Ласточка

   — Слезь с меня, придурок! — прохрипел что-то Никита, пытаясь скинуть со своей спины Юру.

   — Короче! — начал Пчелкин, не обращая внимания на своего лучшего друга, который продолжает издавать какие-то непонятные звуки. — У меня есть идея. Давайте напугаем кого-то из второго отряда?

   —Юра, тебе заняться нечем? — Вентиш поднял бровь и чуть-чуть сощурился. Он уже снял очки, так как планировал лечь спать, а не пугать кого-то. — Королевская ночь не сегодня.

   — Вам че, не хочется?

   — Юра, мы хотим спать, ты идиот? — Сева лег набок и подпер свою русую голову рукой.

   — Слзь с мня, диот!* — Никита продолжал что-то кряхтеть, а Юра ещё удобнее обжился на его спине.

   — Ну давайте, весело же будет! — не мог уняться Пчелкин.

   — Юра, если ты не прекратишь, то спать будешь на улице, — проворчал что-то Вентиш, поворачиваясь в сторону и собираясь найти свои очки. Просто чтобы лучше видеть физиономию своего соседа по домику.

   Юра закатил глаза и слез с Никиты, когда снова услышал несколько ругательств от него и обещания резко подняться, чтобы тот свалился. Сев на свое место, Пчелкин открыл пачку с соком и стал смотреть на своих друзей, пытаясь мыслено их уговорить на такую затею. Первым сдался Сева. Походу, мысленные уговоры подействовали.

   — Я согласен, если мы позовем девочек, — пожал плечами Сувецкий.

   — Че, без них не можешь? — Никитин голос слышался неразборчиво из-за подушки, в которую он уткнулся головой.

— Просто хочется их пригласить на такую «прикольную» ночь. И я тут подумал, — Сева сел на своем месте и посмотрел куда-то в сторону, — Ангелина бы не отказалась что-нибудь устроить Свете.

— Отлично, один согласен. Что насчет вас? — Юра поворачивал голову то к Вентишу, то к Никите.

— Только если это будет не больше, чем на полчаса. Или вожатым расскажу, — Соколов пожал плечами и тоже поднялся на своем спальном мешке. Он нашел свои очки и сейчас надевал их, чтобы получше видеть своих друзей. Если бы Сева не согласился, то Соколов все таки остался бы спать.

— Мне все таки придется идти с вами? — послышался приглушенный голос Никиты. Он поднял голову с подушки и немного дернулся, когда заметил, что на него смотрит три пары глаз.

— Да. Тебе придется, — Юра усмехнулся, допивая свой сок. Никита только проворчал про себя что-то и первым вылез из палатки.

***
— Вам ночью заняться совсем нечем? — Никто не хотел заходить в палатку к девочкам, поэтому они просто попробовали постучаться и тихо сказали «выйдите». Их услышала Ульяна. Она решила спать вместе с Лизой, которая очень хотела спать с участницами музыкального клуба, поэтому получилось, что они все вчетвером оказались в одной палатке.

— Не нам, а ему, — Сева кивком головы показал на Юру, который снова пил сок. Это уже была третья пачка. Вторую он выпил, пока ждал ответа от пионерок. Первую выпил в палатке.

— Но вы то втроем все равно согласились, — Ульяна сложила руки на груди.

— Он кстати был последним, кто согласился, — Вентиш посмотрел на Никиту, который тоже пил сок. Он попросил его у Юры, и тот любезно с ним поделился.

— Никита? Согласился последним? Серьезно? — Ульяна и вправду удивились, взглянув на Святова. Тот только пожал плечами, ничего не сказав.

— Ну так что, вы в деле? — Юра оторвался от сока, посмотрев на Ульяну.

— Не знаю... Во-первых, я не хочу попасться на глаза вожатым, — Ульяна укоризненно оглядела четырех пионеров, — во-вторых, что мне за это будет?

— Веселье, что же ещё? Разве у тебя нет человека, которого ты недолюбливаешь из второго отряда? — Юра улыбнулся и стал взглядом искать что-то на подобии мусорки. Не найдя её, он только вздохнул и положил пачку сока в карман своих пижамных шорт. Выкинет потом.

Ульяна закатила глаза, снова осмотрела всех присутствующих, и вернулась взглядом к Юре.

— У меня только одно условие.

Юра кивнул, складывая руки на груди.

— Я соглашусь и попробую заставить девочек тоже согласиться, если ты и твой друг поможете мне посадить цветы. — Она рукой указал сначала на Юру, а потом на Никиту. — Я хочу посадить их у столовой и одной мне будет это тяжело сделать.

Юра только закатил глаза, а Никита хмыкнул, все ещё медленно попивая свой сок. Он оказался довольно вкусным, что удивило пионера.

— Ладно, мы поможем. Иди, зови этих троих.

Ульяна что-то проворчала, но скрылась в палатке и стала будить всех по очереди.

Первой согласилась Ангелина. Узнав про затею, она сразу вылезла и даже не накинула ничего сверху, что-то на подобии кофты. Второй согласилась Лиза. Она сначала отнекивалась, что не хочет этим заниматься, но слова Ульяны про цветы и про то, что она тоже пойдет, все таки уговорили её. Сложнее всего было соглашаться Лене. Она долго отнекивалась, что Ангелине даже пришлось залезть в палатку и пытаться заставить её согласиться. В какой-то момент Сева порывался пойти в палатку, где спит Максим, и попытаться и его позвать на такую затею, но слава богу этого делать не пришлось. Леоновна пообещала Ивановой, что будет вместе с ней рядом все время. Почему-то такое простое условие сработало и Лена согласилась. Четверо пионеров долгие время переглядывались между собой, пока пионерки накидывали на себя кофты и искали то, чем можно напугать второй отряд.

— Слушайте, — подала голос Ульяна, окинув всех взглядом, — а как мы поймем, в какой палатке кто спит? И вообще, где палатки второго отряда? Вдруг мы своих напугаем, что тогда?

— Не переживай, я все знаю, — усмехнулся Юра, фонариком подсвечивая себе путь. Они проходили по протоптанной тропинке между многочисленным числом палаток. Вдруг они дошли до палатки вожатых. Как и домик в лагере, палатка стояла ровно по середине, служив неким разделителем между палатками второго отряда и первого.

— Видимо, дальше начинаются палатки второго отряда, — кивнув сам себе, проговорил Вентиш.

— Правильно подметил, — сказал Юра, и посветил на палатки. Они продвигались к самому лесу и речке. Лене невольно съежилась от неожиданного ветра и вида ночных леса и реки. Ангелина крепче взяла её за руку.

— Ну, мы идем? — впервые послышался голос Лизы, ставшей рядом с Вентишем и посмотревшей на палатки.

— Идем, что нам еще делать? — в насмешку задал вопрос Юра, не ожидая, что на него ответят.

— Мы можем вернуться обратно и лечь спать, — Сева ответил на его вопрос, тоже освещая себе дорогу фонариком. Фонарик был только у четверых людей. У Сувецкого, у Юры, у Ангелины, и у Ульяны. Поэтому они вчетвером служили некими путеводителями к палаткам второго отряда.

— А как вы собрались их пугать? — неожиданно задала вопрос Лена, вцепившись в руку Ангелины.
— У нас сейчас начался ветер. Мы просто возьмем палки, что-то с ними поделаем, создадим тени с помощью фонариков и себя, а тех, кто спит у деревьев, напугаем по другому. Пошелестим ветками, а ветер закончит наше дело, — ответил ей Никита, идя сзади всех. Практически всю дорогу он шел и смотрел в спину Юре. Его поставили назад на всякий случай, если что-то произойдет.

— Думаете, у вас получится? Почему просто не намазать их лица пастой? — задалась вопросом Ульяна, освещая фонариком.

— Ты че? Это же скучно. Можно же залезть к ним в палатку и задушить, если что-то пойдет не так, — тихо сказала Ангелина, но все все равно дернулись и покосились на нее.

Пройдя несколько палаток, они наконец остановились. По словам Юры, именно в этой палатке должен спать Влад и ещё один пионер, который тогда приходил вместе со Светой на репетицию открывающего мероприятия. Лене невольно стало жалко двух других пионеров, но никто не обратил на это внимание. Все таки это второй отряд, и все оставшиеся семь пионеров считают, что там все странные.

Ангелина спросила про Свету. Как никак, она согласилась только из-за нее. Но Юра ответил ей, что они ещё успеют и её напугать, а пока надо разобраться с этими двумя.

— Ну что, будущие комсомольцы, начнем, — тихо прошептал Юра и, подзывая к себе желающих, начал акт своего пугания.

Пока четверо пионеров все делали, девочки отошли в сторону подальше и только смотрели на эту сцену.

— Я думаю, у них ничего не получится, — первой заговорила Ульяна, опустившая фонарик в землю.

— Ну дай им подурачиться, последняя смена как никак, — Лиза пожала плечами, смотрев куда-то в сторону.

— Надо было в палатке остаться, — тихо сказала Лена.

— Да зачем? Зато погуляем. А давайте потом... — Ангелине не дали договорить. Все четверо повернулись в сторону палатки, откуда неожиданно послышались крики. Влад и ещё один пионер выскочили из палатки вместе с фонариком и стали озираться по сторонам.

Ангелина первая поняла, что надо отступать, иначе их могут заметить. Она развернула троих пионерок в сторону леса и тихо крикнула им «бежим». Тут же все четверо побежали в сторону леса и речки, выключив фонарики.

Спустя несколько секунд их догнали Сева, Вентиш, Никита и Юра, тоже выключивших свет.

— Это входило в твои планы? — шикнула на Юру Ульяна, пытаясь выравнять дыхания при беге.

— Если честно, то нет.

Ульяна только закатила глаза и что-то проворчала. Ей казалось, что Юра вообще ни к чему не был готов. Спонтанно решил напугать второй отряд, не имея представления, как это сделать.

Сева обернулся назад. Крики разбудили пионеров в соседних палатках. Все повставали и приблизились к Владу, чтобы тот объяснил, что случилось. Когда Сувецкий повернулся обратно, то понял, что они забежали в лес и сейчас неслись к речке. Пионеры за спиной тогда казались мелкими точками.

Когда все остановились и попытались отдышаться, Сева посмотрел вперед. Он видел речку и окружающую её лес. Он резко выпрямился и стал озираться по сторонам, пытаясь найти сторону, откуда они прибежали. Но спустя несколько секунд он вспомнил, что они петляли то вправо, то влево, чтобы скрыться с места преступления. Возможно, они сейчас вообще на другом берегу или с другой стороны от палаточного лагеря.

***
— Только не говорите, что мы очень далеко убежали от лагеря, — тихо сказала Лена, схватившись за руку Ангелины. Леонову это немного подбешивало, но она стойко терпела и пыталась не обращать внимания на Иванову. Все таки она не подруга и очень боится темноты.

— Хотел бы я, чтобы это было неправдой, — Вентиш сидел на пеньке и протирал свои очки рукавом пижамной рубашки.

Все хоть и сердились на Юру, но в то же время понимали, что он в какой-то степени не виноват. Да, он не предусмотрел такой вариант событий, но не он бежал впереди и не он петлял всех таким путем. Этим занималась женская часть.

— Будем пытаться найти путь назад или будем сидеть тут, ждать утра и надеяться, что нас найдут вожатые? — задала вопрос Лиза, присаживаясь рядом с Вентишем на землю. Тот только посмотрел на нее, но ничего не сказал и продолжил протирать очки.

— Можем попытаться найти путь, когда в лагере все немного поутихнут и поймут, что это был розыгрыш, — вздохнул Никита. Он вместе с Юрой сидели у речки и бросали в нее по очереди камешки. Недалеко от них сидели Ангелина с Леной, а рядом с ними находился Сева. Лена попросила его сесть рядом, чтобы ей было спокойнее. Одна только Ульяна осталось стоять, осматривая всех и сложив руки на груди.

— Но мы же не узнаем, когда там все успокоится, — Ульяна хотела сесть рядом с Никитой, но передумала, как только тот положил голову Юре на плечо.

— Тогда не знаю. Тогда давайте ждать утра, — Святов зевнул и прикрыл глаза. Пчелкин будто не замечал его, продолжая кидать камешки в воду.

— Тогда нам влетит от вожатых. — послышался голос Севы, перебирающего в руках палку. Она лежала у его ног, когда он сел. Сувецкий поднял глаза, посмотрел на Ульяну и все таки не сдержался. — Сядь ты уже. Чего стоять то?

Ульяна вздохнула и наконец присела рядом с Лизой, тоже облокотившись на её плечо.

На какое-то время в компании повисло тихое и умиротворенное молчание. Было слышно только шум веток, плеск от камешков и жужжание ночных насекомых. А вокруг только лес, речка и дорога назад.

Все думали либо о своем, либо о том, что им делать в этой ситуации. Никита по его виду уже спал, но если у кого-то найдется выход из ситуации, его разбудят.

— Может все таки через час попробуем найти дорогу в лагерь? — зазвучал голос Вентиша.

— И как ты себе это представляешь? — спросила Ангелина, поправив свою челку.

— Что ты имеешь ввиду? — не совсем понял Соколов.

— Как ты поймешь, что прошел час? У нас нет с собой часов, Соколов, — Ангелина вздохнула, посмотрев на Лену. Она держалась за плечо участницы музыкального клуба и смотрела куда-то в сторону. Леонова только закатила глаза.

— Но мы можем попасться на глаза вожатым, — сказала свое мнение Лиза.

— Если будем ждать утра, то тоже попадемся. В любом случае нашу пропажу могут заметить, — проговорил Сева и глянул в сторону речки.

— И что вы предлагаете делать? — сказала Ульяна, вертя в руках цветок. Она соврала его, стоящим подле нее.

— Снимать штаны и бегать, — хмыкнул Юра, продолжая кидать камушки в воду.

— Очень смешно, — в один голос буркнули Сева с Лизой.

— Ну ладно, хотите историю расскажу, — проворчал Пчелкин, поворачивая голову в сторону своих друзей настолько, насколько ему позволяла Никитина голова на плече.

— Ладно, — согласился Вентиш, — разбавь эту атмосферу.

Юра повернулся обратно к речке и улыбнулся, но никто не заметил его улыбки.

— Хорошо. В одном черном-черном городе жил...

— Юра!! — закричали одновременно все четыре пионерки. Даже Лена подняла голову и отцепилась от руки Ангелины, чтобы взглянуть на пионера. Тот лишь рассмеялся. В СМСР есть довольно жуткая история, насколько смешно не звучало её начало. И она была любимой у Юры. Он рассказывал её всем. А вот пионерки её боялись до ужаса.

— Вот это он разбавил атмосферу, — вздохнул Сева, привалившись спиной к дереву. Он, Ангелина и Лена как раз сидели среди трех высоких елей.

Молчание возобновилось в который раз. Ульяна бросила быстрый взгляд сначала на Никиту, а потом на Юру, и в конце концов сузила глаза. Сева это заметил и вопросительно поднял бровь:

— Ульяна, ты чего так на них уставилась?

Пионерка повернулась к нему. Вздохнула и обратно повернулась к Юре с Никитой.

— У меня вопрос, почему эти двое перед мероприятием решили взяться за руки, — хмыкнула Ульяна.

Юра повернул к ней голову. Они встретились взглядами и никто не отвернулся. Тогда Пчелкин выдохнул и повернулся обратно к речке:

— Ну я решил встречаться с Никитой, что вы мне сделаете?

— Что ты решил сделать? — изумилась Ангелина. Даже Лена немного оторвала голову и посмотрела на него. Лиза только удивлено моргала, как и Ульяна. Одни только Вентиш и Сева не выражали никаких эмоций.

— Давайте утром, ладно? — спросил у всех Юра. Они хоть и были в шоке, но согласились. И
вправду, это надо обсуждать не сейчас, когда они не пойми где и не знают, как им отсюда выбраться.

Ангелина с подозрением посмотрела на Никиту с Юрой, но все равно замолчала. Лиза с Ульяной только переглянулись и кивнули друг другу. Также сделали и Сева с Вентишем.

Молчание снова повисло. Если кто-то и считал время, то оно длилось около 15 минут, пока не послышался голос Соколова.

— Так, ладно. — Вентиш встал с пенька и осмотрел своих друзей долгим взглядом. — Давайте, вставайте, будем искать выход.

— Ты серьезно хочешь попытаться найти выход? — Лиза встала вслед за ним, отряхивая свои пижамные штаны.

— Мы будем идти вдоль берега, может так и выйдем к лагерю, — развел руками в стороны Соколов.

— Я как-то перед мероприятием выходил к берегу, — послышался голос Севы, тоже встающего со своего места, — и там я запомнил одно бревно, стоящее рядом с березой. Это невозможно не заметить. — Сувецкий вспомнил момент, когда наткнулся на разговор Виктории Владимировны и Дениса Макаровича.

— Ну если вы знаете, как идти... — Ангелина сначала поколебалась, но тоже поднялась, потянув вслед за собой Лену. Та очень не хотела отпускать руку Леоновой, от чего та закатила глаза. В голове даже пролетела мысль, что надо было Иванову все таки оставить в лагере. Но уже ничего не поделаешь. Да и если бы она узнала, что останется в палатке одна, все равно потащилась бы.

Ульяна ничего не сказала и тоже поднялась с места, продолжая держать в руках цветок. Он очень походил на тот, который ей тогда подарил Никита. В день, когда Влад испортил цветы Ульяны.
Последними сидевшими остались Юра с Никитой, и второй очень не хотел просыпаться.

— Чучело, просыпайся, — Юра тряс его за плечо, но тот даже глаз не раскрывал и только что-то недовольно мычал.

— Он либо притворяется, либо реально вырубился, — Вентиш поправил на себе очки, посмотрев на своего соседа по домику и его друга.

Юра принял ещё несколько попыток разбудить Никиту, но ничего не помогло. Тогда он придумал одну идею, о котором потом пожалеет.

— Сувецкий, — позвал он Севу и поманил к себе пальцем, — поможешь мне этого идиота на спину положить?

— Ты уверен, что донесешь? — спросил глава музыкального клуба.

— Да как-нибудь постараюсь, — проворчал Пчелкин, поднимаясь, придерживая Никиту руками.

Сева и Юра немного повозились с пионером, но все таки смогли управиться с этим делом.

— Ты точно донесешь его? — спросила Ульяна, подходя чуть ближе к Юре.

— Да донесу я. Только на утро я припомню это ему, — проворчал Пчелкин, поудобнее ухватываясь за ноги своего друга. Тот тут же положил свою голову на плечо друга и удобно устроился, находясь во сне. Юра в ответ только пробурчал что-то нецензурное.

— Ну, теперь точно можно выдвигаться, — подытожил все Вентиш и направился предположительно в сторону палаточного лагеря.

***
— Вон! Вон то бревно и берёза! — крикнул Сева, чуть ли не подпрыгивая на месте.

Они шли в полном молчании и дорога заняла чуть больше времени, чем они рассчитывали.
Сначала они конечно заблудились, но быстро вернулись на правильную дорогу и продолжали идти вдоль берега.

Все ожидали, что Юра будет что-то ворчать и кряхтеть из-за Никиты на его спине, но на удивление тот промолчал всю дорогу. Если и были какие-то короткие разговоры, то Пчелкин не участвовал ни в одном из них. Только смотрел на всех по очереди.

Уже начинало рассветать, когда Сева заметил то самое место, к которому он спускался. Причину своего похода сюда перед мероприятием он не рассказал. Как и то, кого он видел и что слышал.

— Ты уверен, что это то самое место? — спросила у него Ульяна, выключая свой фонарик, так как все было уже видно и в нем не было никакого света. Ангелина, Сева и Юра выключили свои фонарики давно.

— Определенно, — кивнул Сева и побежал к бревну и дереву. Подбегая к ним, он вдалеке заметил вершину одной из палаток.

— Да, ты однозначно оказался прав, — улыбнулся Вентиш, подойдя к Сувецкому.

Улыбки тут же появились на лицах всех остальных, даже на лице Юры, который всю дорогу шел угрюмым. Видно, Никита и вправду был тяжелым.

Дойдя до своих палаток, все тут же завалились спать. Только если отряхнули одежду от грязи и мелких камушков и пожелали другу другу спокойной ночи, даже если они смогут проспать всего лишь два часа, и то, если повезёт.

Сева с Вентишем уже лежали, когда в палатку грохнулся Юра, роняя Никиту на его спальный мешок. Сувецкий и Соколов тут же повернули к ним головы.

Пчелкин тяжело дышал, пока Святов мирно лежал и продолжал спать.

— С тобой все в порядке? — спросил Сева у Юры, теребя того за плечо. Пионер посмотрел на него, пытаясь отдышаться.

— В полном, — тихо сказал Пчелкин, чуть привставая, чтобы лечь получше, — только завтра утром я ему ещё устрою.

Юра глянул на своего друга и, спустя несколько секунд, тоже закрыл глаза, поворачиваясь набок.

Сева с Вентишем не стали ничего у него спрашивать, а только обменялись взглядами и повернулись к своим стенкам палатки. И никто не заметил, что Никита слабо улыбнулся.

***
Несколько минут до подъема вожатых. Юра сидел на земле у своей палатки и вдыхал свежий утренний воздух. Он держал в руках то самое колечко, которое нашел на лавочке у подъезда перед тем, как сесть в машину и приехать в аэропорт.

Смотря на эту серебряную штуку, Юра почему-тот вспомнил тот вечер перед мероприятием. Вспомнил Владимира Ярославовича и то, что он сделал с ним. А также вспомнил то, что сможет что-то сделать с этим только в конце смены, чтобы не испортить первому отряду последнее лето в этом лагере.

Юра посмотрел на небо. И впервые за последние несколько лет он одна слеза все таки скатилась по щеке.

Когда пионер это почувствовал, он тут же стер ее рукой и стал вытирать свое лицо и глаза.

Еще несколько минут посидев у палатки, Юра наконец встал, сделал глубокий вдох и, сунув кольцо в карман шорт, в котором до сих пор лежала пустая пачка сока, отправился спать.