Убийство

24 февраля 2022 года у нас началась полномасштабная война.
Российские войска начали наступление, я проснулся в 4 утра примерно, нас с Л. разбудила моя мать.
Я не мог осознать этого, что настала война, но я знал что она скоро будет, так как я часто вижу вещие сны, и они со временем сбываются.
Я знал за пару дней до этого, но никому не говорил, потому что все посчитали бы меня сумасшедшим, как позже так и оказалось. Я знал что неизбежна ядерная война, но я не знал когда. И когда я написал коллегам в группе об этом, все посмеялись, а через время политики начали разговоры о возможном применении ядерного оружия. Но я не уточнил когда это начнется, но знаю что я застану это в своей жизни.
Об открытии метро до Героев труда, за 1.5 недели я знал, что оно заработает, хотя новостей об этом нигде не было. Я даже писал Л., что скоро откроют метро до Героев Труда, и только она поверила, зная меня столько лет.
Не стану писать подробно как проживал дни войны, расскажу кратко.
С начала марта я начал писать своему коллеге, как попасть к нему в Тероборону, он говорил мне „не думай, я такого насмотрелся" и игнор, понятное дело он хотел как лучше. Позже через время я повторно написал, и ответа не было, но мне это нужно было, я был в ярости, что происходит с моей страной, с людьми, с моим городом.
В апреле я написал Немичеву в инстаграме, на что получил ответ, что у них уже нет мест. На почте приходили военные, и я к каждому выбегал с отделения и спрашивал, могут ли меня взять, и везде негативный ответ. Чувство злости меня переполняло, я здоровый парень, руки, ноги есть, я умею обращаться с оружием и жизнь свою не ценю.
От безвыходности, я начал возить гум.помощь в тайне от родителей, говоря что я на работу.
Возили по области, по городу.
Однажды я увидел страшную картину, как из разрушенного дома, из подвала выходит девочка, лет 11-12 в одних трусах, тело всё серое и истощенное и берет еду, это было страшно видеть. Проезжая разрухи, присутствовали слезы, но ярость переполняла меня.
Однажды мы поехали под Купянск с гумпомощью с товарищем, и проезжая по дороге, впереди на нас наставил автомат военный (как оказалось русский) и сказал выйти с машины. Мы вышли, он осмотрел у нас наличие огнестрельного оружия и пошел к багажнику смотреть что везем.
Позвал нас, сказал что провизию забирает с собой, а мы за ним пойдем в лесополосу.
И тогда мы поняли, это конец, сейчас зайдем и расстрел. Я понимал что он заберет еду и мы не сможем её доставить людям, которые нуждаются. У меня не оставалось выбора, пока он стоял и копался в ящиках с едой, параллельно говоря с нами, я достал нож, и мне пришлось распотрошить ему шею, к счастью автомат у него был за спиной, это было Божье спасение в тот день, хотя, простит ли меня Бог, я не знаю. Те русские шевроны которые я публиковал в инстаграме в истории, были с того военного. Теперь я выпиваю каждые выходные после работы, то что они делают с нашей страной, с детьми, женщинами, это просто ужасно, я не знаю можно ли писать такое тут.
Я считаю что они заслуживают Ад, за всё это.
Я никому почти не рассказывал об этом, знали только единицы. Убивать это страшно, особенно первый раз, ещё и с такой картиной. Я до сих пор боюсь пойти в церковь и просто попросить у Бога прощение за всё что делал в жизни.
Мы продолжали и дальше возить гумпомощь, по городу, заезжали в области, это было благое дело, и оно доставляло приятные ощущения, когда ты помогаешь людям.
Вторая особенная поездка запомнилась мне тоже.
Мы поехали под Изюм, и попали под обстрел, окна в машине вынесло, а машину пробило осколками, были мы с военными и нам выдали оружие по документам и снаряжение, так как там была ещё напряженная обстановка. По нам начали стрелять и пришлось прятаться между частыми домами, одного из военных убило на моих глазах, я не знаю, убил ли я в тот день русского, но я попал несколько раз в него. Обратно пришлось до Харькова добираться пешком, шли 3 дня, это было ужасно. Больше к играм о войне на компьютере я не вернусь, хватило реальной жизни, и даже понравилось.
За период разъездов по Северной, я получил около 7 контузий, 3 раза шла кровь, ощущение как будто тебя со всей силы ударили листом металла, и вывернулись все органы, незабываемые ощущения.
На 602 р-не, 4 раза меня глушило, 1 раз пришлось лежать на земле, потому что была сплошная темнота в глазах и идти определенное время не мог.
За весь период, я получил около 13 контузий, теперь у меня иногда бывают провалы в памяти, нервность, стресс, временами на одно ухо плохо слышу, и болит голова, я не могу составить речь правильно, получается какая то каша иногда.
После того как в июне я пошел в военкомат в который раз, и меня выгнали с руганью все мои попытки закончились, я хотел на войну с самого начала, но никто не брал, из за того что не служил. Но это не показатель, я умею много чего.
И до сих пор жалею что я не там, другие гибнут, а я здоровый, молодой и на гражданке. Я ненавижу себя за это, каждый день просыпаясь и спрашиваю „Почему я не там?". Мне нечего терять в жизни, в ней нет ничего хорошего, мне не с кем общаться, гулять, жизнь сплошное одиночество.

Это был самый большой грех в моей жизни.