я хз как часть назвать..
— Итак, кто первый сломает её? — лениво сказал Даниэль, закинув руки за голову, сидя на подоконнике.
— Она не выглядит как та, что вообще может сломаться, — бросил Джин, не отрываясь от телефона.
— Вот и проверим, — хмыкнул Эрон. — Я беру неделю. Больше не надо.
— Я месяц, — пожал плечами Ви.
— А я... — Даниэль усмехнулся, — сделаю так, что она сама ко мне приползёт. На коленях. С цветами.
Они спорили между собой, как будто Меллиса — трофей, а не человек. Только один молчал.
Хэви.
Он откинулся на стуле, нахмурившись.
— Вы с ума сошли, — бросил он. — Не участвую в этом цирке.
Но потом было... иначе.
Он оказался рядом, когда она шла домой одна под дождём. Угостил клубничным милкшейком, когда она впервые улыбнулась в этой чёртовой школе. Он сидел рядом в столовой. Он молчал, когда она молчала, и говорил, когда её молчание было слишком долгим. Он смеялся её шуткам, даже когда они не были смешными и плоскими, про курицу, которая проходила дорогу. Он подсовывал ей пластырь, когда она порезалась, и просто сказал:
— Держи. Не ной.
И как-то всё само закрутилось.
Меллиса уже не держала книгу так крепко — рядом с ним. Она смеялась. Громко. До слёз. И это не было про влюблённость... сначала.
А потом он стал самым близким из всех.
Однажды, в коридоре.
— Хэви? — она догнала его, чуть запыхавшись.
— М?
— Я тебе надоела? — спросила вдруг, опустив взгляд.
— С чего ты взяла?
— Просто... ты молчал весь день.
Он посмотрел на неё внимательно.
— Если бы ты мне надоела, я бы не взял твой тупой милкшейк и не высидел бы два часа под этим твоим деревом.
— Это было не дерево, а скелет клёна, — хмыкнула она.
Он усмехнулся.
— Вот именно.
И в этот момент мимо прошёл Даниэль. Остановился. Посмотрел. Увидел, как Меллиса держит Хэви за рукав.
Как она смеётся.
Как она счастлива.
— Ты чё, ахуел, мразь? — рявкнул он, схватив Хэви за плечо. — Это был спор, ты забыл?
— Твоя очередь, капитан очевидность, прошла месяц назад, — спокойно ответил Хэви.
Ви стоял чуть поодаль, сжав кулаки. Он вспомнил, как подбрасывал конфеты на её парту. Как оставлял глупые записки вроде "Ты не уродка. Просто другие слепые."
Ни одной реакции. А теперь она смеётся. С ним.
Джин не сказал ничего. Он просто подошёл, взял Меллисин рюкзак, как всегда. закинул на плечо и стал наблюдать.
Эрон подошёл ближе всех. Его глаза были прикованы к ней.
— Он в тебя влюбил, Меллиса, — сказал он, чуть насмешливо. — Ты хоть понимаешь, что он с тобой играет?
Меллиса посмотрела на Хэви.
Он молчал.
Она видела всё в его взгляде. Там было: "да, игра".
Но было и другое. Что-то страшное, опасное... слишком настоящее.
— Я не кукла, — прошептала она. — И если кто из вас думает, что я влюблюсь — вы ошиблись. все. ну вас нахуй, идиоты.
Она развернулась и ушла.
И только тогда каждый из них впервые почувствовал, что делает больно не ей.
А себе.