Месяц до
Проливные дожди накрыли Москву. Они сделали из нее какую-то тягучую, душную смесь людей и зданий. В этот период я работала практически на износ. Люди приходили в ресторан наплывами, и иногда не было времени перекусить и сходить в туалет. Я не жаловалась, по крайней мере, старалась не придавать значения внешним раздражителям. Тогда, перемещаясь из одного конца зала в другой, стало понятно, что по-настоящему в работе официанта были важны всего два качества - терпение и тактичность. Они буквально включали в себя другие требования: стрессоустойчивость, пунктуальность, позитивный настрой. Знаете, когда снимая старый лак с ногтей на ногах ты видишь черные, отбитые ногти - это пугает, но вспоминаешь ты лишь о пятитысячной купюре, которую тебе оставил постоянный клиент за пять минут разговора и улыбку. Я продавала свое физическое и моральное здоровье, но мне казалось, что недостаточно дорого. Эти, в каком-то смысле, аморальные рассуждения всегда приводили к одному и тому же: возвращаясь домой после двух смен, я утыкалась в подушку и не могла сдерживать слезы. Они скатывались с глаз иногда по пять, десять минут, ни разу не останавливаясь. Я не могла объяснить Егору, что со мной происходит, но не потому что не знала, а потому что знала, но не хотела ничего менять. Это была обычная слабость, которую человек прячет за бытовой ложью, например, "неудачный день". Ему было меня жаль, но не настолько, чтобы забыть о том, что я взрослая и могу принимать решения. Несколько раз он пытался сказать, чтобы я уходила оттуда, но никогда не настаивал. Я была ему благодарна.
В какой-то момент смысла тянуть не оказалось, и перед поездкой в Японию я решила поговорить с новым управляющим ресторана, что планирую увольняться. Все в коллективе знали, что я улетаю, и видели состояние, ни смотря на большие чеки и выходные. Кто-то из ребят чувствовал, что прощание неизбежно, и оказался прав.
- Почему ты хочешь уйти? - Управляющим стал молодой парень, бывший менеджер и человек, который все чаще и чаще задерживал зарплату.
- Я устала. Отработаю две недели и все.
- Как интересно. Ты устала. Все устали вообще-то.
- Ничего не могу сделать.
Разговора не получилось, но и сделать он ничего не мог - мое официальное трудоустройство отсутствовало, и была я здесь лишь на птичьих правах. По секрету всему свету: даже медицинской книжки не было.
Я работала в азиатском ресторане и за полгода перепробовала много необычных, в чем-то странных блюд: гедза с грибами, суп по-сычуаньски, теплый салат том ям, шашлычки из морепродуктов. Сердечно уважая рыбу и ее разнообразие в меню, все-таки самым вкусным для меня считалась курица в кисло-сладком соусе. Всегда считала такой выбор немного подростковым, но какой же сочной она была! А вот суши и роллы всегда выбирала классические - слой риса и кусочек свежего лосося. Перед поездкой куда-либо часто примеряешь на себя кухню страны, которую планируешь посетить, и с Японией была уверенность в полном мэтче. Где-то в мыслях и планах я уже была там, поедала морских гадов, закусывала уверенным стейком вагю и запивала чаем. При этом стоит отметить, что к кухне Китая я осталась совершенно равнодушной. До сих пор вспоминаю, как меня схватил вирус в Гуанчжоу, и Егор привез мне суп - единственный теплый бульон, который нашел в ближайших ресторанах. Жидкость была приторно сладкая, в бульоне плавали незнакомые на вид черные то ли листья, то ли грибы, и меня затошнило моментально.
Мотивация работать именно здесь для меня была оправданной: ресторан находился в нашем доме, а в месяц я получала не меньше восьмидесяти тысяч. Деньги не уходили на лишние перемещения и еду, поэтому я спокойно могла собирать в конверт накопленное на такие случаи как этот. Не могу назвать себя транжирой, но обожаю тратить заработанные средства на хорошие подарки и необычные вещи для дома или из одежды. На шоппинг в Японии строились большие планы, и это было оправдано: цены неприлично маленькие, качество гарантийно восхитительное. Мы понимали, что гораздо выгоднее приобретать брендовые вещи, технику или обувь там, чем платить втридорога здесь. В каком-то смысле выстраивали стратегию наилучшей растраты средств.
Началась неделя моей последней смены в ресторане и встречи с ребятами для обсуждения планов на востоке. На самом деле мне просто хотелось, чтобы не случилось никаких казусов и не запланированных негативных ситуаций, поскольку сил на их разрешение совсем не оставалось. Среди работников общепита ходило поверье о своеобразной карме: если последняя смена проходит легко и ненапряжно, то ресторан провожает тебя со спокойным сердцем, но если смена тяжелая, а ты весь день на нервах, то это значит только одно - что наработал за это время, то и получил. Я планировала отпустить ситуацию и поддаться тому, что приготовила судьба. В последний раз постирала надоевшие форму и фартук, захватила штопор и поехала вниз на лифте с зеркалами. Глядя в отражение, заметила ее - девушку с грязной головой и гигантскими синяками под глазами. Кожа была в плохом состоянии, маникюр давно отрос, и я в очередной раз вспомнила, почему мы с этим местом расстаемся. "Пусть это быстро закончится", - в моих планах чемоданы уже собирались под сериал "Монстр: история Джеффри Дамера".
Этот прощальный, но ни разу не грустный день закончился, будто и не начавшись: казалось, что одна моя нога переступила порог ресторана, а другая - одновременно вышла. Все коллеги пожелали удачи и легкого перелета до Токио, кто-то спрашивал, в какой стране происходит пересадка, один парень сказал, что будет скучать. "Наверное, все-таки я отдала максимум и получила, что заслуживаю". Настроение поднялось, казалось, что эти эмоции даже похожи на эйфорию или хотя бы на облегчение какого-то нового уровня. По плану оставался только план. Эта тавтология точно описывает то, как я видела диалог между нашими тремя парами в ближайшее воскресение, главные цели которого: определиться с маршрутом, главными местами, которые точно мы должны посетить, и культурными особенностями страны, которые нужно учитывать. У нас уже намечены три основные точки пребывания, то есть, города, где мы точно ночуем - Токио, Киото, Осака, от которых уже будем толкаться дальше в разных направлениях. Важно понимать, что обсуждения с ребятами имеют устаканившийся определенный темп, который можно сравнить разве что со скоростью продвижения очереди на VK-фесте. Каждый раз, когда мы собираемся обсудить что-то важное или просто принять решение общего досуга, это превращается в мой личный ад, где люди в слоумо проговаривают одни и те же вещи, которые обсуждали пять минут назад, цепляются к мелочам, не имеющим значения, или пытаются своим решением предугадать события, независящие от нас: погоду, атаку дронов, аварии, рейды полицейских. Сначала, когда мы начали дружить, мне казалось это просто комичным и в чем-то рациональным, но чем больше времени утекало на бессмысленные разговоры, тем меньше я участвовала в общих диалогах. Зато Егор охотно поддерживал любую беседу. Он очень приятный и обаятельный в личном общении, поэтому сразу мне понравился. Мы с ним очень похожи по внутренним убеждениям и взглядам, но темперамент отличается, и слава богу. Его терпение ни раз предотвращало зарождающиеся конфликты. Так что всякий случай, когда наша компания начинает совещаться, первые десять минут я участвую в разговоре, а на одиннадцатой - утыкаюсь в его плечо, ногу или спину, тут в зависимости от нашего положения, думаю о своем или лазаю в телефоне. Этот раз не будет ничем отличаться от остальных.
Была договоренность встретиться вечером в центре, чтобы поужинать вместе. Мы с Егором приехали первые, но решили подождать у входа - нас убедила теплая погода в конце августа. Будучи комедиантами в душе, обнимались и шутили про предстоящую встречу. Мимо проходили большие компании, на верандах соседних заведений сидели люди, а мы просто наслаждались обществом друг друга, пока не подъехали остальные. Все поздоровались: парни пожали руки, девочки чмокнулись в щечку, были также разнополые приветствия в стиле "дай пять". Мы зашли внутрь ресторана, сели на мягкий голубой диван и принялись читать меню. Я заметила, что помимо нас в углу сидела одна пара подружек, и больше никого: "Довольно странно для выходных". Сделав заказ, пришло время обсуждать:
- Выделить на Токио нужно минимум пять дней, - тут Егор был категоричен.
- Мы хотим в Диснейленд, - Андрей с Викой закрывали детские гештальты.
- Сим-карта на шестнадцать дней стоит тридцать четыре доллара, - оповестил Кирилл.
- А мы же пойдем в кафе с капибарами? - накидывала Аня.
- Кстати, тебя не пустят в онсен, - Андрей резко обратился ко мне, - где нужно сидеть обязательно полностью голыми.
Все резко замолчали.
- О чем ты вообще? - Спросил Егор.
- Там почему-то с татуировками не пускают. Ее посчитают за Якузду. Мы должны найти онсен, куда ее пустят, чтобы всем вместе сходить, - все засмеялись в полную силу.
- Ты хочешь, чтобы мы все вместе пошли? Хочешь посмотреть на наши гениталии? - Кирилл любил шутки ниже пояса, и теперь его было не остановить.
- Да в смысле? А что такого?
- То есть, мы будем смотреть на твою голую девушку, а ты - на наших? Как ты это представляешь? Сдержаться-то сможешь? - Мы не прекращали смеяться.
- Андрей, раз уж меня не пустят, то придется воздержаться, - я практически плакала от смеха.
- Почему вы смеетесь? Это же традиция! Можно хоть раз почувствовать себя японцами, - он был единственным, кто предлагал это серьезно. В конце концов, обиделся и замолчал.
Стоит отдать японцам должное - бани у них имели совершенно особенную философию. Ежедневное посещение онсена считается базовой историей в их культуре, и все от мала до велика посещают это место силы. Люди действительно сидят голые и разговаривают, где-то рядом играют дети. Совсем немного похоже на хамам, но более социальный. Мне нравилось об этом думать, представлять себя в таком умиротворенном месте, но, если честно, по факту в голове всплывали чьи-то пятые точки, чередующиеся друг с другом, писающие трехлетки и множество японских членов - полная антисанитария вызывала во мне приступы рвоты, поэтому до конца проникнуться этой идеей я так и не смогла даже в Японии, но пока не об этом.
Приятная официантка принесла нам суши, рамен и в подарок парочку настоек. Поедая свои блюда, мы говорили обо всяких восточных нюансах: например, договорились не тратиться на такси из-за сумасшедшей цены, обходить рыбные рынки, поскольку Егор не переносил эти запахи, точно доехать до Хаконе, чтобы увидеть гору Фудзияма. На мое удивление, беседа продвигалась оживленно и по ключевым вопросам, возможно, потому что Андрей почти все время ел или пил.
Через три вкусных часа мы оплатили счет. Близилось к одиннадцати вечера, и сотрудники ресторана уже косо на нас посматривали. Официанты поднимали стулья на столы, бармен протирал стойку. Мы вывалились оттуда навеселе, но отдавали себе отчет перед рабочим днем. Как поздоровались, так и попрощались, и три такси помчали нас по домам. Егор держал мою руку, я смотрела то вперед, то в окно слева.
- Надеюсь, он пошутил про онсен, - с улыбкой сказал парень.
Я ухмыльнулась. Мы оба знали, что это неправда.