Плата

В канун нового года на свет родилась девочка, маленькая копия матери Калеба. Питер плакал, когда впервые взял ее на руки и Джи Ану пришлось поддерживать его. Об имени в этот раз даже спорить не пришлось, потому оно само сорвалось с уст Калеба, когда он впервые взял дочь на руки.

София Джонс, названная так в честь бабушки, получила свидетельство о рождении с прочерком в графе мать, которая даже не взглянула на свое чадо.

За время беременности она возненавидела саму мысль, что ее насильно сделали инкубатором, никаких теплых чувств к младенцу у нее не возникло. Скорее наоборот, в тот момент, когда пуповину перерезали, она наконец поняла, что свободна. Спустя неделю она выписалась из больницы, сняла все деньги со счетов и уехала учиться в Париж по обмену. Больше Калеб ее не видел.

Линь восприняла нового члена семьи с подозрением, ей казалась, что ребенок слишком громкий, слишком сильно пахнет, слишком слюнявый, все было для нее слишком. Но спустя время она нашла в ней что-то забавное и уже с интересом изучала.

Девочка, оставшись без материнского тепла, постоянно плакала. Она беспокойно спала, мало ела, плохо набирала вес и затихала только, когда была на руках.

Калеб сначала был решительно настроен справляться со всем самостоятельно, но спустя неделю недосыпа понял, что не выдерживает.

Питеру пришлось забирать крошку к себе, и она засыпала на нем, причмокивая своими пухлыми губами. Но долго лежать на спине он не мог, поэтому после ночного кормления, его сменял Джи Ан, который забирал девочку к себе и до самого утра позволял ей слюняво досыпать свои детские сны на его груди.

Так прошел месяц, второй, третий, вскоре малышка адаптировалась и стала спокойнее. Все выдохнули напряжение и стали постепенно возвращаться в привычный график жизни.

Калеб учился, а свободное время проводил с дочерью. Он быстро стал опытным отцом, который ловко менял памперсы одной рукой, знал все сорта детского питания, строго следил за всеми рекомендациями температуры и влажности, научился делать массаж и ходил с дочкой на грудничковое плавание. Он старательно компенсировал отсутствие матери, вкладывая всего себя в отцовство. Питер и Джи Ан помогали, но только на подхвате, основное бремя взял на себя новоиспечённый папаша.

Однажды малышка заболела. Джи Ан был в этот момент дома с Линь, разучивал с ней песенку про таблицу умножения. Взволнованная няня спросила, что делать, ведь крошка была беспокойная и горячая.

- Поедем в больницу, - сказал Джи Ан и отправил Линь одеваться, чтобы не оставлять ее дома одну.

Няня переодела девочку, и всем скопом они выехали к педиатру. Питер с Калебом тоже направились туда, один с работы, второй из университета, и перехватили их у входа в больницу.

- Я не хочу идти туда, там пахнет болью, - капризничала Линь, которая не любила никакие лечебные учреждения.

- Мы быстро, ты подождешь в зоне ожидания, - сказал Калеб, уговаривая сестру.

- Я заберу Линь в кафе через дорогу, там вроде бы детская комната была, - предложил Джи Ан.

- Хорошо, я вас провожу, - сказал Питер.

Джонс отвёл их, усадил за столик, заказал напитки и десерт, а затем умчался на помощь сыну.

- Кушай медленно, - напомнил Джи Ан девочке, но та была так взбудоражена тем, что увидела батут и бассейн с шариками, что хотела как можно быстрее туда пойти, и стала запихивать в себя пирожное большими кусками.

- Можно я попрыгаю?

- Да, ты помнишь правило?

- Отзываться сразу.

- Нет, другое, - напомнил Джи Ан.

- Я буду прыгать осторожно, чтобы не получилось, как в прошлый раз, - сконфуженно ответила Линь и убежала в игровую.

Джи Ан улыбался, глядя вслед озорному шлейфу, думая над тем, как быстро эта юная особа растет и меняется, и учится брать от жизни все, что хочет, поэтому приходилось сдерживать ее своевольную натуру.

- Джи Ан, - вырвал его мужской голос из размышлений.

- Да? – сказал Джи Ан, прислушиваясь к знакомой энергетике.

- Это я Клифорд, - прозвучало неожиданное имя.

- Капитан Стафорд? – удивленно сказал Джи Ан.

Он встал со стула, чтобы подойти ближе, и протянул руку для приветствия. Клифорд сжал в своих крепких руках худую кисть Джи Ана, оба на мгновение замерли. Энергетика тут же потекла по привычному руслу от одного к другому, наполняя заново иссохшую пойму.

- Какими судьбами здесь? – первый пришел в себя Джи Ан.

- Зашел кофе взять, - смущенно ответил Клифорд, он понимал, что Джи Ан спрашивает не об этом, но ничего другого сказать не мог.

- Присаживайся, выпьем кофе вместе, - предложил Джи Ан, но по напряженной ауре понял, что это прозвучало неуместно.

Они расстались на странной ноте, оба не искали ни встреч, ни информации о друг друге много лет, поэтому увидеться случайно было шокирующим для обоих.

- Я немного тороплюсь.

- Понятно. У вас все хорошо, капитан? – спросил Джи Ан формально, отсекая излишнюю приветливость из своего голоса и вслушиваясь в сумбурные эмоции Стафорда.

- Да, но я теперь не капитан.

- Вас повысили?

- Я теперь работаю не в полиции.

- О, вот как. Не уверен, поздравлять вас с этим или нет.

- Клиф? – прозвучал рядом женский голос.

- Эмм, Джи Ан познакомься, это Верона Кертис, майор управления внутренних дел, – неловкость и нервозность проскользнула в этом представлении, и Джи Ан понял все без объяснений.

- Здравствуйте, - сказал он, протягивая вперед руку.

Как только она прикоснулась, в него хлынула мощная энергетика волевой женщины и вместе с ней все запечатанные воспоминания о том полусне, что Джи Ан видел в квартире Клифорда. Это была та самая особа, что улыбалась на фотографии, обнимая своего мужчину, держащего на руках их сына.

- Приветствую, - сурово ответила майор и моментально разорвала рукопожатие, потому что рука Джи Ана были подозрительно горячая.

- Это честь, познакомиться с вами. Впечатляюще, в столь молодом возрасте уже дослужились до майора, наверное, было непросто? Хотя судя по крепости вашего рукопожатия, вы не из робкого десятка. Значит, Клифорд работает теперь у вас? Вы же не на задании сейчас? Хотя вы не имеете право мне это рассказывать, не буду любопытствовать. Простите, - затараторили Джи Ан. Спрашивая и сам же отвечая на свои вопросы. Он немного нервничал, поэтому не мог совладать с эмоциональными всплесками.

На мгновение он замолчал, потому что перестал слышать Линь и взволнованно посмотрел в сторону игровой, пытаясь уловить ее эмоциональный поток.

- Линь-Линь? – прокричал он громко и тут же из домика, где девочка секретничала с кем-то, прозвучал звонкий голос.

- Меня не вырвало.

- Кххм. Это хорошо, - смущенно ответил Джи Ан, - дети такие прямолинейные.

- Да, - с улыбкой ответил Клифорд, рассматривая с интересом смущенного Джи Ана, и это не скрылось от взора его спутницы.

- Нам пора идти, - сказал властный голос.

- Да, конечно. Рад был встретиться, - ответил Джи Ан немного расстроенно.

В этот момент к нему выбежала Линь и повисла на ноге.

- Папа, я хочу в туалет.

- Ох, милая. Надо найти администратора, чтобы она проводила тебя, подожди немного, я попрошу кого-нибудь.

- Я могу ее отвести, – неожиданно мягко сказала женщина.

- Правда? Спасибо, вы меня очень выручите.

- Нет проблем.

- Линь, это майор Кертис, майор, это моя дочь Магдалина.

- Приятно познакомиться, - сказала девочка и протянула руку женщине.

Та оценивающе посмотрела на ребенка сверху вниз и перехватила крошечную ладошку. Когда они скрылись из виду, Клифорд немного выдохнул.

- Это дочь Питера?

- Да, - ответил Джи Ан, усаживаясь на стул, и капитан занял место напротив него.

- У вас с ним все в порядке? – прозвучал обеспокоенный вопрос.

- Да, мы хорошо ладим.

- Я слышал о трагедии, он сильно пострадал.

- Это было трудное время, но мы справились.

- Тебе идет быть папой, - как-то двусмысленно ответил Клифорд, и Джи Ан поразил его своей искренней и лучезарной улыбкой.

- Быть отцом такое счастье, Линь такая ласковая и дарит столько нежности. Для меня это благословение, о котором я даже не мечтал.

- Ты выглядишь счастливым, я рад за тебя, - удрученность была неуместной эмоцией сейчас, и Джи Ан проник в недра сложного сплетения и попытался понять истоки этого чувства.

- Ты тоже будешь прекрасным отцом, у тебя все получиться.

- Это как будто не про меня.

- Так только кажется. А потом они рождаются, и ты понимаешь, ради чего жил все эти годы.

- Спасибо, мисс Кертис, - прозвучал вдалеке голос Линь, и Джи Ан повернул голову в ту сторону, - папа я еще попрыгаю?

- Да. Только не усердствуй, - ответил он ей.

- Хорошо, – звонко ответила девочка и убежала в игровую.

- Спасибо еще раз, - сказал Джи Ан, когда почувствовал приближение Вероны.

- Не стоит благодарности, она вполне самостоятельная.

- С таким отцом как я, ей приходится быстро всему учиться. Иногда она за мной присматривает, а не я за ней, - шутливо ответил Джи Ан.

- Где ее мать или няня? – как на допросе прозвучал вопрос, и Клифорд тут же подал глазами знак, что не нужно спрашивать.

- Охх, ее мать открывает выставку в Неаполисе. А няня с Софи. Это моя внучка. Они на приеме у врача. Линь не любит больницы, поэтому мы ждем их здесь.

- Внучка? – ошарашенно спросил Клифорд.

- Да, полгода назад я стал дедушкой. Можешь в это поверить? Мне еще даже сорока нет, а я уже дед. Это так волнительно, но неожиданно приятно. Я думал, у меня никогда не будет своих детей, - продолжал откровенничать Джи Ан, полностью открываясь перед строгостью женщины, - а потом вдруг я стал папой, крестным, дядей, а апогеем всего этого стало рождение Софи, я чувствую себя многодетным отцом, у меня целый букет из прекрасных цветочков. Это очень тревожно и хлопотно, но все же радость от соприкосновения с новой жизнью стоит всех затраченных усилий. Тебе понравиться, я уверен, что ты поймешь мои чувства, когда сам станешь отцом. Тем более это будет скоро. Какой у вас срок? Месяц, полтора? Как раз мучает токсикоз? Но ничего, это пройдет, потом будет полегче. Но все же постарайтесь не нагружать себя работой, а то ребенок станет трудоголиком с рождения, я шучу, - без умолку болтал Джи Ан, преисполненный такой радостью, что не мог не выплеснуть ее излишки.

Верона посмотрела на Клифорда таким взглядом, что тот напрягся.

- Я ничего не говорил – уверено ответил он.

- Ой, это секрет?

- Мы сами только узнали, сегодня были на приеме, чтобы подтвердить.

- Как здорово, что я вас встретил. Могу поздравить первым. Не волнуйтесь, у вас все получиться, все ваши сомнения уйдут, как только вы почувствуете первый толчок сына. Ваш боец очень крепкий, все выдержит, даже такую сложную работу.

- Эмм откуда вы знаете, - стушевалась Верона, - что это мальчик?

- По собственному опыту могу сказать, что у вас точно не девочка. Энергетика малыша активная, как бурлящая вода, так и норовит выпрыгнуть. Девочки все же поспокойнее.

- Вот как? – с недоверием сказала Верона и посмотрела на Клифорда исподлобья, намекая, что хватит разговаривать с этим сумасшедшим.

- Хотели девочку? – не замечая ее настороженности, продолжал говорить Джи Ан, - но у вас и второй и третий ребенок будут мальчики. Почти мини футбольная команда.

- Что? – сердито сказала Верона, недовольная таким откровенным вмешательством в личную жизнь.

- Папа, я устала, - развеяла ее недовольство Линь, которая вскарабкалась на коленки к Джи Ану и прильнула к нему всем телом. Девочка потратила все свои силы, напрыгалась так, что стала вся красная и потная.

- Пить хочешь? – ласково погладил ее по спине Джи Ан и поцеловал мокрый лоб.

- Хммхх, - выдохнула Линь, что означало, ей нужна перезагрузка в тишине и безопасности.

- Отдыхай, моя принцесса, я буду охранять твои сны, - прошептал ей Джи Ан на ухо, и девочка довольно улыбнулась, засыпая.

- Мы пойдем, - сказал Клифорд, под буравящим взглядом Вероны.

- Да, да, я жду Питера, он заберет нас скоро.

- Хорошо, тогда до встречи? – вопросительно сказал Клифорд.

- Назови его в честь дедушки, это поможет. Согласись, небольшая плата за воссоединение семьи?

- Откуда?

- Все будет хорошо, - сказал Джи Ан, - вы очень красивая пара, я рад за вас.

- Спасибо, - смущенно ответил Клифорд, и его за руку потащили на выход из кафе.

Питер стал свидетелем этого разговора и того, как мило улыбался Джи Ан постороннему мужчине. Он не сразу вспомнил капитана, наблюдая за теплой встречей старых знакомых через окно.

Сначала он подумал, что кто-то донимает его супруга, и хотел вмешаться, но потом увидел столько радости на лице Джи Ана, и пораженно замер, рассматривая и запоминая, как искрятся счастьем его глаза.

Таким воодушевленным он его не видел, и ревность всплесками стала вырываться из недр души, поднимая с глубин памяти события, связанные с Клифордом.

Питеру было трудно, но он смог затолкать обратно собственнические чувства. Как только капитан вышел из кафе, он тут же зашел внутрь и сразу двинулся в сторону причины своего беспокойства.

- Питер? – почувствовав его приближение, сказал Джи Ан, - как Софи?

Джонс не ответил, он не мог открыть рот, потому что боялся, что из него вырвется что-то недоброе, поэтому подошел вплотную к Джи Ану, загородил своей спиной его ото всех присутствующих в кафе и навис сверху, ожидая, когда тот поднимет голову.

- Что такое? – спросил Джи Ан, исполняя продуманный план.

В тут же секунду его губы были атакованы, а шея зафиксирована рукой так, чтобы он не смог отстраниться.

- Ты чего? - с улыбкой ответил на эту яростную атаку Джи Ан, - ревнуешь?

- Я не ревную, - злобно выдохнул Питер, поражаясь тому, как неубедительно звучат его слова.

- Угу, как скажешь. Но для тех, кто не ревнует, скажу, что у Клифорда скоро будет ребенок. А его жена почти спецназовец, которая открутит голову любому, кто посмотрит в его сторону.

- Хмммх, – жаркое дыхание ревности опалило лицо Джи Ана, он закрыл глаза, растворяясь в этом чувстве, чтобы снизить градус тревожности.

- Я люблю тебя Питер Джонс, буду говорить это каждый раз, поэтому не бойся своих чувств, с этим я могу справиться.

- И я люблю тебя, - с благодарностью сказал Питер.

- Поехали домой, а то сонная красавица обслюнявила весь мой пиджак.

Джи Ан относился к таким ревностным вспышкам спокойно потому, что Питер проявлял их агрессивно только в тот момент, когда уставал или сильно нервничал, в остальное время ему хватало ресурсов, чтобы проработать негатив или выплеснуть его в экологичной форме.

После появления в доме нового члена семьи, время наедине сократилось, поэтому оба чувствовали нехватку тактильного выражения чувств.

Поцелуи и объятия при детях были под запретом, а совместный сон был чаще втроем, а иногда и вчетвером. Питер устал маскировать свою любовь перед всем миром за дружеской симпатией, желал прикасаться к Джи Ану без страха быть уличенным в чем-то непристойном, но такова была цена их любви.

Джи Ан находил для всего поэтическое описание, что их чувства были только для них двоих, в их мир не допускались любопытные глаза и уши посторонних, на время это помогало снять напряжение, но потом зарево неудовлетворенности снова затуманивало разум, превращая Джонса в пещерного человека.

Джи Ан старался почаще приезжать за Питером в офис, чтобы проводить время наедине хотя бы по дороге домой. Он ждал окончания его работы или затянувшихся переговоров в зоне отдыха за любимым напитком в компании по большей части женского пола.

Джи Ан ловко цеплял для беседы встревоженных и загруженных сотрудников под видом помощи ему, снимал нервозность и недовольство легкой беседой.

Он заряжал всю воду в офисе положительной энергетикой, поэтому настроение в компании после его визитов становилось более добродушным, сошли на нет мелкие конфликты и интриги, рабочие отношения укрепились, а климат стал более приятным, сотрудники даже болеть стали реже и бодрее выполняли задачи.

В этот вечер все было как обычно. Милые дамы, узнав, что он приехал, решили составить ему компанию и неспешно пили чай, болтали с ним о своих сложностях, ища поддержку и спрашивая совета.

Джи Ану все равно не чем было заняться, поэтому он охотно обсуждал с ними и семейные вопросы, и кулинарные рецепты.

- Моя свекровь считает приготовление пищи своими руками очень важным, говорит, что из-за того, что я все делаю на бегу и на скорую руку, дети и муж могут заболеть.

- Это как-то перебор, - вмешалась вторая сотрудница, - что же теперь не работать? И вообще, что это за культ еды такой?

- Да, вот именно, когда ты должна все это делать?

- Но раньше же как-то все успевали? Моя мама троих детей воспитала и тоже работала, - парировала другая участница дискуссии.

- Но сейчас все по-другому, не сравнивай. Твоя мама домой возвращалась к пяти часам, у нее не было других задач, кроме приготовления пищи. А я должна отвезти дочь на танцы, забрать сына с хоккея, постирать форму, проверить уроки, пришить пуговицы, намазать мужу мазь на спину, в таком ритме я естественно не могу сконцентрироваться на готовке.

- Можно готовить впрок и замораживать. Я так делаю. Потом только разогреть и готово.

- Только свежеприготовленная еда полезна, все, что требует разогрева, не подходит.

- Тогда проще заказывать доставку или покупать по дороге домой что-то.

- Откуда ты знаешь, что они туда напихали, вдруг просрочку или не очень качественное, лучше уж как-нибудь, но самой.

- Мои вообще дома не едят, в школе и на работе есть столовая. Там хорошо кормят, поэтому в будни я не готовлю, только по выходным.

- Мои не уснут без полноценного ужина, приходится стоять у плиты весь вечер.

- На ночь вредно есть, пусть отвыкают или мужа проси готовить.

- Если я не буду готовить ужины, то мы вообще перестанем видеться и общаться, все разбегутся по своим комнатам.

- Согласен с вами, - вклинился Джи Ан, - я считаю очень важным за общим столом принимать пищу и разговаривать, не важно утром или вечером, да и про энергетику еды слова правдивы. Но если зацикливаться только на этом, то можно потерять нечто более важное. Ведь продукты кто-то вырастил, затем сорвал и продал, все это тоже оставляет некоторый след. Нельзя отследить весь цикл взаимодействия с разными людьми и их энергией, а значит важен конечный человек, тот, кто подает на стол. Даже если у вас есть время сделать только чай или налить простой воды в стакан для близкого, это необходимо сделать с любовью. А если вы тратите все силы на кухне и подаете все с усталостью и недовольством - пользы в этом мало.

- Но все-таки надо стараться следить за питанием, особенно детей, взрослые пусть сами себе готовят.

- Дети все могут переварить, у них топка в желудке, - пошутила первая сотрудница, которая и начал этот разговор.

- Да, так и есть, – поддержал ее Джи Ан, - сложнее уследить за рационом взрослого, соли много нельзя, жирного и жареное тоже, а блюда на пару приедаются очень быстро. Мне кажется умение готовить – это дар. Приготовить вкусное блюдо из иногда даже не сочетаемых продуктов – это же волшебство какое-то. Хотел бы я обладать таким умением.

- Это нарабатывается, нужно просто делать каждый день.

- Я стараюсь готовить для своих что-то полезное, - вздохнул тяжело Джи Ан, вспоминая свой последний эксперимент, - но что-то у меня ничего не получается.

- Вас что упрекают за это?

- Нет. Скорее упрекают, когда я готовлю, потому что это чаще всего странного вкуса. Но я так хочу их побаловать чем-то. Я рано просыпясь и у меня есть время что-то сделать, но кроме вареных яиц и каши, я ничего особо не могу.

- Ну, это уже хорошо. Хотя сварить яйца не значит их приготовить, вот сделать омлет другое дело. Может стоит купить скороварку, там вроде все просто и безопасно в использовании.

- Да, я тоже так подумал и купил хлебопечку. Очень вам советую. Можно с вечера насыпать все ингредиенты и поставить таймер, а к утру у вас домашний хлеб сам испечется, а вы пока доспите полчасика. Последнее время у меня стал получаться неплохой пирог.

- Какая хорошая идея. И кексы можно печь, с собой давать.

- Да, я уже пробовал сделать бисквит, особенно вкусный с бананом.

- Когда я пеку у меня все на стенках остается, дети в итоге не едят порванный пирог, как они это называют.

- Надо просто сверху посыпать пудрой или кремом украсить, - посоветовала одна из женщин, - тогда что там под ним будет не важно. Мои так съедают даже подгорелое и не замечают.

- Если обильно смазать и не спешить, когда вытаскиваешь, все будет без разрывов, - сказал Джи Ан в тот момент, когда Питер открыл дверь в комнату отдыха, с намерением проверить, чем занят его супруг и, услышав обрывок фразы, тут же закрыл дверь, неистово краснея.

Никто не успел понять, кто это, поэтому разговор продолжился.

- А чем вы пользуетесь, маслом или специальным средством?

- Я много, что попробовал, но самое лучшее средство все же ... - начал делиться секретами Джи Ан, но его прервал звук открывшейся снова двери и подозрительно напряженная атмосфера в комнате.

- Мы пойдем работать, - всполошились дамы и быстро убежали по своим рабочим местам.

- Питер? – спросил Джи Ан, пытаясь понять, чем так разгневан супруг, что прожигает в нем дырку своим тяжелым взглядом.

- О чем вы тут шушукаетесь? – прозвучал утробный голос, от которого мурашки пробежали по спине.

- Я делился рецептом бананового пирога, ты же не ревнуешь к этому?

- Нет, я не ... - начал оправдываться Питер, но замолк и сжал переносицу, потому что понял, что выставил себя сейчас не в лучшем свете.

- Подожди, а ты о чем подумал? – по виноватой ауре Джи Ан уже понял, что супруг что-то не то вообразил.

- О пироге, конечно. Просто не сразу понял, что о нем. Все, не спрашивай ни о чем больше, я уже закончил, поехали домой.

- Иди сюда пошляк, я утихомирю твою фантазию.

- Не говори так соблазнительно, я очень голодный.

- Хочешь попробовать мое пирожное с кремовой начинкой?

- Хочу, очень хочу.

- Тогда отпусти водителя и поехали домой вдвоем.

- Да, - простонал Питер утягивая любимого за собой к подземному паркингу, где вдыхал запах его возбуждения и утолял желание хотя бы с помощью рук.

Джи Ан пришлось пропускать через себя похотливую жажду еще раз дома, пока оголодавший самец полностью не расслабился в его объятиях и не уснул.