиваясь.

Все в этом месте было умиротворенно спокойным, чуждым и непонятным, но при этом явственно ощущалось, что сейчас происходит что-то важное.

Это чувствовалось по ауре места, по взглядам монахов, что наблюдали за Джи Аном и молились вместе с ним, по тому, как ощущал себя здесь каждый человек.

Люди, погода, настроение, все вокруг менялось, но только не Джи Ан, который был непоколебим. Его тело было мягкое и теплое, но при этом несгибаемое и сильное, словно сделано из камня.

Чем больше времени Питер сидел рядом, просто сжимая руку супруга, тем отчетливее понимал, что этот человек сильнее всех, кого он знает, больше и значимее. Невозможно было постичь глубину его души, имея такие ничтожные знаний о мире, какие были у него. Необъяснимый, необъятный и могущественный – вот каким был сейчас Джи Ан. А тот образ, что он являл миру, был лишь крошечной частицей, что он позволял рассмотреть и познать, остальное всегда пряталось по другую сторону.

Сейчас Питер чувствовал, что ему дарован шанс прикоснуться к чему-то настолько великому, что невозможно постичь разумом. Открыв сердце, было возможно узреть крупицу божественного творения. И то, что он сидел напротив Джи Ана – было доказательством, что здесь его место, быть рядом с этим человеком, делиться с ним временем, силой, поддерживать и заботиться.

На шестой день во сне Питера появился образ Джи Ана в лучах солнца. Сначала он не мог рассмотреть, что там за ним. Джи Ан стоял на границе света и тени и закрывал темноту, что давила на него.

Свечение не было солнцем, это были светящиеся нити судьбы, что тянулись к Джи Ану и создавали барьер, тонкий и невесомый словно крылья бабочки.

Питер легонько прикоснулся к одной нити, и она засветилась ярче, разгоняя черноту вокруг. Он подумал, что не должен нарушать своим присутствием покой, но барьер от его касания усилился и лицо Джи Ана немного смягчилось, словно тяжесть бремени упала с его плеч.

Питер прикоснулся снова и крылья за его спиной раскрылись в полную мощь, оттесняя дальше черноту. На лице Джи Ана появилась улыбка, а затем он открыл глаза.

В этот момент его вытолкнуло из сна, и он проснулся.

Питер никогда в жизни не чувствовал такого облегчения. Он не верил, что Джи Ан вернулся к нему. Снова и снова спрашивал его о чем-то незначительном, чтобы услышать родной голос.

Как слепому нужно подтверждение, что он не один в темноте, так и Питеру требовалось доказательство, что это не сон.

Джи Ан отвечал на все вопросы и утешал своего растерянного супруга поглаживаниями по телу.

- Ты не голоден? Хочешь что-нибудь, может воды?

- Нет, ничего не хочу. Ты один приехал?

- С Дейзелом.

- Понятно. Мне нужно еще несколько дел завершить. Ты сможешь сопровождать меня?

- Да, но мне нужно спуститься туда, где ловит связь, чтобы позвонить домой.

- Да, здесь я уже все сделал. Так что можем прямо сейчас выдвигаться.

- Подождем до рассвета.

- Уже рассвет, слышишь, как поет птица? Это утренник, он зовет солнце начать новый день.

- Темно же еще.

- Терпение, солнцу тоже нужно проснуться. Садись рядом, встретим этот день вместе.

Питер не умел сидеть также как Джи Ан, поэтому вытянул ноги вперед и приобнял супруга за спину, давая его спине упор.

Спустя несколько минут мир стал светлеть и напитываться красками, воздух затрепетал от влажности и первый луч выглянул из-за горного хребта. Джи Ан закрыл глаза, улавливая тепло кожей и вдохнул утреннюю негу.

- Красиво? – спросил он Питера, который посмотрел в этот момент на Джи Ана.

- Да. Очень.

- Хочу, чтобы у тебя было много таких прекрасных дней в будущем. Если ты будешь счастлив, то и я смогу это увидеть через тебя.

- Если ты будешь рядом, то я буду счастлив, - ответил Питер.

- Я люблю тебя. - ответил Джи Ан и облокотился головой на плечо Питера.

- И я люблю тебя, Джи, - ответил Питер и поцеловал любимого в макушку.

- Приедем сюда как-нибудь с детьми?

- Да, это необычное место. Ничего, что я другой веры?

- Этот храм строился много столетий, начинали его люди одной эпохи и веры, продолжали другой, а заканчивали третьей. Любой верующий может найти здесь пристанище, каждому путнику рады.

- Понятно.

- Они принимают любую валюту в качестве благотворительности, - шутливо сказал Джи Ан.

- Хорошо, - так же с улыбкой ответил Питер.

В одно мгновение стало светло, на душе полегчало и тревоги былых дней стали растворяться, как туман на рассвете.

Милующеюся парочку застал первым Лайлз, который покашлял издалека, чтобы не смущать их своим внезапным появлением.

Сборы были быстрыми, у Джи Ана с собой не было много вещей, Питер тоже приехал налегке. Зато сувениров в виде ладана, свечей, пахучих палочек, амулетов и браслетов Джи Ан набрал целый рюкзак, который был увесистым, и Питер взвалил эту ношу на свою плечи.

Путь вниз занял много времени, Джи Ан не мог идти быстро, простукивая корни деревьев и камни своей тростью. Так как неровности были на каждом шагу, то он шел медленно и осторожно.

Между его бровей залегла складка сосредоточенности, и Питер наблюдал за тем, как супруг преодолевает пустяковые для других, но очень сложные для него препятствия.

Джи Ан сердился и хмурился сильнее, когда спотыкался. Можно было по лицу прочитать, как он про себя ругает булыжник, который оказался больше, и нога соскользнула с него.

Иногда Джи Ан улыбался достижениям, если проходил без происшествий большое расстояние, а иногда пугался и замирал, если что-то было странное для него. В этот момент Питер поддерживал его под локоть и помогал сориентироваться словами.

Так Джи Ан был в замешательстве в одном месте, когда его ботинки стали утопать в трясине из елочных иголок. Он стал переступать вперед быстрее, но мягкое полотно никак не заканчивалось, и это вызвало у него беспокойство.

В другом месте, они переходили небольшую речку, и Джи Ан хотел потрогать ее рукой, но на нее запрыгнула лягушка, и он от неожиданности отскочил назад и чуть не упал.

Но в чем-то Джи Ан поражал всех своей чувствительностью, особенно к звукам. Так он уловил, что впереди идет группа людей из пяти человек и стоит поприветствовать их по-китайски, подсказал как это сказать словами.

Затем он уловил звук машины и сказал, что скоро они выйдут на дорогу, что и произошло. Там их увидел водитель и подбросил до города.

У Джи Ана было несколько дел. Одно из них – покупка у местной администрации земли с развалинами старого дома, в котором он жил в детстве.

Особой ностальгии и воспоминаний об этом месте не было, но Джи Ан был уверен, что страшилка о живущем там монстре возникла не просто так. Что-то зловещее хранили стены и это ощущалось при приближении. Самым правильным было снести все, что осталось, а на этом месте построить то, что будет приносить пользу и гасить негативную энергетику.

- Я поговорю со старейшиной, а вы ждите здесь, - сказал Джи Ан.

- Пойдем вместе, - настаивал Питер.

- Сначала я проговорю с ним на родном языке. Нужно произвести правильное впечатление.

- Земля все равно пустует, он наверняка продаст ее тому, кто предложит хорошую цену.

- У него молодая жена, а вы слишком привлекательные. Он приревнует и откажет.

- Мы же не будем здесь жить, - возмущенно ответил Питер и задумался, - или будем?

- Нет, я хочу построить здесь общественную библиотеку. Несколько лет назад местную школу закрыли, потому что не набрали нужного количества детей. Сейчас родители, кто может позволит себе оплатить учебу, возят детей в частную школу в другом районе. Остальные учатся сами, как могут. Если будет что-то вроде места знаний, то любой желающий мог бы получить доступ к образовательным ресурсам бесплатно. Я пока только это придумал. Но для начала нужна земля.

- Это же на благо городу, конечно, он согласится.

- У места плохая энергетика, он может отказать из-за суеверия. Попробую надавить на жалость, рассажу, что жил здесь раньше и испытываю тягу вернуться к корням. Может он проникнется.

Вот так Джи Ан оказался в доме главы города с чашкой чая в руках. Милая женщина, что была сильно моложе мужа, разлила по небольшим кружкам дахун пао и оставила двоих мужчин наедине.

Джи Ан рассказал о цели своего визита, но не увидел никакой реакции в ауре, поэтому сразу перешел к сути проекта, но это тоже не вызвало интереса. Тогда стал говорить о деньгах и предложил самому главе назначить цену, но тот лишь хмуро сдвинул брови и категорично отказал.

- Вы теперь чужак здесь. Я не могу продать вам землю.

Любые уговоры и даже слезные истории из детства не смогли сломить этого неприступного человека.

Джи Ан расстроенный вышел из дома.

- Ну что?

- Отказал, наверное, я был не очень убедителен, - сказал он Питеру.

- Давай, я поговорю. У меня больше опыта в таких переговорах.

- Он даже слушать не станет. Все, кто чужаки, недостойны. Завтра еще раз попробую.

На следующий день Питер настоял идти всем вместе. Трое мужчин стояли за спиной Джи Ана, когда тот почтительно кланялся старейшине у входа в его дом и пытался объяснить, что его помыслы благие. Но устрашающая компания рослых европейских мужчин совсем не соответствовала вежливой просьбе этого странного слепого человека. Старейшина попросил всех уйти и не беспокоить его.

- Он вас испугался, - сказал Джи Ан, когда они вышли за пределы участка, - я попробую еще раз завтра. Но один.

- Подождите, - послышался тихий женский голос, который принадлежал супруге старейшины.

- Добрый день, госпожа, - поприветствовал ее Джи Ан. Они говорили на китайском, поэтому Питер ничего не понимал, но по довольному улыбающемуся лицу супруга понял, что новости хорошие.

- Она поможет его уговорить, - пояснил Джи Ан, - моя идея ей понравилась.

- Спасибо, - сказал ей Питер по-китайски. Это одно из немногих слов, что он знал, поэтому переживал, правильно ли произнес.

- Вы очень красивая пара. У вашего спутника зоркий взгляд и доброе сердце. Да озарит луна ваши души, живите долго в почтении, а благие дела пусть станут плодами вашей любви, - ответила женщина и поклонилась.

Джи Ан покраснел и не стал переводить ее слова, посчитав их слишком уж интимными.

- Нужно купить какой-нибудь подарок для нее.

- Что она сказала?

- Ничего. Она ждет нас завтра в тоже время, - соврал Джи Ан и покраснел еще сильнее.

- Правда?

- Я же говорил, ты слишком много внимания привлекаешь, надень маску и кепку, - проворчал Джи Ан и ушел вперед, пытаясь погасить холодными руками пылающие щеки.

- Тогда ты тоже надень, - пожурил его Питер, догоняя.

Женщина встретила их на следующий день также в смиренно-почтительном поклоне, молча налила чай и удалилась, оставив Питера и Джи Ана наедине с своим супругом.

- Я подумал, как следует, над вашим предложением, продажу я не одобряю, но аренду на сто лет готов предоставить. Вы, а затем ваши преемники будете владельцами участка и вправе распоряжаться им, как хотите. Я в свою очередь обеспечу сохранность имущества и буду рад оказать содействие.

- Спасибо, господин, - с поклоном поблагодарил Джи Ан, - с вами свяжется мой юрист, чтобы заверить соглашение. Хоу хуэй юй ци.

Все дары, что Джи Ан подготовил для его супруги, он передал в руку старейшины и попросил принять с легким сердцем.

- Бо джонг, - пожелал им хорошей дороги глава, и на этом они распрощались.

Следующим пунктом было посещение колумбария. Джи Ан не мог уехать, не преклонив перед отцом колени.

- Папа, я бы хотел познакомить тебя со своим избранником, - сказал Джи Ан на китайском улыбающемуся человеку на фото.

- Питер, познакомься, это мой отец. Чжень Фу Лин, что переводиться, как большая гора, - сказал он так, чтобы Питер понял.

Питер поклонился.

- Мама была в роддоме и дала задание отцу зарегистрировать меня в семейном реестре, но забыла ему сказать, какое имя выбрала для меня. Тогда не было мобильной связи как сейчас, но отец не растерялся и дал мне имя Джиан, что значит здоровый мальчик. Так я и живу с его благословением все эти годы, - сказал Джи Ан для Питера, а для отца добавил, - Это лучший подарок для меня, папа. Спасибо, что дал мне его.

Слезы потекли по лицу Джи Ана, но он не стирал их. Это были очищающие душу от скорби капли, искупающие грех усопшего и дающие надежду на счастье живущему.

Джи Ан еще что-то говорил по-китайски, но Питер не мог понять этих слов, но сжимал руку супруга, поддерживая так, как умел. И это было самым важным сейчас.

Джи Ан был здесь не один, чувствовал себя любимым, его защищали и о нем беспокоились, это было все, о чем он мечтал. Питер давал ему столько сил и радости в этот момент, что не поделиться этим с отцом Джи Ан не мог, и красочно рассказывал, как счастлив, оставляя в месте скорби частичку этой благодати.

Дух отца принял выбор сына и успокоился. Для любого родителя счастье ребенка важнее всего. Джи Ан излучал столько светлой энергии, которая свободно перетекала между связанными судьбой двумя людьми, что не требовалось никаких объяснений для принятия этого союза.

После такого эмоционального всплеска, Джи Ан почувствовал себя опустошенным и уставшим. Они заехали пообедать в местный ресторан и по перечню блюд Джи Ан услышал знакомое название.

- Это тот самый острый суп, о котором я тебе рассказывал. Давай закажем.

- Тебе лучше не есть острое. Твой желудок может заболеть.

- Ты будешь есть, а я попробую немного. Давай закажем? – умоляюще пропел Джи Ан, уговаривая так мило, что отказать было невозможно.

Двое сопровождающих уже поняли, что парочка давно надела розовые очки и живут в своем мире, не обращая внимание ни на кого вокруг.

Лайлза очень удивляло, что обычно загруженный Джи Ан, поглощённый решением проблем всего мира, может быть таким непосредственным и ребячиться рядом с серьезным Джонсом, который поддавался на все манипуляции, лишь бы угодить.

Он вспомнил первую встречу с Питером в комнате для молодоженов. В задачу шафера входило охрана колец, и Питер сначала с настороженно отнесся к сопровождающему его супруга незнакомцу, внешность которого не вызывала доверия. Лайлз предложил отдать кольца сразу на стойку регистрации, но Питер удивил его ответом.

- Раз вам доверяет мистер Фрост, то я тоже.

Это было показательно. Джонс никогда на самом деле не воспринимал брак формально, но вначале не мог примириться с собой, ведь решился вступить хоть и в договорные, но все же официальные отношения с мужчиной, отсюда его нервозность и строгость, когда он был рядом с Джи Аном.

А теперь эти двое людей ели суп из одной тарелки, символично разделяя судьбу на двоих.

И судьба, видимо, ждет их непростая, потому суп был такой острый, что Джи Ан, воодушевленный старыми воспоминаниями, сделал сразу большой глоток мясного бульона, но вместо стона удовольствия, из его глаз потекли слезы, потому что это было слишком остро.

- Воды, воды, - попросил Джи Ан, открыв рот и смахивая остроту рукой.

Питер налил ему стакан минералки, что была эффективнее простой воды, и Джи Ан залпом выпил ее.

- Дай поцелую, где болит, – прошептал Джонс на ухо Джи Ану решение проблемы.

Джи Ан и так был красный, но после этого стал еще более смущенный и спрятал лицо в руки, пытаясь совладать со своими чувствами. Весь оставшийся ужин он не мог перестать улыбаться, и как только они добрались до отеля, то попросил Дейзела погулять где-нибудь.

- Отель дорогой, тут есть своя охрана, ты можешь отдохнуть, - начал Джи Ан издалека, но не очень догадливому телохранителю довод не показался убедительным.

- Сэр, я буду здесь, вы пока отдыхайте.

- Вылет не скоро. Сходи в бассейн, там вроде еще спа есть, сделай массаж, отдохни.

- Я не устал, зачем мне отдыхать, - ответил Дейзел.

- Ты можешь сходить на экскурсию куда-нибудь. Прогуляйся по набережной, когда еще будет время приехать сюда, - настойчивее убеждал Джи Ан.

- Я не знаю языка и ничего не пойму, заблужусь еще.

- Дейзел, у тебя выходной до завтрашнего вылета. Мы с Джи Аном не выйдем из номера, так что делай что хочешь, - вмешался Питер и закрыл перед растерянным телохранителем дверь. Затем открыл ее, повесил знак: «не беспокоить», и закрыл снова.

- Понял, - ответил ничего не понимающий парень и пошел в гости к Лайлзу, который научил его пользоваться Гугл переводчиком, и вместе они посетили основные достопримечательности, пока двое влюбленных изучали особые места друг друга.