Глава 5.
Море и небо - два летних
символа бесконечности.
Три года спустя.
***
Оказаться здесь спустя столько лет, казалось странным и в какой-то степени не реальным. Какая-то часть моего сознания до сих пор не верила, что я решилась на это. Не в смысле, что я очень долго раздумывала, взвешивая все "за" и "против". Однако и спонтанным это решение тоже назвать нельзя.
Как ни крути, этот город очень многое значил для меня. Пусть я и жила здесь гораздо меньше, чем в своем родном городе. Как много меня связывает с этим местом. В большей степени - хорошее. Ну, а в меньшей... Да. И в меньшей, тоже.
Я старалась как можно реже вспоминать о Дмитрии, пока училась за границей. Это оказалось сложнее, чем я думала. За три года учебы я множество раз прокручивала в голове тот последний вечер на пляже. И, черт, сотню раз жалела, что не поступила так или иначе. Несколько раз я пыталась вернуться. Что меня останавливало?
Я сама.
За эти долгие годы изменилось многое. Были и находки, и потери. Менялись люди, места, шли года. Менялась я.
Однажды Дмитрий сказал мне, что, несмотря на мою импульсивность и безрассудность в отношении некоторых вещей, в ситуации, где понадобиться осторожность и ум, я всегда поступлю так, как будет необходимо.
Он понимал меня, как никто. Так почему я не вернулась? Потому что я увидела себя его глазами. На какой-то миг, когда вещи были брошены в чемодан, я представила, как отреагирует на мое появление Дмитрий. И, по правде говоря, мне не составило труда представить это. Его бы переполняло разочарование. Он видел меня сильной. Той, которая, оставив в стороне любую безрассудность, поступит разумно и смело. Той, которая, не смотря на все свое желание поступить, как хочется, сделает так, как необходимо.
Я никогда не отличалась компетентностью, однако технически это к делу не относилось. Суть состоит в том, что - пусть оно и кажется странным - Дима считал меня человеком лучше, чем я являлась на самом деле. Поэтому, если бы я сдалась и вернулась, то уронила бы себя в его глазах. Он всегда помогал мне быть выше всего этого. Никогда не боялся поделиться частичкой своей силы со мной, когда я в этом нуждалась.
Я так долго жила своей болью. Считая себя преданной и отвергнутой человеком, которого ценила превыше своей жизни, я и подумать раньше не могла, что не одной мне плохо от этого. Такой человек был. Страдал вместе со мной. Дмитрий.
Вечер понедельника, поэтому пляж пустовал. Я прошла вдоль берега, не в силах оторвать взгляд от заходящего за горизонт солнца. Это было восхитительно. Это нельзя было с чем-то сравнить. Ни один город, не смотря на все свое великолепие ввиде построек, техники, коммуникации, никогда не сможет иметь вот этой истинной, природной красоты. Здесь все по-настоящему. Здесь все живет. Когда я приезжаю сюда, я каждый раз ощущаю эту жизнь. В небе, море, солнце, земле. В этих четырех стихиях есть необычная сила. Однако, мне всегда было ближе море. Почему? Один Бог знает, сколько времени мы проводили здесь с Дмитрием. Вода настолько захватила меня, что я не смогла оторваться от нее и в городе, где училась эти три года, за неимением моря, посещала бассейны. Так и зародилось мое хобби - плаванье.
Присев на наше с Димой бревно - поражаюсь, что оно все еще здесь - я сложила руки на коленях, наблюдая за закатом. Все казалось таким родным.
Морской бриз обдувал мою горячую после дня кожу, трепал юбкой голубого платья, полями шляпы. Пахло солью, водой, солнцем.
Так пах Дмитрий.
Дмитрий.
После моего отъезда, мы с ним не общались. Наверное, оба боялись теребить старые раны. Как могла, я старалась следить за его жизнью. Примерно через два года я узнала, что умерла его мать. К тому времени ему уже успело исполниться восемнадцать. Он остался один, понимала я. Можно было бы счесть это за повод приехать, однако, собрав всю силу воли в кулак, я сдержалась. Оставила это импульсивное желание в стороне. Но больше всего меня пугало ожидание. Ожидание, что когда-нибудь до меня дойдут слухи о том, что он нашел себе девушку. Ведь он имел право на это. Несмотря на те слова от том, что его сердце принадлежит мне.
С одной стороны, я понимала, что, может, так думать и не хорошо, но в глубине души все равно хотела, что бы он сумел сдержать свое обещание. В принципе, он не клялся мне не в чем... Но представляя его с другой девушкой, я испытывала невыносимую боль. Хотелось верить, что он хотя бы вспоминает обо мне, время от времени. Вряд ли я все еще свожу с ума, как прежде. Однако, помня, как сильна была его любовь ко мне, я не могу поверить, что она может взять и стать ничем.
Мысли о Дмитрии переполняли меня. В университете я себе того не позволяла, но сейчас это уже не имело значения. Я искренне благодарна Димке, что он дал мне такой шанс, как учеба за границей. Пусть это и стоило не малых жертв - как с его, так и с моей стороны - но я ни о чем не жалею. Это правда. Долго размышлял тогда, почему он поступил так с нами, я пришла к выводу, что действовал он точно не со зла. Он знал, как я мечтала о том университете. Однако, если быть честной, я думаю, что мы оба отдали высокую плату за исполнение моей мечты. И в тоже время, я понимаю, что, поступая так, как он поступил, было во благо мне. Ради меня и ради моего счастья. Несмотря на всю горечь это истории.
Погрузившись в собственные мысли, я не сразу услышала, как вечернюю тишину прервал звук шагов. Испугавшись, я повернулась. И испугалась еще больше, увидев Дмитрия.
На какой-то краткий момент я растерялась, разрываясь между желанием остаться и в тоже время подло сбежать. Но вместо этого поднялась, проведя ладонями по юбке своего платья, наблюдая за приближением парня. Ступая почти бесшумно по желтому песку, он остановился в пару шагов от меня.
Конечно, я предполагала, что он измениться. И не смотря на это, все равно не могла сдержать своей реакции на эти изменения. Чувствуя, как глаза у меня просто вылезают из орбит, я разглядывала его во всю. И я даже не сразу заметила, что он тоже пристально рассматривает меня.
Ему было шестнадцать, когда я видела его в последний раз. Прошло три года с того дня и сейчас ему девятнадцать. Конечно, из-за его роста ему не дашь этих деветнадцати. Но выглядел он, как всегда хорошо. Эти шелковистые каштановые пряди были короче, чем я их помнила, но это, определенно, шло ему. Смуглый оттенок кожи подсказывал, что он все также проводит много время на свежем воздухе. Как и прежде, одевался он просто и с удобством. Но больше всего меня поразило его лицо. Все такое же красивое, теперь оно выглядело еще мужественнее с легкой щетиной на загорелых щеках и зелеными глазами, смотревшие мудро и взросло. В этом взгляде читался ум и рассудительность, которой я могла только позавидовать.
Но в глубине этих глаз я видела что-то еще, помимо этого. В них было миллион эмоций, среди которых я с умела рассмотреть восхищение, удивление, сомнение. Все то, что переживала я сейчас, глядя на него.
Сердце просто заходилось от переполняющих меня эмоций. Это казалось сном. Красивым, ярким сном. И в тоже время, рациональной частью сознания я ясно понимала, что это чистая реальность.
Сделав еще один шаг мне на встречу, Дмитрий, глядя на меня с высоты своего роста, неуверенно улыбнулся - и у меня перехватило дух. Как и прежде, в его улыбке было что-то, сводящее с ума. Я не могла отвести взгляд.
- Привет, - произнес он, в его глазах мелькало лекгое сомнение и неуверенность. Голос грубый и хрипловатый, от его звучания мурашки бежали по моей коже.
Ощущая, как на губах появляется такая же не уверенная улыбка, я тихо ответила:
- Привет. - Всего одно слово, но им я выразила все свои переживания. И глядя в его зеленые глаза, я видела, что он понимает. Он всегда меня понимал.
Мы замолчали, и это молчание, как и прежде, не хотелось разрушать. Казалось, оно говорило громче любых слов, которые мы могли бы произнести. Так было когда-то. Так будет сейчас.
- Ты... - начала было я, но Дмитрий предугадал это и ответил:
- Мне сказали, что ты приехала... -
" Конечно, " - подумала я, - " Поэтому ты пришел сюда. Потому что знал, где меня искать. "
Конечно, он знал. Не могло быть по-другому.
Я нервно провела языком по пересохшим от волнения губам. Как и всегда, Дима заметил это. Казалось, он замечает все, связанное со мной. Может, это из-за тени, что падала на его лицо, но, могу поклясться, я увидела, как глаза его потемнели. Я занервничала еще больше.
Открыла рот, желая ответить, когда - ирония судьбы - порыв ветра снес шляпу с моей головы. Поймать её я не успела бы, даже если бы попыталась. Но я даже не пошевелилась. Взгляд Дмитрия тоже неотрывно был прикован к моим глазам и сотня сообщений прошла между нами. Слова были не нужны.
Затем он улыбнулся - так по-мальчишечьи - и направился на поиски моей шляпы...