Глава 1 (Продолжение): Эхо Касания
Артём вынырнул из относительной тишины подсобки обратно в оглушительный ад цеха. Грохот обрушился на него, как волна, заставляя на мгновение зажмуриться. В руке он сжимал картонную коробку с резиновыми кольцами – маленькую, нелепую в этой вселенской какофонии железа и пара.
Антон стоял у верстака, одной рукой придерживая какую-то хитрую сборку, другой ловко орудуя длинным шестигранником. Увидев Артёма, он не отрываясь от работы, крикнул сквозь гул:
– Ну, герой? Нашел? А то я тут как обезьяна на двух станках! Б-14 голодные до своих колечек!
Артём кинул коробку на верстак рядом с Антоном. Масляная пыль тут же осела на картон.
– Вот, – прокричал он в ответ, стараясь перекрыть рев пресса где-то справа. – Где-то внизу валялась. Игнат Петрович чуть не съел меня за медлительность.
Антон ловко поймал одно колечко, проверил его на разрыв (растянул – резина упруго вернулась в форму), кивнул с одобрением и принялся устанавливать его в узел.
– Молодец! – Его крик был ободряющим. – А Игната не бойся, он сам как резиновое кольцо – выглядит хреново, а держит кое-как. Главное – Игоревну не гневи. Она как тот пресс – раздавит, не поморщится.
Артём взял свой ключ, готовясь закручивать следующий узел. Но пальцы не слушались – они помнили ту самую коробку, пыль подсобки... и легкое, как перышко, касание плеча. Запах жасмина, смешанный с заводской гарью, все еще витал в ноздрях, вопреки логике.
Антон вдруг приостановился, прищурившись на Артёма. Его взгляд скользнул от его рук к лицу, задержался на чуть рассеянном выражении.
– Эй, Семёнов! – Антон ткнул пальцем в его сторону, но уже без прежней крикотни, чуть тише, чтобы перекрыть только их шумовой пузырь. – Ты чего? Весь какой-то... гретый. Или это подсобка так подействовала? Там же дышать нечем, как в могиле.
Артём вздрогнул, будто пойманный на краже.
– Что? Нет, – отмахнулся он, слишком резко взявшись за ключ. – Просто... пыльно там. И Игнат орал. Нервы.
Антон не поверил ни на секунду. Его карие глаза сузились, в уголках губ заплясала знакомая полуулыбка – смесь любопытства и предупреждения.
– Пыльно... – протянул он многозначительно. – Ага. И рыжие ангелы пыль эту разносят, да? – Он кивнул в ту сторону, куда скрылась Алиса. – Видел, как она оттуда вылетела. Весь аж... сияющий. А ты следом – будто кот, на сметану наступивший. Говорил же – температура у неё запредельная. Шутки плохи. Особенно, – Антон понизил голос до хриплого шепота, наклонившись ближе, – когда её Мишка где-то тут бродит. На первом этаже не за горами. Мужик хоть и тихий, но... чувствительный к перепадам температуры своей половинки. Улавливаешь?
Предупреждение было ясным. Артём почувствовал, как по спине пробежали мурашки – уже не от возбуждения, а от холодка реальной опасности. Он вспомнил жест Антона – сжатый кулак. Лера. Ребенок. Щит. Не навреди. Не навреди себе.
– Улавливаю, – хрипло ответил Артём, намертво вцепившись в ключ. Кость белела под масляной пленкой. – Просто тесно было. Случайно толкнулись. Ничего такого.
– «Ничего такого» – это наше все! – фыркнул Антон, возвращаясь к сборке. Но взгляд его оставался настороженным. – Главное, чтобы у Мишки тоже было «ничего такого». Ладно, хватит болтать, работай! Эта железяка сама себя не соберет, а Игоревна любит пунктуальность.
Артём кивнул, сосредоточившись на гайке. Он вдавил ключ в шлиц, почувствовал сопротивление металла, начал затягивать – четко, с усилием, как учили. Монотонный ритм работы должен был успокоить. Но мысли путались. Яркие зеленые глаза Алисы, полные растерянного восторга. Суровый, как бетон завода, взгляд воображаемого Михаила. И лицо Леры – усталое, но такое родное, такое важное – всплывало перед внутренним взором, усиливая гнетущее чувство вины.
Он украдкой бросил взгляд вниз, в проход между станками, туда, где начинался спуск на первый этаж. Никого не было. Но ощущение, что за ним наблюдают, не покидало. В этом грохочущем аду было не только спасение, но и мины замедленного действия. И одна из них, рыжая и темпераментная, только что дала о себе знать тихим щелчком взведенного курка.