Глава 36: Двойное Счастье
После той ночи в нашей старой-новой квартире в Лондоне, все встало на свои места. Мы больше не играли в "друзей" или "родителей, которые просто общаются". Мы были парой, снова вместе, и на этот раз – осознанно. Наше возвращение в Милан было недолгим и целенаправленным. Мы с Мэгги провели несколько интенсивных дней, решая все вопросы, связанные с нашим модным домом.
«Мэл, я думаю, нам пора признать, что Лондон – наш дом», — сказала Мэгги, когда мы сидели в моем кабинете, заваленные бумагами. — «И наша жизнь теперь здесь, а не в Милане. У тебя ребенок, и...» — она кивнула в сторону телефона, намекая на Ника. — «Теперь у тебя есть более важные приоритеты». Я кивнула. Она была права. Милан останется важной частью моей жизни, но постоянное присутствие здесь, с учетом моего состояния и желанием быть рядом с Ником, стало невозможным. «Я согласна, Мэг. Давай переведем все в удаленный формат», — предложила я. — «Нам нужна надежная рука здесь». И эта рука нашлась быстро. Селеста, наш талантливый и очень ответственный арт-директор, уже давно показала себя с лучшей стороны. Мы с Мэгги предложили ей должность Директора фирмы в Милане. Она приняла с воодушевлением. «Ты будешь здесь главной, Селеста», — объяснила я ей. — «Но мы с Мэгги остаемся управляющими и советом директоров. Все важные решения – с нами, но оперативное управление – на тебе». Селеста справилась прекрасно. Она была не просто хорошим специалистом, но и человеком, которому можно доверять. Теперь мы могли приезжать в Милан только по необходимости, сосредоточившись на жизни в Лондоне.
Лондон встретил нас дождливым, но уютным вечером. Мы с Ником пока оставались в его, а теперь уже нашей, старой-новой квартире. Она снова наполнялась жизнью, нашими вещами, нашими смехом. Мы уже начинали присматриваться к большому дому, где могли бы жить все вместе, но пока не торопились.
И вот тут произошло нечто удивительное. Мои друзья, моя семья – Мэгги, Пит и мой брат Дин – приняли решение обосноваться вокруг нас. Дин, узнав о ребенке, тут же заявил, что «племянник или племянница нуждается в крутом дяде поблизости», и купил дом буквально через три улицы. Мэгги, смеясь, последовала его примеру, найдя уютный таунхаус в десяти минутах ходьбы. Пит, конечно, не мог остаться в стороне. Его радость по поводу моей беременности была настолько всеобъемлющей, что он тут же объявил: «Я не могу пропустить ни одного момента! Мне нужно быть рядом, чтобы в случае чего подстраховать, а то Ник такой... серьезный!». И он тоже приобрел жилье по соседству, шутя, что теперь мы «создаем свою собственную маленькую коммуну, чтобы малыш рос в окружении самых лучших сумасшедших».
В один из вечеров мы все собрались в нашей с Ником квартире. Было шумно, весело и невероятно тепло. Наша гостиная превратилась в импровизированный клуб – Пит рассказывал очередную абсурдную историю из своей жизни, Дин подхватывал ее, добавляя свои комментарии, а Ник, сидя рядом со мной на диване, подшучивал над обоими. «Так, Пит, Дин, вы тут, главное, не напугайте мою Мэл своими рассказами о привидениях», — ехидно бросил Ник. — «Ей сейчас нужны только позитивные эмоции». «Ой, да ладно тебе, Уайлд!» — воскликнул Пит, театрально вздыхая. — «Я ее с пяти лет знаю, и ни разу не испугал! А вот ты, со своими замашками миллиардера, вот ты ее пугаешь!» Дин, как всегда, был на моей стороне. Он заботливо подложил мне подушку под спину, когда я поерзала на диване. «Пит прав, Ник», — сказал Дин, по-братски обнимая меня за плечи. — «Мэл – это наша нежность. А вы двое – это хаос». Пит тут же принес мне плед и стакан воды. Его неуклюжесть проявлялась даже в заботе – он чуть не опрокинул воду мне на колени, но вовремя удержал. «Вот видите! Я же говорю – я самый заботливый!» — воскликнул он, выпятив грудь. Ник лишь усмехнулся. «Самый неловкий, скорее. Но мы тебя любим, Пит». Атмосфера была невероятной. Мой живот, уже заметно округлившийся, стал объектом всеобщего внимания. Дин и Пит постоянно крутились вокруг меня, то предлагая принести что-то, то спрашивая, не устала ли я. Это было так мило, и так по-домашнему. Я чувствовала себя абсолютно счастливой, окруженной любящими людьми.
На следующий день, утром, мы с Ником отправились в больницу на очередное УЗИ.
Это был особый день – мы должны были узнать пол ребенка. В кабинете было тихо, только приглушенный звук аппарата. Ник крепко сжимал мою руку, его взгляд не отрывался от экрана.
Доктор внимательно водила датчиком по моему животу, и на экране появлялись черно-белые очертания. Она улыбнулась. «Ну что, будущие родители, готовы к сюрпризу?» — ее голос был доброжелательным. Я затаила дыхание. Ник напрягся. «Поздравляю вас», — сказал доктор, ее улыбка стала шире. — «У вас двойня! Мальчик и девочка!»
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Двойня! Мальчик и девочка! Шок был настолько сильным, что я не могла произнести ни слова. Я взглянула на Ника. Его лицо выражало такое же потрясение, но тут же его глаза наполнились безграничной радостью. Он повернулся ко мне, и в его глазах читалось все: любовь, удивление, восторг и... новый уровень ответственности. «Двойня?» — прошептал он, его голос был охрипшим. — «Мальчик и девочка? Мэл... ты слышишь? Это же... это невероятно!» Он тут же обнял меня, крепко-крепко. Мы сидели в кабинете доктора, обнявшись, полностью ошеломленные, но бесконечно счастливые. Это было двойное чудо, двойное счастье, которое изменило все.
После того дня Ник не отходил от меня ни на шаг. Его забота, которая и так была на высоком уровне, теперь возросла вдвое. Он постоянно интересовался моим самочувствием, следил за моим питанием, напоминал о каждом приеме витаминов. Даже в нашем лондонском офисе, куда я иногда приезжала, чтобы контролировать работу и встречаться с командой, Ник был моей тенью. Он мог внезапно появиться в моем кабинете с чашкой травяного чая или здоровым перекусом, или просто зайти, чтобы убедиться, что я не перерабатываю. «Мэл, ты должна отдыхать», — говорил он, укладывая меня на диванчик в офисе. — «Теперь у нас два маленьких сокровища, и они требуют максимального комфорта для своей мамы». Я смеялась. Это было так по-николаевски – властно, но с такой нежностью, что спорить было бесполезно. Мое сердце переполнялось любовью и благодарностью. У меня теперь была не просто семья, а целая армия любящих людей, готовых меня поддерживать. И самое главное – у меня были Ник и наши будущие сын и дочь.