1.
Ночь накрыла город плотным покрывалом. Лишь фонари редкой цепочкой тянулись вдоль дороги, освещая пустую улицу, ведущую к парку. Валя шагала рядом с Егором, стараясь не показывать, что ей тревожно.
— Зачем мы сюда идём? — спросила она, поправив капюшон. — Весь город обходит этот парк стороной.
— Потому что именно здесь всё начинается, — ответил Егор. Его голос звучал спокойно, но глаза сверкнули в тусклом свете.
За чугунными воротами воздух стал тяжелее. Ветки деревьев переплелись над аллеей, закрывая небо. Шаги отдавались гулким эхом, будто кто-то повторял их за спиной.
— Ты слышишь? — прошептала Валя, остановившись.
И в этот момент из глубины парка донёсся странный звук: не ветер, не шаги... а будто слова, произнесённые слишком тихо, чтобы их понять.
Они двинулись дальше. И вдруг Егор резко схватил Валю за руку. Прямо перед ними, на земле, светился символ — круг с пересекающимися линиями. Лёгкое оранжевое свечение исходило от него, как дыхание живого существа.
— Валя... — голос Егора сорвался. — Это знак.
Она не успела ответить. Тишину прорезал хруст ветки — и в темноте что-то двинулось навстречу.
— Может... пойдём обратно? — прошептала она, чувствуя, как кожа покрывается мурашками.
Егор шагнул ближе, будто тянуло его само свечение.
— Ты не понимаешь. Я видел его раньше.
— Что? Где?
Он повернулся к ней, и впервые за весь вечер в его взгляде мелькнул страх.
— Во сне. Несколько раз.
Слова ударили сильнее, чем холодный ветер. Валя отшатнулась, но земля под её ногами словно дрогнула, и она едва удержалась на месте.
В этот момент раздался хруст ветки — громкий, будто кто-то специально наступил. Оба замерли.
— Там кто-то есть, — одними губами произнесла она.
Из тьмы, между деревьями, действительно что-то двигалось. Шорох становился ближе, и в темноте мелькнуло что-то бледное, почти светящееся. Силуэт? Рука? Валя не знала, но сердце забилось так сильно, что казалось, его можно услышать.
Егор схватил её за руку.
— Не смотри туда, — сказал он твёрдо. — Смотри на меня.
Она подняла глаза и встретилась с его взглядом. Это был единственный островок уверенности среди шепчущих теней.
И вдруг из-за деревьев послышался детский смех. Звонкий, но пустой, от которого кровь стыла в жилах.
— Нет, — выдохнула Валя, отступая. — Этого не может быть.
Но смех повторился. И уже не один голос — несколько, будто целая толпа детей пряталась в темноте.
Огненный символ на земле вспыхнул ярче, и воздух вокруг завибрировал. Валя услышала гул, похожий на низкий звон колокола.
— Они близко, — сказал Егор. — Мы не должны стоять на месте.
— Куда идти?! — почти выкрикнула она, и её голос разлетелся эхом.
Егор посмотрел на символ и резко дёрнул Валю в сторону, уводя с аллеи в заросли. Ветки хлестали по лицу, земля была неровной, но он не отпускал её руки.
Шорох за спиной усиливался, шаги множились. Казалось, целая толпа идёт по пятам.
— Егор! — закричала Валя. — Что это?!
Он не ответил. Только, остановившись у огромного дуба, резко прижал её к стволу, прикрыв собой.
Тени метнулись рядом, но не коснулись их. Будто невидимая граница не пускала. Символы, вырезанные на коре дуба, слабым светом зажглись, словно оберег.
— Это место... защищает, — прошептал Егор, тяжело дыша.
Валя смотрела на него, пытаясь понять, как он всё это знает. Но в её сердце впервые вместо страха мелькнуло странное чувство — что именно рядом с ним у неё есть шанс выжить.
— Ты знал, — сказала она шёпотом. — Ты знал, что это случится.
Егор опустил глаза.
— Я надеялся, что ошибаюсь.
В этот момент смех за спиной оборвался. Наступила гробовая тишина, ещё страшнее прежнего шума. И в этой тишине Валя услышала то, чего боялась больше всего.
Кто-то, совсем рядом, произнёс её имя.
— Ваааля...
Она задрожала и вцепилась в Егора.
А тьма впереди шевельнулась.
— Егор... — голос Вали дрожал, — кто это сказал?
Он молчал. Смотрел в темноту так пристально, будто пытался разглядеть источник звука. Но там не было никого. Лишь густая тень между деревьев.
— Это... был не человек, — наконец произнёс он.
— Тогда кто?! — её шёпот сорвался на крик.
Егор резко повернулся к ней, положив ладонь на плечо.
— Тише. Не называй их.
— Их? — Валя почувствовала, как внутри всё похолодело.
Он кивнул.
— Я видел их. Там. — Он сжал глаза, будто боялся картину, вставшую перед ним. — Во сне. Они всегда стояли в темноте, ждали. А в центре был этот символ. Один и тот же, раз за разом.
Валя смотрела на него, и в ней боролось две эмоции: страх и недоверие.
— Почему ты сразу не сказал?
— А что бы ты сделала? — он горько усмехнулся. — Поверила бы?
Она отвернулась. Хотела сказать «нет», но слова застряли. Потому что всё, что происходило вокруг, доказало: он не придумал.
Тьма снова зашевелилась, и по аллее прошёл шорох, словно кто-то медленно водил ногтями по коре деревьев.
Валя вжалась в дуб, чувствуя, как дерево словно дышит под её спиной. Символы на коре слабо светились, защищая их от того, что скользило в темноте.
— Почему этот дуб защищает? — спросила она, стараясь говорить тише.
— Это дерево старше города, — ответил Егор. — С ним связана легенда. Мой дед рассказывал: когда-то здесь было святилище. Люди верили, что дубы удерживают границу между мирами.
Валя посмотрела на него в ужасе:
— Ты... знал всё это и всё равно привёл меня сюда?
Он тяжело выдохнул.
— Я не хотел, чтобы ты узнала так. Но знаки... они начали появляться слишком часто. Я понял: это зовёт не меня. Это зовёт нас.
Она замерла.
— Нас?
В этот момент земля под ногами дрогнула, и из тьмы раздался звук, похожий на удар сердца. Один, потом второй. И с каждым биением символы на дубе вспыхивали всё ярче.
— Они приближаются, — сказал Егор. — Но пока мы здесь, они не смогут коснуться нас.
Валя судорожно сжала его руку.
— И что дальше? Мы будем стоять под деревом до утра?
Егор наклонился ближе, его голос стал твёрже:
— Мы должны найти второй символ. В моих снах он всегда появлялся рядом с этим. Если мы его активируем... возможно, это замкнёт круг.
— И если нет?
— Тогда мы не выйдем отсюда живыми.
Слова повисли в воздухе, холодные и тяжёлые.
Валя почувствовала, как страх внутри медленно превращается в отчаянную решимость. Она глубоко вдохнула и кивнула.
— Хорошо. Веди.
Егор посмотрел на неё, будто не ожидал такого ответа. Но в его глазах мелькнуло что-то тёплое, почти светлое.
Они вышли из-за дуба. Тени тут же зашевелились, как звери, почуявшие добычу. Но Егор держал Валю за руку, и шаг за шагом они двигались вперёд, вглубь парка.
Ветер стих, но воздух стал гуще. Каждое дыхание давалось с трудом, как будто сам парк не хотел отпускать их.
И вдруг впереди показался слабый голубоватый свет. Второй символ.
Он горел на земле между корней старого тополя.
— Там! — Егор потянул Валю вперёд.
Но едва они приблизились, тьма вокруг заколыхалась сильнее. И на этот раз в ней появился силуэт. Высокий, вытянутый, с руками, которые неестественно длинно тянулись к земле.
Валя почувствовала, как всё внутри сжалось. Существо сделало шаг вперёд, и его лицо оказалось скрытым в тени. Но глаза — два холодных огня — вспыхнули так ярко, что казалось, они прожигают воздух.
Существо встало между ними и символом.
Егор шагнул вперёд, закрывая Валю.
— Оно не даст нам пройти, — прошептал он.
И тут существо заговорило. Голос был низким, хриплым, и каждое слово будто рвалось из-под земли:
— Вы... не должны... здесь быть.
Валя вцепилась в его руку, но в глазах Егора не было страха. Только решимость.
— Мы должны, — сказал он твёрдо. — Иначе они найдут нас где угодно.
Существо замерло, словно прислушиваясь. А потом... улыбнулось.
Улыбка была такой жуткой, что Валя почувствовала, как внутри всё холодеет.
И тогда символ под ногами вспыхнул ярче, зовя их к себе.