Amelias

– Я здесь уже четвёртый день…

Девушка сидела на скамейке у входа в кафе и смотрела на дерево на берегу. Было облачно, солнце почти не выглядывало из-за тяжёлых серых облаков. Хосе утром говорил, что, возможно, пойдет дождь, поэтому стоит быть осторожной.

– Приехал уже второй гость, а я всё никак не могу уйти отсюда…

Прошлым утром в Амелиас приехал очередной поезд с милой и улыбчивой девочкой. Ей было около двенадцати лет. Она быстро вспомнила своё имя, не страдала утром нового дня от головной боли и спокойно рассказывала воспоминания.

– Да и Хосе отказывается отвечать на мои вопросы об этом месте. Совсем ничего в голову не приходит…

Девушка обречённо склонила голову и обхватила ее руками. Затылок неприятно болел, отчего мысли не хотели собираться в одну кучу, чтобы их можно было обдумать. Гостья подняла голову и снова посмотрела на дерево. Потом встала на ноги, поправила юбку и побежала через пути к нему.

Сухое дерево неподвижно, как изваяние, стояло в песке. Возможно, раньше это была обычная земля, но со временем ветер принес сюда песок, постепенно наращивая его слой. Кора сильно потрескалась и в некоторых местах отпала. А листочков не было даже сухих. Голое, незащищенное и одинокое дерево.

Немного постояв перед ним, девушка подошла вплотную и прислонилась лбом к стволу. Она закрыла глаза и стала слушать. Тишина… Только ветер играет в кривых ветвях, заставляя их качаться.

– Тебе тоже одиноко, не так ли?

Не дождавшись ответа, она села под дерево, прислонившись к нему спиной, и закрыла глаза.

***

Хосе ходил от стеллажа к стеллажу в кабинете Ясу, смотря себе под ноги и положив руки в карманы брюк. Хранитель не обращала на него внимания, писала что-то в блокнот, иногда приподнимая взгляд на парня. Когда звук шагов стал невыносим, а серое пятно уже порядком надоело, Ясу с силой и громким стуком положила ручку на стол и захлопнула блокнот.

– Прекрати маячить перед глазами, – с долей раздражения в голосе заявила она, на что Хосе отреагировал также резко.

Парень остановился и повернулся лицом к ней, скрестив руки на груди. Сморщенный как у котёнка нос в большей части случаев делал блондина еще милее, но сейчас, сочетаясь с раздраженным и сердитым взглядом зелено-серых глаз, это выглядело устрашающе.

– А что мне еще, по-твоему, делать?

– Но явно не надоедать мне.

Хосе отмолчался. Потом зачесал пальцами волосы назад и покачал головой, отчего убранные пряди снова оказались впереди.

– Нам нужно придумать наконец что-то стоящее. Я не могу поить ее сыворотками имени каждый день. А день, между прочим, уже четвёртый идет.

– Я знаю…

– И не могу вечно спать в хранилище.

– Знаю…

Ясу наклонилась на спинку стула и задумалась. Хосе молчал, не сводя с нее глаз. Нахмурив брови и поднявшись со спинки, Хранитель обернулась назад. Позади нее на тумбе стояла печатная машинка.

– Точно…

Хосе поднял вопросительно брови. Ясу повернулась к нему и рукой показала на печатную машинку.

– Я совсем забыла, что могу писать письма обратно. У меня есть обратная связь. Я могу составить запрос и узнать про безымянную душу.

Блондин только облегчённо выдохнул и улыбнулся. Он подошёл к столу и, опершись на него руками, наклонился к девушке, пристально смотря в глаза.

– Тогда постарайся поскорее узнать всё, что нам нужно.

Хранитель хмыкнула, отворачивая голову, но всё равно снова холодно впилась в него взглядом.

– А ты иди работай, бездельник, – она слегка толкнула его от себя, вызвав добрый смех.

– Кто бы говорил.

– Иди уже, пока банку с пеплом в тебя не кинула.

Ясу демонстративно взяла с края стола уже приготовленные воспоминания души, которая должна уехать вечером, а Хосе быстро выбежал из кабинета, едва не задев стеллаж.

– И приведи ее вечером ко мне! – крикнула она в след и поставила банку на место.

***

Поезд должен приехать через полчаса. Душа уже сидела на скамейке, смотрела на небо, затянутое синими тяжёлыми тучами, и ждала.

Хосе смотрел на девушку, которая, сидя на кухне, медленно доедала ужин, что парень любезно предложил. Это была обычная паста; она немного остыла, но, по словам гостьи, была вкусная. Девушка обернулась на блондина.

– Так кто ты? – спросила она, проглотив пасту.

– Ты перестанешь задавать вопросы?

– Я не знаю, кто я, – начала перечислять девушка, – не знаю, где я, не знаю, кто меня окружает, – чуть помедлив, добавила: – И нет, я не прекращу задавать вопросы.

– Какая любопытная, – резко ответил он.

Девушка отодвинула от себя пустую тарелку и поднялась из-за стола.

– Иди в служебную комнату, пока я тебя не позову или не приду за тобой.

– Почему я не могу выйти в зал?

– Потому что я сказал тебе идти в комнату. Так что прекрати задавать вопросы и иди.

Хосе убрал со стола тарелку и унёс в раковину. А девушка только недовольно фыркнула и ушла в комнату, закрыв за собой дверь. Парень обернулся, уже забыв о тарелке, выглянул, чтобы удостовериться, что гостья ушла, и вышел в зал для гостей.

Прозвучал последний гудок, оповещающий о том, что поезд отправляется в путь. Хосе молча махал рукой девочке в вагоне, грустно улыбаясь и даже сейчас мысленно желая хорошей дороги.

Ясу, почему-то не спеша убрать воспоминания на их место, сидела на рабочем месте. Она наклонилась на спинку стула, запрокинула голову назад и закрыла глаза. Где-то в мыслях она, может, и боялась, что деревянная спинка не выдержит нагрузки, но сейчас было всё равно.

В дверь несколько раз настойчиво постучали. Ясу открыла глаза и прислушалась. Кто-то за дверью бормотал что-то под нос, а потом снова постучал. Хранитель быстро надела маску на лицо, застегнула ремешок и сделала вид, что работает.

Наконец девушка приоткрыла дверь и заглянула в кабинет. Осмотрев всё внутри, она остановилась на Ясу.

– Здравствуйте?

Хранитель равнодушно окинула взглядом гостью и оставила руку под голову. Где-то в коридоре послышались тяжёлые быстрые шаги.

– Почему ты вышла из комнаты, когда я сказал ждать меня?!

Хосе появился позади девушки, отчего та вздрогнула и обернулась.

– Я… Я просто…

– Кто ты?

Наступила тишина. Оба обернулись на холодный голос Хранителя. Ясу встала из-за стола и медленно подошла к ним. Она склонилась над девушкой, внимательно рассматривая.

– Я спросила – кто ты?

– Я н-не знаю… – боязливо ответила она.

– Хосе, можешь идти.
Парень только молча кивнул и ушел, закрыв наконец дверь кабинета.

Ясу еще раз осмотрела девушку и отошла на пару шагов назад. Гостья опустила голову, переминаясь с ноги на ногу, как ребенок, которого вот-вот должны отчитать.

– Мышь.

Девушка вопросительно хмыкнула.

– Ты мышь. Будешь ею, пока находишься здесь. Такая же серая и одинокая.

– Я не мышь! – возмутилась она, но Ясу даже не стала слушать, а только пошла обратно к столу.

Девушка пошла за ней и остановилась перед столом. Из-за роста поставить руки на стол было трудно, поэтому она поднялась на носочки и положила на столешницу локти, случайно задев баночку с пеплом. Баночка пошатнулась, остановившись ближе к краю стола, а Ясу едва успела ее схватить.

Обе затаили дыхание. Хранитель взяла пепел в обе руки и, не проронив ни слова, но посмотрев на девушку с раздражением, направилась к двери за столом. Девушка проследила за ее движениями, а потом поплелась следом.

– А… что вы делаете? – спросила она, когда Ясу поставила баночку на полку.

– Даже не знаю, что тебе ответить. Наверное, выращиваю цветы, – она выдержала паузу. Ее голос стал тише. – Это хранилище. Здесь стоят воспоминания тех душ, которые решили отправиться в небытие. Стоят и пылятся, а души никогда за ними не вернутся.

Гостья промолчала. Ясу повернулась к ней.

– Спать будешь на этом диване, – она указала рукой на диван у дальней стены хранилища. – Иди ложись. А будешь пищать, мышь, я тебя задавлю.

Девушка кивнула в знак понимания и вошла в хранилище. Здесь было холоднее, чем в остальных комнатах, и мрачно. Отчего-то сердце больно сжалось в груди. Она остановилась почти на пороге и попятилась назад. Панический страх затмевал разум, а бедное хрупкое сердце грозилось выскочить из груди. Ясу подошла к ней.

– Ты боишься темноты, – это было скорее утверждение, а не вопрос, которое должно было убедить саму девушку. – Ложись, я включу свет.

Она щелкнула выключатель у двери и подтолкнула новую сожительницу в комнату. Та легла на диван, свернувшись калачиком, и закрыла глаза. Пара ламп на потолке освещали всё небольшое помещение мягким голубоватым светом.

***

Часы показывали далеко за полночь, а точнее уже четвёртый час утра. Ясу сидела на стуле перед тумбочкой с печатной машинкой, сложив ноги бабочкой. Идеи по поводу письма никак не приходили, да и, признаться, она никогда не писала писем кому-либо.

Пустая чашка, в которой еще час назад был кофе, стояла на самом краю тумбы, грозясь упасть при малейшем пошатывании. Потерев ладонями лицо, девушка надела маску обратно и поднялась со стула.

Свет в хранилище горел. Гостья спала в той же позе, что и легла. Хранитель, украдкой посмотрела на нее, не желая подходить, а после вернулась на своё место.

Пальцы замерли над машинкой. А немного погодя начали быстро печатать.

«Центру Душ из Амелиаса…