Призрачный замаскированный принц Сяо

Глава 91 – Задача спасти кого-нибудь и создать неприятности

Закончив трапезу, Чу Цин-Янь немедленно пошла переодеваться. После того, как она закончила сборы и вышла с Си Нин, она заметила кое-кого, кто ждал её у двери со скрещенными руками.

Это был Дух Земли, тот, кто не принимал её больше всех.

Она была явно поражена и нерешительно спросила: «Его высочество отправил вас, чтобы защитить меня?»

Дух Земли посмотрел на неё холодным взглядом: «Именно».

Чу Цин-Янь, которая изначально была взволнована, внезапно почувствовала себя так, будто на неё вылили таз холодной воды. Она переглянулась с Си Нин. Кажется, в этой поездке она замерзнет до смерти. Вражда, исходившая от Духа Земли, заставляла дрожать с головы до пят.

Чу Цин-Янь хотела плакать, но у неё не было слез, может ли она попросить о замене человека?

«Девятая мисс Чу, вы не хотите идти?» - с нетерпением спросил Дух Земли.

Чу Цин-Янь немедленно ответила: «Пойдемте».

В результате, мисс, её слуга, Дух Земли и два простых императорских стражника, которые пришли вместе с ним, отправились на прогулку.

Пусть Дух Земли был настроен по отношению к ней не очень хорошо, но Чу Цин-Янь не была тем человеком, который ждал бы, чтобы все относились к ней с любовью. Она знала, что Дух Земли смотрит на неё свысока, но ведь и она не серебряная монета, чтобы нравиться всем. Кроме того, она не хотела приклеивать своё теплое лицо к чьей-то холодной заднице, поэтому она сосредоточилась только на том, что сейчас она пойдет играть.

По пути она встретила много девочек её возраста, которые веселились. Девушкам в древние времена не разрешали выходить через главный вход. Однако, похоже, она попала в то время, когда ограничения были не такими уж и строгими. Только когда девушка достигнет брачного возраста, она сама ограничит количество раз, когда она будет гулять. Да и из-за того, что они будут заняты пошивом одежды и изучением того, как вести домашнее хозяйство, у них просто не будет свободного времени, чтобы гулять.

Тем не менее, Чу Цин-Янь видела большое количество девушек, которые ходили по улицам в поисках каких-нибудь новых вещей.

Светло-зеленые широкие платья, мерцающие жемчужные заколки, никто не спорил и не ругался, отовсюду доносились лишь радостные и веселые голоса. Здесь трудно было встретить человека, который был бы нелюдим. Это была династия, люди которой были просты и честны.

Здесь не было автомобилей, испускающих вредный газ, не было смога, который душил бы людей. Кроме того, не было и никаких химических загрязнений. Это была династия, полная очаровательных пейзажей и абсолютно лишенная всяких загрязнений.

Чу Цин-Янь вдруг стало очень жаль.

Дух Земли, который никогда не думал о Чу Цин-Янь, наблюдал за тем, как она оглядывается по сторонам. Он подумал о том, что этот ребенок был несколько странным. Видя то, что она погружена в свои мысли и бормочет что-то себе под нос, он отступил на несколько шагов назад.

Чу Цин-Янь уже была готова относиться к императорской страже как к воздуху. Она потянула Си Нин на оживленные улицы, наблюдая за людьми и заглядывая в лавочки, но ничего не покупая. Она просто наслаждалась этим первым опытом.

Дух Земли был нетерпелив, но из-за приказа господина он молчал. Он лишь следовал его примеру и, поддерживая определенную дистанцию, следовал за ней.

Чу Цин-Янь подошла к лавке, заметив за прилавком заколку для волос с жемчужным цветком, которая ей приглянулась. Она замедлила шаги. Только она хотела взять её в руки, чтобы рассмотреть, как вдруг услышала грохот, доносящийся где-то поблизости. Она повернулся на шум.

Чу Цин-Янь увидела нескольких мужчин, одетых как слуги, которые окружали что-то, а мужчина, который шёл впереди них, одетый в разноцветную одежду, что-то ругал. Она пристально уставилась и с трудом нашла тонкую женскую фигуру, лежащую на земле.

Владелец прилавка тоже заметил происходящее и сказал: «Грех, такой грех!»

Думая, что продавец может знать что-нибудь, Чу Цин-Янь тут же спросила у него: «Господин, вы знаете, что случилось?»

Хозяин прилавка сначала не хотел вмешиваться в происходящее, но глядя на милое личико Чу Цин-Янь, сказал: «Видите этого мужчину? Это любимый младший брат его величества. Он известен тем, что издевается над людьми и ворует женщин. Похоже, что сейчас он снова запугивает кого-то!»

Услышав это, Чу Цин-Янь подумала, что это слишком сильно напоминает клишированную тв-драму, но она никогда не ожидала увидеть это вживую. Она хотела подойти и посмотреть, над кем издеваются.

Чу Цин-Янь сделала несколько шагов, как кто-то преградил ей путь. Она подняла голову и увидела Духа Земли.

Он был очень недоволен и посмотрел на Чу Цин-Янь с некоторым неодобрением: «Девятая мисс Чу, лучше возвращайтесь домой. Не стоит вмешиваться в такие дела!»

Чу Цин-Янь знала, что вмешиваться нельзя, но его внезапно сказанные слова разозлили её.

«Будучи императорским стражником разве вы не должны прекращать такие вещи? Вы ведь представляете принца!»!

Дух Земли быстро подобрал слова, чтобы успокоить маленькую мисс: «Но также я не могу позорить и искать проблемы для его высочества. Подобными вещами должны заниматься люди из Ямэня. Мы, подчиненные его высочества, должны знать, что нельзя выходить за рамки своих обязанностей».

Чу Цин-Янь снова хотела возразить, но вдруг шум стал громче. Дух Земли и Чу Цин-Янь одновременно обернулись.

Женщина, которая была окружена, внезапно подскочила и побежала в сторону Чу Цин-Янь. Её толкнули и она упала прямо перед Чу Цин-Янь.

Мужчины в одно мгновение оказались рядом и снова окружили незнакомку.

Женщина была в отчаянии, она подняла голову и встретилась взглядом с Чу Цин-Янь. Внезапно она сказала: «Прошу, мисс, прошу вас, спасите меня!»

«Беги, беги!» - сказал ярко разодетый мужчина, безжалостно улыбаясь. Он взял палку из рук своего слуги и собрался ударить женщину.

Всё произошло так быстро, что Чу Цин-Янь даже не поняла, как она подняла руку, чтобы остановить его.

«Стой!» - взгляд Чу Цин-Янь был твердым, когда она взглянула на этих мужчин.

В прошлой жизни её учили помогать другим, поддерживать слабых и не давать их в обиду. Если каждый будет эгоистично защищать себя, то людям, которые нарушают закон и совершают преступления, всё будет сходить с рук. Для них это будет чем-то вроде поощрения. Внезапно её храбрость усилилась.

Мужчина замер. Его взгляд был полон гнева, когда он посмотрел на Чу Цин-Янь: «Что за малявка? Да как ты смеешь приказывать мне?!»

Несмотря на то, что Чу Цин-Янь была молода, она была одета в высококачественный наряд, а рядом с ней были стражники. Однако этот мужчина, известный тиран, даже не заметил этого.

Чу Цин-Янь холодно фыркнула: «Запугивать простых людей, совершать насилие посреди улиц. Любой бы мог выйти и сказать вам что-нибудь о справедливости».

Услышав это, мужчина рассмеялся и сказал своим слугам: «Ещё одна глупая маленькая девочка, которая не знает, что такое жизнь. Ребята, покажите ей, где оказываются те люди, которые смеют указывать мне!»

«Похоронены в гробу! Отдыхают навеки вечные! Ахаха...» - слуги с насмешкой взглянули на Чу Цин-Янь, намекая на то, что она переоценила себя.

Чу Цин-Янь не переживала о бандитах. Она и Си Нин помогли женщине подняться. Когда она дотронулась до женщины, до она заметила большое количество ран от ударов на её теле. Некоторые были такими страшными, что было видно кровь и мясо. Чу Цин-Янь ужасно разозлилась. Дело не в том, что она почувствовала себя Девой Марией, скорее, иногда возникают вопросы, сталкиваясь с которыми, она, даже не имея никаких сил и способностей, попыталась бы решить. Злу всегда нужно быть под контролем.

Мужчина разозлился ещё сильнее, глядя на эту глупую девочку, не обращающую на него никакого внимания. Он воспринял это как личное унижение и пришёл в ярость. Он сердито крикнул: «Избейте их!»

«Дух Земли, если я правильно помню, его высочество приказал вам защищать меня, правильно?» - Чу Цин-Янь наблюдала за приближающимися людьми, она лениво улыбнулась человеку рядом с ней. Он, скрестив руки на груди, казалось, наблюдал за игрой, будто он не знал, что его ждет великая катастрофа.

Дух Земли безучастно наблюдал за происходящим, он сразу понял, что Чу Цин-Янь нашла слабое место. Он не мог спасти эту женщину, но не мог игнорировать Чу Цин-Янь.

Но с другой стороны это был младший брат императорской наложницы Юэ, ах. Его брови поднялись.

Пока он колебался, слуги того мужчины уже подошли.

И сразу же после ----

Раздался легкий звук удара деревянной палки, а затем послышался аромат буддийского ладана.

Чу Цин-Янь повернула голову и увидела монаха, который словно ветер, дующий в нефритовом лесу, появился из ниоткуда. Он улыбнулся, говоря: «Амитабха, благодетель держит вас за руку».

Глава 92 – Божество или, другими словами, монах.

«Это Великий Мастер....»

«Моё почтение, Великий Мастер!»

«Великий Мастер...»

Заметив монаха, зеваки, наблюдающие за происходящим, вдруг начали опускаться на колени один за другим.

Внезапно атмосфера стала лучше. Все склонились на колени, кроме одного человека, который стоял среди толпы.

«Эй, девочка, быстро встань на колени...»

«Ты не можешь оскорбить Великого Мастера...»

Тут же отовсюду послышались советы от простолюдин, но Чу Цин-Янь игнорировала их. По её мнению, она могла встать на колени только перед родителями. Пусть она сейчас в том времени, где возраст и положение играют важную роль, и, скорее всего, настанет тот момент, когда ей придется встать на колени, но точно не сейчас.

Чу Цин-Янь лишь слегка поклонилась, а затем протянула руку для рукопожатия: «Великий Мастер».

«Ох, благодетельная Чу, вижу, что с тобой всё в порядке с нашей последней встречи», - Сюй Сянь, похоже, совсем не заботился о том, как его приветствуют. Он просто привык к тому, что люди почитают его, куда бы он ни пришёл. Он знал, что пытаться остановить это – бесполезно, поэтому он больше не тратил время на споры об этом.

«Великий Мастер, надеюсь, что у ваши дела идут хорошо», - с улыбкой ответила Чу Цин-Янь.

Сюй Сянь медленно шагнул вперед. Его одежда шелохнулась, словно он шёл по ветру. Люди, что были вокруг, сами расступались перед ним. Он лишь слегка улыбнулся им.

Пройдя вперед, Сюй Сянь повернулся к этому господину, который снова собирался приступить к избиению женщины: «Господин Фу, пожалуйста, помилуйте».

Брови Фу Аня поднялись: «Почему Великий Мастер не сидит в монастыре и не учится, а пришёл сюда, чтобы влезть в наши мирские дела?»

«Будда говорил, что ходить по миру – значит учиться в светском мире, достигать буддийского просветления в светском мире. Я здесь не для того, чтобы мешать вам, а учиться», - с улыбкой сказал Сюй Сянь, сложив руки на груди.

«Я ловлю беглую прислугу, что значит, что я не нарушаю закон, верно?» - Фу Ань всеми правдами и неправдами пытался показать Сюй Сяню его место.

Женщина, услышав это, немедленно заплакала и опустилась на колени: «Великий Мастер, вчера мой близкий родственник скончался. Сегодня я вернулась с похорон, но, к сожалению, столкнулась с этим злым тираном. Он силой пытался утащить меня, но я не согласилась, поэтому он приказал этим людям избить меня. На самом деле я не сбегала из поместья. Я прошу Великого Мастера разобраться в этом вопросе!»

Чу Цин-Янь, услышав это, с яростью уставилась на Фу Аня, который оказался самым настоящем зверем.

Фу Ань потянулся за палкой, чтобы ударить эту женщину, но был остановлен. Он отступил на несколько шагов назад, он заметил лишь руку Великого Мастера, которая махнула в его сторону.

«Господин Фу, жадность, злость, глупость и ненависть – дьяволы человеческого общества. Не позволяйте дьяволу завладеть вашей мудростью и привести ваши мысли в беспорядок», - с улыбкой сказал Сюй Сянь.

«Да, верно. Издеваться над женщиной, какой ты мужчина после этого!»

«Почему вы не рассказали все сразу? Великий Мастер не допустит твоей грубости!»

«...»

Зеваки тут же зашептались. Теперь каждый из них стоял разгневанный на Фу Аня, глядя на него, как на крысу, которую все могли бить.

Чу Цин-Янь внезапно почувствовала себя очень странно. Только что они вели себя безразлично, но теперь стали воплощением справедливости. Она бросила взгляд на тихого и спокойного Сюй Сяня, стоявшего в стороне. Она щелкнула языком. Неужели в этом сила веры? Один буддийский монах может с легкостью перевернуть всю ситуацию и контролировать мысли и чувства такой огромной массы?

Фу Ань понял, что люди больше не под его влиянием, кроме того, он не мог напрямую столкнуться с Сюй Сянем. Он знал, что Сюй Сянь всегда был почетным гостем в его доме, даже его старшая сестра всегда была вежлива с ним. Ему не стоит сталкиваться с ним ради одной женщины. Но он должен найти козла отпущения за унижение.

В итоге Фу Ань уставился на Чу Цин-Янь: «Я с тобой ещё увижусь!»

Чу Цин-Янь лишь пожала плечами, словно не почувствовала эту неописуемую ярость.

После этого Фу Ань приказал своим людям вернуться домой и ушел прочь.

«Большое спасибо, Великий Мастер», - женщина тут же опустилась на колени перед Сюй Сянем, рассыпаясь в словах благодарности.

Сюй Сянь помог ей подняться: «Госпожа, если здесь у вас не осталось близких родственников, то покиньте столицу. Попытайтесь найти убежище у других родственников!»

«Возможность получить совет Великого Мастера – большая удача».

«Ах, верно. Простому человеку трудно получить хотя бы одно слово от Великого Мастера, ах!»

Снова зашептались прохожие.

Женщина поклонилась: «Большое спасибо за совет, Великий Мастер».

«Можете идти», - с улыбкой сказал Сюй Сянь.

После того, как эта женщина закончила благодарить, она быстро ушла.

Си Нин, наблюдавшая за всем, не сдержалась и выразила своё мнение, чувствуя несправедливость: «Мисс, вы потратили столько усилий, чтобы спасти её, но все её слова благодарности были предназначены Великому Мастеру Сюй Сяню. Она не сказала вам ни слова, можно подумать, что вы спасли её напрасно».

Чу Цин-Янь равнодушно ответила: «Если бы я спасала её ради слов благодарности, то это противоречило бы моим первоначальным намерениям. Человек с самого рождения хороший, поэтому я сделала это, чтобы спасти её, ничего более. Я думала только о том, как я могу остаться в стороне в такой ситуации!»

Может быть, если бы она ничего не сделала сейчас, то потом бы не простила себя.

На самом деле, её настоящие намерения были не такими уж и благородными, она лишь хотела сделать так, что её потом не мучала совесть.

Когда Си Нин услышала это, она тут же поняла все действия своей госпожи. Она с одобрением сказала: «Госпожа, вы действительно великолепны. Я даю вам 32 лайка!»

Чу Цин-Янь покачала головой и рассмеялась над Си Нин, которая немедленно использовала то, что только что узнала.

Её прогулка ещё не закончилась, она не могла и дальше задерживаться здесь. Чу Цин-Янь как раз собиралась уходить, как увидела, что Сюй Сянь, стоящий среди толпы, смотрит прямо на неё. Чу Цин-Янь замерла. Пусть он и был в одежде монаха и выполнял Божьи Наставления, он спас её однажды, поэтому она не могла уйти просто так. В итоге она подошла к нему и сказала: «Великий Мастер, в тот день я не успела выразить свою благодарность. Сегодня я официально благодарю вас».

Чу Цин-Янь считала Сюй Сяня кем-то вроде Божьего посланника. Скорее всего, из-за его непонятных слов, которые он сказал Сяо Сюю, она относилась к нему с подозрением. Она всегда остерегалась людей, которые все слишком усложняли.

Сюй Сянь слегка улыбнулся: «Вы слишком вежливы, ведь тогда вы уже сказали мне «Спасибо».

Чу Цин-Янь почесала голову, пытаясь вспомнить это. Может быть, из-за испуга и шока она совсем позабыла об этом? Однако ответить человеку добром на его доброту – одно из её главных правил.

«Могу ли я пригласить вас на обед?» - спросила Чу Цин-Янь, не задумываясь.

На самом деле, она сомневалась, захочет ли такой человек, как Сюй Сянь, кушать с ней. Но правила приличия требовали от неё этого вопроса.

Сначала Сюй Сянь хотел тактично отказать, но хорошенько подумав, он согласился: «Будет достаточно и чая».

Дух Земли с удивлением наблюдал за тем, как Сюй Сянь согласился. Обычно высокопоставленные чиновники с трудом приглашали его на встречи. Теперь же Чу Цин-Янь просит об этом, не задумываясь, и он соглашается. Внезапно он почувствовал, что Чу Цин-Янь может изменить любое место, в котором окажется.

Чу Цин-Янь тоже была шокирована. Она предложила это, не подумав, неужели и он согласился, не задумываясь? Действительно ли все монахи учат лишь стихи из Священных Писаний? Они совсем не знакомы со светским миром? Было ясно, как чистый лист, что она была просто вежлива!

Но так как слово не воробей, Чу Цин-Янь перестала прикидываться дурочкой. После того, как она угостит его едой, её долг перед Сюй Сянем будет погашен.

Она относилась не очень хорошо к Сюй Сяню. Более того, этот человек не выглядел бедным или пугающим. Наоборот, от него исходила приятная и благосклонная аура. Можно сказать, что он был чист и свят, как цветок лотоса. Но она думала только о том, чтобы оставаться на расстоянии от этого человека, потому что у Чу Цин-Янь было чувство, будто этот человек окажет большое влияние на её жизнь или жизнь её близких людей.

Глава 93 – Я здесь, чтобы помочь вам узнать о Буддизме.

Так как монах хотел выпить чай, Чу Цин-Янь нашла чайную лавку.

Пусть она была и маленькой, но опрятной и чистой.

«Многоуважаемый гость, какой чай вы хотите выпить?» - с энтузиазмом спросил официант с полотенцем через плечо.

После того, как они уселись, Чу Цин-Янь улыбнулась и спросила: «Могу ли я узнать у вас, какие чаи у вас есть?»

«У нас есть чай Улун, Би Луо Чун, Ти Гуан Инь и все виды цветочного чая», - ответил официант.

«Какие виды цветочного чая у вас есть?» - Чу Цин-Янь хотела попробовать цветочный чай.

«У нас есть чай с жасмином, с хризантемой, с османтусом, с водяными лилиями...»

Чу Цин-Янь ждала, пока он закончит, прежде чем повернуться, чтобы поговорить с Сюй Сянем, который молча сидел в стороне: «Какой чай вы хотите выпить, Великий Мастер?»

«Я позволю вам решить самостоятельно», - улыбнулся в ответ Сюй Сянь.

Чу Цин-Янь решила, что чай с лилиями будет неплохим вариантом, поэтому попросила его.

Официант тут же ушёл готовить всё.

Чу Цин-Янь подперла подбородок руками, глядя на человека перед собой. Она думала о том, что сидеть и переглядываться довольно неловко, поэтому задумалась над темой для разговора.

«Великий Мастер, некоторое время назад я увидела, как вы можете заставить человека отступить назад лишь взмахом руки, это легендарная внутренняя сила?»

Сюй Сянь услышал это и легко улыбнулся: «Можно сказать и так».

«Вы выглядите молодо, сколько времени прошло с тех пор, как вы стали буддистом?» - чай ещё не принесли, поэтому Чу Цин-Янь ломала голову над темой для обсуждения.

«Я воспитывался в храме с самого детства», - ответил Сюй Сянь.

После его ответа снова наступило неловкое молчание.

Сюй Сянь, казалось, видел, что она ищет тему для обсуждения, и слабо улыбнулся: «Вам не нужно так сильно заботиться обо мне, ведите себя, как всегда».

Это было так заметно? Чу Цин-Янь потерла нос, к счастью, чай принесли как раз вовремя, что помогло ей справиться с дискомфортом.

Си Нин вышла вперед, чтобы налить им чай. Чу Цин-Янь взяла чашку и подула. Она сделала глоток и почувствовала, что вкус был неплохой, кувшинка была немного горькой, внутри были семена лотоса. Такой чай был эффективен для облегчения лихорадки и был также хорош для детоксикации.

«Довольно вкусно», - честно сказала Чу Цин-Янь. Поставив чашку, она увидела, что Сюй Сянь сидел, держа бусы в одной руке, и вытянув вторую руку. Он закрыл глаза, и создавалось такое ощущение, что он вообще не здесь.

Чу Цин-Янь со смехом выдохнула: «Великий Мастер, вы пришли, чтобы почувствовать аромат чая вместо того, чтобы пить чай?»

Сюй Сянь слабо улыбнулся: «Аромат – это часть чая, почувствовав его, вы узнаете его вкус. Пить его или нет, на самом деле, не так уж важно».

Чу Цин-Янь подняла бровь. Этот человек слишком уныл, пить чай всё равно, что петь сутру. Но ей было неважно, как он пьет чай. В любом случае, она заказала чай, и этого было достаточно.

Как только Чу Цин-Янь допила свою вторую чашку, человек, сидящий перед ней, открыл глаза и безразлично спросил: «Госпожа, есть одна вещь, которую я не могу понять».

«Есть что-то, что не можете понять даже Великий Мастер?» - Чу Цин-Янь была удивлена.

«В этом огромном мире всегда будут нерешенные вопросы. Дорога Буддизма – это путь поиска знаний для просветления», - Сюй Сянь нисколько не смутился из-за её удивления, напротив, он ответил очень спокойно.

«Получить вопрос от Великого Мастера, это настоящее почтение. Я боюсь, что у вас больше опыта и знаний, именно поэтому я не смогу дать вам ответ», - Чу Цин-Янь опустила голову.

Сюй Сянь слегка улыбнулся: «Это неважно. Этот бедный монах не понимает, почему так много людей пошли против своего внутреннего голоса, но вы не испугались, почему?»

Даже слуга, который был с ней, не собирался помогать этой женщине. Прожив такую долгую жизнь, насмотревшись на столько несправедливостей. Не то, чтобы вокруг не было тех, кто мог бы сказать слова о справедливости, однако только она, увидев такого же беззащитного и маленького, как и она, смогла заступиться за неё. Именно это и ошеломило её.

Не ожидая услышать этот вопрос, Чу Цин-Янь лениво улыбнулась: «Великий Мастер, я просто сделала то, о чём не хотела бы потом сожалеть».

«Что вы имеете в виду?» - спросил он.

«Я не могу просто пройти мимо того, кто находится на волоске от смерти. Возможно, Великий Мастер думает, что я переоценила свои способности, но я думала только об этом: если бы я была на её месте, и все прошли бы мимо, то я почувствовала настоящие отчаяние. Я считаю, что в людях нет доброжелательности. Я верю в эффект бабочки. Если кто-то один встает, то это всегда влияет на других. И так один за другим, в итоге всё больше и больше людей встают», - Чу Цин-Янь просто высказала свою точку зрения, которой она придерживалась и в прошлой жизни. Однако она понимала, что в этом мире существует четкая иерархия. Люди с властью всегда будут сидеть высоко и иметь контроль, а простые люди будут считаться муравьями. Кто будет заботиться о доброте. Чиновники и богачи заботились только о власти, а простые люди заботились о еде и крове. Хотя её современные взгляды, похоже, не имели никаких противоречий с этим порядком, но и общего было мало. Думая об этом, ей стало немного грустно.

Сюй Сянь какое-то время хранил молчание, а затем поднял голову и посмотрел на неё. В его взгляде появился незнакомый Чу Цин-Янь огонек: «У вас доброжелательное сердце».

«Большое спасибо за вашу похвалу, Великий Мастер», - Чу Цин-Янь улыбнулась. На самом деле, это не было редкостью, ведь в её прошлой жизни много людей встало бы на защиту. В конце концов, хороших людей всегда будет больше, чем плохих. Более того, в обществе, управляемым законом, плохие люди не ведут себя так дико. Даже если бы они полагались на свой статус, пытаясь притеснять других, они были бы разоблачены в интернете и подверглись бы критике. Было просто другое время, а она сделала то, что хотела, не более того!

«Если такое случится снова, попытаетесь ли вы спасти человека?» - продолжил допрос Сюй Сянь.

Чу Цин-Янь на секунду задумалась: «Я оцениваю ситуацию до принятия решения, ведь ударить яйцо о камень – не моё первоначальное намерение. Вы должны действовать в рамках своих возможностей, а не быть импульсивным».

Сюй Сянь слабо улыбнулся, хотя её ответ несколько противоречил её предыдущему ответу, но понять её было легко: «То есть вы хотите проявлять сдержанность в такого рода делах?»

Чу Цин-Янь озадаченно посмотрела на него: «Что вы имеете в виду, Великий Мастер?»

«Используйте доброжелательность, чтобы изменить мир, пусть такие события случаются реже», - слабо улыбнулся Сюй Сянь.

Чу Цин-Янь широко раскрыла глаза, почему она поняла это не сразу?

Видя, что она все ещё тупо смотрит на него, Сюй Сянь терпеливо продолжил: «Я помогу вам войти в буддизм и следовать за мной в будущем, чтобы распространять нашу веру. Используйте буддийскую доктрину, чтобы изменять людей по всему миру, делать хороших людей ещё добрее, а плохим людям прививать доброжелательность».

Чу Цин-Янь чувствовала себя так, будто только что услышала шутку. Словно кто-то пытался убедить её покинуть дом, чтобы стать буддийской монахиней. Если бы это произошло в будущем, и её родители услышали это, они бы подумали, что он несет чушь. Её папа тут же вышвырнул бы этого человека из дома!

Только Чу Цин-Янь собиралась рассмеяться, как увидела с какой улыбкой и с какой серьёзностью на неё смотрит красивый юноша.

Она с недоверием спросила: «Великий Мастер шутит, верно?»

«Монахи не лгут», - серьезно ответил Сюй Сянь.

«Почему я?» - спросила Чу Цин-Янь.

«Потому что ваша судьба связана с Буддой», - ответил Сюй Сянь.

Чу Цин-Янь прищурилась. С чего он решил, что её жизнь связана с Буддой?

«Великий Мастер, вы ведь любите вводить в заблуждение детей, не имеющих никакого опыта, и приводите их в Буддизм?»

Сюй Сянь не разозлился на её провокационный вопрос, а лишь слегка улыбнулся: «Вы действительно не первый человек, кого я выбрал».

Чу Цин-Янь лишь убедилась в своих словах. Конечно же, он просто обманывает других.

Затем она услышала, как он добавил: «Однако я не так легко выбираю учеников. Вы первая».

Она удивленно подняла голову и переглянулась с ним. В глубине его глаз можно было увидеть водяную лилию.

Он был таким благородным и чистым, что Чу Цин-Янь не могла смотреть ему в глаза.

Глава 94 – Обычный смертный в мире смертных это я.

Под его спокойным взглядом Чу Цин-Янь пришла в себя и сразу же стала немного нервной: «Великий Мастер, хотя я и высоко ценю буддизм, я не собираюсь удариться в религию. Кроме того, вы не думаете, что говорить об этом с 10-летним ребенком немного чересчур?»

Кого вообще интересовала такая перспектива? Может быть, этот Божий посланник сделал бы из неё маленького Божьего посланника, показывая её повсюду, чтобы обмануть ещё больше людей?

Более того, не такой жизни хотела Чу Цин-Янь.

«Даже если с неба идут ливни, трава все равно будет расти. Двери Буддизма огромны, но они не примут тех людей, кто не связан с ними. Возраст не помеха, вы умны, и будет жаль, если вы откажитесь», - Сюй Сянь терпеливо стоял на своём.

Чу Цин-Янь закатила глаза. По его словам, она подходит потому, что она умна, если так, то все умные люди должны стать буддистами. В таком случае, мир был бы полон монахов. Чу Цин-Янь действительно хотела высмеять это, но видя, что Сюй Сянь был настроен решительно в своем желании вовлечь её в буддизм, она хотела перевернуть стол. Однако в итоге она смогла сдержаться. Чу Цин-Янь вспомнила о том, что все люди относятся к этому человеку с благоговением, а ей не хотелось навлечь на себя гнев народа. Так как он хотел, чтобы она стала монахиней, Чу Цин-Янь решила поговорить с ним об этом.

«Великий Мастер, каковы преимущества становления монахом?» - спросила Чу Цин-Янь.

«Люди вступают в буддизм не из-за хороших благ, а из-за того, что все живое пусто, жадно, гневно, невежественно и ненавистно. Восемь бедствий жизни (1) переплетаются с нашим миром, будет лучше войти в буддизм, чтобы очистить и улучшить своё физическое, умственное и духовное благополучие», - сказал Сюй Сянь с серьезным лицом.

«Неправда!» - вскрикнула Чу Цин-Янь.

«Что? У вас другое мнение на этот счет?» - спросил Сюй Сянь.

«Все живые существа пусты? Это пессимистский взгляд на жизнь. По вашему мнению, всё живое на небесах, а жизнь на земле длится лишь мгновение, всё остается прежним, но меняются лишь люди. Люди – это вещи, словно цветы, которые цветут, а потом увядают. Цветение и увядание – это бесконечный повторяющийся процесс, никаких изменений. Единственное, что меняется, - это вид цветка, независимо от того, расцвел он или увял», - Чу Цин-Янь улыбалась, но её голос был серьезен. Она заметила, что Сюй Сянь собирается возразить ей, поэтому тут же продолжила. – «Но для простых людей всё, что происходит в наших жизнях, стоит этого. Люди, с которыми мы сталкиваемся, и проблемы, с которыми мы сталкиваемся, оставляют у нас воспоминания. Мысли об этом очень значимы для нас».

«Мне кажется, что вы неправильно истолковали мои слова», - с улыбкой ответил Сюй Сянь.

«Пожалуйста, объясните мне, Великий Мастер», - сказала Чу Цин-Янь.

«Из-за того, что отсутствует направление, появляется беспокойство в сердцах людей! Все живые существа вечно тонут в море горечи, что заставляет их всё больше и больше уходить в плохую карму и совершать всевозможные злые дела, творя грехи».

Сказав это, Сюй Сянь заглянул в глаза Чу Цин-Янь, а затем наполовину прикрыл свои и продолжил говорить: «Покинуть дом, чтобы следовать за Буддой и медитировать, молиться в мире, без жадности и желаний, спокойно и непринужденно. Так называемый «отказ от мира для монашеской жизни» на самом деле не пессимистичен, а позитивный и обнадеживающий. Это не разочаровывает, но это не увидишь за фасадом. На самом деле, это даже ускоряет все. Речь идет не о том, чтобы ничего не делать, а о том, чтобы быть довольным тем, что имеешь».

«Амитабха», - не сдержалась Чу Цин-Янь.

Молодой монах сидел перед ней спокойно и мирно. Ему было достаточно лишь использовать свой мудрый взгляд, чтобы заставить своего собеседника чувствовать себя спокойно. Спокойствие всегда помогает уговорить, если бы он разговаривал не с Чу Цин-Янь, то он бы уже убедил этого человека. Даже его поза говорила о его даре убеждения.

Жаль, что он пытался уговорить её стать его учеником.

Она могла просто взмахнуть руками и уйти, но на его лице было столько уверенности, что Чу Цин-Янь разозлилась. Если она сейчас не начнет спорить с ним, то она будет долго думать об этом.

«Великий Мастер, ваши познания в Священных Стихах очень высоки, в этом я точно не смогу победить вас. Но я хочу, чтобы смертные люди наслаждались настоящим, вместо того, чтобы отказываться от всего в пользу монашеской жизни или пытаться полностью понять мир смертных. Я живу в этом мире, и мне это нравится. Я понимаю, что жизнь предсказать тяжело, но именно это и делает её удивительной и захватывающей. Если бы я действительно хотела стать буддисткой, быть далеко от родных и близких друзей, в одиночестве искать истину в Буддизме, кто бы спросил о моём благополучии, когда мне было бы холодно? Кто позаботиться обо мне, когда я больна? Оказаться старой и совсем одинокой, разве это не напрасно прожитая жизнь?»

В ответ на эту провокацию и неуважение Сюй Сянь лишь слегка поднял бровь: «Вступление в Буддизм не означает, что нужно жить в одиночестве. Ваше сердце не будет чувствовать себя одиноким, все монахи становятся друзьями, помогая друг другу. Вам не нужно беспокоиться, ведь если вы станете моей ученицей, я всегда буду помогать вам».

Подняв взгляд, Сюй Сянь столкнулся с хитрыми глазами Чу Цин-Янь. Его сердце сжалось, когда он услышал её ответ: «Великий Мастер, разве не вы сказали, что шесть оснований для спокойствия не должны иметь семь эмоциональных состояний и шесть желаний? Вам не нужно испытывать эмоции, но, тем не менее, то, что вы меня жалеете, не противоречит вашим доктринам?» - Чу Цин-Янь с улыбкой посмотрела на монаха.

Сюй Сянь подумал, что это довольно забавно. Для него это было иносказательством, но она смогла поймать его в ловушку. Для её возраста она была очень умна.

Изначально Чу Цин-Янь хотела увидеть то, как он поймёт, что проиграл, но неожиданно она увидела улыбку монаха. Решив, что он знает о её мыслях всё наперед, улыбка на лице Чу Цин-Янь застыла. Она пришла в себя и прищурилась. Думая о том, что все ведет к её неудаче, она махнула рукой официанту.

«Вы хотите что-нибудь ещё?» - с энтузиазмом улыбнулся официант.

Сюй Сянь не понимал, почему после такого хорошего хода Чу Цин-Янь вдруг подозвала официанта, поэтому он просто ждал.

Он заметил, что Чу Цин-Янь хитро улыбнулась, а затем повернулась к официанту и громко сказала: «У вас есть свиная грудка и вяленая говядина?»

«Конечно, конечно, а ещё у нас есть хрустящие жареные куриные крылышки, маринованная утятина, жареная утиная грудка...» - официант тут же принялся перечислять все меню.

«Хорошо. Я хочу всего по одному», - махнула рукой Чу Цин-Янь.

Официант с радостью принял заказ и ушёл.

После этого Чу Цин-Янь подняла голову и, к её счастью, встретилась с хмурым лицом Сюй Сяня. Это немного подняло её настроение.

На столе почти тут же появилась еда.

«Что это значит?» - Сюй Сянь оглядывал стол, который ломился от еды.

«Если я стану вашей ученицей, то смогу ли я есть всю эту еду? Получить и насладиться такой пищей могут только простые смертные люди. Хотите попробовать?» - Чу Цин-Янь подняла куриное крылышко, пытаясь соблазнить монаха едой.

Сюй Сянь закрыл глаза и прошептал: «Амитабха, Будда, я молю тебя о пощаде!»

Чу Цин-Янь усмехнулась и быстро откусила, прежде чем продолжить: «Великий Мастер, я хочу сказать, что люди живут только один раз. Когда человек счастлив, он должен праздновать это, а не держать пустую золотую бутылку вина, глядя на луну! Наслаждаться настоящим, когда человек счастлив, а потом громко смеяться. Когда кто-то огорчен, он должен громко рыдать. Не желая прожить жизнь напрасно, посредственно и равнодушно. Возможно, вы правы, пытаясь полностью понять мир смертных, придерживаясь шести основ спокойствия, без грусти, радости, любви или ненависти. Не гонясь за славой и богатством, не страдая от жадности, невежества, гнева или сожаления, жить своей жизнью в изоляции своего широкого сердца. Но это не та жизнь, к которой я стремлюсь. Если я упаду, я просто встану. Я никогда не потеряю желание жить и никогда не потеряю надежду на любовь, не впаду в отчаяние, потому что любовь радостна, а боль приводит к жалости себя. Мне не нужен Будда, чтобы спасти меня, я могу сама спасти себя».

Сюй Сянь широко открыл глаза и смотрел на то, как Чу Цин-Янь попивает чай. Её глаза блестели очень ярко.

Неожиданно для самого себя он не знал, что ей ответить.

И как раз в этот момент Дух Земли, который уходил куда-то, вернулся и сказал: «Его высочество ждёт вас у дверей».

1 – восемь бедствий: рождение, взросление, болезни, смерть, расставание с тем, кого мы любим, встреча с тем, что мы ненавидим, недостигнутые цели и все беды пяти скандх.

Глава 95 – Сердце непоколебимо от красоты впереди.

Что? Ледышка на самом деле пришёл за ней? Это просто удивительно!

Чу Цин-Янь не смогла сдержать своих чувств и, извиняясь, улыбнулась Сюй Сяню: «Великий Мастер, за мной пришли, я должна вернуться. Если будет возможность, то давайте как-нибудь ещё поговорим о нашей сегодняшней теме».

Сюй Сянь понял, что сегодня он не убедить её, поэтому он сложил руки и сказал: «Как пожелаете».

Чу Цин-Янь кивнула, а затем позвала официанта, чтобы оплатить всё. Официант с улыбкой отказался, сказав, что владелец лавки никогда не видел, чтобы Великий Мастер обедал у него. Его присутствие осветило их скромную лавку. Официант наговорил столько всего, что Чу Цин-Янь уже почти уснула. В общем, ей не нужно было платить за еду.

Поэтому Чу Цин-Янь с радостью попрощалась с Сюй Сянем и быстро ушла, позвав Си Нин и остальных слуг.

Сюй Сянь посмотрел на стол, полный мясных блюд, затем на удаляющуюся Чу Цин-Янь. В его взгляде можно было заметить беспокойство.

Почему он хотел, чтобы она стала его последователем?

Она спрашивала его об этом, но он не дал ей четкого ответа.

Он и сам не мог ответить на этот вопрос.

Буддистский лотос цветет в грязи, если сердце чистое, то оно не испортится.

Пусть она ещё молода, но она уже успела столкнуться с грязью, сможет ли она вырасти неиспорченной - покажет жизнь. Тем не менее, он не мог поставить на это весь мир, ведь гадание показало ему, что она будет в Западном Сюане, и даже положит начало террору во всем мире.

Кроме этого, было ещё одно бедствие. Это определенным возрастом связано с ним.

Под необычайно яркой улыбкой владельца Сюй Сянь встал и ушёл.

На углу он заметил прыгающую маленькую фигуру рядом с высоким мужчиной. Кто мог предположить, что радостное и счастливое в этот момент лицо станет в будущем огненным фениксом?

Сюй Сянь отвернулся и ушёл.

«Ледышка, ледышка, почему ты здесь?» - Чу Цин-Янь держала руки за спиной, наклоняясь вперед. На её лице отражалась детская невинность.

Взгляд Сяо Сюя упал на фигуру, которая скрылась за углом, а сам он несколько рассеянно сказал: «Я просто проходил мимо после суда».

Чу Цин-Янь на секунду замолчала. Реальность такая жестокая. Она решила, что он зашел за ней специально.

Си Нин, наблюдающая за тем, как меняется выражение лица её мисс, не смогла сдержать улыбку. Её госпожа такая глупая, если бы его высочество не пришёл за ней специально, то стал бы он ждать её у входа?

Чу Цин-Янь уже думала о чем-то другом. Она догнала Сяо Сюя и сказала: «Пойдём домой! Я голодна!»

Услышав это, Сяо Сюй оглянулся, проверяя слуг: «Что ты сегодня делала?»

Почему руки слуг были пусты? Она не покупала себе игрушек и вещей?

«Я просто бродила повсюду, а ещё пила цветочный чай, чай с водяными лилиями. Он был довольно вкусным, но владелец не взял с меня денег», - тут же ответила Чу Цин-Янь.

Сяо Сюй услышал это и поднял бровь. Может быть, ей не выдали денег, что она ничего не купила? Неужели всё настолько плохо, что владельцу пришлось угостить её чашкой чая?

Неужели он, великий принц, не может позволить себе воспитать ребенка? Если об этом узнают, то это станет предметом насмешек!

Когда они вернутся, он прикажет выделять ей ежемесячное пособие. О его людях должны говорить только хорошее, иного он не допустит.

Не услышав ответа от Сяо Сюя, Чу Цин-Янь подняла голову и посмотрела на него, но из-за маски она не могла увидеть его выражение. Однако почему-то она чувствовала, что ей не стоит ожидать чего-то хорошего. Чу Цин-Янь не поняла, что она сказала неправильного, поэтому она потерла нос и промолчала.

В тот момент, когда они подошли к карете Сяо Сюя, подул ветер, который принес запах женской косметики. Чу Цин-Янь не могла понять, откуда взялся этот аромат, как вдруг справа от неё донесся приятный и красивый женский голос.

«Ваше высочество принц Ин, такое совпадение, я не думала, что встречусь с вами здесь», - в голосе можно было заметить нотки волнения, нервозности и удивления.

Чу Цин-Янь остановилась, обернувшись, она увидела девушку, одетую в темно-зеленый наряд. С ней шли две девушки прислуги.

Когда они приблизились, Чу Цин-Янь не могла не вздохнуть, думая о том, какой изящной и красивой была эта женщина. Взгляд незнакомки был прикован к Сяо Сюю, даже если за Чу Цин-Янь никто никогда не ухаживал, она с легкостью смогла понять, что эта девушка восхищается Сяо Сюем.

Только Чу Цин-Янь была заинтересована. Сяо Сюй, эта ледышка, оставался невозмутимым, даже глядя на такую прекрасную девушку, которая к тому же взяла инициативу в свои руки. Как он справится с этим?

«Кто вы?» - Сяо Сюй был немного ошеломлен тем, что кто-то узнал его на улице. Он холодно и строго смотрел на приближающегося человека.

Чу Цин-Янь заметила, что на этих словах лицо девушки немного изменилось, как будто она расстроилась. Однако, она быстро взяла себя в руки и сдержанно улыбнулась, сказав: «Моя фамилия – Яо, а имя – Ин-Жо. Я внучка первой жены нынешнего императорского наставника. Мы встречались несколько раз на дворцовых праздниках. Ваше высочество не помнит меня, но всё в порядке. Я увидела лошадиную повозку из вашего поместья и решила, что ваше высочество будет где-то поблизости. Я не ожидала, что я на самом деле встречу вас, но я подошла, чтобы поприветствовать вас. Пожалуйста, не обижайтесь».

В нескольких предложениях она смогла представиться, рассказать об их знакомстве и даже объяснить, почему она здесь. Чу Цин-Янь цокнула. Эта девушка говорит довольно складно. Она знала, когда наступать или отступать, что правильно сказать, а что неуместно. Она говорила разумно. Чу Цин-Янь не могла представить, какое впечатление это окажет на Сяо Сюя, поскольку эта атака была направлена на него. Как же интересно, ах!

«Угм», - равнодушно ответил Сяо Сюй.

Яо Ин-Жу почувствовала холод со стороны Сяо Сюя и поняла, что он собирается уходить, поэтому она заволновалась. Её губы сжались, пока она думала над тем, как справиться с этой неловкой ситуацией. Вдруг по счастливой случайности ей пришла идея, и она тут же улыбнулась. Она шагнула вперед и немного наклонилась: «Ваше высочество, Ин-Жу не работает, но любит писать стихи. Могу ли я получить вашу оценку?»

«Я не литературный ценитель, мисс Яо выбрала не того человека», - холодно ответил Сяо Сюй.

Встретившись с таким прекрасным человеком, который был одновременно и талантливым, и привлекательным, ни один нормальный человек, не смог бы остаться в стороне. Даже если бы они не могли помочь, они хотя бы попытались сказать что-нибудь. Тем не менее, Чу Цин-Янь не ожидала, что Сяо Сюй будет таким прямолинейным!

Яо Ин-Жу, казалось, задохнулась. Пусть ей и было немного больно, она продолжала упорствовать и не сдавалась.

«Ин-Жу не знает боевого искусства, иначе я могла бы обсудить мечи с вашим высочеством. Я знаю, что ваше высочество защищает границу круглый год. Скажите, действительно ли пейзаж на границе более великолепен и красив, чем в столице?»

Сяо Сюй нахмурился: «Я веду бои, чтобы защитить нашу страну, а не воодушевляться по поводу пейзажей. Возможно, мисс Яо выбрала не того человека».

Его холодный тон заставил нежную и невинную мисс Яо побледнеть.

Разговор с незнакомцем был для него чем-то нереальным. Если бы она не была внучкой императорского наставника Яо, он бы уже ушёл оттуда.

«Ребенок хочет кушать, простите меня за то, что я не могу составить вам компанию», - сказав это, Сяо Сюй, не дождавшись ответа, ушёл.

Ребёнок? Он говорит о ней? Чу Цин-Янь моргнула!

В этот момент, словно чтобы проверить её, Сяо Сюй остановился и с нетерпением посмотрел на неё: «Разве ты не голодна? Пошли скорее!»

«Ох, да, да, я иду!» - Чу Цин-Янь смущенно взглянула на Яо Ин-Жу и побежала за Сяо Сюем.

Глава 96: Причина, по который Сяо Сюй избегает людей.

Взобравшись в карету, Чу Цин-Янь оглянулась на расстроенную Яо Ин-Жо, которая стояла на обочине. Они встретились взглядами, и Чу Цин-Янь увидела в её глазах ревность и обиду. Чу Цин-Янь вздрогнула, она ведь ничего не делала и ничего не говорила. Разве она была тем человеком, кто отверг эту девушку, почему она обижена на неё? Она же смотрит не на того человека.

Чу Цин-Янь решила не думать об этом. Уже в карете она встретилась взглядом с Сяо Сюем, который уже снял свою шляпу и уставился на неё своими темными глазами.

Чу Цин-Янь решила, что ему не понравилась её медлительность, и поспешила занять место, смущенно посмеявшись.

Колеса быстро покатались, оставляя Яо Ин-Жу позади.

Служанка Яо Ин-Жо по имени Тао Хун сказала голосом, полным негодования: «У этого принца на самом деле нет никаких понятий об этикете, мисс подобрала такие добрые слова, чтобы говорить с ним, но он этого не оценил! Никому не известный принц, да как он посмел так себя вести!»

«Тебе нельзя говорить такое о нём!» - Яо Ин-Жо бросила взгляд на свою служанку. – «Что ты вообще знаешь? Принц Ин – известный генерал, для него нормально быть высокомерным. Более того, он просто позабыл меня, если я буду видеться с ним чаще, он обязательно меня запомнит».

Тао Хун немедленно опустила голову и попросила прощения: «Мисс, простите меня, я была неправа».

Другая служанка, Лю Е, вежливо улыбнулась и сказала: «Мисс, не волнуйтесь, с вашей небесной красотой, а также с вашим врожденным интеллектом, его высочество определенно заметит вас».

Эти слова заставили Яо Ин-Жо улыбнуться, её настроение немного улучшилось. Затем она сказала очень решительно: «Я обязательно заставлю принца Ина обращаться со мной по-особенному».

Она была великолепной внучкой первой жены императорского наставника нынешней династии, её семейное происхождение было замечательным, её внешность была восхитительной, а об её талантах ходили легенды. Она подходит ему по всем параметрам!

Горделиво улыбнувшись, Яо Ин-Жо холодно посмотрела в сторону удаляющегося экипажа: «Чу Цин-Янь, значит? Кем она себя возомнила! Думает, что она пара его высочеству! Да это же просто смешно!»

«Верно, правильно!» - тут же начали поддакивать Тао Хун и Лю Е.

Когда экипаж полностью скрылся из виду, Яо Ин-Жо развернулась и пошла прочь.

В этот момент Чу Цин-Янь сидела прямо и неподвижно, обе её руки лежали на коленях, она вертела головой, периодически поглядывая на человека перед собой.

Её взгляд был таким любопытным, что Сяо Сюй не мог проигнорировать это. В конце концов, он отложил книгу и посмотрел на Чу Цин-Янь: «Если хочешь что-то спросить, то просто сделай это!»

Чу Цин-Янь хихикнула, она уже была готова посплетничать: «Ваше высочество, что вы думаете о внешности девушки, которую мы только что встретили?»

«Я не обратил на это никакого внимания», - Сяо Сюй не ожидал такого вопроса, поэтому он с удивлением взглянул на Чу Цин-Янь.

«О, то есть вы обращаетесь так со всеми незнакомцами?» - продолжила Чу Цин-Янь.

«Примерно так», - равнодушно ответил Сяо Сюй.

Услышав это, Чу Цин-Янь наклонила голову. Её поза больше не была такой прямой, как было раньше. Она с любопытством продолжила: «Ваше высочество, вам уже за двадцать. У вас есть близкий друг женщина или, может быть, женщина, которой вы восхищаетесь?»

Взгляд Сяо Сюя в одно мгновение изменился: «Такая маленькая, а вместо того, чтобы спрашивать меня о четырех Великих Книгах или о пяти классиках конфуцианства, ты на самом деле задаешь мне такие неподходящие вопросы! Ты хочешь, чтобы я побил тебя?»

Сяо Сюй очень быстро перешел из режима «Льдина» в режим «Строгий папа», что несколько удивило Чу Цин-Янь. Однако они уже давно поладили, поэтому Чу Цин-Янь знала, что он не побьет её. В итоге её храбрость лишь возросла, и она тут же приблизилась к нему. Схватив его ладошку обеими руками, она избалованно пролепетала: «Ах, мне просто любопытно! Не говорите о том, что я не спрашивала!»

Сяо Сюй разозлился. С каких пор она такая смелая, раз приближается к нему, когда он в таком настроении?! Если бы это был кто-то из его подчиненных, то он бы, наоборот, стоял бы уже за 2-3 метра от Сяо Сюя, в отличие от неё, которая не могла отличить, что плохо, а что хорошо. Однако из-за её поведения, его сердце немного оттаяло: «Нет, никого нет».

Взгляд Чу Цин-Янь заблестел: «Нет кого? У вас нет близкой подруги или женщины, которой вы восхищаетесь?»

Поняв, что Чу Цин-Янь выиграла дюйм, а теперь хочет и весь фут, Сяо Сюй почувствовал, как у него начинает болеть голова.

«Никого нет», - Сяо Сюй выдернул свою руку и лениво оперся на подушку.

«Почему?» - выразила своё удивление Чу Цин-Янь.

Сяо Сюй нахмурился: «Что в этом странного? Я круглый год на границе, охраняю государство. У меня нет времени на дела сердечные».

Чу Цин-Янь широко открыла глаза: «Но разве на полях сражений мало женщин, которые могли бы позаботиться о потребностях солдат и офицеров?»

Услышав это, Сяо Сюй прищурился и строго спросил: «Откуда ты знаешь это? Кто тебе рассказал?»

Сяо Сюй разозлился. Чистая и невинная мисс из хорошего дома действительно знала о таких грязных вещах, как военные проститутки. Если он узнает, кто рассказал ей об этом, то он определенно накажет этого человека.

Чу Цин-Янь поняла, что сейчас Сяо Сюй действительно зол, что бывает очень редко. Она почувствовала, как атмосфера резко стала ледяной. Она немедленно и героически пожертвовала своим телом, подскочив к Сяо Сюю и обхватив его руку, озорно засмеявшись: «Никто не рассказывал мне, я слышала, как люди болтали об этом на улице».

«Впредь не слушай всяких прохожих», - Сяо Сюй не оттолкнул Чу Цин-Янь, напряженная атмосфера потихоньку рассеивалась, но его тон оставался таким же строгим.

«Как прикажете, моё высочество!» - Чу Цин-Янь отдала честь.

Хотя Сяо Сюй не знал, что означает это движение, он, тем не менее, подумал, что это было очень глупо, но так на неё похоже. Кроме того, услышав эту фразу, его сердце тут же смягчилось.

Чу Цин-Янь, чувствуя, что Сяо Сюй больше не злится, решила посплетничать ещё. Если бы ей пришлось оценить свои действия в этот день, то она бы могла охарактеризовать их так: «Кто не рискует, тот не пьет шампанского».

«Тогда ваше высочество, так как в дальнейшем вы все время будете в столице, женщины, которые восхищаются вами, будут пытаться использовать любую возможность, чтобы познакомиться с вами. Может быть, тогда вы найдете девушку, с которой захотите провести остаток жизни!» - Чу Цин-Янь сказала, полностью забыв о себе. Она просто думала о том, что Сяо Сюй такой тип мужчины, который готов пожертвовать своим собственным счастьем для страны, поэтому он должен получить Небесную заботу. Пусть она и слышала много ужасных слухов про него, познакомившись с ним поближе, Чу Цин-Янь поняла, что Сяо Сюй совсем не такой. На самом деле, он был замечательным человеком.

Сяо Сюй закрыл глаза и спокойно ответил: «Мне это не интересно».

«Ах, почему?!» - Чу Цин-Янь не могла понять его. Неужели она плохо играет роль свахи?!

«Женщины слишком надоедливы», - каждый раз общаясь с девушками, Сяо Сюй не мог не думать об этом.

Чу Цин-Янь была ошеломлена. Она слышала, что слуги говорили, будто Сяо Сюй не позволяет ни одной девушке приближаться к нему. Неужели у него есть какой-то смущающий недостаток или, возможно, гомосексуальные наклонности? О боже, это слишком шокирующе!

Сяо Сюй слышал лишь тишину, поэтому он открыл глаза и посмотрел на Чу Цин-Янь, улыбаясь: «Не забудь о себе, девушка».

«Не забыть о себе?» - Чу Цин-Янь не могла прийти в себя.

«Ты – принцесса Ин, которая была назначена самим императором».

«И?»

«Мне достаточно и одной маленькой супруги», - Сяо Сюй снова закрыл глаза, не обращая никакого внимания на Чу Цин-Янь, которая была слишком возбуждена.

«Но я все ещё ребенок!»

«А я никуда не тороплюсь».

Какое это имеет отношение к тому, торопится он или нет?!

Кроме того, как они вообще пришли к этой теме? Чу Цин-Янь была готова разрыдаться.

Один не был романтиком, а другой просто не знал ничего о романтике. В итоге они говорили, не понимая друг друга, но, к удивлению, хорошо гармонировали.

Разве один мудрец не говорил: «Чтобы полюбить человека, лучше всего схватить его, когда он ещё ребёнок»?

Глава 97: Получить преимущество, послушавшись.

Путь до усадьбы они провели в оживленной дискуссии. Слуги, которые встретили карету, чтобы увести её потом, были очень удивлены, увидев, что из кареты, кроме Сяо Сюя вышла и Чу Цин-Янь. Выходит, что его высочество лично забрал Чу Цин-Янь!

«Ваше высочество, маленькая супруга», - слуги тут же поклонились им.

С тех пор, как его высочество наказал Хун И и Цзы И за то, как они обращаются к Чу Цин-Янь, все слуги поняли, что к ней его высочество относится по-особенному. Они могли обидеть кого угодно, но эту маленькую мисс. В итоге все начали называть её по-другому. Чу Цин-Янь стала маленькой супругой, а не девятой мисс Чу, как это было раньше. Это означало, что они признали Чу Цин-Янь.

Однако Чу Цин-Янь не думала об этом. Она решила, что произносить «маленькая супруга» намного легче и быстрее, чем «девятая мисс Чу».

Спустившись с кареты, Сяо Сюй быстро зашагал вперед. Пока Чу Цин-Янь вылезала, он ушёл далеко. В итоге она подняла подол юбки и побежала за ним.

«Подождите меня!»

Сяо Сюй сделал вид, что не слышит её.

Ах, маленькая супруга на самом деле осмелилась попросить его высочество подождать её? Один из слуг закрыл глаза, ожидая, когда его высочество рассердится.

«Ой, моя нога, ах!»

Сяо Сюй тут же остановился и развернулся, но увидел лишь торжествующую улыбку Чу Цин-Янь.

Ах, маленькая супруга осмелилась ввести его высочество в заблуждение? Второй слуга закрыл глаза, ожидая, когда его высочество рассердится.

«Льдина, ты идешь слишком быстро, я не могу идти в ногу с тобой», - Чу Цин-Янь начала жаловаться Сяо Сюю.

Ах, маленькая супруга действительно обвинила его высочество! Третий слуга закрыл глаза, ожидая, когда его высочество рассердится.

Сяо Сюй взглянул на неё: «Ты слишком слабенькая!»

Чу Цин-Янь широко открыла глаза, он на самом деле осмелился критиковать её физическую форму! Её ноги не такие длинные, как у него, кроме того, она девочка, так?

Глядя на то, как Сяо Сюй разворачивается и собирается уйти, Чу Цин-Янь тут же присела на корточки, обняв свою ногу и плача: «Очень больно, не могу ходить быстро. Кажется, моя нога снова болит!»

Сяо Сюй с подозрением посмотрел на неё: «Разве ты поранила эту ногу?»

Чу Цин-Янь опустила голову, чтобы проверить. Черт возьми, она обняла не ту ногу. Она решительно поменяла ногу, а затем подняла голову и с жалостью взглянула на Сяо Сюя.

Сяо Сюй подумал о том, как забавно это выглядит. Похоже, ему не дадут идти впереди. Он поднял её и понес за спиной.

«Держись крепче».

«Да, сэр!»

Один был холодным.

А другая получила небольшое преимущество, показав свой послушный нрав.

Когда слуги убрали руки и увидели эту сцену, их глаза чуть не выпали из орбит.

Солнце взошло на западе?

С неба пошёл красный дождь?

Снег пошёл в июне?

Если нет, неужели им снится одинаковый сон?

«У меня есть маленький осел, ах, на котором я никогда не ездила. Однажды я каталась на нём, когда ехала на рынок. У меня был небольшой кнут...»

«Заткнись!»

«Ох, ладно».

«...»

«Солнце светит в небе. Цветы улыбаются мне. Маленькие птенчики чирикают утром, утром, утром. Почему ты несешь сумку с фейерверками..,»

«Если ты продолжишь петь, я брошу тебя!»

«Да, сэр!»

«...»

Глаза Сяо Сюя задергались. Неужели он стал настолько сумасшедшим, что его сердце смягчилось, и он взял на себя это бремя?

Полночь в кабинете.

Сяо Сюй сидел за столом, он был скрыт в темноте.

«Сегодня девятая мисс Чу прогуливалась у керамической лавки, лавки с косметикой, с игрушками, изделиями ручной работы...» - Дух Земли рассказывал обо всем.

Сяо Сюй стучал пальцем по столу, тихо слушая.

«После этого она столкнулась со старшим сыном семьи Фу, Фу Ан-Лай, который избивал девушку, которая была одна на дороге. Девятая мисс Чу заступилась за неё», - несколько неуверенно сказал Дух Земли.

Сяо Сюй равнодушно сказал: «Продолжай».

«После этого появился Великий Мастер Сюй Сянь, он остановил Фу Ан-Лая. Девятая мисс Чу пригласила его выпить чай, но...» - Дух Земли начал колебаться и притих.

«Но что?» - Сяо Сюй поднял глаза и взглянул.

«Но Великий Мастер Сюй Сянь пытался убедить девятую мисс Чу побрить голову и стать монахиней!» - выпалил Дух Земли.

Сяо Сюй замер и, нахмурившись, сказал: «Стать монахиней?»

Дух Земли кивнул и продолжил рассказывать слово в слово о дискуссии, которая разгорелась у мисс Чу и Великого Мастера.

Услышав это, Сяо Сюй улыбнулся. Она была достойна называться его человеком, способным заткнуть даже Сюй Сяня, который был известен своим красноречием. Однако он тут же задумался о другом. Если бы это был кто-то другой, то Сяо Сюй проигнорировал это, но это был Сюй Сянь. Он не поднял бы эту проблему без причины.

Заметив, что его высочество задумался, Дух Земли замолчал.

Через некоторое время Сяо Сюй пришёл в себя и, словно случайно, сказал: «Кажется, ты настроен не очень хорошо по отношению к Цин-Янь?»

До этого Дух Земли думал, что он хорошо спрятал свои эмоции, но, похоже, его хозяин всё понял. Он не отрицал этого, поэтому кивнул и сказал: «Господин, дело не в том, что я настроен против неё, а в том, что я не могу относиться к ней, как к вашей будущей супруге».

Сяо Сюй посмотрел на него: «Но её положение утверждено, даже если ты не можешь сделать этого, ты должен!»

Дух Земли понял по голосу его высочества, что он защищает Чу Цин-Янь. Пусть он не хотел сдаваться, он все же подчинился: «Я всё понимаю!»

Зная, что Дух Земли недоволен, Сяо Сюй сказал: «Она была назначена бывшим императором. Отец-император одобрил её в качестве будущей принцессы. Если кто-то противится этому, то это будет считаться нарушением императорского указа, о последствиях ты знаешь».

Дух Земли сразу понял, что господин боится, что кто-нибудь может воспользоваться этой возможностью, чтобы создать шум, поэтому он тут же поклонился и сказал: «Я не учел всего, в будущем это не повторится».

Сяо Сюй махнул рукой, отпуская подчиненного. Некоторое время он сидел в кабинете в полной тишине, пока не замерз. Он вышел из кабинета. По привычке Сяо Сюй пошёл мимо комнаты Чу Цин-Янь.

Чу Цин-Янь все ещё не спала. Услышав его шаги, она тут же встала. Она посмотрела на него с извиняющимся лицом: «Льдина, думаю, я должна рассказать тебе. Похоже, я создала тебе проблемы».

«Ты про Фу Ан-Лая?»

Чу Цин-Янь, которая переживала о том, как бы ей сказать об этом, удивленно спросила: «Ты знаешь?»

«Угм, это не проблема, иди спать!» - Сяо Сюй укрыл её одеялом.

Чу Цин-Янь всё это время сопротивлялась сонливости, потому что она ждала Сяо Сюя, чтобы поговорить с ним. Поскольку всё было решено, она почувствовала облегчение и тут же уснула.

Сяо Сюй посмотрел на мирно спящее лицо, прежде чем встать и уйти.

У него и без этого было много проблем со своей семьей, это не ухудшит ситуацию.

С тех пор, как Сяо Сюй перестал ограничивать свободу, Чу Цин-Янь стала похожа на птицу, которая, покинув клетку, летала повсюду.

В этот день погода была солнечной и яркой, поэтому она хотела снова выйти. Ей хотелось, чтобы Сяо Сюй пошёл с ней, но он ушёл рано утром.

В итоге Чу Цин-Янь отказалась от этой идеи и вернулась в свою комнату, чтобы переодеться. Волей случая, она встретила Хон И в коридоре.

С тех пор, как последний раз Сяо Сюй поругал Хон И из-за Цзы И, они редко виделись. Чу Цин-Янь была несколько смущена, когда она приветствовала Хон И, ведь источником проблем была она.

Похоже, Хон И совсем не переживала об этом, так как она с уважением спросила: «Вы собираетесь выйти?»

Чу Цин-Янь кивнула и тут же с улыбкой спросила: «Не знаешь, есть ли в поместье одежда моего размера, но на мальчика?»

Услышав это, Хон И неловко покачала головой: «У меня точно нет, но можно узнать у Чэн И. Обычно она заведует всеми делами, связанными с одеждой. Вроде, у господина была одежда, которую он даже не носил. Если вы не возражаете, вы можете взять её».

«Почему же я буду возражать, я очень рада», - сказала Чу Цин-Янь.

Хон И отправила прислугу за Чэн И. Прислуга вернулась очень быстро и сказала, что у Чэн И ничего такого нет.

Хон И нахмурилась: «Скажи Чэн И, чтобы она пришла сюда и объяснилась со мной».

Прислуга снова ушла.

Спустя время раздался голос Чэн И: «Старшая сестра Хон И, что случилось?»

Глава 98: Разговор между Хон И и Чэн И, полный множества загадок.

Чэн И неторопливо покачнулась. Увидев Чу Цин-Янь и Хон И, стоящих рядом, в её взгляде промелькнула ревность. Однако она с улыбкой подошла к Чу Цин-Янь: «Моё почтение, маленькая супруга».

Чу Цин-Янь почему-то почувствовала, что этот голос заставляет многих людей дрожать от страха. Она слегка улыбнулась, что можно было счесть за ответ. Чу Цин-Янь всегда считала Чэн И своеобразным человеком, но сегодня это чувство было особенно сильным.

Хон И улыбнулась и сказала: «Я позвала тебя сюда по одному вопросу. Разве не ты отвечаешь за гардероб его высочества? Маленькая супруга хочет погулять, но женские платья не очень удобны, поэтому она хотела попросить меня о мужском костюме. Я помню, что у его высочества остались нетронутые наряды, поэтому хотела, чтобы ты принесла их для маленькой супруги».

«Так вот в чем дело, ах, эта служанка объяснила мне всё совсем не так. В любом случае, у нас есть такие наряды», - сказала Чэн И, а затем повернулась к Чу Цин-Янь и улыбнулась. – «Маленькая супруга, это всё вина вон той служанки, но сейчас я быстро принесу вам то, что вы просите».

«Простите за беспокойство», - мило ответила Чу Цин-Янь.

Чэн И ушла в комнату, где хранились все вещи. Улыбка с её лица тут же исчезла, а появилась лишь злая гримаса. Она делала всё с такой неохотой.

Когда Чэн И принесла одежду, Чу Цин-Янь поблагодарила её и вернулась в свою комнату вместе с Си Нин.

Наблюдая за уходящей Чу Цин-Янь, Чэн И убрала с лица фальшивую улыбку и сказала: «Не думаешь ли ты, что она запускает свои корни всё глубже и глубже?»

Хон И слегка улыбнулась: «Она – будущая любовница, закрепиться здесь – нормально для неё».

Чэн И холодно фыркнула: «Неужели ты не замечаешь, что его высочество относится к ней гораздо лучше? Что в ней такого, чтобы его высочество так к ней относился?»

Хон И с подозрением посмотрела на Чэн И: «Возможно, у маленькой супруги есть свои способы заставить его высочество уделять ей особое внимание, почему ты беспокоишься об этом?»

Чэн И, казалось, потеряла дар речи: «Только ты можешь стерпеть такое. Я не позволю этой малявке низкого статуса подняться на самую высокую должность в поместье».

Хон И нахмурилась: «Чэн И, тебе не стоит говорить подобное, если эти слова дойдут до его высочества, боюсь, что ты...»

Хон И не стала заканчивать предложение, но они обе прекрасно понимали, каким будет результат.

Тем не менее, Чэн И все ещё неискренне улыбалась: «Старшая сестра Хон И, я скажу тебе следующее. Ты же не собираешься предать свою сестру, чтобы рассказать обо мне его высочеству, верно?»

Хон И вздохнула: «Чэн И, ты никогда не следишь за своим языком. Конечно, я никому не расскажу об этом, но и ты должна помалкивать. Иначе даже я не смогу защитить тебя».

Чэн И усмехнулась и, издеваясь, сказала: «Старшая сестра Хон И, ты думаешь, что после того, как Чу Цин-Янь займёт прочную позицию, у нас ещё будут какие-то права?»

Хон И нахмурилась, а Чэн И продолжила: «Ты все ещё не поняла, что произошло с Цзы И? Чу Цин-Янь, пусть она и молода, та ещё интригантка. Если бы не её недисциплинированность, Цзы И уже бы давно вернули для переобучения, так? Кроме того, ты тоже была опозорена перед лицом его высочества. Я думаю, что это только начало. Как только у неё будет достаточно полномочий, первые, кого уберут, - мы, семь старших слуг! Старшая сестра Хон И, тебе следует продумать всё заранее, чтобы не оказаться не у дел».

Чэн И вздохнула, бросив многозначительный взгляд, прежде чем развернуться и уйти.

Хон И задумчиво взглянула на Чэн И, а затем слабо улыбнулась.

Чэн И хочет захватить власть, поэтому она так старается. Если она сделает первый шаг, возможно, она могла бы помочь убрать Чу Цин-Янь, конечно, она на её стороне. Тем не менее, она не была одной из тех 15-16-летних импульсивных маленьких мисс, которые боятся и бегают кругами.

Хон И улыбнулась и неторопливо покинула место, как будто ничего не случилось.

Она не хотела лезть в эти мутные воды.

Чу Цин-Янь не знала, о чём говорили Хон И и Чэн И, когда она ушла к себе. Вернувшись в комнату и переодевшись, она поняла, что одежда ей в самый раз. Вроде, ей говорили, что эта одежда шилась для его высочества, когда ему было шесть или семь лет. Чу Цин-Янь задумалась о том, какое у неё маленькое тело в десять лет. Внезапно она почувствовала злость от того, что постоянно сравнивает себя с другими.

Она утешала себя тем, что мальчики и девочки растут по-разному. Она была поздней пташкой не потому, что она недостаточно развита!

Успокоив себя, Чу Цин-Янь позвала Си Нин, и они вышли за дверь.

В этот раз её ждал не Дух Земли, а Дух Огня.

Когда Дух Земли увидел Чу Цин-Янь, вышедшую в мальчишеской одежде, его взгляд загорелся. Какая нежная юность!

Заметив удивленный взгляд Чу Цин-Янь, Дух Огня пришел в себя. Он слегка кашлянул и неестественно сказал: «Маленькая супруга, Дух Земли чувствует себя нехорошо, поэтому он попросил меня заменить его».

Чу Цин-Янь бросила на него взгляд, полный подозрений. Когда её папа приходил в последний раз, вроде бы, Дух Огня использовал это же оправдание, чтобы обмануть Духа Земли и заставить его охранять кабинет.

Дух Огня не догадывался о том, что Чу Цин-Янь видит эту схватку между ним и Духом Земли. Его сердце негодовало, разве он подшутил над Духом Земли больше, чем один раз? Сейчас он обманул его, используя то же оправдание, что и он.

С Духом Огня Чу Цин-Янь явно чувствовала себя получше. По крайней мере, Дух Огня не скрывал своего отношения к ней, и вел себя спокойно. Более того, он и папа подружились из-за событий, что произошли ранее. Хотя это были только её мысли, вроде, они были недалеки от правды.

«Пойдем, достопочтенный Дух Огня!» - сказала Чу Цин-Янь, хихикая, как ребенок.

Уголки его губ дернулись. Он был первоклассным всадником, который служил его высочеству в качестве опытного мастера боевых искусств. Почему его внезапно понизили до слуги маленькой мисс? Как говорил папа Чу, были только рай и ад.

Но это был приказ его высочества. Он и Дух Земли не осмеливались противиться.

Поэтому, как бы он ни гордился собой, теперь он был просто лакеем. Однако единственное, что его утешало, было то, что он защищал не какого-то простолюдина. По крайней мере, она была их будущей принцессой, пусть это и временное назначение.

В итоге, Чу Цин-Янь снова вышла в город.

Несколько дней назад, после изучения туристических маршрутов столицы, кхм-кхм, она должна была назвать их забавными и живописными местами. Чу Цин-Янь решила, что на этот раз они сначала пойдут в Дун Чэн Мэнь. Она слышала, что там было странных вещей. Если вас интересуют новинки, вы должны отправиться именно туда.

Так, Чу Цин-Янь повела всех, кто её сопровождал, в Дун Чэн Мэнь.

И как раз в этот момент человек, одетый в фиолетовое, перепрыгнул через высокие стены, быстро двигаясь по улицам.

«Господин, я следую за вами!» - сообщил парень рядом с ним.

Парень в фиолетовом наряде слегка нахмурился. Его несравненные, очаровательные глаза вспыхнули странным чарующим светом, казалось, он был недоволен.

«Вы приведите трех, чтобы отвлечь её внимание, не хочу видеть её!»

«Как прикажете!» - подчиненные тут же удалились.

Незнакомец сузил глаза, выбрал направление и легко перепрыгнул.

Его путь тоже лежал в район Дун Чэн Мэнь.

Глава 99: Бедствие на оживленном рынке похоже на рыбу в пруду.

«Дух Огня, Дух Огня, что ты думаешь об этом?» - Чу Цин-Янь решила, что ей нужно установить хорошие отношения с подчиненными Сяо Сюя, поэтому она взяла шляпу и спросила мнение Духа Огня.

Дух Огня оглядывался по сторонам. Услышав маленькую супругу, он обернулся и посмотрел на неё. Уголки его рта тут же дернулись, зеленая шляпа?

«Хорошо, хорошо выглядит!» - с насмешкой ответил Дух Огня.

«Правда?» - Чу Цин-Янь расплылась в улыбке и тут же сунула её в руки Духу Огня. – «Раз тебе это нравится, то я подарю её тебе, не благодари!»

Дух Огня широко открыл глаза, глядя на шляпу, которая была у него в руках. Кто вообще захочет носить эту зеленую шляпу? Да он же будет высмеян! Такое чувство, будто маленькая супруга прокляла его.

Чу Цин-Янь просто бросила ему эту шляпу и больше не обращала на него внимания, она все ещё собирала всякие вещицы. Когда она наконец успокоилась, Чу Цин-Янь обернулась и увидела, что Дух Огня держит шляпу, стоя неподвижно. Она с любопытством спросила: «Дух Огня, тебе не нравится? Думаю, что она выглядит неплохо, а летом такие цвета, как желтый, розовый и зеленый, действительно привлекают внимание, а ещё успокаивают глаза. Если на тебе есть одежда с такими цветами, то ты обязательно будешь замечен женщинами!»

Конечно, это привлечет много взглядов, но точно не одобряющих, а скорее презрение и смех. Но ему это дала маленькая супруга, поэтому, даже если бы это было что-то отвратительное, он должен был принять это.

«Нравится, нравится, очень нравится!»

Так нравится, что хочу умереть!

Дух Огня обнял шляпу, сдерживая слезы.

Это был первый раз, когда Дух Огня получил подарок от маленькой супруги.

Этот день нельзя забыть.

Ах, зеленая шляпа!

Останавливаясь по пути, Чу Цин-Янь накупила кучу всего себе и слугам, она не забыла и о Сяо Сюе.

Однако когда собралась купить ещё что-нибудь для Духа Огня, на его лице читалось, что он не хочет этого. Чу Цин-Янь сразу дернулась, Сяо Сюй редко давал ей столько денег на прогулку. Он даже сказал ей, что если этого будет недостаточно, она сможет получить ещё. Она с самого начала планировала подарить что-нибудь слугам, которые пошли вместе с ней, жаль, что Дух Огня не оценил её доброту. Неважно, она просто купит вещи для себя.

Продолжая делать покупки, Чу Цин-Янь оказалась в месте, где было много людей, ходящих туда-сюда. Они задевали и толкали друг друга.

И Дух Огня, который постоянно оглядывался, внезапно заметил две фигуры, мелькнувшие на крышах. Его глаза сузились, и он тут же отдал инструкции императорским стражникам. Затем он немедленно последовал за ними.

Чу Цин-Янь и Си Нин редко выходили на прогулки, поэтому они, естественно, не обращали никакого внимания на людей вокруг. Они бы даже не заметили слежки.

Чу Цин-Янь держала в руках маску и весело обернулась, собираясь спросить мнение слуг, но вдруг обнаружила, что не видит ни Си Нин, ни Духа Огня, ни кого-то ещё. За ней была толпа незнакомцев.

«Дух Огня...»

«Си Нин...»

Никто не ответил. Куда они пропали?

В этот момент хозяин лавки сказал: «Маленькая мисс, вы все ещё хотите эту маску?»

Услышав это, Чу Цин-Янь обернулась и подняла маску в руке. Она улыбнулась и ответила: «Я возьму эту и ещё вон ту».

Хозяин лавки улыбнулся и кивнул головой. Расплатившись, Чу Цин-Янь снова обернулась в поисках своих сопровождающих.

Но даже после долгого поиска она не смогла найти ни одного из них. Чу Цин-Янь нахмурилась, может быть, пока она искала их, они тоже искали её. Может, ей стоит остаться на месте, чтобы дождаться их. В противном случае, если она заблудится, что тогда делать?

Решив так, Чу Цин-Янь решила найти безопасное место, чтобы дождаться остальных. Однако, как только она сделала шаг вперед, несколько детей толкнули её в голову. Тот, что впереди, толкнул её в живот, заставив Чу Цин-Янь споткнуться и отступить на несколько шагов назад. Золотая маска выпала из её рук, закружившись в воздухе, она приземлилась в маленьком переулке.

Чу Цин-Янь схватилась за живот и беспомощно посмотрела на детей, а затем направилась к переулку.

Повезло же ей попасть в такую ситуацию.

Чу Цин-Янь подняла маску и отряхнула её от пыли, как услышала странный шорох, доносящийся из глубины переулка. Её сердце забилось чаще. Обычно в таких переулках и случаются всякие убийства и грабежи. Может быть, с ней произойдет то же самое? Ей нужно убежать поскорее!

Она крепко сжала маску, не смея оглянуться и делая вид, что идет к дороге, откуда пришла.

Внезапно на неё подул холодный ветер. По телу Чу Цин-Янь пробежали мурашки, она собиралась бежать прочь, но какая-то сила схватила её за талию. Она открыла глаза и собиралась закричать, незнакомец, казалось, понял её намерение, и тут же прикрыл ей рот своей рукой.

Её тело было прижато к человеку позади неё, а затем они с вихрем взлетели в воздух и приземлились на дерево неподалеку. Человек, который все ещё держал её, сел на ветку, усадив Чу Цин-Янь себе на колени.

Плотные листья дерева скрывали их фигуры. С этого угла они видели всё, что происходило внизу, но никто снизу не видел их.

Сердце Чу Цин-Янь билось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Однако, поняв, что этот человек не причиняет ей вред, она немного успокоилась.

В этот момент у входа в маленький переулок появилось несколько фигур под предводительством девушки в красном.

«Где он? Я видела, как он шёл сюда, но он исчез в мгновение ока!» - девушка была немного взволнована и раздражена.

«Мисс, молодой господин Дун Тин всегда бесследно приходит и уходит. В этот раз мы были близки, но, боюсь, что он бежал ещё быстрее, да ещё и не оставлял следом!» - ответила девушка-слуга в черной одежде.

«Я нашла его с большим трудом и снова упустила его, бесит! В следующий раз я обязательно поймаю его!» - девушка в красной одежде топнула ногой от гнева. Затем она обернулась и ушла прочь.

Чу Цин-Янь широко открыла глаза, наблюдая за этой сценой. Когда таинственная девушка ушла, Чу Цин-Янь почувствовала, что рука, держащая её, ослабла, и человек позади неё уже не такой напряженный, как раньше. Казалось, он расслабился.

Чу Цин-Янь услышала тихое бормотание: «Наконец-то избавился от этой отвратительной девушки».

Его тон был таким привлекательным, низкий и поющий. Чу Цин-Янь едва сдержала вздох, такой манящий голос.

Так как он, по всей видимости, пытался избавиться от тех людей, он не представлял для неё угрозы. Чу Цин-Янь начала двигаться, и человек ослабил свои объятья.

Чу Цин-Янь хотела повернуть голову, но внезапно остановилась. Что если она увидит его лицо, а он впадет в ярость и убьет её, чтобы заставить её замолчать, что она тогда будет делать?

Чу Цин-Янь сказала: «Странствующий воин, не могли бы вы вернуть меня вниз?»

Поскольку она была одета как мальчик, ей приходилось говорить нейтральными словами.

«Странствующий воин?» - человек позади неё повторил эту фразу. Его впервые назвали так, звучит очень забавно. Он наклонился к её уху и тихо рассмеялся: «Я не странствующий воин, а демон. Демоны делают только плохие вещи, поэтому я могу украсть тебя, а не вернуть».

Этот насмешливый тон заставил плечи Чу Цин-Янь содрогнуться.

А запах цветов показался очень знакомым.

Глава 100: Белый нефрит, японская роза, красивый юноша.

Чу Цин-Янь не успела обдумать это. Она только поняла, что этот человек был действительно властным и грубым. Она довольно сердито сказала: «Раз так, то я пойду сама!»

Чу Цин-Янь не хотела зря тратить время. Посмотрев вниз, она увидела, что была на приличной высоте. Она обвила руки вокруг ветки дерева, и решила, что будет скользить по ней.

Человек позади неё не думал, что она сделает так, и он поднял бровь. Одной рукой он поднял её и снова вернул на прежнее место.

Чу Цин-Янь только увидела, как вращается небо, затем она почувствовала, что меняет направление. Когда она открыла глаза, то увидела, что этот человек сидит теперь перед ней так, что она могла рассмотреть его.

Аккуратные и приятные черты лица, завораживающие блестящие глаза и губы в форме сердца. Одетый в фиолетовую одежду, которая дополняла его дьявольские глаза феникса очаровательным темпераментом, этот человек был самым настоящим злодеем.

Нет равных в сказочной стране, нет равных в пурпурных небесных дворах.

Она не могла не вспомнить эти строки.

На севере была красивая женщина, несравненная и уникальная. Взгляд, который может заставить весь город встать на колени, взгляд, который подчинит нацию.

Но когда она посмотрела на яркую и блестящую шею, то увидела Адамово яблоко (кадык), Чу Цин-Янь широко раскрыла глаза. Так это была не красивая женщина, а скорее молодой злодей! Вспомнив, что только что эти люди называли его молодым господином Дун Тином, она снова пришла в себя, размышляя о прекрасной женщине, которая оказалась мужчиной.

И Дун Тин Ван-Юй, который уже привык к тому, что на него постоянно пялятся, поднял бровь. Он сложил обе рук за головой и оперся на ветку дерева, сказав: «Если ты хочешь сломать себе ноги, то прыгай, я не буду останавливать тебя».

Чу Цин-Янь безучастно смотрела вдаль, а затем повернулась к нему: «Я не оскорблена и не обижаюсь, а то, что я сейчас здесь можно считать моей глупостью. Если молодой господин поможет мне спуститься вниз, то мы будем считаться квитами. Если мы встретимся ещё раз в будущем, сделаем вид, что не знаем друг друга, что вы думаете по этому поводу?»

Услышав это, Дун Тин Ван-Юй, наконец, взглянул на юношу перед ним. Даже перед лицом смерти он не испугался, вместо этого он попытался вести себя разумно. Это действительно не похоже на обычное поведение и ум, которым обладает 10-летний ребенок.

Красные губы и белые ровные зубы, нежное лицо и нефритовая кожа. Стоит признать, этот юноша был довольно привлекательным. Дун Тин Ван-Юй хотел поиграть, поэтому, немного дразня, он сказал: «Что делать, если я не хочу?»

Улыбка на лице Чу Цин-Янь стала напряженной, она тут же рассердилась: «Вы не хотите спустить меня вниз, вы не хотите отпустить меня, что вы хотите?!»

«Не хочу ничего, я просто думаю!» - Дун Тин Ван-Юй в какой-то момент выхватил из рук Чу Цин-Янь одну из масок и надел её на себя.

Чу Цин-Янь подумала о том, что этот человек слишком неразумен. Она не хотела спорить с ним, поэтому она замолчала. Она просто подражала ему и, закрыв глаза, прислонилась к ветке дерева и больше не говорила ни слова.

Действия Чу Цин-Янь озадачили Дун Тин Ван-Юя. Он ждал, что вот-вот начнется ссора, чтобы он мог поиздеваться, однако он не ожидал такой реакции: «Почему ты молчишь? Может быть, ты не хочешь спуститься?»

Чу Цин-Янь скрестила руки и посмотрела на него: «Какая польза в разговоре, какая польза в том, чтобы помолчать? Возможно ли, что вы отпустите меня, если я поговорю с вами?»

«Это невозможно!» - Дун Тин Ван-Юй снял маску и улыбнулся, как самый настоящий злодей.

Чу Цин-Янь пыталась игнорировать его. Может быть, этому человеку было настолько нечем заняться, что он решил поиздеваться над ней ради собственного удовольствия. Пока она не обращает на него внимание, он успокоится, потеряет интерес и отстанет сам.

Видя, что Чу Цин-Янь молчит, Дун Тин Ван-Юй внезапно подумал о том, что этот маленький мальчик очень забавный. Редко можно было встретить таких детей в этой стране. Он хотел снова подразнить её, как вдруг услышал крики снизу.

«Мисс...»

«Господин...»

Чу Цин-Янь услышала голос Си Нин. Она тут же хотела крикнуть ей и остальным что-нибудь, как вдруг ей закрыли рот. Обе её руки были прижаты к ветке дерева, но ледяная корма не смогла подавить её ярость. Она сердито взглянула на человека перед собой, и взглядом спросила: «Что именно вы хотите сделать?»

«Так весело и необычно», - одними губами ответил ей незнакомец.

После этих слов Чу Цин-Янь очень разозлилась, но поняла, что ничего не может поделать. В этот момент голос Си Нин постепенно удалялся. Возможно, потому что она не ответила, она подумала, что её здесь нет, поэтому они отправились искать её в другое место. Поэтому Чу Цин-Янь просто продолжила игнорировать его.

Дун Тин Ван-Юй почувствовал, как эти мягкие губы прижимаются к его ладони, вызывая зуд. Он успокоился и наблюдал за тем, как эти люди уходят всё дальше и дальше, прежде чем ослабить хватку и убрать руку от её лица. Он уставился на неё, размышляя: «Ты девочка?»

Это был вопрос, но уже все понял.

«Какая разница, кто я!» - равнодушно ответила Чу Цин-Янь.

«Действительно», - Дун Тин Ван-Юй лениво прислонился к ветке дерева, в руках он все ещё держал маску. Вскоре он поднял глаза и посмотрел на неё: «Маленькая девочка, почему бы тебе не последовать за мной, чтобы отправиться в путешествие по миру и жить беззаботной жизнью. Что думаешь?»

Чу Цин-Янь придвинулась ближе к ветке дерева и внимательно посмотрела на него.

Смотря на Чу Цин-Янь, которая напоминала колючего ежа, Дун Тин Ван-Юй внезапно улыбнулся, словно цветок, расцветающий на белой нефритовой стене, такой ослепительный, что поражает сердца людей.

«Чего ты боишься, я не съем тебя!»

Становилось только хуже!

Чу Цин-Янь посмотрела в его глаза и сказала с презрением: «Следовать за вами, чтобы стать служанкой? Питаться воздухом и спать на улице? Встречаться каждый день с людьми, которые будут пытаться убить тебя?»

Дун Тин Ван-Юй словно услышал забавную шутку, улыбнулся и тут же поспешил объясниться: «Следуй за мной, даже если ты будешь слугой, ты все равно будешь жить намного лучше, чем мисс из аристократической семьи. Мы не будем питаться ветром и спать на улице, у нас будут только изысканные супы и блюда, стол, полный деликатесов. Что касается убийц, то это только редкие случаи!»

Чу Цин-Янь не знала, были ли его слова правдой или ложью. Она посмотрела в его глаза злодея и сказала: «Я предпочитаю мирную жизнь. Большое спасибо за ваши добрые намерения».

Дун Тин Ван-Юй понял, что эта маленькая девочка была упрямой и неподкупной. Он подумал о том, что это может быть довольно интересно, но, увидев, что уже поздно, он ущипнул её нежные щеки: «Забудь об этом, я просто считаю, что твой взгляд не может разглядеть золотые и нефритовые украшения».

Чу Цин-Янь чувствовала, что то, как он продолжал двигать руками и ногами, действительно раздражало. Как раз когда она собиралась ударить его по руке, она упала в его объятия и, прыгнув, спустилась с дерева.

К тому времени, когда она восстановила равновесие, мужчина уже ушёл прочь.

«Маленькая девочка, если суждено, мы встретимся вновь!»

Чу Цин-Янь повернула назад и увидела, что этот человек идет спиной к ней и машет маской в руке. Впоследствии, быстро прыгнув, он исчез в море людей.

Чу Цин-Янь взяла женскую маску, которую купила недавно. Её возмущению не было предела. Что за странный человек!

Главное, чтобы она больше никогда не встретилась с ним снова!

Но кто знал, что, когда вы действительно хотите найти человека, вы никак не можете встретиться с ним? И когда вы не хотите видеть человека, куда бы вы ни пошли, вы будете везде сталкиваться с ним.

Тем не менее, много лет спустя, когда рука этого человека снова возьмет золотую маску, его взгляд будет задумчивым, но все таким же мягким.

Когда встречаются золотой ветер и ранняя осенняя роса, они порождают красивые пейзажи, молва о которых разносится по всему миру.