Глава 7. Игра.
После тёмной ночи наступило утро. Первым проснулся Рейх. Он сонно осмотрел комнату и нехотя встал с кровати, немного размялся и поплёлся в ванную. Сделав все процедуры, немец всё так же тихо пошёл на кухню готовить завтрак. Он решил приготовить что нибудь интересное. "Омлет с колбасой",– подумал фриц и принялся за готовку.
Тем временем через несколько минут проснулся Союз. Он сразу учуял приятный запах и, встав и сделав все процедуры, пошёл на кухню.
Рейх стоял СССРу спиной и не заметил его, т. к. в добавок ещё работала вытяжка. Немец начал умеренно петь:
"Ich reise schon lang
Und ganz ohne Ziel
Hab' Millionen Bilder in mir
Mein Herz ist ein Fotoarchiv
Und doch spür' ich in mir ganz tief
Wie schön sie auch war, die Vergangenheit
Ich muss Abschied nehmen von ihr
Vorbei ist für immer vorbei..."
("Я уже давно путешествую
И совсем без цели
Во мне миллионы фотографий,
мое сердце- это фотоархив
И все же я чувствую в себе очень глубоко
Какой бы красивой она ни была, прошлое
Я должен попрощаться с ней,
все кончено навсегда...")
Его пение прервал Союз, уже севший за стол и наслаждающийся выступлением Рейха:
-- бравоо!
-- Ah! Was ist das? (А! Что?),-- от неожиданности подскочил немец. Он никак не ожидал, что русский в это время был с ним на кухне и всё слышал.
-- чего ты боишься? Я тут уже давно сижу~
-- агх, ну ладно, мне плевать, щас уже есть будем.
-- ты кстати красиво поёшь,-- отметил Союз.
-- ага, danke (спасибо).
Нацист поставил на стол две тарелки с едой и сам сел напротив коммуниста:
-- приятного аппетита, -- сказал СССР и приступил к приёму пищи,-- щас посмотрим, чем ты меня решил удивить.
-- ага, приятного аппетита,-- Рейх так же положил в рот кусочек пищи и начал пережовывать её.
-- ммммм!!! Вкуснятина!!, -- жуя, воскликнул русский, -- ты ещё и готовишь очень вкусно.
-- хех, ну спасибо, -- с улыбкой продолжил есть немец.
После того, как они поели, нацист подошёл к раковине и начал мыть посуду. Русский всё так же сидел на стуле и ждал, пока тот закончит. Когда фюрер всё сделал, обладатель серпа и молота спросил у него:
-- что сегодня будем делать?
-- хмм, ну даже не знаю, -- Рейх немного подумал, -- о, а давай поиграем в правду или действие?
-- хорошо, давай.
Они пошли в зал и начали игру.
-- тогда я начну?-- спросил Союз.
-- ja (да), начинай.
-- хорошо, правда или действие?
-- действие
Сначала СССР немного задумался, а потом придумал:
-- о, тогда спой что нибудь на русском.
-- аа... хорошо.
"Дремлет за горой мрачный замок мой
Душу мучает порой царящий в нём покой
Я своих фантазий страждущий герой
А любви моей живой все образы со мной
Я часто вижу страх в смотрящих на меня глазах
Им суждено уснуть в моих стенах
Застыть в моих мирах
Но сердце от любви горит, моя душа болит
И восковых фигур прекрасен вид
Покой везде царит!" (Любимая песня автора :) )
-- ох, какая красивая песня, аж до слёз пробирает, -- сказал Союз, слегка смахнув слезу с глаза,-- я даже и не думал, что ты такие знаешь.
-- хехе, ну спасибо) Так, теперь я, правда или действие?
-- правда
-- хорошо, Союз, ты в отношениях?
Сперва русский немного удивился, но потом ответил, хитро посмотрев на немца:
-- пока нет, но думаю что скоро буду.
Рейх немного не понял, на что намекает СССР и просто предложил продолжить игру.
-- хорошо, Рейх, правда или действие?
-- действие.
Коммунист немного призадумался и с ухмылкой сказал:
-- тогда сядь на стол.
Нацист немного был в шоке и чуть покрылся румянцем:
-- ээ.. ч-что прости?...
-- я говорю на стол сядь.
-- н-ну ладно, -- немного нервнича, Рейх послушно выполнил просьбу. После этого Союз немного приблизился к немцу, что заставило сидящего ещё сильнее засмущаться. Это заметил СССР:
-- ого, Рейх, не думал, что тебя так легко засмущать~
-- да иди ты...
-- продолжим?
-- да, правда или действие?
-- правда.
-- назови свой самый главный страх.
Русский немного подумал и ответил на вопрос:
-- больше всего на свете я боюсь одиночества, для меня большой страх– когда меня бросают. вот.
Рейха шокировало услышанное и он, обняв Союза, прошептал ему:
-- я тебя не брошу.
СССР это тронуло и когда они пообнимались, тот продолжил:
-- Рейх, правда или действие?
-- правда.
-- хмм, о! расскажи мне самую большую тайну, которую ты от меня прячешь.
Немец немного остолбенел. Ведь его главная тайна, которую он прячет от Союза – это чувство любви, которое нацист испытывает к нему уже очень давно. Но собравшись мыслями, третий заявил:
-- эту тайну ты совсем скоро узнаешь, обещаю.
-- хорошо, хорошо.
Фюрер выдохнул с облегчением уже собирался задать вопрос по теме игры, но его прервал Союз с интересным предложением:
-- Рейх, а не хочешь ли со мной сыграть в другую игру?
-- какую?
Русский хитро улыбнулся и сказал:
-- в общем, давай будем смотреть друг другу в глаза, не отводя их в сторону.
-- ну.. ладно.
-- но есть одно но
-- какое?
-- я должен подойти к тебе ближе, а ты ко мне поближе подсесть, прям на край стола.
-- н-ну... х-хорошо..., -- Рейх немного засмущался.
Союз подошёл ближе к немцу, а тот подсел почти на край стола. Между фюрером и коммунистом оставалось очень маленькое расстояние. Их носы чуть ли не соприкасались между собой.
-- готов?-- спросил русский.
-- д-да..
-- главное не отводи взгляд в сторону, смотри только в мои глаза.
Нацист кивнул, после чего они начали. Обладатель свастики начал волноваться ещё сильнее и его начало трясти. Зрачки немного уменьшились и тоже чуть дёргались.
-- Рейх, всё в порядке?
-- а.. н-навеное...
-- расслабься.
Немец решил послушать русского и чем нибудь отвлечься. Он всматривался в его глаза. Они показались ему необычными.
-- чёрт, Союз, у тебя такие красивые глаза. Никогда не видел таких.
В ответ СССР усмехнулся и ответил:
-- хех, у тебя тоже очень красивые и интересные глаза. Мои карие ещё ладно, можно у кого то увидеть. Но твои красные я никогда не встречал.
И вправду, оба глаза Рейха были красного цвета, что делало их своеобразными. В добавок они могли становиться ярче, когда нацист гневался, был сильно расстроен, примерно как ночь назад.
-- ну, а я никогда не видел таких карих глаз, как у тебя. Нет, я конечно видал глаза такого цвета. Но в твоих как будто есть что то особенное, своеобразное, то, что отличается от других, понимаешь?
От этих тёплых слов Союзу стало как то приятно. Ему никто никогда не говорил этих комплиментов, в которых он так нуждался.
-- знаешь, Рейх, у меня есть одна тайна, которую я от тебя храню и скоро хочу рассказать.
Нацисту уже хотелось узнать, что от него скрывает СССР. Но как говорится, всему своё время.
Так русский и немец просидели ещё около часа, пока Рейху не стукнула в голову мысль.