Глава 14
После услышанного парень чуть приоткрыл рот и отошёл на шаг назад, качнув головой. Казалось, что просто послышалось, однако серьёзное выражение лица девушки показало обратное.
— Если это шутка такая, то я, как видишь, сейчас не в настроении смеяться.
Он снова подходит к ней впритык и уже хочет протереть полотенцем щеку от капель прохладной воды, но девушка уворачивается, повернув голову в сторону зеркала. Она видит в отражении непонимающий взгляд, смятение и некую боязнь.
— Чонгук, я беременна, — вторит Мира уже более громким голосом. — Беременна, понимаешь? — на услышанное Чон выпускает из рук полотенце и прикрывает глаза, взлохмачивая чёлку.
— Чёрт, — прикусывает нижнюю губу и прислоняется лбом к кафельной плитке. Он в шоке, удивлении и падком страхе.
— А знаешь, что самое грустное, Чонгук? — горько улыбнувшись, девушка направляется в сторону двери и, остановившись в проёме, дополняет: — Я не надеялась на другую реакцию с твоей стороны.
Впервые в жизни парень в настоящем тупике, из которого не знает как выбраться. Сейчас мозг отказывается работать, ведь полный шок забрал эту возможность. Большие распахнутые глаза нервно смотрят вслед девичьей фигуре, не веря или же пока просто не осознавая всей ситуации. Он растерян и напуган. Никогда ранее не думая об этом, для Гука всё кажется далёким и невозможным. «Семья» — да что это за слово такое? Разве она у него когда-нибудь была? Он не в курсе о значении этого слова, не знает, каково это иметь её.
Жестяные баночки вместе с осколками разбитой посуды летят в мусорный пакет. Мира пытается сейчас делать всё что угодно, лишь бы не поддаться истерике и заплакать. Ведь знала, что именно так всё и будет, однако иногда позволяла себе представить его счастливую улыбку, которая появится после этой новости. Какая глупость, не правда ли?
— Давай поговорим, — спокойным голосом просит парень, оказавшись в гостиной.
— Мне кажется, что мы и так уже всё обсудили, — не посмотрев на него, отвечает Мира, чем только злит Чона.
— Перестань! — сократив расстояние и выхватив пакет из рук, Чонгук бросает его в угол и, положив обе руки на её плечи, задаёт волнующий вопрос: — Как давно?
— Отпусти, — прошептала она, опуская голову.
— Я спрашиваю, как давно ты беременна? — парень не думал отпускать её, только продолжал сверлить взглядом. Глаза теперь как-то по-другому на неё смотрели, а мысли, что та самая маленькая девочка принадлежит только ему, сейчас терялись под воздействием новой реальности.
— Больше месяца, — тихий ответ вынудил Гука убрать руки и схватится за голову, не веря своим ушам. Сколько же всего произошло после этого. Чёрт, а ведь в тот злосчастный день она уже была беременна.
— Почему ты молчала. Чёрт, почему?!
— А разве я не пыталась тебе сказать? Чонгук, просто признай, ты никогда не пытался меня услышать, — лёгкое касание ладонью чужой щеки и холодный взгляд, всегда казавшийся тёплым и родным.
Она уходит в комнату, оставив после себя круговорот мыслей в голове Гука. С одной стороны эгоистично, но с другой это повод поразмыслить и наконец подумать о ком-нибудь кроме себя.
***
Ночной Сеул утопает в цветных огнях, исходящих от фонарей, машин, окон и вывесок магазинов. Хорошая погода не позволяет сидеть в четырёх стенах и словно манит заполнить улицы своим присутствием. Шум небольших волн реки приятно щекочет уши, а свежий воздух даёт возможность дышать полной грудью.
— Здесь так красиво, — восторженно произносит Джинни, наблюдая за тем, как в отражении воды мигают синие огни.
— А я говорил, что с этого берега ты ещё никогда не видела реку Хан, — усмехнулся Ким, заметив улыбку девушки.
В последнее время Джинни начала всё больше времени уделять парню, который совсем недавно ютился с ней на одной кровати и пытался забрать часть той боли, которая целую ночь не покидала тело девушки. И, казалось бы, что боль прошла, не оставив ни намёка на неё, однако большая благодарность за его заботу в девичьем сердце только росла. Джинни никогда ещё не чувствовала такого трепетного отношения к себе.
Признаться, парень тоже себя не узнавал рядом с ней. Тэхён упустил тот момент, когда начал понимать, что он не просто увлёкся этой девушкой, ведь нехватка её присутствия рядом приводила к новым встречам, которые он пытался устроить любыми способами, это что-то другое, приятное, но в то же время обречённое на провал. Он чувствовал, что её сердце кому-то принадлежит, однако не забывал, что всё в этой жизни можно исправить или же заменить чем-то новым.
— Завтра сдаём зачёт. Надеюсь, моя помощь не пройдёт даром, — напомнил парень, вызвав в ответ нервный смешок. Ким часто гостил в комнате девушек и подтягивал знания обеих. Джинни пыталась включить мозг, не говоря о красноволосой, которой, в общем-то, было на всё плевать. Отношения брата и сестры с каждым днём становились всё хуже, отчего Джинни часто приходилось покидать комнату. Лезть не в своё дело, узнавая причину их ругани, она не хотела, так как понимала, что ей ничего не ответят. Наверное, постоянная опека Тэхёна являлась главной причиной.
— Слушай, я красивая? — как-то неожиданно спрашивает девушка, оказавшись напротив задумчивого Кима.
— А? Что? — не понял вопроса тот, странно посмотрев на неё.
— Я сейчас пытаюсь найти в себе что-то. Когда ума нет, обычно внешность спасает. Так вот и спрашиваю, красивая ли я, — без какой-либо серьёзности рассуждает Джинни, размахивая руками. Услышав в ответ тихий смешок, щурит глаза и от возмущения цокает. — Спасибо, блин.
— Прости, — извинившись, парень на несколько секунд делает серьёзное лицо и поднимает руки вверх, после чего снова поддаётся истерическому смеху.
— Короче, пошла я от придурка подальше, — толкнув кулаком того в грудь, Джинни хватает со старой скамейки свою сумку и, закинув на плечо, уже хочет уйти, однако грудь парня, которая перегородила дорогу, останавливает её. — Ну, и?
— Чего психуешь-то? — склонив голову набок, интересуется он. — Красивая, — продолжая непрерывно смотреть на девушку, парень делает шаг навстречу и, зажав между двумя пальцами застёжку на молнии на любезно предоставленной толстовке женскому телу, тянет её наверх, застёгивая по горло. — Похолодало, — опуская руку, он плавно переходит к талии, а затем аккуратно обхватывает её уже двумя руками.
— Тэхён, — немного занервничала Джинни, чувствуя уменьшение свободного пространства.
— Ты очень красивая, Джинни, — шепчет он, касаясь её лба своим. — Очень, — медленно и тепло дыша опускается к обветренным губам, слегка коснувшись верхней, потом нижней, а затем и вовсе теряет контроль над своими действиями и смело углубляется, несмотря на руки девушки, которые пытаются оттолкнуть.
Джинни смотрела в его прикрытые глаза и мечтала, чтобы на его месте оказался, как бы бессовестно ни звучало, Юнги. Наверное, погрузившись в эти мысли, она и не заметила даже, как начала отвечать на поцелуи.
С трудом оставив чужие губы, Тэхён касается мягкой щеки большим пальцем и заботливо интересуется:
— Замёрзла, да? Пойдём, — не отпуская холодной ладони, Ким ведёт девушку за собой.
Ночь заставит обоих подумать над случившимся. Кто-то будет винить себя за своё легкомыслие и податливость, сидя на широком подоконнике в тёмной комнате, а кто-то с улыбкой засыпать, понимая, что сегодня сделал большой шаг к желаемому и надеяться на свой успех в дальнейшем его достижении.
***
Около сто двадцатой аудитории стояла толпа студентов, среди которых была и Джинни, рассматривая в своей зачётке долгожданный зачёт. Поверить в это было трудно, однако подпись преподавателя в клеточке дала понять, что это правда. Самый сложный предмет сдан, так что теперь можно спокойно отдохнуть на выходных.
— Он тебя по всем темам гонял? — нервничает Дара, теребя в руках пустую зачётку.
— Нет. Успокойся, сдашь, — успокаивает её довольная Джинни.
— Короче, если сдам, то ты сегодня вечером кое-куда со мной идёшь, — серьёзно заявляет красноволосая. — По рукам?
— Что? Куда?
— Потом узнаешь. Думаю, тебе понравится, — хитро улыбнувшись, Дара стиснула ладони в кулаки и направилась к двери аудитории.
Оставшаяся в одиночестве девушка особо не задумывалась над тем, куда они могли сегодня отправиться. Плохого в этом ничего нет, так как впереди выходные, да и дел вроде нет, так почему же не провести этот вечер в компании соседки, с которой они ещё никуда не выбирались.
Ожидая красноволосую, Джинни ненароком вспомнила лучшую подругу, с которой точно также стояли около этих же дверей и держали кулачки друг за друга. Она признаётся, что до безумия скучает по ней. Звонки, которых со временем становится всё меньше, никогда не заменят присутствие рядом.
— Надеюсь, у тебя там всё хорошо, Мира, — вяло улыбнулась девушка, пролистав пару снимков, на которых они сидят в кафе с забавными гримасами. Тогда казались совсем юными и беззаботными, не говоря о нынешнем положении. Порой хочется повернуть время вспять и повторить некоторые моменты снова.
— Чего здесь сидишь? — девушку отвлекает от мыслей Тэхён, дёрнув за плечо. Телефон готов был выпасть из рук, однако у парня всегда получается вовремя его поймать.
— Напугал, — прошептала она, получив обратно в руки гаджет. Джинни избегала парня на протяжении всего дня, не зная как вести себя после вчерашнего, вот теперь и мучается, отводя взгляд.
— Просто хотел поздравить тебя с зачётом, — натянуто улыбнувшись, Тэхён покидает её, с задумчивым выражением лица направляясь к лестничной площадке. Не глуп, видит, как сегодня реагирует на его появление Джинни, поэтому спешит облегчить жизнь бедняге. Это не обидно, нет, а скорее очевидно, ведь на большее он не рассчитывал. Наверное, стоит пока повременить со своими надеждами, ведь тот, кто сидит в её сердце, пока даже не думает покидать своё место.
***
— Нет. Ты должна надеть что-то более открытое, — возмущалась Дара, оценивая наряд соседки. — Мы не в церковь идём, так что давай переодевайся.
Получив зачёт (хоть и не совсем заслуженный), Дара вспоминает о небольшом пари и теперь ждёт, пока девушка, наконец, соберётся. Для Джинни такие походы являются чем-то забытым, далёким, отчего она даже теряется. Узнав об этом, Мира бы не поверила, рассмеявшись в голос, а тому, кто вытащил её из такой жизни, сейчас, наверное, вообще плевать на то, как живёт девушка.
— Куда мы идём? И вообще, не боишься, что Тэхён нас застукает? — накинув поверх чёрного топа кожаную куртку, спрашивает Джинни.
— Забей, лучше собирайся быстрее, — махнув рукой, красноволосая кивает на дверь, подгоняя соседку.
***
То, куда привела её Дара, совсем не удивило девушку. Большое количество молодёжи, как пьяной, так и почти трезвой кучами толпятся вдоль дороги, на которой разъезжают парни на мотоциклах.
Жёлтые огни режут глаза, мешая рассмотреть незнакомые лица. Шумно: рёв моторов, повсюду звенят бутылками от пива, звонко смеются. Её взгляд направлен на красный байк, за которым сидит парень вместе с красивой девушкой. Знакомый мотоцикл, точно такой, как у Юнги когда-то. Наверное, снова паранойя, раз даже сейчас видит вещи, связанные с бывшим парнем.
— Вот ты где! А я уж подумала, что потеряла тебя, — к Джинни подбегает соседка и тут же тащит за собой в компанию друзей. Выглядели они, признаться, странно. Никто не вызывал доверия к себе, особенно тот, который улыбнулся новой знакомой и почесал бороду, словно обдумывая план поедания свежей добычи. Брутальный вид и странные татуировки заставили ежиться и ненароком вспомнить Хэллоуин, который, между прочим, давно прошёл.
Кое-как познакомившись, компания пробилась ближе к дороге, готовясь наблюдать за гонкой. «Раскатав асфальт», мотоциклисты останавливаются на линии старта и отпускают девушек, до этого привязанных ремнями к их спинам, затем тратят свои законные пять минут на подготовку. Джинни не сводила глаз с парня, байк которого показался знакомым. С безразличием отвечая на некоторые вопросы новых знакомых, она надеялась, что тот снимет шлем и покажет своё лицо, дав повод с облегчением вздохнуть.
— Две минуты, — оповестил гонщиков женский голос, обладательница которого уже готовая стоит на выезде, держа в руках два красных флажка.
— Видишь того? — красноволосая тычет пальцем на одного из гонщиков. — Это Ханк. Он постоянно первый. Сегодня я тусуюсь в его компании после гонок, — с гордым видом заявляет она.
— А кто он? — не скрывая своего любопытства, Джинни указывает на красный байк.
— А, новенький. Он всего пару раз здесь был. Не знаю, как зовут, но красавчик, — отмахнулась она, готовясь наблюдать за гонкой, которая вот-вот начнётся.
Обратный отсчёт, и красные флажки касаются асфальта, заставив гонщиков подорваться с мест и рвануть со скоростью света. Рёв моторов закладывал уши, а крики зрителей можно было сравнить с криками болельщиков на футбольном поле. Три круга — три возможности разбиться к чертям.
— Это незаконно? — задаёт глупый вопрос Джинни, получая смешки в ответ.
— Ну естественно.
Миновав один круг, гонщики приступили к следующему. Даже сейчас можно было заметить лидирующую позицию того лихача, которого приметила Дара на старте.
Когда ещё один круг был пройден, зрители ещё громче зашумели, ожидая победителя финального круга.
— Боже мой! — воскликнула девушка, заметив гонщика, которого задел другой, толкнув к какой-то кирпичной постройке. — Чёрт, что они творят?! — Джинни очень испугалась. В глазах всплыли воспоминания связанные с Юнги, которого когда-то точно также подрезали на дороге. Девушка знает, какого это.
— Успокойся. Здесь нет правил, — спокойно пояснил парень, слегка погладив девушку по плечу.
Не желая больше скрывать всей неприязни к новым знакомым и жестоким играм на дороге, Джинни хочет выбраться из толпы и ощутить свободу, но в этот момент поднялся громкий шум и образовалась толкучка, которая, видимо, была готова встречать победителя. Услышать имя «Ханк» было не удивительно. Как и говорила Дара: он всегда первый.
Проскулив от безысходности, Джинни поворачивает голову обратно в сторону гонщиков, надеясь на скорое освобождение дороги, по которой она сможет обойти толпу и отправиться, наконец, домой. Тяжело вздохнув, она бросает взгляд на хозяина красного мотоцикла, которого приметила в начале. Его руки освобождают шею от застёжки шлема, а после тянут наверх, открывая взлохмаченную светлую макушку.
— Юнги... — одними губами прошептала девушка, поддавшись вперёд.