Расплата за прощение.
Алиса считала дни, которые ей удалось прожить вдали от прошлого. Дни, превратившиеся в недели, недели — в месяцы. Она сменила имя, город, даже привычки, стараясь стереть с себя запах крови и старых грехов. Здесь, в маленькой квартирке с видом на серые крыши, её жизнь была похожа на тонкое, хрупкое стекло. Тихое, прозрачное, но готовое рассыпаться от малейшего прикосновения.
Она знала, что этот покой — обман. И он пришел за ней, как неизбежное эхо.
Когда в дверь постучали, она даже не вздрогнула. Просто знала, кто там. Его силуэт застыл в проёме, высокий, широкий в плечах, как тень, что когда-то её защищала, а теперь душила. В его глазах не было прощения, только холодный, стальной блеск.
— Ты думала, я забуду? — Его голос был низким и ровным, без единой нотки гнева, что делало его ещё страшнее. — Ты получила своё прощение, Алиса. Теперь пришло время платить по счетам.
Дрожь прошла по её телу, но Алиса не отступила. Она упёрлась ладонями в дверной косяк, пытаясь захлопнуть дверь, но он даже не сдвинулся. Его тень накрыла её с головой, отрезав от света.
— Я заплатила. Я всё отдала, — прошептала она, и эти слова были не просьбой, а утверждением.
Марков легко оттолкнул её, и она отлетела к стене. Дверь закрылась с глухим щелчком, который отрезал их от остального мира. Он медленно прошёлся по её маленькой гостиной, оглядывая дешёвую мебель и книги в мягких переплётах. Его насмешливая улыбка была самым острым оружием.
— Ты думаешь, прощение — это сделка за твою свободу? Нет, Алиса. Прощение — это роскошь. И ты не можешь её позволить. Твоя расплата — это я.
Он подошел к ней, сокращая расстояние, пока она не почувствовала его тепло. Он поднял руку и обхватил её подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. В них по-прежнему горел тот огонь, который когда-то её сжигал, а теперь обещал уничтожить.
— Ты вернёшься со мной. Сегодня. Это и есть цена. И ты её заплатишь.
Слова Маркова прозвучали как приговор. Алиса не могла бороться с его силой, но куда страшнее была правда, которую он произнес. Её попытка сбежать была наивной. Она не могла убежать от него, потому что не могла убежать от себя. Прошлое не отпускало, оно просто ждало.
Она опустила взгляд. Внутри всё сжалось в тугой болезненный узел, сплетенный из страха, обиды и странного, постыдного облегчения. Ей больше не нужно было притворяться свободной. Это бремя было сброшено.
— Хорошо, — её голос был едва слышен. — Веди.
Насмешливая улыбка исчезла с его лица, сменившись чем-то более хищным и удовлетворённым. Он убрал руку с её подбородка и крепко сжал её запястье. Это было не объятие, а захват. В нём не было ни капли тепла, только холодное чувство собственности.
Марков повёл её к двери. Она даже не посмотрела назад на свой маленький, хрупкий мир. Этот мир никогда не был настоящим. Он был всего лишь временной передышкой перед тем, как ей придётся заплатить полную цену. И эта расплата только начиналась.
Холодный осенний дождь накрапывал, когда они вышли на улицу. Марков даже не прикрыл ее своим пиджаком, не говоря уже о зонте. Он просто держал ее за запястье, его пальцы были крепким обручем, и вел к черному внедорожнику, припаркованному у обочины. Капли дождя стекали по ее лицу, смешиваясь со слезами, которых не было. Она просто смотрела вперёд, позволяя ему вести.
Внутри машины было тихо. Дворники монотонно скребли по стеклу. Он молча завёл двигатель и поехал, а Алиса вжалась в сиденье, пытаясь стать как можно меньше. Городские огни расплывались за окном в разноцветные полосы. Казалось, они не едут, а летят сквозь время, оставляя позади всё, что имело хоть какой-то смысл. Она сделала вдох, чтобы спросить, куда они едут, но так и не решилась.
Их путь закончился у высоких кованых ворот, которые бесшумно раздвинулись, пропуская машину на территорию огромного поместья. Дом был выполнен из темного камня, с окнами, которые казались бездонными. Он был похож на замок, но не из сказки, а из мрачной легенды.
Марков заглушил мотор и обернулся к ней. В его глазах не было ни триумфа, ни злорадства — только равнодушие.
— Добро пожаловать домой, Алиса. Здесь ты будешь платить свою цену.