12 Глава
В тронном зале Ада воздух дрожал от жара. Огненные реки, текущие между колоннами, шипели, словно чувствовали ярость своего владыки. На чёрном троне, украшенном рогами павших титанов, сидел Люцифер. Его глаза горели кровавым светом, а голос был подобен грому, от которого даже демоны в ужасе падали на колени.
— Азазель пал... — прошипел он, сжимая подлокотник трона так, что камень треснул. — Моего лучшего генерала уничтожили.
В зале никто не осмелился поднять взгляд. Лишь один из демонов-военачальников, покрытый шрамами, решился заговорить:
— Господин... его убили архангел Михаил и избранники света...
— Избранники! — голос Люцифера вспыхнул пламенем. — Эти жалкие смертные вмешиваются в дела богов? Это плевок мне в лицо.
Он поднялся. Огромные чёрные крылья расправились за его спиной, их кончики касались потолка.
— Я предупреждал Озариона, что его мир и слабость приведут к войне. И вот результат. — Люцифер вытянул руку, и в воздухе разверзлась пропасть, из которой поднялись легионы демонов, их тела полыхали чёрным пламенем. — Если Озарион хочет войны — он её получит.
Демоны в зале зарычали, их крики слились в хор ненависти и жажды крови.
— Готовьтесь, — сказал Люцифер. — Мы идём в Рай.
В это же время небеса сияли мягким светом. Огромный зал из белого мрамора, украшенный звёздами и сияющими потоками света, был местом, где собирались архангелы. На возвышении стоял Озарион — Бог этого мира, величественный и спокойный, но его глаза отражали тревогу.
Перед ним склонился Михаил, всё ещё сияющий после битвы с Азазелем. Его меч, испещрённый трещинами, он держал в руке, словно доказательство тяжёлой победы.
— Господь Озарион, — произнёс Михаил, — Азазель уничтожен. Но это пробудило ярость Люцифера. Его легионы собираются. Войны не избежать.
Озарион медленно кивнул. Его голос был глубок, но в нём не было холодного равнодушия, каким часто представляют богов. Он говорил, как воин, понимающий цену каждой битвы:
— Я знал, что этот день придёт. Но я надеялся, что ещё не сейчас. Люцифер слишком горд, чтобы оставить это без ответа.
Среди архангелов поднялся ропот. Гавриил, облачённый в серебряные доспехи, шагнул вперёд:
— Господин, мы должны ударить первыми. Если адские ворота откроются, наш мир поглотит хаос.
— Нет, — Озарион поднял руку. — Мы не нападаем. Мы защищаем. Но если Люцифер переступит грань — мы встретим его.
Михаил опустил голову. Его взгляд был тяжёлым.
— Господин... избранники. Они сыграли ключевую роль. Без Наофуми, без его силы света и тьмы, я бы не смог одолеть Азазеля. Они не просто смертные.
Озарион задумался. Взгляд его обратился к земле, туда, где жили избранники.
— Я чувствую это, Михаил. Наофуми — ключ. Его путь только начинается.
Место встречи выбрали древний храм на границе миров. Половина его стен была из белого сияющего камня, другая половина — из чёрного обсидиана. Здесь сходились две силы: свет и тьма, рай и ад.
На одной стороне появился Люцифер. Его шаги оставляли следы огня, крылья были раскинуты, взгляд полон ярости.
На другой стороне возник Озарион, окружённый сиянием. В его руках не было оружия, но само присутствие Бога было достаточно сильным, чтобы пространство дрожало.
— Озарион, — произнёс Люцифер, его голос гремел, как вулкан. — Ты перешёл черту. Ты посмел убить моего генерала.
— Твой генерал сам пришёл за душой смертного, — спокойно ответил Озарион. — Ты знаешь законы. Азазель нарушил их.
— Законы? — рассмеялся Люцифер. Его смех был похож на раскат лавины. — Ты прячешься за законами, потому что сам боишься войны. Но я больше не стану терпеть. Ты украл у меня воина — теперь я возьму всё.
Озарион нахмурился. В его глазах вспыхнули молнии.
— Если ты начнёшь эту войну, Люцифер, она поглотит и Рай, и Ад. Ни один мир не останется прежним.
— Именно этого я и хочу, — прорычал Люцифер. — Пусть огонь очистит всё.
В этот момент в небе разверзлись врата. С одной стороны хлынули легионы демонов: тысячи крылатых чудовищ с глазами, горящими алым светом. С другой — полчища ангелов, их доспехи сияли, как солнце, мечи излучали священный свет.
Война началась.
Небо и земля содрогнулись, когда два войска столкнулись. Свет и тьма смешались, удары мечей и когтей гремели, как гром. Огненные стрелы демонов падали дождём, ангельские копья разили врагов потоками света.
Наофуми, Мию и Акира стояли на холме, наблюдая за этим зрелищем. Их сердца дрожали.
— Это... война богов... — прошептала Мию, её глаза расширились от ужаса и восхищения одновременно.
Акира сжал кулаки.
— Мы должны быть готовы. Если эта битва перекинется на наш мир — людям конец.
Наофуми молчал. Его взгляд был прикован к центру поля, где Люцифер и Озарион схлестнулись напрямую. Их удары были как землетрясения, их крики — как гром.
В груди Наофуми зажглось странное чувство. Его светлая и тёмная силы отозвались, словно хотели вмешаться.
— Озарион... Люцифер... — прошептал он. — А что если я тоже стану частью этой войны?
Люцифер поднял руку — и из земли взметнулись цепи, сделанные из чистого пламени ада. Они метнулись к Озариону, обвиваясь вокруг его рук и ног.
Но Озарион, не издав ни звука, лишь слегка вздохнул. Свет вырвался из его тела, и цепи обратились в пепел.
— Ты всё так же силён, — усмехнулся Люцифер, его глаза сверкали алым огнём. — Но знаешь, что изменилось? Теперь я не один.
Сотни демонов подняли головы, их тела начали срастаться воедино, формируя чудовище колоссальных размеров. Оно возвышалось над армиями, его глаза сияли, как два вулкана.
Озарион протянул руку в небеса, и ангельское воинство ответило ему. Их голоса слились в гимн, и из света образовался гигант — сияющий титан, столь же высокий, как адское чудовище.
Их кулаки столкнулись. Земля под ногами Наофуми содрогнулась так, что он едва удержался на месте.
— Это уже за пределами человеческого понимания... — прошептал он.
Мию схватила его за руку.
— Но мы здесь. Мы должны найти свою роль.
Михаил стоял среди ангелов, его меч всё ещё сиял светом победы над Азазелем. Он смотрел на Люцифера так, будто хотел одним взглядом пронзить его.
— Люцифер! — крикнул он, взлетая выше всех. — Твоё время давно прошло. Ты сам разрушил свой путь гордыней.
Люцифер рассмеялся, взмахнув чёрными крыльями.
— А ты всё тот же пёс Озариона. Вечно верный, вечно послушный. Но знаешь что? Собаки всегда умирают первыми.
Их мечи столкнулись. Искры от удара превратились в огненный дождь, который осыпал землю. Михаил и Люцифер кружили в небе, каждый их взмах был как молния.
Наофуми наблюдал, и его сердце сжималось. Он видел, что даже Михаилу тяжело. Люцифер сражался так, будто каждая капля ярости превращалась в силу.
— Если Михаил падёт... — сказал Акира, — Рай дрогнет.
— Он не падёт, — возразила Мию. Но в её голосе не было уверенности.
Сражение богов потрясало весь мир. Но в сердце Наофуми происходило не меньше. Его щит — та самая сила, что он обрёл, — начал пульсировать.
Голос, тихий и одновременно могущественный, раздался в его разуме:
"Избранник... твоё время близко. Ты не просто наблюдатель. Ты ключ. Свет и тьма в тебе должны соединиться, иначе мир падёт."
Наофуми сжал голову руками.
— Опять этот голос... Почему именно я?
Мию коснулась его плеча.
— Наофуми... ты дрожишь. Что с тобой?
Он посмотрел на неё. В его глазах отражались две силы: одна золотая, другая чёрная.
— Я боюсь, Мию. Боюсь, что если я приму эту силу... я перестану быть человеком.
Мию шагнула ближе.
— Даже если ты перестанешь быть человеком, я останусь рядом.
Эти слова пронзили его сердце. И впервые он почувствовал, что страх можно превратить в силу.
На поле боя ангелы начали отступать. Демоны, словно волны, теснили их. Люцифер всё яростнее давил Михаила, его удары стали безжалостнее.
— Михаил! — крикнул Озарион.
Архангел упал на колено, его крыло было изорвано, меч трещал в руках. Люцифер занёс клинок, чтобы нанести смертельный удар.
И в этот момент Наофуми шагнул вперёд.
Щит на его руке вспыхнул огнём и светом одновременно. Свет и тьма обвили его тело. Голос внутри него загремел:
"Время пришло."
Он бросился вперёд, и мир замер.
Даже Люцифер удивился, когда смертный преградил его клинку путь. Щит Наофуми выдержал удар, который мог сокрушить горы.
— Что?! — рыкнул Люцифер. — Смертный осмелился остановить меня?
Наофуми дрожал, его руки горели болью, но он стоял.
— Я... не позволю... тебе убить его.
Михаил с трудом поднял взгляд, в его глазах мелькнуло уважение.
— Наофуми...
Щит Наофуми трещал, словно не выдерживая давления клинка Люцифера. Но в этот миг внутри него разгорелся новый свет. Сила, что долго боролась в нём — светлая и тёмная — соединилась.
Щит покрылся рунами, половина из которых сияла золотом, другая — чёрным пламенем. Слияние стало абсолютным.
Озарион вскинул голову, его голос эхом разнёсся над полем битвы:
— Вот оно… равновесие!
Наофуми рванул щитом вперёд. Взрыв энергии отбросил Люцифера на сотни метров, рассёк воздух и даже заставил небеса дрогнуть.
Демоны завыли, ангелы замерли в изумлении.
— Смертный... — прохрипел Люцифер, вытирая кровь с губ. — Ты осмелился коснуться того, что не принадлежит людям...
Наофуми тяжело дышал, но его взгляд горел.
— Мне плевать. Если эта сила нужна, чтобы защитить Мию, Акиру... и весь наш мир — я приму её.
Акира выхватил клинок и встал рядом, его глаза пылали решимостью.
— Мы не будем стоять в стороне!
Мию подняла руки, и её магия вспыхнула, усиливая ауру Наофуми. Слияние света и тьмы в щите стало стабильным.
Ангелы, видя, что смертные сражаются наравне, подняли оружие и с новой силой ринулись вперёд.
— За свет! — раздались крики.
Демоны, в ярости, ответили ревом:
— За тьму!
И вновь армии столкнулись, небо почернело от крови и огня.
Люцифер снова поднялся в воздух. Его крылья теперь горели пламенем, каждое перо излучало ярость.
— Ты думаешь, Наофуми, что щит спасёт тебя? Я покажу тебе пропасть между смертным и повелителем ада!
Он ударил — клинок рассёк пространство. Но Наофуми выдержал. Более того, он оттолкнул удар обратно, отправив Люцифера вниз, в землю. Удар был такой силы, что сотни демонов обратились в прах.
Михаил, всё ещё тяжело раненный, поднялся. Его глаза загорелись надеждой.
— Он... держится. Этот мальчишка держит Люцифера!
Озарион поднял руку, и его голос прозвучал во всех сердцах:
— Воины! Сражайтесь! Сегодня рождается новый щит человечества!
Но внутри Наофуми бушевала буря. Сила света пыталась растворить его личность, сделать его сосудом. Тьма — напротив, шептала, требуя подчиниться и отказаться от человечности.
"Отдайся мне — и стань богом..."
"Позволь свету наполнить тебя — и забудь всё человеческое..."
Наофуми стиснул зубы. Его пальцы вцепились в щит так сильно, что кожа треснула.
— Я не стану ни рабом света, ни игрушкой тьмы... Я — Наофуми!
В тот миг щит вспыхнул. Силы не исчезли, а подчинились. Свет и тьма приняли его выбор.
— Вот оно... — прошептала Мию, едва удерживая слёзы. — Он сделал невозможное.
Люцифер, в ярости, собрал всю свою силу в один удар. Его клинок окутало пламя, столь чёрное, что оно поглощало свет вокруг.
— Исчезни, смертный!
Он обрушил меч на Наофуми.
Щит встретил удар. Наофуми, крича от напряжения, вложил в блок всё — и свет, и тьму, и свою волю. Вспышка ослепила всех.
Когда сияние рассеялось, все увидели: Люцифер лежит в кратере, его клинок расколот, крылья опалены.
Он поднял голову и увидел перед собой Михаила. Архангел, пусть и раненый, возвышался с мечом, полным небесного сияния.
— Это конец, Люцифер, — сказал Михаил твёрдо.
И нанёс последний удар. Меч пронзил тело повелителя ада, и его крик потряс небеса.
Армии ада завыли и начали отступать, их связь ослабла без лидера. Ангелы, хоть и израненные, подняли клинки в знак победы.
Наофуми рухнул на колени, его дыхание сбилось, а щит медленно угасал, возвращаясь в обычное состояние.
Мию бросилась к нему и обняла.
— Ты сделал это... Ты остановил его!
Акира сел рядом, улыбаясь сквозь усталость.
— Брат... если бы не ты, мы бы все легли тут.
Михаил приблизился. Его глаза были серьёзны, но мягки.
— Наофуми... сегодня ты доказал, что человек способен стоять там, где даже боги колеблются.
Озарион опустил взгляд на него с небес.
— И всё же помни: это лишь начало. Тьма не исчезла. Люцифер пал, но ад не забудет этого поражения.
Из рассечённого тела Люцифера раздался хриплый смех. Его глаза, полные ярости и мрака, сверкнули в последний раз.
— Вы думаете, что победили... — прохрипел он. — Но смерть — не конец для меня. Я вернусь... и тогда даже Озарион не спасёт вас...
Его тело рассыпалось в пепел, и тьма унесла его остатки прочь.
Тишина опустилась на поле битвы.
Ангелы пели гимн победы. Демоны отступали в глубины ада. Озарион исчез, оставив лишь сияние на небесах.
Наофуми сидел рядом с Мию и Акирой, его взгляд был устремлён в пустоту. Внутри он чувствовал, что всё ещё не конец.
— Война только начинается... — прошептал он.
Мию сжала его руку.
— Но теперь мы вместе. И мы выдержим.
А на небесах и в аду уже рождались новые планы.