7 часть
Теодор Нотт
Моё утро началось с раскалывающейся головной боли и подступающей тошноты. В голове – кромешная тьма, словно вчерашний день вычеркнули из памяти. Победа над Когтевраном… Вечеринка в гостиной… Мисс Розье… Она предложила выпить, и, кажется, мы знатно приложились к дорогому огневиски. Силясь восстановить ход событий, я тщетно пытался вспомнить хоть что-то о вечере с профессором. Чёрт! Я надеялся разговорить её, узнать что-то нужное… А она, похоже, ещё та любительница выпить. Да пошла она… Отодвинув мысли о ней на задний план, я отправился приводить себя в порядок. В ванной, глядя на своё отражение в зеркале, я ужаснулся. Волосы растрепаны ещё больше обычного, под глазами залегли тяжёлые мешки, а лицо было бледным, словно фарфор. Быстро приведя себя в подобие человека, я вернулся в комнату. Там уже все проснулись. Ну, почти. Верхняя часть тела Маттео покоилась на кровати, а нижняя – на полу.
– Маттео, ну же, вставай, ты, скользкий слизняк! Нам скоро в Хогсмид идти, – Энцо яростно тряс слизеринца за плечи, пытаясь хоть как-то его разбудить. – Тео, помоги! – жалобно взмолился друг, и я не смог сдержать улыбку при виде этой картины.
Подойдя к кровати Реддла, я скинул с неё хозяина. Парень подскочил с пола и смотрел на нас ошалевшими глазами, как на двух мерзких соплохвостов. Я не сдержался, и комната наполнилась моим звонким смехом. Энцо подхватил веселье, и тоже залился хохотом. Маттео лишь фыркнул и направился в ванную. Немного успокоившись, я подошёл к огромному шкафу. Погода на улице резко изменилась. Зима подкрадывалась, заставляя кутаться теплее, особенно в сырых подземельях. Быстро собравшись, мы направились в гостиную факультета, где должна была собраться вся наша «дружная» компания для похода в Хогсмид, чтобы выпить сливочного пива в «Трёх мётлах». На диванах уже расположились Забини, Пьюси и Монтегю. Усевшись в кресло, я взглянул на часы. Девчонки опять опаздывают.
– Уже десять минут прошло, – констатировал Забини.
– Ну почему они всегда опаздывают? – Монтегю произнёс это не как вопрос, а скорее с раздражением от постоянного ожидания. К его счастью, со стороны женских комнат показались те, кого мы ждали: Дафна и Астория Гринграсс, Пенси Паркинсон и Трейси Дэвис. Девушки неспешно спускались, словно и не было никакого опоздания.
– Мы готовы, – первой подала голос Пенси.
Направляясь к «Трём мётлам», я немного отстал от остальных. В голове роились мысли о завтрашнем званом ужине у Слизнорта. Что меня там ждёт? Выгода? Известность? Богатство? Все знали, что быть протеже Слизнорта – престижно. Зайдя в паб, я заметил за барной стойкой знакомую обладательницу угольно-чёрных волос. Профессор была одета в длинное тёплое пальто того же цвета что волосы. Она мило беседовала с барменом, попивая медовуху. Бросив на неё мимолётный взгляд, я присел с однокурсниками в дальнем углу бара. Я сидел между Маттео и Энцо, напротив меня – Дэвис.
– Что будете заказывать? – К нам подошла официантка.
– Десять сливочного пива, – озвучил заказ Монтегю.
Пока все что-то обсуждали, я заметил, как в паб вошёл Слизнорт. Он направился к мисс Розье. Присев рядом с ней, зельевар оживлённо что-то рассказывал. Когда нам принесли заказ, в паб вошло золотое трио. К ним подошли двое профессоров. Слизнорт о чём-то беседовал с Поттером и Грейнджер, а Розье просто улыбалась им. Зациклившись на ней, я не заметил, как она проникла в мою голову, пока в ней не раздался её голос. «Ты сейчас дыру во мне прожжёшь». Она снова вторглась в моё сознание. Профессор лишь хищно ухмыльнулась, когда я одарил её испепеляющим взглядом.
Нэнси Розье
Я сидела в «Трёх мётлах», пила медовуху и просто наслаждалась тишиной. Я думала, что проведу этот день в одиночестве, но моим планам помешал новый профессор зельеварения. Слизнорт увлечённо рассказывал истории из своей жизни.
– Гарри! – воскликнул зельевар и потянул меня к гриффиндорцам. Подойдя к ним, я заметила, что Поттер был в компании своей подруги-заучки с непослушными волосами, Гермионы Грейнджер, и его худощавого рыжего друга, Рона Уизли.
– Здравствуйте, сэр, профессор Розье, – мальчишка с натянутой улыбкой кивнул нам. – Вам тоже нравится это заведение?
– Ох, милый мой, меня с «Тремя мётлами» связывает целая куча воспоминаний, ещё когда он назывался по-другому, – смеялся Слизнорт, вспоминая былые времена. – Кстати, раньше я устраивал званые ужины для особо отличившихся учеников. И вы, мистер Поттер, приглашены, и вы, мисс Грейнджер.
– Сэр, я очень польщён. Я обязательно приду, – Поттер пожал руку Слизнорту, Гермиона лишь кивнула. Долгое время я чувствовала на себе тяжёлый взгляд. Осмотрев помещение, я поняла, кому он принадлежит. Моему ученику. Теодору Нотту. Незаметно проникнув в его сознание, я оставила послание. Теперь он смотрел на меня так, будто я прокляла всю его семью и его самого вдвойне. Ухмыльнувшись ему, я вернулась на место и допила свою медовуху. Ещё пару минут послушав истории из прошлого Слизнорта, я поняла, что пора возвращаться в замок. Слишком долго я засиделась в баре. Идя по заснеженным улицам деревни к небольшому мостику, я заметила впереди золотое трио. Я хотела окликнуть их, как вдруг случилось ужасное. Кэти Белл. Она взмыла в воздух с какой-то странной грацией, подняв руки вверх. В этом было что-то неправильное, жуткое. Глаза Кэти были закрыты, а лицо застыло без всякого выражения. Поднявшись на пару метров над землёй, Кэти вдруг ужасно закричала. Глаза её распахнулись, но то, что она видела или чувствовала, причиняло ей невыносимую боль. Рванувшись к девочке, я поймала её на руки, спасая от падения.
– Ничего не трогать! – крикнула я гриффиндорцам, когда они начали подходить ближе. Проверив пульс девочки, я немного выдохнула. Жива. Увидев приближающегося Хагрида, я передала ему девочку, попросив как можно скорее отнести её к мадам Помфри. Достав палочку, я с помощью магии подняла содержимое свёртка. В нём было ожерелье. Было понятно, что оно проклято. Без сомнений.
– Все за мной! – крикнув студентам, я быстро направилась в сторону замка. Добравшись до школы, я сворачивала за углы и поднималась по лестнице. Добравшись до кабинета Макгонагалл, я вошла внутрь, не церемонясь, смотря, не отстали ли ученики. Послав патронуса Северусу, я ожидала его скорейшего прибытия.
– Нэнси, что случилось? – профессор не понимала, что происходит. Ещё бы! Профессор по рунам левитирует ожерелье, от которого исходит тёмная магия, а за ней четверо учеников. Быстро объяснив ситуацию, Минерва начала опрашивать подругу Кэти Белл, Лианну. От пуффендуйки мы узнали, что кто-то отдал ей свёрток и попросил передать Дамблдору. Опустив девушку, в кабинет ворвался Снейп, словно летучая мышь.
– Северус, это ожерелье проклято, – сказала я другу, который рассматривал содержимое свёртка.
– Я бы сказал, мисс Белл повезло остаться в живых, – медленно произнёс он своим низким голосом. Уловив его взгляд, я поняла, что он догадывается, кто виноват в этой ситуации.
– Я знаю Кэти. Она мухи не обидит, – подал голос Поттер. Он смотрел на нас, пытаясь прочитать наши эмоции. – Это Малфой отдал Кэти свёрток.
– У вас есть доказательства вины Малфоя? – посмотрев на избранного сверху вниз, спросила я. Я тоже думала, что слизеринец может быть виновен, но не была уверена.
– Это серьёзное обвинение, Поттер, – Минерва была шокирована.
– Мистер Малфой сегодня днём был у меня на отработке, – Снейп преподнёс алиби Малфою.
– Я уверен, что это он виновен, – Поттер не унимался. Снейп одарил его прожигающим взглядом, Минерва тяжело выдохнула. Я же размышляла. Сегодня в «Трёх мётлах» я заметила светлую макушку.
– Идите в свои комнаты, – прогнала их Макгонагалл и приложила руки к переносице. Оставив профессора с её мыслями, мы с Северусом направились в подземелья. Между нами была тишина. Никто не знал, что сказать. Каждый был погружён в свои мысли. Проходя мимо стен замка, я хотела поскорее уйти отсюда. От них веяло скрытой тяжестью и секретами, а безопасность была лишь иллюзией. Спустившись в родные подземелья, окутанные сыростью, холодом и отрешённостью, я немного выдохнула. Раньше, когда я училась в этом замке, мне не приходилось спускаться в логово змей, в отличие от моего старшего брата, Эвана Розье. Я почти ничего о нём не знаю. Только то, что он учился на Слизерине, был одарён в тёмных искусствах и защите от них, и то, что он умер через пять лет после моего рождения. Он был старше меня на пятнадцать лет и был фанатиком Волан-де-Морта. Я не знала какие испытывать чувства к смерти брата. Я не знала, каким он был на самом деле, только каким он бы при мне. Вспомнив умершего брата, я не заметила, как мы дошли до покоев Северуса. Зайдя в гостиную, я плюхнулась в мягкое кресло. Хозяин комнаты осторожно присел напротив меня, словно ожидая чего-то. Я сверлила Снейпа взглядом, прося поведать о своих переживаниях. Он же просто рассматривал свои чёрные туфли. Встав с кресла, я направилась к его тайнику. Достав из ящика бутылку огневиски и два бокала, я поставила их на стол, наливая то, что поможет нам забыть о проблемах на пару часов. Опускаясь обратно в кресло, я подняла свой бокал. Северус, словно нехотя, взял стакан своей сухой рукой, поднял его, и хрупкий звон столкнувшихся стекол эхом разнесся по комнате, заглушая все остальные звуки. Огненный виски обжег горло, оставив неприятное послевкусие. Встретившись с его глазами, я увидела бурю эмоций: беспокойство, гнев, усталость и, самое страшное, – страх.
– Северус, расскажи мне, что тебя так тревожит, – прошептала я, накрывая его ладонь своей. Нежно поглаживая тыльную сторону его руки большим пальцем, я пыталась передать ему частичку своего тепла. Он смотрел на меня глазами, черными как смоль, ищущими хоть искру надежды в моем взгляде.
– Нэнси… – Он запнулся на мгновение, и это молчание резануло больнее слов. – Я уверен, это был Малфой. Его не было на отработках у меня… – Его взгляд метался по комнате, словно он искал спасение в каждом уголке. – Я дал Непреложный Обет. Малфой должен убить Дамблдора. Нэнси… Я не знаю, что мне делать. – Он говорил быстро, слова вылетали из него, как выпущенные стрелы, и я едва успевала улавливать их смысл.
Крепко сжимая его руку, я пыталась успокоить дрожь, охватившую его тело. Второй рукой я наполнила наши бокалы новым виски. Он выпил свой залпом, и я поспешила наполнить его снова.
– Он ищет тебя, – прохрипел он, – Он хочет видеть тебя в своих рядах. Он не отпустит тебя просто так. Он в ярости на тебя. – Черт.