Гость 1:Владыка тьмы

На дворе было двадцать третье марта, а зима, казалось, совсем не замечала этого и продолжала резвиться в свое удовольствие. Гриффиндорцы и Равенкловцы седьмого курса сидели на уроке Защиты от Темных Сил и ожидали профессора Скотта. Весь класс был в предвкушении – согласно учебнику, сегодня они должны были приступить к изучению темы Дементоров и все с нетерпением ожидали начала практики. Из всего класса только Гарри сидел мрачнее тучи – он размышлял о воспоминаниях, которые продолжали всплывать в его памяти и укладываться на полки в строгом порядке. После случившегося он почти в деталях вспомнил свои первые полтора года, когда жил с родителями. Поначалу он просто наслаждался этой памятью, наслаждался тем, что узнавал своих родителей (не как друзей, в этом мире, а именно как родителей!), но потом понял, какую пользу эти воспоминания могли принести им. 

После родов Лили отстранили от рейдов, и она занималась аналитической работой. Штаб ордена как-то совершенно незаметно переехал из Хогвартса в Годриковую Впадину, в Поттер-Холл, и Гарри становился невольным свидетелем всего, что происходило в нем, так как почти не отходил тогда от матери. Он знал всех членов, он смог вспомнить все операции Волдеморта, он мог вспомнить все его атаки и сейчас снова и снова пересматривал свои воспоминания, пытаясь выстроить в цепочку все события войны с момента его рождения. Он знал, что повторения маловероятны, но это могло помочь им определить вражескую тактику и дать хоть какую-то информацию о военной стратегии Темного Лорда. В конце концов, Том Риддл не может знать насколько «удачной» была его попытка поделиться с Гарри Поттером опытом! 

От размышлений Гарри оторвал вошедший в класс профессор Скотт. Ухмылка на лице Цвейга соответствовала настроению Гарри, и мальчик, в отличие от всех остальных, хорошо знал, что профессор ЗоТС имел все права так ухмыляться! Недаром вызов Патронуса причислялся к высшей магии, научиться этому даже в не боевых условиях было нелегко, а применить во время нападения Дементоров в три раза сложнее, чем без них! 

— Внимание, урок начался! Сегодня мы с вами приступаем к изучению Дементоров и обсудим способы борьбы с ними, а также тактику боевых действий. Потом мы приступим к практике. К сожалению, директор отказался предоставить в наше пользование живого Дементора, поэтому учиться защищаться от них мы будем в учебных условиях. Хорошо, кто из вас может сказать мне кто такие Дементоры? 

Разумеется, руки подняли больше половины класса: все Равенкловцы, а так же чистокровные и некоторые полукровки с Гриффиндора. Гарри решил воздержаться. Ему вообще не хотелось изучать тему Дементоров: ему вполне хватило тесного общения с ними на третьем курсе! 

Осмотрев лес рук, Скотт внимательно пробежался глазами по тем, кто руку не поднял. Он с пониманием задержал взгляд на Гарри, и юноша чертыхнулся про себя, прочитав в этом взгляде свой приговор. 

— Мистер Гарри Поттер, вы не хотели бы ответить на мой вопрос? 

Разумеется, выбора ему никто не давал, поэтому Гарри пришлось отвечать. Сжав зубы, он принялся вспоминать, все, что слышал о дементорах. 

— Дементоры — это существа четвертой категории опасности, стражи Азкабана. Маглы их не видят, но способны ощущать и видеть туман, который они распространяют, размножаясь. Откуда появились Дементоры неизвестно. На вид это высокие костлявые фигуры в черных балахонах с серой кожей, покрытой слизью и струпьями. У них нет глаз, и они распознают людей только по их эмоциям и состоянию здоровья, поэтому их можно обмануть. На лице у них только ротовая воронка, которой они втягивают счастье и душу, при этом издавая очень неприятный всасывающе-хрипящий звук – ни с чем не спутаешь! Они живут во тьме и гнили, принося уныние и смерть, питаются, как я уже говорил счастьем, радостью и душами. Признаки их присутствия: особый звук, который они издают, запах, холод и чувства страха и отчаянья. После общения с ними очень здорово помогает шоколад! Защититься можно только с помощью заклинания Патронуса. 

— Очень хорошо, двадцать баллов Гриффиндору! – похвалил его Скотт, как-то особенно понимающе посмотрев на него. – Мистер Поттер рассказал нам все, что известно об этих существах, а также о том, как восстановиться после контакта с ними и как от них защитится. Заклинание Патронуса относиться к высшей магии и его способен освоить не каждый взрослый волшебник, поэтому не переживайте, если у вас не будет получаться. Когда вы закончите с основным этапом заклинания, мы с вами изучим его более углубленно, потому что Патронус может быть использован не только как защита от Дементоров, но и как посланец, а также во многих других случаях. Скорее всего, вам так и не удастся освоить заклинание Патронуса полностью и достичь его телесной формы, однако даже не сформированный Патронус способен помочь. С возрастом и опытом у вас все получится. Итак, приступим к практике! – профессор взмахнул палочкой и все парты отскочили к стенам, каким-то образом минуя всех студентов. – Что нужно для того чтобы вызвать Патронуса? Во-первых, счастливое воспоминание, а во вторых, правильная формула. Она звучит так: Expecto Patronum. Теперь пробуйте. Вспомните самый счастливый день в жизни и произнесите формулу. 

Все начали тренироваться, но ни у кого не получилось вызвать даже тонюсенькую струйку тумана. Гарри даже не достал палочки, он умел делать это заклинание и не собирался демонстрировать этого в классе, привлекая к себе и без того повышенное внимание. Спустя полчаса у Джеймса и Сириуса появились первые успехи в виде маленького облачка тумана, затем облако смогли вызвать Лонгботтом и Фрилайт, потом еще трое ребят из Равенкло и Эмелина Венс с Кардоком. Профессор начал ходить мимо студентов и помогать им, тогда-то он и заметил, что Гарри даже не приступил к практике. 

— Мистер Поттер, продемонстрируйте нам, чего вы добились! – немного раздражённо велел он, а Гарри понял, что Цвейг даже представить не может, что он мог знать и уметь вызывать Патронуса. 

Весь класс оторвался от своих занятий и уставился на него: делать было нечего, Гарри пришлось достать палочку. Вид у него при этом был такой мрачный, что Цвейг еще меньше стал ожидать от него успеха: с таким раздражением Патронуса не вызывают, но у Гарри было достаточно опыта в этом деле. 

— Expecto Patronum! – уверенно и спокойно (даже тихо) сказал он. 

К удивлению всех (кроме Мародеров) из его палочки вырвалась не струйка света и даже не туманное облако, а огромный светящийся серебром олень. Животное встало возле Гарри, посмотрело на него приветливо и любяще, а затем высокомерно уставилось на всех остальных, исключая мародеров, которых оглядело с интересом. Гарри погладил своего Оленя, ожидая, что тот уйдет, но животное видимо наслаждалось возникшим удивленным оцепенением. Олень вновь глянул на Гарри и юноша, пожав плечами, оперся на него одной рукой. 

— Вы создали телесного Патронуса? В семнадцать лет? — спросил Скотт. Это было очевидно, и Гарри не стал отвечать на этот вопрос. – Из вашего рассказа я понял, что вы уже имели несчастье познакомиться с Дементорами, но не думал, что вы умеете от них защищаться! Как давно вы освоили вызов? 

— В тринадцать, – коротко ответил Гарри. 

Кто-то из Равенкловцев присвистнул и принялся говорить всем любопытствующим, что это невероятно и что даже Дамблдор смог освоить Телесного Патронуса только к двадцати годам. 

— Это просто невероятно! Я не перестаю удивляться вам, мистер Поттер. 

— У меня просто был хороший учитель, большой стимул и уязвленная гордость, а еще нежелание быть «поцелованным», – попытался отмахнуться от своей исключительности Гарри, – И потом, я учился на почти настоящем Дементоре, а рядом с ними всегда хочется быстрее убраться подальше: так или иначе! 

— Тут ты прав. С Дементором дело пошло бы быстрее, потому что мотивации было бы больше, – согласился с ним Скотт, – Продолжили занятие! – велел он. 

Продолжая шептаться и поглядывать в его сторону, ребята вернулись к практике. Сириус тут же пристал к Гарри. 

— Слушай, а это, правда, что с Дементором быстрее учится? – спросил он. 

— Не только быстрее, но и продуктивнее. Создать Патронуса в классе – пустяшное дело, если найти правильное воспоминание, но вот создать его при Дементоре, даже при одном — задача не из легких. Тебя захватывает все плохое, что было в твоей жизни, все твои страхи, все огорчения накатывают, как волны, и ни одно хорошее воспоминание просто не задерживается в голове! С одним справиться тяжело, с тремя в десять раз сложнее, с сотней невероятно трудно! 

— И как тебя учили? – снова спросил Сириус. 

— С помощью Богарта. Дементоры волшебные существа и Богарт копирует не только его внешность, но и магические свойства: все равно, что Дементор! Хотя в этом случае Патронус его только нейтрализует и отгоняет, но не убивает. А зачем тебе это? 

— Хотел потренироваться! – невозмутимо ответил Сириус. – И потом, нужно же нам научить этому Лунатика, иначе кто тогда будет учить тебя! – усмехнулся в сторону Рема Бродяга. 

Джеймс усмехнулся, Лили покачала головой, а Люпин покраснел и от смущения и от гордости за успехи своего ученика. Гарри отослал своего Патронуса и принялся помогать своим друзьям и родителям: уж он-то знал, как это умение им всем пригодиться в будущем! 

*** 

Ночью Мародеры собрались в Комнате Желаний, принявшей вид квадратной комнаты, вдоль стены которой стояли стеллажи с книгами, а в центре стол и пять стульев вокруг него. Четверо подростков склонились над белым куском пергамента и внимательно следили за тем как пятый водил по карте волшебной палочкой, и каждое его движение отображалось чернильными линиями. Гарри был сосредоточен на бумаге. То, что он делал, было невероятно сложным занятием: ему приходилось концентрироваться одновременно и на заклинании и на самой карте, вспоминая все переходы, классы и комнаты. Джеймс и Сириус помогали ему, напоминая о том, что он упускал или забывал. Иногда приходилось стирать какой-то участок карты и наносить его снова, но результат того стоил. 

Когда карта была нарисована, Гарри приступил к следующему этапу: необходимо было заколдовать карту так, чтобы она отображала всех присутствующих в замке и на территории школы. Это было необходимо не только для безопасного перемещения по замку и слежки за Тайной Комнатой (которая в отличие от версии карты из прошлого присутствовала теперь на карте), но и для других чар, которые могли сообщить, как открыть то или иное тайное место. Для того чтобы синхронизировать карту с обозначенной на ней территорией ребятам пришлось соединить несколько чар в одни невероятно сложные. Для того чтобы они возымели действие необходимо было два мага и четкие действия: один должен был произнести первую часть магической формулы направляя палочку на карту, а другой тут же вторую, направляя палочку на объект. К счастью радиус чар ограничивался нарисованной на карте территорией, и ребятам не нужно было повторять процедуру снова и снова в каждом помещении и на каждом метре. 

Следующее заклинание – то самое, которое могло подсказать, как открыть тайные проходы и комнаты – было простое и включало в себя знания ребят об этом. Здесь колдовал Гарри: он знал больше всех остальных, а то, что не знал, ему рассказали Сириус и Джеймс, чтобы каждому не накладывать на карту это заклинание. 

Самым последним штрихом стало наложение на карту защитных чар. Благодаря этим чарам карта выглядела как безобидный кусок пергамента и проявлялась только после того, как был сказан пароль. Если же пароль был не верен, карта высказывала все что думала об этом человеке. Это была идея Сириуса и чтобы воплотить ее в жизнь Мародерам, пришлось заняться исследованием истории Хогвартса, чтобы выяснить с помощью каких чар Основатели создали Распределяющую шляпу. С помощью этих же чар они поместили в карту образы своих сознаний. 

— Торжественно клянусь, что замышляю шалость, – сказал Гарри, чтобы проверить карту. 

Линии тут же появились на пергаменте, а в самом верху надпись, которую сам Гарри никогда на карту не наносил: «Господа Лунатик, Бродяга, Рогатый, Ястреб, и Госпожа Рыжая представляют Карту Мародеров». Под надписью была подробная карта с отображающимися на ней подписанными точками, две из которых — с именами «Миссис Норрис» и «Аргус Филч» – сейчас прохаживались по восьмому этажу. 

— А это удобная вещь! – воскликнул Сириус, с восторгом следя, как Филч проходит мимо двери Комнаты Желаний на лестницу, чтобы спуститься на седьмой этаж. 

— Не то слово, Бродяга! – усмехнулся Гарри. 

— Ладно, уже поздно. Возвращаемся! – сказал Джеймс. Он дотронулся до карты своей палочкой и произнес, – Шалость удалась! 

Карта исчезла. Поттер сложил пергамент и, кинув мантию-невидимку Сириусу, наложил на себя чары невидимости. Гарри последовал его примеру, а Бродяга в этот же момент укрыл себя, Рема и Лили мантией. Невидимые они покинули Комнату Желаний и вернулись в Башню Гриффиндора. 

Следующее утро, однако, было отмечено вовсе не началом операции наблюдения за Тайной Комнатой, а письмом из Поттер-Холла. Сова, которая доставила его, была одной из семейных птиц Поттеров, бросив письмо и прополоскав горло из стакана Сириуса она, не дожидаясь какой-либо реакции, улетела обратно. Письмо было адресовано Гарри и Джеймсу, но Гарри протянул его отцу, прежде чем прочитать самому – это казалось ему правильным. Он напряженно следил за лицом Джеймса, пробегавшего по строчкам, и с тревогой отмечал, как удивление на его лице сменяется ошеломительной радостью, смешанной с толикой ужаса. Почему-то именно эта радость сильнее всего тревожила Гарри, ему почему-то живо вспомнилось, что он никогда ничего не слышал о своих бабушке и дедушке, но знал лишь что они умерли и умерли до того как погибли его родители. Гарри впервые задался вопросом, как именно они погибли?! 

Джеймс передал ему письмо, по-прежнему находясь в состоянии прострации. Гарри недоверчиво заглянул в листок. Письмо было коротким: Дори и Карлус вообще редко им писали в основном из-за опасного положения, в котором оказалась их семья. 

«Дорогие Джеймс и Гарри, 

Мы хотим сообщить вам приятную новость, и хотя совиная почта – не самый подходящий для этого способ, у нас нет другого выхода, потому как пасхальные каникулы уже прошли, а летних ждать слишком долго! В общем, если упустить мелкие детали и ненужное вступление, то у тебя, Джеймс, в конце августа – в начале сентября родится братик или сестренка (Целители св. Мунго утверждают что братик, но Дори думает, что все-таки сестренка, ты же знаешь, как сильно она мечтает о дочери!) В общем, это все что мы хотели вам сообщить, отвечать не нужно, встретимся летом! 

С любовью, мама и папа»

— Братик или сестренка? – удивленно повторил Гарри, смотря в ошеломленные глаза Джеймса. 

Он не знал ничего о том, что у него мог быть дядя или тетя! Случилось ли это в его прошлом? И к чему все это могло привести в его будущем? У Гарри возникло так много вопросов, но сильнее всего его волновали не ответы на них, а плохое предчувствие, отравлявшее его радость. Его бабушка и дедушка погибли именно в это время и его пугало ощущение, что это было начало конца…